Александр Евгеньевич Голованов — Главный маршал авиации Советского Союза, командующий авиацией дальнего действия (АДД), личный порученец Сталина. Чемпион по стрельбе, конному спорту, мотогонкам, виртуоз автомобильной езды, лучший летчик страны и еще многое-многое другое. Вот вам настоящий герой, перед которым бледнеют и Чак Норрис, и Сталлоне, а Шварценеггер — вообще мальчик для битья.

Последний подвиг

Под конец жизни Александр Голованов написал мемуары, в которых вспоминал и о своих встречах со Сталиным. Даже этих немногих страниц хватило, чтобы вызвать у немногих читателей рукописи шквал споров и эмоций, как критических, так и восторженных. Но в 70-е годы XX столетия власти СССР больше всего боялись шума. Кроме того, на указания Главпура переписать некоторые главы книги и ввести в мемуары еще одного героя — Л.И. Брежнева — Голованов ответил отказом. Последовала кара — глухое замалчивание и деятельности самого маршала, и всего вклада АДД в победу в Великой Отечественной войне. Единственному из советских военачальников, Голованову отказали в публикации воспоминаний.
Удар был слишком силен, и Александр Евгеньевич тяжело заболел. Его друг летчик-испытатель Владимир Мезох вспоминал: «Военные врачи сказали, что такого человека еще не видели. Видно, что боль жуткая, зрачки расширились, а он молчит».
В 1997 году «Воениздат» все-таки выпустил мемуары А.Е. Голованова под названием «Записки командующего АДД», однако мизерным тиражом и с многочисленными купюрами. Но сегодня книга уже напечатана в полном объеме.
Все биографы Голованова пишут о маршале на основе его мемуаров. В книге, конечно, нет ни слова лжи, но о многих вещах автор просто умалчивает. Например, Александр Евгеньевич подробно рассказывает, как его полк, а позже дивизия, летом 1941 года бомбили Берлин и Кенигсберг. Но то, что он сам лично руководил налетами и сам сидел за штурвалом бомбардировщика, Голованов скрывает. А о начале своей карьеры маршал вообще молчит. Так давайте пристальнее вглядимся в судьбу Александра Евгеньевича без оглядки на его мемуары.

Юные годы

Александр Голованов родился в Нижнем Новгороде 7 августа 1904 года. Его предки были разночинцами и мелкопоместными дворянами, то есть теми, на ком, как правило, держалась вся слава России. По отцовской линии в роду Александра Евгеньевича в основном моряки, отец его был капитаном речного флота. Многие из рода Головановых служили в гвардии, в Семеновском полку. По матери один из предков маршала — адмирал Корнилов, герой обороны Севастополя. Дед — знаменитый народоволец Николай Кибальчич, участник покушения на императора Александра II. Мать А.Е. Голованова, ставшая оперной певицей, родилась в томской тюрьме.
И вот — сам Александр Евгеньевич. Голубоглазой блондин двухметрового роста с обаятельной улыбкой на мужественном лице. Его жена Тамара Васильевна была ему под стать — высокая, стройная женщина изумительной красоты. Внешностью, эффектностью и элегантностью эта пара напоминала чету кинозвезд. А как они танцевали! Тогда в моду вошло танго, и лучших танцоров не было в Москве, а значит, и по Союзу.
…В 13 лет, прибавив себе лишних три года (благо, рост позволял), юный Саша Голованов вступает добровольцем в Красную армию. Он воевал на Южном фронте, служил разведчиком в стрелковом полку, который принимал участие в боях с армиями Деникина и Махно, был контужен, стал командиром взвода разведчиков. А в 16 лет Голованов уже в органах ОГПУ.

Тайная жизнь

В 21 год на петлицах Александра четыре шпалы — это соответствовало званию полковника. Правда, большинство заслуг Голованова покрыто мраком секретности. Известно лишь, что он принимал участие в операции «Трест» и лично арестовывал эсера-террориста Бориса Савинкова. Его парабеллум потом долгое время хранился в столе маршала.
Голованов встречался с фельдмаршалом фон Боком, оказывал помощь словацкому и польскому восстанию, ликвидировал эсэсовскую экспедицию на Тибет (поиски Шамбалы) — на его счету и многие другие неординарные дела.
В конце 1930-х годов Голованов появляется в Алма-Ате. Зачем бравый чекист и спортсмен приехал в тогдашний тихий провинциальный городок — непонятно. Но почти одновременно с Александром в Алма-Ату ссылают «демона революции» — Льва Троцкого. Хорошо знавший Голованова Ураз Мукашев, ветеран, спустя годы выражал уверенность в том, что Александр Евгеньевич тайно надзирал за Троцким и в случае приказа должен был его устранить.
Голованов утверждал, что впервые встретился со Сталиным лишь в 1941 году. Однако тот же Ураз Мукашев в 1932 году сопровождал Голованова с секретной миссией в Синьцзян. На одной из ночевок у костра боец спросил у Александра Евгеньевича, видел ли тот Сталина. Голованов ответил утвердительно: «Видел не раз и Сталина, и Троцкого. Даже Ленина видел, но только вот с ним не беседовал».
Так что, скорее всего, судьба свела Голованова со Сталиным гораздо раньше, где-то в конце 1920-х годов. Александр Евгеньевич имел свободный доступ к вождю, а во время войны встречался практически ежедневно. Тот обращался к нему по имени — это было знаком величайшего доверия.
В 1933-м Голованов официально уходит из ОГПУ, учится на летчика, и в короткое время достигает значительных результатов. Ну не мог Александр занимать вторые места, по натуре он должен был стать лучшим. Летал на личном самолете Сталина — «Сталинском маршруте». Да, Голованов действительно считался одним из лучших летчиков Советского Союза, совершал героические перелеты, но… Все-таки основной его деятельностью были ответственные и секретные поручения самою Сталина — как в СССР, так и за рубежом. Даже в мемуарах, если читать внимательно, это проскальзывает. Так, в трагические дни октября 1941-го, когда в Москве разразилась паника, именно Голованова Сталин отправил наводить порядок на дорогах и возвращать в столицу перетрусивших членов правительства.

Взлет и падение

Великая Отечественная война стала поворотным пунктом в жизни Голованова. За четыре года он прошел путь от полковника до маршала авиации, от командира полка до командующего АДД, которая под его руководством стала лучшим родом войск в Советской армии. В немецких разведсводках летчиков АДД называли «аристократами авиации», а саму АДД — «любимицей народа».
В марте 1946 года Сталин, подойдя к большой группе собравшихся в Георгиевском зале для фотографирования маршалов, генералов и адмиралов, вдруг подозвал к себе Голованова, стоявшего где-то позади, лично усадил его в первом ряду вместе с 12 полководцами, среди которых были Г.К. Жуков и К.К. Рокоссовский.

Но время шло, вождь старел, впадал в маниакальную подозрительность.(Бредни. - Э.В.). Берия интригами убирал ближайшее верное окружение Сталина — Поскребышева, Власика(И при чем здесь Берия? - Э.В.). Дошло дело и до Голованова. Он ждал ареста, несколько месяцев скрывался на даче и в дальнейшем уже никогда не занимал постов, соответствующих его званию. Лишь в августе 1952-го, успевший к тому времени закончить Академию Генерального штаба и курсы «Выстрел», Голованов получил под начало воздушно-десантный корпус — беспрецедентное понижение в должности!

Опала продолжалась и после смерти Сталина. Хрущев и Жуков отправляют Голованова в отставку(Курвы.Причем оба. - Э.В.). Вообще маршалов никогда не увольняют в запас, они навсегда приписаны к армии. Но для Александра Евгеньевича «сделали исключение». Пенсию назначили небольшую — всего 1800 рублей (180 на послереформенные деньги). Половина уходила на оплату квартиры (опального военачальника лишили всех льгот по оплате жилья), 500 рублей он ежемесячно посылал старушке-матери. Выручала дача — гектар земли на Икше. Все сбережения потратили на корову и лошадь, полгектара засевали картошкой. Сам маршал ходил за плугом, жена Тамара Васильевна вела хозяйство, доила корову. Когда понадобились деньги на школьную форму для детей (их было пятеро), Головановы всей семьей собирали ягоды, сдавали в потребкооперацию. Лишь через несколько лет бывший маршал смог устроиться в НИИ гражданской авиации на скромную должность. Окончательно на пенсию ушел в 1966-м.

Умер Александр Евгеньевич 22 августа 1975 года, до конца дней оставаясь преданным своему кумиру — Сталину. Какие тайны вождя Голованов хранил, какие секретные и личные поручения выполнял — все эти тайны он унес с собой в могилу. Боюсь, их мы уже никогда не узнаем.

Источник: "Тайны ХХ века. Золотая серия" №1-с 2012 г

Секретные протоколы или кто подделал пакт Молотова-Риббентропа.

 

kungurov

23 августа, 2010

Год назад вышла моя книга Секретные протоколы или кто подделал пакт Молотова-Риббентропа. По этому поводу я дал z_a_r_a_za это интервью (приводится с небольшими сокращениями), опубликованное в chto_chitat Как водится, комментаторов больше всего зацепили не доводы против фальсификации, а мои "теплые слова" о фальсификаторах, то есть профессиональных историках. 

- Алексей, насколько мне известно, у тебя нет исторического образования. Почему же ты обратился к теме предвоенных советско-германских отношений, где, казалось бы, трудно сказать новое слово?
- «Профессиональные» историки – умственно неполноценные люди. Они способны лишь дергать друг у друга цитаты (это называется написанием научных трудов) да запускать в оборот исторические «фальшивки» по заказу правящего режима. Собирать информацию, сомневаться, анализировать, выстраивать систему доказательств они не в состоянии, поскольку не владеют научной методологией.

- То есть, по-твоему, историки не могут отличить фальшивку от подлинного документа?
- Да. Одни не хотят, другие просто не знают, как их различить. Для того, чтобы доказать фальшивость знаменитых «секретных протоколов» Молотова-Риббентропа достаточно лишь ознакомиться с их текстом. Всего известно три «секретных протокола» о разделе территорий между нацистской Германией и СССР. Первый - о разделе Польши, Румынии и Прибалтики. Второй – о разделе Литвы. Третий – о выкупе у Германии литовской территории, отошедшей ей в соответствии со вторым протоколом.

- Да, Польша была разделена между Германией и СССР. Есть знаменитая карта с росписью Сталина, утвердившего новые границы. Но, честно говоря, я впервые слышу о разделе Литвы.
- Потому что это был виртуальный раздел и виртуальный выкуп у Германии литовской территории. Если посмотрим на упомянутую карту, то на ней действительно обозначен небольшой кусок Литвы, как отходящей к Германии. Но если внимательно присмотреться, то станет ясно, что этот кусок Литвы – на самом деле территория Польши – так называемый Сувалкинский треугольник, названный так по имени города Сувалки. А в Литве есть историческая область Сувалкия. Вот фальсификаторы и перепутали их, когда составляли второй секретный протокол. Потом спохватились, да было уже поздно – фальшивка запущена в оборот. Пришлось им сочинять еще один секретный протокол о выкупе этой территории Советским Союзом. Правда, и тут облажались: по их мнению СССР выкупал у Германии Литовскую территорию за золотые доллары в 1941 г., в то время как золотые доллары были упразднены в 1933 г.
Опять же, на представленной здесь карте граница Литвы дана такой, какой она стала лишь в 1940 г. после передачи Литовской ССР нескольких районов Белоруссии. Уже одно это выдает то, что фальшивка была состряпана значительно позже. Ну никак не мог Сталин подписать карту из будущего!

- И сколько же всего насчитывается подобных изъянов в текстах и картах «секретных протоколов»?
- Несколько десятков, порой очень грубых – перепутаны названия рек, присутствуют грамматические ошибки, причем такие, какие русский человек не сделает. Например, слово «сторона» трижды употребляется в мужском роде, неверно склоняются географические названия (при том, что в официальных документах они вообще не склоняются).

- Если не случайностью, то чем можно объяснить такое количество ошибок?
- Тем, что «секретные протоколы» лепили «спецы» из американской разведки в 1946 г. Первая попытка вброса была осуществлена защитой нацистских преступников на Нюрнбергсом процессе, однако суд отказался приобщить эти материалы к делу, как не вызывающие доверия, чье происхождение неизвестно. Кстати, оно до сих пор неизвестно.
В 1948 г. Госдепартамент США выпустил сборник фальшивок под громким заголовком «Нацистско-советские отношения. 1939-1941», где и были опубликованы фотокопии «секретных протоколов». Тут янки дали маху. Ведь если бы они перепечатали тексты, то наличие ошибок можно было объяснить опечаткой при наборе. Но с фотографией такой номер не пройдет. 

- Почему же СССР не разоблачил эту провокацию ЦРУ?
- В этом не было никакой необходимости. Никто и никогда перед Советским Союзом вопрос о «секретных протоколах» не ставил. Не будет же МИД реагировать на всякую антисоветскую публикацию в желтой прессе или работу «историка Суворова», доказывающего, что Сталин готовился напасть на Гитлера, но тот его опередил на две недели.

- То есть «секретные протоколы» были лишь пропагандистским оружием?
- Совершенно верно. Но о них, в общем-то, после 1948 г. постепенно забыли, американским фальшивкам придавалось значение разве что в среде польской, прибалтийской эмиграции в США, Канаде и Великобритании.

- Ага, выходит это были как раз те люди, которые нынче у власти в Литве, Латвии и Эстонии?
- Да, и приход их к власти напрямую связан с «секретными протоколами». В конце 1986 г. в возрасте 96 лет умер Молотов, и вскоре после этого американские спецслужбы начали широкомасштабную спецоперацию по созданию в Прибалтике сепаратистских движений. Идеологической базой их они сделали миф о «секретных протоколах». А как иначе можно было убедить местное население, что русские-то, оказывается, оккупанты?

- Мне кажется, прибалты всегда недолюбливали русских.
- Заблуждение! В Латвийской ССР был самый высокий процент смешанных браков после России и Украины. Да и уровень жизни в Прибалтике, некогда аграрном захолустье Европы, значительно превышал среднесоветский. Западные эксперты сравнивали качество жизни в Дании и Эстонии, причем по некоторым позициям (здравоохранение, образование, соцобеспечение) советская республика опережала родину Андерсена. Так что серьезной базы для русофобии просто не было. Определенное напряжение создали разве что бывшие нацисты и «лесные братья», которым советское правительство при Хрущеве разрешило вернуться на родину по отбытии срока наказания. Но разрешение было получено как раз потому, что никакой угрозы правительство в них не видело. Так вот, поначалу тему «секретных протоколов» стали теребить западные радиоголоса, вещающие на Прибалтику из Западной Германии. А в 1988 г. началось массированное промывание мозгов через СМИ, сперва через газеты, потом в Вильнюсе переиздали в плохом переводе с английского госдеповский сборник фальшивок 1948 г. Обработка сознания была поистине тотальной.

- Минуточку! Как американские спецслужбы могли вести пропаганду через советские СМИ? Ведь тогда еще действовала цензура!-
Я скажу больше: началась эта пропагандистская компания через издания КПСС! И это не случайно. В Политбюро ЦК КПСС к тому моменту сложилась, как я ее называю, «мидовская» группировка, членами которой стали бывшие и действующие работники МИД и связанные с ними партийные функционеры. Действовала эта группировка в интересах США.
Одним из неформальных лидеров «мидовской» группировки был Александр Яковлев, которого называют архитектором Перестройки. Так того американцы завербовали еще в 50-е годы вместе с его другом Олегом Калугиным (в будущем генерал КГБ, самый известный предатель, заочно осужденный за измену в 2002 г.), когда эта сладкая парочка стажировалась по студенческому обмену в Колумбийском университете. Яковлев был разоблачен контрразведкой сразу же по возвращении в СССР, но ему удалось уйти от ответственности, потому что КГБ в тот момент возглавлял Шелепин – его личный друг и покровитель. В дальнейшем он не раз прокалывался на связях с западными спецслужбами. От агентуры госбезопасности в США и Канаде (в Оттаве Яковлев 10 лет был советским послом) поступала информация о его контактах с ЦРУ, о том, что он ведет слишком шикарный образ жизни, на который не то что зарплаты не хватит, но даже всего представительского фонда посольства. Наконец лично председатель КГБ Крючков неоднократно докладывал Горбачеву о том, что в составе Политбюро действует американский шпион.

- Почему же и тогда Яковлев избежал разоблачения?
- Потому что был связующим звеном между Горбачевым и западными спецслужбами, и тот вынужден был его покрывать. Однако слишком уж откровенно это делать было нельзя, поэтому доступ Яковлева к секретной информации был стараниями главы КГБ ограничен. Архитектор Перестройки люто возненавидел за это Крючкова, и впоследствии вылил на него немало грязи, даже обвинил того в подготовке покушения на свою драгоценную персону.
Так вот, Яковлев в ЦК КПСС курировал СМИ, и потому именно партийные газеты начали пропагандировать миф о «секретных протоколах» сначала в Прибалтике, а потом в масштабах всей страны.

- Может быть, прибалтийские сепаратистские движения тоже были созданы по приказу из ЦК КПСС?
- Зря иронизируешь. Яковлев совершил в 1988 г. вояж по всей Прибалтике, встречался с будущими лидерами тамошних народных фронтов, убедил их активизировать работу. В Литве «Саюдис» - самая агрессивная из всех сепаратистских группировок напрямую финансировалась из средств КПСС. Подготовкой боевиков-саюдистов занимался известный инструктор террористов Эндрю Айве, известный КГБ еще по Вьетнаму и Афганистану, так что американские спецслужбы действовали и напрямую. Литва же первой объявила о том, республика была оккупирована в 1940 г. советскими войсками на основании "пакта Молотова-Риббентропа" и потребовала независимости.

- Да, помню, кажется, на Съезде народных депутатов СССР это требование вызвало большой скандал.
- На Съезде литовцы еще не требовали ликвидации СССР. Скандал вызвало требование прибалтов официально признать и осудить «секретные протоколы» 1939 г. Съездом была создана депутатская комиссия по политической и правовой оценке советско-германского договора о ненападении, состоящую, в основном, из прибалтийских депутатов и оголтелых демократов вроде Афанасьева и Коротича. Возглавил комиссию уже известный нам архитектор Перестройки и американский агент Яковлев. Комиссия, как мне удалось установить, никакой работы не проводила, а создана была исключительно как ширма. 23 декабря 1989 г. на II Съезде народных депутатов СССР Яковлев зачитал свой доклад(личный, а не доклад от имени комиссии!), в котором делалось такое заключение: оригиналы секретных протоколов не найдены ни в советских, ни в зарубежных архивах, но есть основания считать, что они существовали. На этом основании Яковлев предложил осудить пакт Молотова-риббентропа.
Но с наскоку добиться желаемого не получилось, проект Постановления, которого добивались прибалтийские сепаратисты, не набрал требуемого числа голосов. Депутаты потребовали доказательств, и Яковлев нашел их… за ночь, зачитав некий документ, якобы доказывающий существование «секретных протоколов». Правда, этого документа по сей день никто не видел, но депутаты купились на этот шулерский трюк, проголосовав за признание и осуждение «секретных протоколов». Прибалтийские сепаратисты возликовали и провозгласили независимость своих республик. Первой это сделала Литва уже через через несколько недель после Съезда.

- И что же, народные депутаты проголосовали за признание протоколов, даже не видя их?
- Да. Не все даже знали что в них написано. Да и как они могли их увидеть? Я два года занимался исследованием этого вопроса, но и мне их не удалось лицезреть. Те многочисленные изображения, которые гуляют по Интернету и «научным» журналам являются репродукциями из американского сборника фальшивок, изданного в 1948 г. В 1992 г. якобы были обнаружены оригиналы «секретных протоколов» в бывшем архиве ЦК КПСС, и все тот же Яковлев устроил пресс-конференцию, где представил находку общественности. Но это ложь, ни одного упоминания в СМИ о пресс-конференции мною не найдено. В журнале «Вопросы истории» (№1, 1993 г.) осуществлена официальная публикация оригиналов «секретных протоколов», однако она не совпадает даже с американской версией фальшивки. К тому же в реальности этот журнал издан задним числом в 1995 г. До сих пор ни один человек не видел вживую якобы обнаруженные оригиналы «секретных протоколов».

- Но с ними же можно ознакомиться в архиве!
- Пробуй. Даю ссылку – Архив президента РФ, ф.3, оп.64, д.675а, лл.3-4. Всех, кто пытался получить доступ к источнику, посылали далеко и надолго. На самом деле это фальшивые архивные реквизиты, по ним в президентском архиве ничего не хранится.

- Алексей, почему же все-таки, ты, политтехнолог, известный черный пиарщик, так хорошо разбираешься в вопросах истории, далеких от твоей специальности?
- Кто сказал, что эти вопросы далеки от моей специальности? Михаил Покровский говорил: «История – это политика, опрокинутая в прошлое». Чем занимаются политтехнологи? Они осуществляют тактическое зомбирование населения, их задача за пять недель убедить электорат проголосовать за Иванова, Петрова или Сидорова. Теперь в России у них задача еще более усложнилась – заставить голосовать за Иванова, когда ни Петров, ни Сидоров в выборах не участвуют. Механизмы оранжевых революций гораздо более сложные – операции по свержению правящего режима длятся месяцы и даже годы. А стратегические операции по уничтожению стран и блоков стран осуществляются в течении десятилетий усилиями специалистов по пропагандистским войнам. Есть даже такой термин – консциентальное оружие. Так называют весь комплекс небоевых средств, воздействующих на сознание народа враждебной страны. Историки коллективными усилиями формируют у народа ложное представление о своем прошлом. Еще лет десять массированного воздействия на сознание, и русские не только будут каяться за пакт Молотова-Риббентропа, но и заплатят миллиарды долларов компенсации прибалтам. Не сомневаюсь, что Курильские острова в будущем будут отданы Японии…

- Но общественное мнение против этого!
- Лишь потому, что с общественным мнением еще не поработали в нужном направлении. На мой взгляд, достаточно трех лет, а при хорошем бюджете и нескольких месяцев, чтобы народ изменил свое мнение на прямо противоположное. Следом за Курилами, скорее всего, наступит очередь Калининградской области – она отойдет Евросоюзу, и местное население будет прыгать от восторга в тот момент, когда в гавань Калиниграда войдут крейсера НАТО.

- Но уж в это я не поверю никогда!
- А кто бы мог поверить в марте 1991 г., что Советский Союз прекратит свое существование к зиме? Тогда, напомню, 76% участвовавших в волеизъявлении высказались на референдуме за сохранение Союза ССР. Но в декабре того же года ни один из 113 миллионов, голосовавших за Союз, даже не пикнул, когда Ельцин, Кравчук и Шушкевич подписали Беловежские соглашения. Так что, если Германия может вернуть себе Кенегсберг без ковровых бомбардировок и даже без объявления войны, одним лишь консциентальным оружием. Другое дело, что сегодняшняя Германия во внешней политике зависима от США и по своему желанию такие акции осуществить не может. Контроль за историческим сознанием народа – есть контроль над его политическим будущим. Историки, которые пишут школьные учебники истории – это солдаты. Вопрос лишь в том, чьи это солдаты и кто ими командует. Современные российские историки – солдаты оккупационной армии, которая стерилизует историческое сознание народа.

- Выходит, что все российские историки – продажные агенты иностранных спецслужб?
- Ты очень близок к истине. От кого «профессиональные» историки получают деньги на свои «исследования»? От всевозможных «благотворительных» западных фондов. Раньше на школьных учебниках открыто писалось, что они составлены при содействии фонда Сороса. Историк, получивший грант на написание монографии, будет писать то, что закажет грантодатель, иначе следующей подачки не получит. Честный человек в этой системе просто не выживет, в ней процветают только идиоты и продажные подонки.

- Но государство тоже финансирует науку, в том числе и историческую…
- Смешно сказал. Осталось только сравнить объемы финансирования – те, что идут по линии государства и по каналам «благотворительных» фондов. К тому же государственной наукой командуют те же выкормыши Сороса, ученики Яковлева и Волкогонова.

- Президент Медведев создал специальную комиссию по проиводействию попыткам фальсификации истории. Как оцениваешь этот шаг?
- Это равносильно тому, что министр внутренних дел создаст комиссию по борьбе с преступностью, пригласив в нее самых отпетых преступников. И объяснит этот шаг так: мол, чтобы бороться с преступностью, надо знать ее изнутри. Тут то же самое: думаешь, сначала историки напишут под диктовку западных спонсоров учебники истории, а потом сами себя будут разоблачать по призыву президента? Смех да и только! В этой комиссии заседает даже такой отпетый фальсификатор истории, как Сванидзе. А член этой же комиссии господин Козлов в свое время поучаствовал в фальсификации секретных протоколов Молотова-Риббентропа.

- Думаешь, твоя книга сможет сбить спесь с прибалтийских политиков американского происхождения, которые до сих пор попрекают Россию советской оккупацией?
- Так называемой «оккупации» Литвы, Латвии и Эстонии там посвящена обширная глава. В ней приведены такие красноречивые данные об уровне жизни в этих странах, что всякому трезвомыслящему человеку станет понятно, почему прибалты так радовались присоединению к СССР. Ну а сбить с них спесь могут только народы этих стран. Государственность, базирующаяся на ложных исторических установках, нежизнеспособна, и сейчас тамошние режимы уже трещат по швам. Надеюсь, что русским «негражданам» в Латвии и Эстонии будет полезно почитать мою книгу. Может быть, они, наконец поймут, какими средствами воздействовали на их рассудок, чтобы заставить бороться за развал СССР под знаменами сепаратистских движений в одном строю с самыми отъявленными русофобами и нацистскими недобитками.

- А какой реакции ты ожидаешь от представителей официальной исторической науки? Будут ли пересмотрены учебники истории?
- Никакой реакции не будет. «Профессиональные» историки виртуозно научились не замечать, когда их тыкают мордой в их же дерьмо. Учебники истории, как писались под диктовку Сороса, так и будут писаться.

       А теперь собственно про Дюкова. Когда моя книга уже готовилась к изданию, я узнал, что у Дюкова тоже выходитсочинение, посвященное пресловутому пакту Молотова-Риббентропа. И очень мне стало любопытно, что же он такое там написал про секретные протоколы. В юбилейный 2009 год многие отметились публикациями о советско-германском договоре о ненападении, например Арсен Мартиросян. Но позиция Мартиросяна никаких сомнений не вызывала даже до выхода его книги. А вот с Дюковым не все так просто. С одной стороны он позицируется, как просоветский историк, оппонирующий прибалтийским и украинским националистам, разоблачитель многих антисоветских мифов. С другой стороны, он отчего-то тупо пропагандирует геббельсовскую версию о том, что бедных ляхов в Катыни постреляло НКВД в 1940 г. Конечно, всякий разумный человек, тем паче историк по образованию, да еще и писатель, в этот бред верить не может. Но раз пропагандирует - значит вынужден это делать. Скорее всего, по заказу - кто ж бесплатно будет Геббельсу-Соросу подпевать, изрядно при этом подставляясь?
       Решил я послать ему свое сочинение для ознакомления. Если он отреагирует одобрительно - значит его интересует историческая истина в этом вопросе. А если промолчит - значит собирается впартивать официозную прокремлевскую мифологию. Мало того, я еще и позвонил Дюкову, тот обещал книгу прочесть и со мной связаться. После этого он со мной разговаривать перестал, препоручив это дело своей серетарше. Та, конечно, не улавливала в моем голосе стебные нотки, когда я рассказывал ей, как важно мне знать мнение Александра Решидеовича, поскольку работаем мы над одной темой, и потому раздраженно сообщала, что шеф с моим посланием ознакомился и раз не отвечает, значит не считает нужным это делать.
       В общем с "историком" Дюковым, все стало ясно. Но когда вышла его брошюрка, у меня был повод посмеяться над тем, как беспомощно Дюков пытается подмахнуть западно-кремлевским фальсификаторам. Он ведь типа историк-профи, по архивам шарится, в книгах все цитаты со ссылочками и реквизитами. А тут надо явную фальшивку впарить, да еще и лицо не потерять - впарить ее "научно" - со ссылочками и архивными реквизитами. Но задача эта оказалась непосильной даже для Дюкова, и потому он пошел по самому простому пути: дал в своей книжонке фальшивую ссылку на несуществующий документ, о чем я писал здесь: "Любопытное творение. Больше 100 иллюстраций, но самой главной картинки - репродукции секретных протоколов нет. На 17 странице шедевр - проект договора о ненападении от 19 августа 1939 г. с очень "информативной" ссылкой - Архив Президента РФ. Но этот же самый проект был опубликован в сборнике "Документы внешней политики СССР. 1939 г." с такими реквизитами: АВП РФ, ф. 0745, oп. 14, п. 32, д. 3, л. 52-53. Согласно положения об АП РФ, в нем хранятся только документы, касающиеся деятельности непосредственно президента. Все прочие документы должны передаваться в архивы по подведомственности. А тут получается, что в АП РФ МИД передал свои документы 70-летней давности. Абсурд!
       Гораздо логичнее предположить, что Дюков впаривает нам очередную фальшивку. Тем более, что подложность этой писульки определяется элементарным текстологическим анализом".
       Через несколько месяцев ЖЖ-юзер istoriofil процитировал мой комментарий в блоге Дюкова в посте, где тот старательно прикидывается валенком: "К вопросу о Кунгурове и его "Секретных протоколах". Я по причине занятости, эту книгу так и не прочитал - только пролистал в магазине". Ну-ну, мы-то знаем, что он "пролистывал" ее еще до того, как макет отдали в типографию. Диалог был примерно таким:
       istoriofil : Надеюсь, господин Дюков не оставит эту оплеуху без ответа.
       a_dyukov : Не вижу ничего удивительного, что проект соглашения отложился и в архиве МИДа (где его готовили), и в документах Сталина в АП РФ. Почему это удивительно г-ну Кунгурову и почему он строит на этом основании абсолютно дикие выкладки, подумайте сами.
       istoriofil :Тот черновик, чья картинка в Вашей книге - он откуда -из АП РФ или АВП РФ? Насколько я понимаю, отсылочный материал оформляется так, чтобы не допускать расширительных толкований и не давать повода для "диких выкладок". А то создается впечатление, что Вы картинку откуда-то из недр Википедии извлекли. Можете дать точную ссылку на артефакт? Я могу попросить коллегу по старой работе в Госдуме сделать запрос в АП. Тогда все встанет на свои места.
       a_dyukov :  АП РФ, что и отражено в подписи к картинке. 
Опубликован документ (факсимиле, и текст) в сборнике "СССР - Германия, 1939 - 1941", изданным опять-таки АП РФ. 

       Ох и поржал я над придурковатым Дюковым. Ну кто его тянул за язык? Отмолчался бы с умным видом и дело с концом. Но нет, он принялся оправдываться, и оправдываться тупо путем примитивного вранья. Дело в том, что изданиеОглашению подлежит: СССР-Германия 1939-1941 (Документы и материалы) (М. "Моковский рабочий", 1991) является перепечаткой знаменитого сборника фальшивок Nazi-Soviet Relations 1939-1941, изданным Госдепом США в 1948 г., о чем говорится в первых же строках предисловия к книжке. Так что если к этому делу и имела отношение администрация президента, то это была администрация президента Трумэна, а вовсе не АП РФ, как брешет Дюков. Да и репродукции "черновика пакта" в этом издании все равно не было (тем более там не могло быть цветной картинки). Так что с какой помойки подобрал его Дюков, так и не ясно. Сам что-ли сварганил?
       Итак, резюмирую. На примере профессионального историка Дюкова мы видим, какое это беспомощно тупое племя - даже сбрехать грамотно ума не хватает. У Геббельса, однако, подучиться стоит.
       А теперь самое главное. Вопрос к компетентным товарищам: помогите найти источник приведенной репродукции проекта договора. Скоро выйдет второе исправленное дополненное издание книги  "Секретные протоколы или кто подделал пакт Молотова-Риббентропа", и хотелось бы прояснить вопрос: являлется ли Дюков первым публикатором этой фитюльки или он скоммуниздил ее откуда-то, умолчав об источнике. Метки: Александр Дюков, идеология, исторические мифы, манипуляция сознанием, пакт Молотова-Риббентропа, фальсификация истории

http://kungurov.livejournal.com/26710.html

Дополнение:

ЗАГАДКИ «ПАКТА МОЛОТОВА-РИББЕНТРОПА»

28 сентября 1939 года в Москве был подписан германо-советский «Договор о дружбе и границе между СССР и Германией». К договору была приложена карта раздела территории Польши между СССР и Германией: оба документы в конце сентября 1939 года были опубликованы в советской прессе.

Кроме договора – и это очень интересно! – наркомом иностранных дел СССР В. Молотовым и министром иностранных дел Германии Й. Риббентропом был подписан конфиденциальный протокол о переселении немцев, проживающих в сфере советских интересов, в Германию, а украинцев и белорусов, проживающих в сфере германских интересов, – в СССР.

Помимо этого, было подписано ещё два секретных протокола. В одном из них стороны брали на себя обязательства не допускать «никакой польской агитации» и сотрудничать в деле её пресечения. В соответствии с другим протоколом, Литва отходила в сферу интересов СССР в обмен на Люблинское и часть Варшавского воеводства, передававшихся Германии.

Не это ли обстоятельство для «заинтересованных лиц» послужило отправным пунктом утверждать, что и к «пакту Молотова-Риббентропа» также прилагался некий секретный протокол? Оба документа последние 20 лет в СССР и России публиковались неоднократно. Тем не менее, приведём ниже текст Договора и так называемого «секретного протокола» к нему. И далле по тексту ссылки....  http://www.conspirology.org/2009/09/zagadki-pakta-...-ribbentropa.htm#ixzz2pZkE3ewQ

Чтобы там ни говорили критики советской экономики, но сегодня становится ясно – она, на поверку, оказалась для нашей страны, выражаясь современным языком, более «конкурентоспособной», чем так называемые «рыночные экономики» западного образца.

В 1913 году доля России в мировом промышленном производстве составляла около 4%, к 1937 году она достигла 10%, а к середине 70-х - 20%, и держалась на этом уровне до начала «перестройки». Наиболее же динамичными были два периода советской истории: 1930-е и 1950-е годы.

Первый период – индустриализация, которая проводилась в условиях «мобилизационной экономики»: по общему объёму валового внутреннего продукта и производству промышленной продукции СССР в середине 1930-х гг. вышел на первое место в Европе и на второе место в мире, уступив только США и значительно превзойдя Германию, Великобританию, Францию. За неполных три пятилетки в стране было построено 364 новых города, сооружено и введено в действие 9 тыс. крупных предприятий – колоссальная цифра – по два предприятия в день!

Конечно, мобилизационная экономика требовала жертв, максимального использования всех ресурсов. Но, тем не менее, накануне войны жизненный уровень народа был существенно выше, чем на старте первой пятилетки.

Широко известно высказывание И.В. Сталина о том, что СССР отстал от промышленно развитых стран на 50-100 лет, историей отпущено на преодоление этого отставания 10 лет, в противном случае, нас сомнут. Эти слова, сказанные в феврале 1931 г., удивляют своей исторической точностью: расхождение составило всего четыре месяца.

Второй период – экономическое развитие на основе той модели, которая сформировалась после войны при активном участии И.В. Сталина. Модель эта по инерции продолжала функционировать в течение ряда лет и после его смерти (до тех пор, пока не начались разного рода «эксперименты» Н.С. Хрущева). За 1951-1960 гг. валовой внутренний продукт СССР вырос в 2,5 раза, причем объем промышленной продукции – более чем в 3 раза, а сельскохозяйственной – на 60%. Если в 1950 г. уровень промышленного производства СССР составлял 25% по отношению к США, то в 1960 г. – уже 50%. Дядя Сэм очень нервничал, поскольку «вчистую» проигрывал экономическое соревнование Советскому Союзу. Жизненный уровень советских людей непрерывно рос. Хотя на накопление (инвестиции) направлялась значительно более высокая доля ВВП, чем в США и других странах Запада.

Тридцатилетний период нашей истории (с начала 1930-х до начала 1960-х гг.) можно назвать советским «экономическим чудом». Сюда следует включить также 1940-е годы – период войны и экономического восстановления СССР.

Наша страна сумела победить Гитлера и всю гитлеровскую коалицию. Это была не только военная, но и экономическая победа. В период восстановления страны после войны мы сумели быстрее европейских стран вернуться к довоенному уровню, а также создать «ядерный щит», который был жизненно необходим стране в условиях объявленной Западом «холодной войны».

В 1960-е годы мы начали терять ту экономическую динамику, которая была создана в предыдущий период. А с середины 1970-х гг. стали наблюдаться признаки так называемого «застоя», утраты внутренних источников развития, которые камуфлировались неожиданно обвалившимися на нашу страну нефтедолларами.

С середины 1980-х гг. началось прикрываемое лозунгами «перестройки» разрушение остатков той модели экономики, которая была создана в годы «экономического чуда».

Я не первый, кто обращает внимание на «экономическое чудо Сталина». Объясняя его, авторы справедливо подчеркивают, что была создана принципиально новая модель экономики, отличная от моделей «рыночной экономики» Запада (капиталистическая модель экономики).

Первые годы советской истории – экономика «военного коммунизма» (1917 – 1921 гг.). Это особая модель, очевидно, что она не имеет ничего общего с «рыночной моделью» (более того, ее называют антиподом рынка). Но ее нельзя назвать и советской.

Некоторые авторы по недоразумению или сознательно пытаются поставить знак равенства между экономикой «военного коммунизма» и «экономикой Сталина». Если уж персонифицировать первую, то ее следовало бы назвать экономикой Ленина – Троцкого.

Элементы модели «рыночной экономики» имели место лишь в начальный период истории СССР (период НЭПа: 1921 – 1929 гг.) и в завершающий период («перестройка» М.С. Горбачева: 1985 – 1991 гг.). То есть в «чистом виде» получается около полутора десятилетий. Если персонифицировать данную модель, то ее можно условно назвать экономикой Н. Бухарина – М. Горбачева. Напомню, что в 20-е годы Николай Бухарин считался главным идеологом партии и ратовал за построение социализма и коммунизма именно на основе рыночных принципов. Позднее стал активным членом «новой оппозиции», которая резко возражала против модели, предлагавшейся И.В. Сталиным и его сторонниками («модель Сталина»).

Еще примерно 25 лет (1961 – 1985 гг.) – период так называемой «экономики застоя», когда рыночной модели еще не было, но советская модель медленно подтачивалась изнутри с помощью различных «частичных усовершенствований», которые не повышали ее эффективность, а лишь дискредитировали. Для того, чтобы в конце существования СССР «прорабы перестройки» могли заявить в полный голос: «советская модель не эффективна, ее надо заменять на рыночную».
Если персонифицировать «экономику застоя», то ее можно было бы назвать экономикой Хрущева – Брежнева – Андропова – Черненко.

Таким образом, из всей 74-летней истории существования СССР на период «экономического чуда» приходятся от силы три десятилетия - 1930-1960 гг. И, хотим мы этого или нет, но приходится признать, что связан он с именем Сталина.

Правда, в 1953-1960 гг. его уже не было, однако созданная им модель экономики продолжала функционировать, она не претерпела тогда еще значительных изменений.

Поэтому тридцатилетний период. можно назвать временем «экономики Сталина», а экономические достижения этого периода – «экономическим чудом Сталина».

Сегодня у нас господствует «плюрализм» мнений. Может быть, кто-то видит какие-то изъяны в советской модели, и ему больше нравится модель «рыночной экономики». Но вот что удивительно: сегодня 99,99 % всей информации, относящейся к категории «экономической», посвящены «рыночной экономике». Оставшиеся 0,01% информации имеют отношение к советской модели. Но при этом в сообщениях, статьях и книгах почти нет подробного описания указанной модели, все ограничивается беспредметной «критикой» и традиционным выводом: это «административно-командная экономика». Никаких вразумительных определений «административно-командной экономики» нет, за исключением того, что это экономика, противоположная «рыночной экономике». Кажется, автором этого штампа стал на заре «перестройки» экономист Гавриил Попов, один из наиболее рьяных «рыночников». «Административно-командная экономика» - что-то типа приговора, который обоснованию не подлежит. Думаю, что замалчивание темы «советская модель экономики» объясняется очень просто: серьезный сравнительный анализ двух моделей крайне невыгоден тем, кто продвигает идеологию «рыночной экономики». Такова информационно-пропагандистская политика «Вашингтонского обкома партии».

Пытаться оценивать «сталинскую экономику» по критериям рыночной и принципов экономического либерализма – дело пустое. Против СССР велась постоянная война - то явная, то закамуфлированная. Выиграть такую войну при соблюдении правил «рыночной экономики» - все равно, что боксеру выиграть бой на ринге с завязанными глазами.

Суть же советской модели (1930-1960 гг.) сводится к следующему:

общенародная собственность на средства производства,

решающая роль государства в экономике,

централизованное управление,

директивное планирование,

единый народнохозяйственный комплекс,

мобилизационный характер,

максимальная самодостаточность (особенно в тот период, пока еще не появился социалистический лагерь),

ориентация в первую очередь на натуральные (физические) показатели (стоимостные играют вспомогательную роль),

ограниченный характер товарно-денежных отношений,

ускоренное развитие группы отраслей А (производство средств производства) по отношению к группе отраслей Б (производство предметов потребления),

сочетание материальных и моральных стимулов труда,

недопустимость нетрудовых доходов и сосредоточения избыточных материальных благ в руках отдельных граждан,

обеспечение жизненно необходимых потребностей всех членов общества и неуклонное повышение жизненного уровня, общественный характер присвоения и т.д.

Особо следует обратить внимание на плановый характер экономики. Ведь критики советской модели, употребляя уничижительное словосочетание «административно-командная система», прежде всего и имеют в виду народнохозяйственное планирование. Которое противоположно так называемому «рынку» - экономике, ориентированной на прибыль и обогащение.

В советской модели речь шла именно о директивном планировании, при котором план имеет статус закона и подлежит обязательному исполнению. В отличие от так называемого индикативного планирования, которое после Второй мировой войны использовалось в странах Западной Европы и Японии и которое имеет характер рекомендаций и ориентировок для субъектов экономической деятельности. Кстати, директивное планирование присуще не только «сталинской экономике». Оно существует и сегодня в крупных корпорациях.

Поэтому, уж если критикам советской модели полюбилось выражение «административно-командная система», то они должны также рьяно критиковать крупнейшие мировые транснациональные корпорации, типа IBM, British Petroleum, General Electric или Siemens.

Там с начала XXI века существует действительно жесточайшая административно-командная система без каких-либо примесей «демократии» и участия работников в управлении.

В беседе 29 января 1941 года Сталин указывал, что именно плановой характер советского народного хозяйства позволил обеспечить экономическую независимость страны: «Если бы у нас не было ... планирующего центра, обеспечивающего самостоятельность народного хозяйства, промышленность развивалась бы совсем иным путем, все началось бы с легкой промышленности, а не с тяжелой промышленности. Мы же перевернули законы капиталистического хозяйства, поставили их с головы на ноги. Мы начали с тяжелой промышленности, а не с легкой, и победили. Без планового хозяйства это было бы невозможно. Ведь как шло развитие капиталистического хозяйства? Во всех странах дело начиналось с легкой промышленности. Почему? Потому, что легкая промышленность приносила наибольшую прибыль. А какое дело отдельным капиталистам до развития черной металлургии, нефтяной промышленности и т. д.? Для них важна прибыль, а прибыль приносилась, прежде всего, легкой промышленностью. Мы же начали с тяжелой промышленности, и в этом основа того, что мы не придаток капиталистических хозяйств. ... Дело рентабельности подчинено у нас строительству, прежде всего, тяжелой промышленности, которая требует больших вложений со стороны государства и понятно, что первое время нерентабельна. Если бы, например, предоставить строительство промышленности капиталу, то больше всего прибыли приносит мучная промышленность, а затем, кажется, производство игрушек. С этого бы и начал капитал строить промышленность».

Читать далее

Так, в первой половине 1970-х гг. СССР достиг военного паритета с США и НАТО. С учетом этого можно и нужно было внести коррективы в пропорции развития группы А и группы Б в пользу второй группы отраслей промышленности.

Следовало бы ускорить развитие таких отраслей, как легкая промышленность, пищевая промышленность, производство автомобилей, мебели, бытовой и радиоэлектронной техники, а также увеличить масштабы жилищного строительства. Вместо этого инвестиции были направлены на строительство БАМа, соединение рек и т.п. А тут еще подоспела «палочка-выручалочка» в виде нефтедолларов (повышение цен на «черное золото» на мировом рынке в 1973 г.). Вместо курса на подтягивание группы Б был взят курс на ликвидацию дефицитов ряда потребительских товаров за счет импорта.

С 1985 года начался период целенаправленного уничтожения нашей экономики под лукавым лозунгом «перестройки». Начался бурный переход от государственного капитализма к другой модели капитализма, которую можно назвать в равной мере «частнособственнической», «бандитской», «компрадорской».

Можем ли мы вернуться к разумной экономике, которая когда-то принесла ей прорыв? Можем, если сформулируем надэкономические, «высшие» цели. И такие цели сегодня витают в воздухе.

В.Ю. Катасонов - профессор, доктор экономических наук, председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова. 

Я сделал иллюстрированный пост для сообщества foto_history. Материал для этого поста я взял из нескольких моих
уже опубликованных в ЖЖ и на Тифаретнике статей.

http://foto-history.livejournal.com/4650912.html

Но потому что я задействовал несколько статей, я не дал в сообществе такую, слишком длинную ссылку
на источники в моём журнале.

В результате, уже не один и не два человека перетащили из сообщества "история в фотографиях" этот пост к себе, В ЛиРу, без ссылки на меня.
Время от времени, такая эпидемия случается с моими статьями.
Поэтому помещаю эту статейку во всех моих блогах, включая и ЖЖ. Я объяснил всё это для тех, кто уже читал этот материал раньше
в моём журнале на ЖЖ, или в дневнике на Тифаретнике. Чтобы не удивлялись.
Вениамин

Тулуз-Лотрек и художественная фота.

Начиная почти с конца 19-го века и пару десятков лет в 20-ый век было не
так уж мало художников,-- и среди них были известные художники,-- которые занимались художественной фотографией.

СОКРАТ

На одном конкурсе сочинений о Сократе победила 12-летняя девочка, написавшая самое короткое: «Сократ ходил среди людей и говорил им правду. За это его убили». Лучше, пожалуй, и не скажешь в двух словах об этом босоногом старце, которого дельфийский оракул назвал «самым мудрым из смертных».

Родился он в 469 г. до н.э. в Афинах и умер там же в 399 г. до н.э., выпив по приговору суда чашу сока ядовитого растения цикуты. Отец его, небогатый ваятель-каменотес, не мог дать ему приличного образования, и откуда Сократ набрался своих обширных знаний, восхищавших современников, неизвестно. Известно, что зимой и летом он ходил в одной одежде, хуже чем у иных рабов, часто босиком. Но популярность его была такова, что в 404 г. до н.э. правительство 30-и тиранов позвало его к себе на службу, однако он, рискуя жизнью, отказался наотрез. Он порицал все формы правления: аристократию, плутократию, тиранию и демократию, – как одинаково лицемерные и несправедливые. Но считал, что произвол одного все же лучше произвола многих – и что гражданин обязан соблюдать любые, даже самые плохие законы его родины.

В молодости он отличился в трех военных походах, вынес с поля боя раненого товарища. Вошла в предание, как образец сварливости, его жена Ксантиппа, союз с которой поэт Мандельштам изобразил так:

Встречает пьяного Сократа

Крылатой руганью жена.

Возможно, он впрямь часто приходил домой навеселе, так как больше всего любил, болтаясь битый день по городу, задавать всем, кому не лень вступить с ним в беседу, свои знаменитые вопросы. Ну, а беседа и у древних греков была спутницей застолий и вина. За всю жизнь он не написал ни строки, отпечатавшись, как Христос, в пересказах его речей его учениками – главное Платоном и Ксенофонтом.

Сократ считается основоположником диалектики и первым, кто глубоко вскопал вопрос о сущностях – общих понятиях для разных вещей. Например что есть само по себе «прекрасное», «дурное», «полезное» и так далее. Впрочем он сам, мастер образной и цепкой речи, никак не формулировал свою философскую задачу. Но как влекомый некой путеводной целью странник запытывал всех простодушными внешне, но исподволь коварными, даже исполненными подчас язвительной иронии вопросами. Чем надменней и самоуверенней был собеседник, тем беспощадней обставлял его Сократ – и, загнав в тупик, еще как бы спохватывался: да это я сам такой дурень, что совсем сбил с толку человека!

Но за этим вроде смешным делом крылся обессмертивший Сократа метод, который он сравнивал с хлопотами повивальной бабки, помогающей роженице. А целью этих хлопот было выуживание из хаоса противоречий и недомыслий того, что Сократ ставил выше всего в жизни – истины.

Но какую великую истину он извлек на свет? Да никакой – кроме единственной, которую не уставал повторять: что знает только то, что ничего не знает. И этим-то лишь отличается от невеж, которые тоже ничего не знают, но думают, что все знают.

За что же тогда он так почитался уже при жизни – а посмертно был возведен чуть не в родоначальники науки философии? Формально – за его диалектический метод, позже оформленный в учение о «единстве и борьбе противоположностей». А в сути – за воплощенный им образ мыслителя, имеющего смелость выйти за пределы всего ведомого, дабы постичь силой ума загадочный, бездонный мир – прежде всего мир человека. Его неистовая страсть непредвзято и дотошно судить обо всем на свете не обходила ни самые простые с виду, «детские» вопросы – ни самые парадоксальные и даже запретные: о сущности богов и власти. Он, может, первым из всех мыслителей возвел в систему такой взгляд, что истина – не некий богоданный абсолют, а совокупность противоречивых и даже взаимоисключающих на первый взгляд сторон.

Вот он, к примеру, начав с самого тривиального, пытается установить сущность такого понятия как мужество: «Мужество ли, – спрашивает он собеседника, – не оставлять поле боя первым?» – «Конечно». – «А бежать от врага – трусость?» – «Разумеется». – «А если воин бежал с хитростью и с ее помощью победил врага?» Тут собеседник уже несколько смущается: как это он мог упустить такой подвох? И дальше от вопроса к вопросу, словно раздевая лист за листом кочан капусты, отсеивая всякое ложное или даже неточное суждение, Сократ стремится к сердцевине – и к чему приходит? Чаще всего никакого однозначного ответа в результате нет. Но мощный ум настойчивого босяка как бы продрал нас сквозь все противоречия предмета, заразил ощущением, что это продирание через наружную листву и есть путь к истине. Надо лишь, как бы внушает постоянно он, бесстрашно, не мигая смотреть в глаза правде – или мраку, при неимении достаточного света.

Как у иных есть абсолютный музыкальный слух, у него был абсолютный слух на всякую неправду. И его утверждение о собственном незнании не было скорей всего ни нарочитым парадоксом, ни кокетством тайного всезнайки. Похоже, он имел в душе какой-то неизреченный образ истины, понимая, что в современном ему мире нет возможности ее изречь. Потому главным образом неутомимо отметал прочь все неистинное, а в его беседах отрицаний куда больше, чем утверждений, и первые звучат куда убедительный вторых.

Отсюда же, видимо, происходят и два его самые загадочные для современников признания, за которые он и заплатил в итоге головой. Одно – что с каких-то пор в нем поселился некий внутренний голос, называемый им «демоном», который никогда не говорил, что надо делать, но говорил, чего делать не надо. Ну а второе – уже самое крамольное. Рассматривая проявления огромного числа тогдашних богов, он заподозрил, что они действуют не абы как, но за ними стоит некий безымянный архибог, и управляющий их действиями.

Но при всем этом он строго держался и неких положительных начал. Все то же, вероятно, внутреннее чувство, ломавшее все шаблоны отвлеченного суждения, заставляло его возводить гражданскую добродетель в высшее человеческое качество. И удивительно перекликаясь вновь с Христом, он за 4 века до Христа изрек одну из главных установок будущего богочеловека – что для всякого гораздо лучше терпеть зло, чем творить его. Но попутно впал в какое-то безумное для мудреца младенчество – сочтя, что если люди поймут, в чем добро, только ему и будут следовать!

Гражданский долг он стойко исполнял не только на войне. Сограждане запомнили его принципиальность на посту притана – члена совета Пританея, учреждения, отправлявшего властные и обрядовые функции. В Пританее еще угощали изысканным обедом за казенный счет отличившихся в пользу отечества героев – например победителей на Олимпийских играх. И когда некто был осужден на казнь, несправедливо по мнению Сократа, он один из всех 50-и коллег-пританов громко выступил против.

Но даже современному ребенку уже, наверное, ясно, что такому правдоборцу с его неукротимым словом и умом, рано или поздно должно было не поздоровиться. Для аристократов он был вызывающим простолюдином, беспощадно побивавшим в публичных спорах их купленную за большие деньги образованность. Для демократов – распугивающим их улов и срывающим их продувные вывески разоблачителем. Кто-то даже сравнил его с электрическим скатом, который своим ударом лишает языка любого спорщика. Еще кого-то пугал его великий критицизм и полная отвязанность суждений…

Но так как даже 30 тиранов не решились в открытую преследовать его за отказ служить им, сменившие их демократы завели против него тайную интригу. Считается, что руку к ней приложили и софисты, которых он высмеивал за бесцельную словесную эквилибристику. Но на них тогда возникла мода, они давали знатным юношам дорогостоящие уроки – а Сократ, учивший всех бесплатно, еще и подрывал их бизнес.

Плохую роль в его судьбе сыграл и знаменитый комедиограф Аристофан. Принадлежа к консервативной партии аграриев, он не делал различия между Сократом и софистами: и тот, и те были для него лишь вольнодумцами, попиравшими святую старину. В комедии «Облака» он вывел Сократа как раз в образе софиста, который сидит как сыч в своей «думальне» и учит молодежь не платить налоги и плевать на старших.

В итоге «группа товарищей» из демократов во главе с неким Анитом привлекла Сократа к суду по сфабрикованному, как называется сейчас, обвинению. Ему вменялось развращение юношества, отрицание отеческих богов и введение нового божества – «расстрельная» тогда статья. Правда, в гордившихся своей просвещенностью Афинах она практически не применялась – да и суд над Сократом мыслился скорей как бутафорский, с целью лишь окоротить его, но не лишать жизни. Но старина Сократ, военный ветеран, не поклонившийся и былым 30-и тиранам, не дал выставить себя в шутовской роли.

Когда ему дали слово, он, обычно весьма скромный в самооценках, в корне изменил своему правилу и сказал примерно следующее. Все, что говорилось здесь против меня – вранье. И хоть всем известно, что я могу затмить любого красноречием, сегодня к нему не прибегну и скажу одну правду. А она в том, что если есть в Афинах безупречный гражданин – это Сократ, герой трех войн, слуга отечества и истины, не развратитель, а воспитатель лучших мужей, чьи имена все знают. И если хотите по обычаю услышать, чего я сам считаю достойным за мои деяния – это обед в Пританее. Тем паче что он мне нужней, чем победителям олимпиад: они не нуждаются в пропитании, а я нуждаюсь.

После столь дерзкой отповеди судьи, ожидавшие просьбы о замене смертной казни изгнанием или хотя бы примирительного покаяния, взбеленились от ярости. И вопреки их первоначальному замыслу приговорили Сократа к смерти.

Это был беспримерный приговор: в Афинах никого еще не осуждали так строго всего за выразительное слово. И когда первая ярость судей стихла, они решили одну свою подлость выправить другой – передав друзьям Сократа, что если он захочет бежать из-под стражи, препятствий этому не будет. Этой подробности скверного дела посвящен щемящий сердце диалог Платона «Критон». Критона, ученика Сократа, подослали склонить его учителя к побегу, на что богатые сограждане даже сделали свою складчину. Но Сократ, не бегавший и от врага, на доводы Критона, что достойнейший из афинян не должен быть казнен, ответил так.

Всю свою жизнь я проповедовал законопослушание и могу ли теперь позволить людям говорить, что это было только лицемерием, которое вскрылось, едва дело коснулось моей жизни? Разве моим детям будет лучше, если я сгину с бесчестьем на чужбине? Я уже стар, все равно скоро умирать, так лучше умру с честью! Предчувствие мне говорит, что моих судей покарает рок, а мое имя будет в славе.

Еще широко разошлась в Афинах и в веках такая деталь. Другой ученик Сократа, Аполлодор, придя простится с учителем, горько сокрушился: «Особенно тяжело мне, Сократ, оттого что ты осужден несправедливо!» На что Сократ ответил: «А разве тебе было бы легче, если бы меня осудили справедливо?»

Последним его желанием было самому обмыться перед смертью, чтобы потом не пришлось возиться с ним другим. Он выпил, как заздравный кубок, чашу с ядом, лег и умер. Афиняне, до самого конца не верившие в казнь Сократа, пришли задним числом в такой гнев против его обвинителей, что те в страхе бежали из Афин – подтвердив тем предсмертное пророчество философа…

Показательно, что христианство, довольно плохо относившееся к античному языческому миру, выделило из него Сократа как предвестника Христа – за догадку о том архибоге. И в ранних христианских храмах Сократ даже изображался на иконах.

Но за что все же, если отрешиться от деталей, был убит этот гремучий праведник? Я думаю, лучше всего на это ответил он же сам его диалектическим посылом. Такие личности, служившие посмертно славе их народов, при жизни именно их совершенством входили в конфликт с властью, сложенной так или иначе из несовершенного большинства. И потому на таких светочей как Сократ, Христос, Джордано Бруно, протопоп Аввакум всегда находились такие казнители как афинский суд, синедрион, святая инквизиция, РПЦ. Причем последние казнили осужденных ими уже именем казненного Христа.

Диалектика Сократа, ушедшая за рамки его времени, пожалуй, объясняет и такой необъяснимый ныне парадокс. Жестокий сталинский режим породил у нас именно культ личности – когда могучих личностей было невообразимое сейчас число. Композиторы Прокофьев и Шостакович, писатели Шолохов, Булгаков и Пастернак, конструкторы Туполев, Яковлев, Ильюшин, Лавочкин; ученые Капица, Ландау, Курчатов – и этот список можно бесконечно продолжать. По нынешней метафизической трактовке все они произошли «вопреки» – но почему-то в наше «свободное» и благое время не происходит ничего подобного. Не пахнет ничем подобным свершениям той «плохой» поры, и последние обломки того великого «вопреки»-авиастроения – Ту-204 и Ил-96 – угроблены благодаря текущему «благодаря».

То есть наша «свобода» парадоксальным, но уловленным еще Сократом образом обернулась афинским судом, синедрионом и инквизицией вместе взятыми. В зародыше убила этим круговым зажимом весь творческий позыв, еще раз доказав сократовский посыл: что вид снаружи может быть полной противоположностью сокрытой под ним сути.

При тирании Сократ выжил, а при демократах был казнен – и всей своей жизнью и смертью дал нам на 24 века вперед повод задуматься о выведенных им на личной шкуре парадоксах бытия!

Смерть Сократа. Давид.

Недаром дети любят сказку.
Ведь сказка тем и хороша, что в ней счастливую развязку
Уже предчувствует душа.
И на любые испытанья согласны храбрые сердца
В нетерпеливом ожиданье
Благополучного конца.
Валентин Берестов

  Сказочный художник - иллюстратор Геннадий Спирин (Gennady Spirin) родился в небольшом городке Орехово-Зуево, недалеко от Москвы, 25 декабря 1948 года. Его художественный талант был определен уже в раннем возрасте. Классическое художественное образование получил в художественной школе им. Сурикова при Академии художеств в Москве и в Московской государственной художественно-промышленной академии имени С. Г. Строганова (ранее Строгановское училище МГХПУ). Его собственный уникальный стиль узнаваем во всем мире - это сочетание традиций русского искусства и виртуозное владение техникой акварельной живописи. Его чувство стиля и художественного мастерства подняли детскую книжную иллюстрацию на новый уровень изобразительного искусства. Работы художника находятся в постоянной коллекции Библиотеки Принстонского университета Graphic Arts Collection а также во многих частных и корпоративных коллекциях по всему миру. В настоящее время Геннадий Спирин вместе с семьей живет в Принстоне, Нью-Джерси.

Lord is my Shepherd

Percival

Жизнь - это вода. Время - это вода. Вечность - это вода. Она ничего не стоит - потому что бесценна. Она служит всему миру, потому что свободна. Её сила с мягкости. Её совершенство в простоте. У неё одно имя, но множество обликов. Её величие беспорно!

Отто Скорцени: «Почему мы не взяли Москву?».

Каждую весну, когда приближается День Победы, телевидение начинает показывать художественные фильмы, посвященные Великой Отечественной войне. Положа руку на сердце: большинство из них просто спекулируют на Великой теме. Нужно впарить рыгающему перед телевизором обывателю с бутылкой пива в руке, что-то «интересненькое», приятное для его глазенок, осовевших от мирного житья. Вот и появляются сериалы, вроде «Истребителей», главная интрига которых — кто залезет под юбку летчице: «плохой» замполит или «хороший» сын репрессированного дореволюционного аристократа с томиком Гете на немецком под мышкой в исполнении актера Дюжева? Не воевавшие и даже не служившие рассказывают другим не воевавшим, что война — это очень интересно и эротично.

Даже, мол, есть время русскому солдату Гете почитать. Скажу откровенно, меня воротит от подобных фильмов. Они безнравственны и лживы. Лживы, как американский «Перл-Харбор». Ибо сделаны по тому же клише — война и девушки. И ничего подобные фильмы не добавляют к ответу на вопрос: почему все-таки наши деды тогда победили? Ведь немцы были так организованны, так хорошо вооружены и обладали таким прекрасным командованием, что любому «реалисту» оставалось только сдаться. Как сдались Чехословакия (без боя!), Польша (почти без боев), Франция (легко и приятно — как парижская проститутка «сдается» клиенту), а также Бельгия, Дания, Норвегия, Югославия, Греция...

А вот на Востоке не заладилось — пошло все наперекосяк и кончилось почему-то не в Москве, а в Берлине. Где и началось.

Думается мне, что несколько прояснить этот вопрос помогут мемуары самого разрекламированного в мире «спецназовца» и «супердиверсанта» — оберштурмбанфюрера СС Отто Скорцени. Того самого — освободителя Муссолини и похитителя Хорти, охотника на Тито, а заодно человека, понюхавшего пороха именно в наступательной кампании 1941 года в России. В составе дивизии СС «Райх», входившей в танковую группу Гудериана.

Рядом с Гитлером. Скорцени всегда боготворил фюрера.

ЧИСТКА 1937-ГО УКРЕПИЛА КРАСНУЮ АРМИЮ. Отто Скорцени наступал через Брест и Ельню, участвовал в окружении войск Юго-Западного фронта на Украине, любовался в бинокль на далекие купола Москвы. Но так в нее и не попал. И всю жизнь отставного оберштурмбанфюрера мучил вопрос: почему все-таки не взяли они Москву? Ведь хотели. И готовились. И собой были молодцы: с чувством глубокого удовлетворения описывает Скорцени, как совершал он 12-километровый марш-бросок с полной выкладкой и стрелял почти без промаха. А жизнь пришлось закончить в далекой Испании — в эмиграции, бегая от послевоенного немецкого правосудия, травившего его с немецким же педантизмом «денацификацией», как травит домохозяйка таракана. Обидно же!

Мемуары Скорцени в Украине не переводили никогда. В России — только с купюрами. В основном те эпизоды, где речь идет о спецоперациях. Русский вариант мемуаров начинается с момента, когда Скорцени после своих подмосковных приключений попадает в госпиталь. Но в оригинале ему предшествуют еще 150 страниц. О том, как на Москву шли и почему, по мнению автора, все-таки потерпели конфуз.
Одной из причин поражения немцев, как считает ветеран СС, был скрытый саботаж среди германского генералитета:

«В святилище старой прусской системы — Генеральном штабе сухопутных войск — небольшая группа генералов все еще колебалась между традициями и нововведением, кое-кто с сожалением расставался с привилегиями… Таким людям, как Бек и его приемник Гальдер… тяжело было повиноваться человеку, которого некоторые называли «чешским капралом».

Скорцени очень много отводит внимания заговору военных и считает, что в виде тайного противодействия фюреру он существовал задолго до 1944 года.
В пример Гитлеру автор мемуаров ставит Сталина и 1937 год:

«Гигантская чистка среди военных, проведенная после таких же массовых расстрелов среди политиков, ввела в заблуждение не только Гейдриха и Шелленберга. Наша политическая разведка была убеждена, что мы добились решающего успеха, такого же мнения придерживался и Гитлер. Однако Красная Армия, вопреки всеобщему мнению, была не ослаблена, а укреплена… Посты репрессированных командиров армий, корпусов, дивизий, бригад, полков и батальонов заняли молодые офицеры — идейные коммунисты. И вывод: «После тотальной, ужасной чистки 1937 года появилась новая, политическая русская армия, способная перенести самые жестокие сражения. Русские генералы выполняли приказы, а не занимались заговорами и предательством, как это часто случалось у нас на самых высоких постах».

С этим нельзя не согласиться. В отличие от Гитлера, Сталин создал систему, полностью подчиняющуюся ему. Поэтому осенью 1941-го, когда немцы стояли под Москвой, в Красной Армии и не было заговора генералов. А в Вермахте через три года был. Хотя до Берлина на тот момент было куда дальше. Невозможно представить, чтобы Сталина взрывал кто-то из «своих» в Кремле, как это попытался сделать в Вольфшанце с обожаемым фюрером полковник Штауффенберг.

АБВЕР НЕ СООБЩАЛ НИЧЕГО ВАЖНОГО. «На войне, — пишет Отто Скорцени, — существует еще один малоизвестный, но зачастую решающий аспект — тайный. Я говорю о событиях, происходящих вдали от полей сражений, но имеющих очень большое влияние на ход войны — они влекли за собой огромные потери техники, лишения и смерть сотен тысяч европейских солдат… Больше, чем какая-либо другая, Вторая мировая была войной интриг».

Скорцени прямо подозревает руководителя немецкой военной разведки адмирала Канариса в тайной работе на англичан. Именно Канарис убедил Гитлера летом 1940 года, что высадка в Британии невозможна:

«7 июля он выслал Кейтелю секретный рапорт, в котором сообщал, что высаживающихся в Англии немцев ожидают 2 дивизии первой линии обороны и 19 дивизий резерва. Англичане на тот момент имели только одну готовую к бою единицу – 3-ю дивизию генерала Монтгомери. Генерал вспоминает об этом в своих мемуарах… С самого начала войны и в решающих моментах Канарис действовал как самый грозный противник Германии».

Если бы Гитлер тогда знал о дезинформации, которую подсовывает ему его же начальник разведки, Британия была бы разгромлена. А летом 1941-го Гитлер вел бы войну не на два фронта, а только на один — Восточный. Согласитесь, шансы взять Москву в этом случае у него были бы значительно выше.

«Я разговаривал с Канарисом три или четыре раза, — вспоминает Скорцени, — и он не произвел на меня впечатление человека тактичного или исключительно умного, как некоторые о нем пишут. Он никогда не говорил прямо, был хитрым и непонятным, а это не одно и то же». И как бы там ни было: «Абвер никогда не сообщал ОКВ ничего действительно важного и существенного».

«МЫ НЕ ЗНАЛИ». Это одна из самых часто встречающихся жалоб великого диверсанта: «Мы не знали, что русские в войне с Финляндией использовали не лучших солдат и устаревшую технику. Мы не отдавали себе отчета в том, что их с трудом завоеванная победа над храброй финской армией была только блефом. Речь идет о сокрытии огромной силы, способной атаковать и обороняться, о которой Канарис, руководитель разведки Вермахта, должен был хоть что-то знать».

Как и всех, Скорцени поразили «великолепные Т-34». Немцам тоже приходилось бросаться на эти танки с бутылками, наполненными бензином. В фильмах такой эпизод характерен для изображения героизма советского солдата, вынужденного сражаться почти голыми руками. А ведь в реальности бывало и наоборот. Причем, регулярно:

«Немецкие противотанковые орудия, легко поражавшие танки типа Т-26 и БТ, были бессильны против новых Т-34, которые внезапно появлялись из несжатой пшеницы и ржи. Тогда нашим солдатам приходилось атаковать их с помощью «коктейлей Молотова» — обыкновенных бутылок с бензином с зажженным запальным шнуром вместо пробки. Если бутылка попадала на стальную пластину, защищавшую двигатель, танк загорался… «Фауст-патроны» появились значительно позже, поэтому вначале кампании некоторые русские танки сдерживала огнем прямой наводкой только наша тяжелая артиллерия».

«Неприятный сюрприз». С Т-34 немцам пришлось воевать бутылками с бензином, как нашим в фильмах.

Иными словами, вся противотанковая артиллерия Рейха оказалась бесполезной против нового русского танка. Сдержать его можно было только тяжелыми пушками. Но не меньшее впечатление на мемуариста произвели саперные части Красной Армии и их оснащение — оно позволяло соорудить 60-метровый мост, делающий возможным переправу машин до 60 тонн весом! Такой техникой Вермахт не обладал.

ТЕХНИЧЕСКИЙ РАЗНОБОЙ. Весь расчет немецкой наступательной доктрины базировался на высокой подвижности моторизованных частей. Но моторы требуют запчастей и постоянного обслуживания. А с этим в германской армии не было порядка. Мешала разнотипность автомобилей в одном подразделении.

«В 1941 году, — на собственном опыте службы в дивизии «Райх» сетует Скорцени, — каждая немецкая автомобильная фирма продолжала производить различные модели своей марки так же, как и перед войной. Большое количество моделей не позволяло создать соответствующего запаса запчастей. В моторизованных дивизиях было, примерно, 2 тысячи транспортных средств иногда 50 различных типов и моделей, хотя достаточно было бы 10—18-ти. Кроме того, наш артполк располагал более 200 грузовиками, представленными 15 моделями. Под дождем, в грязи или на морозе даже самый лучший специалист не мог обеспечить качественный ремонт».

А вот и результат. Как раз под Москвой: «2 декабря мы продолжали двигаться вперед и смогли занять Николаев, расположенный в 15 км от Москвы — во время ясной солнечной погоды я видел в бинокль купола московских церквей. Наши батареи обстреливали предместья столицы, однако у нас уже не было орудийных тягачей».

Если орудия еще есть, а тягачи «все вышли», значит, немецкую «супертехнику» пришлось оставить по дороге из-за поломок. А на руках тяжелые пушки не потащишь.

К Москве немецкая армия подошла абсолютно выдохшейся:

«19 октября начались проливные дожди, и группа армий «Центр» на три дня завязла в грязи… Картина была ужасная: на сотни километров растянулась колонна техники, где в три ряда стояли тысячи машин, увязшие в грязи иногда по капот. Не хватало бензина и боеприпасов. Обеспечение, в среднем 200 тонн на дивизию, доставлялось по воздуху. Были потеряны три бесценные недели и огромное количество материальных средств… Ценой тяжелого труда и каторжных усилий нам удалось проложить 15 километров дороги из кругляка… Мы мечтали, чтобы побыстрее похолодало».

Но когда с 6 на 7 ноября ударили морозы, и дивизии, в которой служил Скорцени, доставили боеприпасы, топливо, немного продовольствия и сигарет, оказалось, что нет зимнего масла для двигателей и оружия — двигатели заводились проблематично. Вместо зимнего обмундирования в войска попадали комплекты песочного цвета, предназначенные для Африканского корпуса, и техника, окрашенная в такие же светлые тона. Между тем, морозы поднимались до 20 и даже 30 градусов. С искренним изумлением бравый эсэсовец описывает зимнюю экипировку советских солдат — полушубки и меховые сапоги:

«Неприятный сюрприз — под Бородино нам впервые пришлось сражаться с сибиряками. Это рослые, превосходные солдаты, отлично вооруженные; они одеты в широкие меховые тулупы и шапки, на ногах — меховые сапоги».

Только от пленных русских немцы узнали, что обувь зимой должна быть немного просторной, чтобы не мерзла нога:

«Тщательно изучив снаряжение мужественных сибиряков, взятых в плен под Бородино, мы узнали, что, например, если нет валенок, то кожаные сапоги не надо подковывать и, главное, они должны быть свободными, не жать ступни. Это было известно всем лыжникам, но не нашим специалистам вещевой службы. Практически все мы носили меховые сапоги, снятые с убитых русских солдат».

Под Москвой. Контрнаступление сибирских дивизий, переброшенных с Дальнего Востока, стало возможным благодаря Рихарду Зорге.

ОТЛИЧНАЯ РУССКАЯ РАЗВЕДКА. Чуть ли не главной причиной поражения германской армии Скорцени считает великолепную русскую разведку. «Красная капелла» — шпионская сеть в Европе, чаще всего из убежденных антинацистов — позволяла советскому Генштабу иметь информацию о стратегических намерениях немцев. Вспоминает он и о суперагенте Рихарде Зорге, благодаря информации которого о том, что Япония не вступит в войну, под Москвой появились 40 дивизий, переброшенных с Дальнего Востока.

«Стратегия войны у Рейха была лучше, — считает Скорцени, — наши генералы обладали более сильным воображением. Однако, начиная с рядового солдата и до командира роты, русские были равны нам — мужественные, находчивые, одаренные маскировщики. Они ожесточенно сопротивлялись и всегда были готовы пожертвовать своей жизнью… Русские офицеры, от командира дивизии и ниже, были моложе и решительнее наших. С 9 октября по 5 декабря дивизия «Райх», 10-я танковая дивизия и другие части 16-го танкового корпуса потеряли 40 процентов штатного состава. Через шесть дней, когда наши позиции были атакованы вновь прибывшими сибирскими дивизиями, наши потери превысили 75 процентов».

Скорцени: «Наши потери превысили 75 процентов».

 

Вот вам и ответ на вопрос, почему немцы не взяли Москву? Их просто выбили. Сам Скорцени больше не воевал на фронте. Как человек неглупый он понял, что шансы уцелеть в этой мясорубке минимальны, и воспользовался возможностью перейти на службу в диверсионное подразделение СС. Но на передовую его больше не тянуло — воровать диктаторов куда приятнее и безопаснее, чем сталкиваться лицом к лицу с сибиряками в валенках, воюющими при поддержке Т-34 и лучшей в мире разведки.

Несмотря на титанические усилия ненавистников Сталина, его авторитет в среде русского народа не только не пошатнулся, но и окреп. Великие дела и завоевания сталинской эпохи видны даже спустя много десятилетий. По сути, именно на них всё и держится по сей день. И это несмотря на то, что Сталину довелось действовать в условиях тотальной разрухи (после гражданской войны) и беспощадного натиска внешних врагов.

Историк и публицист Андрей Фурсов так оценивает эту историческую фигуру:

«Однажды Сталин сказал, что после его смерти на его могилу нанесут много мусора, однако ветер истории его развеет. Всё и вышло так, как предвидел вождь. Не прошло и несколько лет, как один из главных «стахановцев террора» 1930-х годов Н. Хрущёв (именно на его запросе увеличить квоты на расстрел Сталин написал: «Уймись, дурак») начал поливать вождя грязью. Хрущёв не был первым в этом плане: систематический полив Сталина (правда, вперемежку с реальной критикой) начал Троцкий, ну а не вышедший умом бывший троцкист Хрущёв оставил только полив. Затем к Хрущёву в качестве «мусорщиков» присоединились наиболее рьяные из «шестидесятников», ну а о диссидентах, «певших» под чужие «голоса» и «плывших» на чужих «волнах», и говорить нечего — они были частью западной антисоветской пропаганды.

Перестройка ознаменовала новый этап в шельмовании Сталина. Здесь, однако, не Сталин был главной мишенью, а советский социализм, советский строй, советская история, а за ними — русская история в целом. Ведь заявил же один из бесов перестройки, что перестройкой они ломали не только Советский Союз, но всю парадигму тысячелетней русской истории. И то, что главной фигурой слома был выбран именно Сталин, лишний раз свидетельствует о роли этого человека-явления не только в советской, но и в русской истории — сталинизм, помимо прочего, стал активной и великодержавной формой выживания русских в ХХ веке в условиях исключительно враждебного окружения, нацелившегося на «окончательное решение русского вопроса» — Гитлер в этом плане вовсе не единственный, просто он — по плебейской манере — громче всех кричал, повторяя то, чему набрался у англосаксов.

Иначе как бредом не назвать то, что «ковёрные антисталинисты» подают в качестве «аргументации». Это либо сплошные, на грани истерики эмоции в духе клубной самодеятельности с выкриками «кошмар», «ужас», «позор», очень напоминающими шакала Табаки из киплинговского «Маугли» с его «Позор джунглям!», — эмоции без каких-либо фактов и цифр. Либо оперирование фантастическими цифрами жертв «сталинских репрессий»: «десятки и десятки миллионов» (почему не сотни?). Если на что и ссылаются, то на «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына. Но Солженицын-то был мастер легендирования и заготовки «подкладок». Например, он не претендовал в «Архипелаге…» на цифирную точность; более того, выражался в том смысле, что указанное произведение носит, так сказать, импрессионистский характер. Подстраховался «Ветров» — вот что значит школа.

А ведь за последнюю четверть века на основе архивных данных (архивы открыты) и наши, и западные (прежде всего американские) исследователи, большинство которых вовсе не замечены в симпатиях ни к Сталину, ни к СССР, ни даже к России, подсчитали реальное число репрессированных в 1922-53 гг. (напомню, кстати, что, хотя «сталинская» эпоха формально началась в 1929 г., по сути, только с 1939 г. можно формально говорить о полном контроле Сталина над «партией и правительством», хотя и здесь были свои нюансы), и никакими «десятками миллионов» или даже одним «десятком миллионов» там и не пахнет.

За последние годы появились хорошо документированные работы, показывающие реальный механизм «репрессий 1930-х», которые как массовые были развязаны именно «старой гвардией» и «региональными баронами» вроде Хрущёва и Эйхе в качестве реакции на предложение Сталина об альтернативных выборах. Сломить сопротивление «старогвардейцев» вождь не смог, но точечный (не массовый!) удар по их штабам нанёс. Я оставляю в стороне борьбу с реальными заговорами — противостояние Сталина левым глобалистам-коминтерновцам, как и Троцкий, считавшим, что Сталин предал мировую революцию и т.п. Таким образом, реальная картина «репрессий 1930-х» намного сложнее, чем это пытаются представить хулители Сталина; это многослойный и разновекторный процесс завершения гражданской войны, в котором собственно «сталинский сегмент» занимает далеко не бoльшую часть.

Аналогичным образом проваливается второй главный блок обвинений Сталина — в том, как складывалась в первые месяцы Великая Отечественная война: «проморгал», «проспал», «не верил Зорге», «верил Гитлеру», «сбежал из Кремля и три дня находился в прострации» и т.п. Вся эта ложь давно опровергнута документально, исследователи об этом прекрасно знают — и о том, что Сталин ничего не проспал, и о том, что на самом деле никогда не верил Гитлеру, и о том, что правильно не верил Зорге, и о реальной вине генералов в канун 22 июня. Здесь не место разбирать все эти вопросы, но от одного замечания не удержусь. Уж как зубоскалили антисталинисты над заявлением ТАСС от 14 июня 1941 г.; в заявлении говорилось, что в отношениях СССР и Германии всё нормально, что СССР продолжает проводить миролюбивый курс и т.п. «Мусорщики» трактуют это как «глупость и слабость Сталина», как «заискивание перед Гитлером». Им не приходит в голову, что адресатом заявления были не Гитлер и Третий рейх, а Рузвельт и США. В апреле 1941 г. Конгресс США принял решение, что в случае нападения Германии на СССР США будут помогать СССР, а в случае нападения СССР на Германию — Германии.

Заявление ТАСС фиксировало полное отсутствие агрессивных намерений у СССР по отношению к Германии и демонстрировало это отсутствие именно США, а не Германии. Сталин прекрасно понимал, что в неизбежной схватке с рейхом его единственным реальным союзником могут быть только США, они же удержат Великобританию от сползания в германо-британский антисоветский союз. И уж, конечно же, нельзя было допустить неосторожным движением, к которому подталкивал русских Гитлер, спровоцировать возникновение североатлантического (а точнее, мирового — с участием Японии и Турции) антисоветского блока. В этом случае Советскому Союзу (относительный военный потенциал на 1937 г. — 14%) пришлось бы противостоять США (41,7%), Германии (14,4%), Великобритании (10,2% без учёта имперских владений), Франции (4,2%), Японии (3,5%), Италии (2,5%) плюс шакалам помельче. Кстати, с учётом этих цифр и факта решения Конгресса США очевидна вся лживость схемы Резуна и иже с ним о якобы подготовке Сталиным нападения на Германию в частности и на Европу в целом.

Есть один чисто психологический нюанс в обвинениях научной и околонаучной братии в адрес Сталина. Во всём, точнее, во всём, что считается отрицательным в правлении Сталина (положительное проводится по линии «вопреки Сталину») винят одного человека как якобы наделённого абсолютной властью, а потому всемогущего. Но, во-первых, Сталину удалось упрочить свою власть лишь к концу 1930-х годов; до этого — борьба не на жизнь, а на смерть, хождение по лезвию, постоянная готовность отреагировать на радостный крик стаи: «Акела промахнулся». Война — не лучшее время для единоличных решений. Ну а период 1945-1953 гг. — это время постоянной подковёрной борьбы различных номенклатурных группировок друг с другом — и против Сталина. Послевоенное 8-летие — это история постепенного обкладывания, окружения стареющего вождя номенклатурой (при участии определённых сил и структур из-за рубежа); попытка Сталина нанести ответный удар на XIX съезде ВКП(б)/КПСС (1952 г.) и сразу после него окончилась смертью вождя. Таким образом, в реальной, а не «профессорской» истории, по поводу которой Гёте заметил, что она не имеет отношения к реальному духу прошлого — это «…дух профессоров и их понятий, / Который эти господа некстати / За истинную древность выдают», Сталин никогда не был абсолютным властелином — Кольца Всевластия у него не было. Это не значит, что он не несёт личную ответственность за ошибки, жестокость и пр., несёт — вместе с жестокой эпохой, по законам и природе которой его и нужно оценивать.

Но дело не только в этом. Простая истина заключается в следующем: тот, кто руководил коллективом хотя бы из 10 человек, знает, что абсолютная власть невозможна — и она тем менее возможна, чем больше подчинённых. Бoльшая часть тех, кто писал и пишет о Сталине, никогда ничем и никем не руководили, не несли ответственности, т.е. в этом смысле суть люди безответственные. К тому же на власть они нередко проецируют свои амбиции, страхи, претензии, желания, «сонной мысли колыханья» (Н. Заболоцкий) и, не в последнюю очередь, тягу к доносительству (не секрет, что больше всего советскую эпоху Сталина и КГБ ненавидят бывшие стукачи, доносчики, ведь легче ненавидеть систему и её вождя, чем презирать собственную подлость — вытеснение, понимаешь).

Абсолютная власть — это мечта совинтеллигенции, нашедшая одно из своих отражений в «Мастере и Маргарите»; помимо прочего, именно поэтому роман стал культовым для совинтеллигенции (а «Записки покойника», где этому слою было явлено зеркало, — не стал). Сводить суть системы к личности одного человека — в этом есть нечто и от социальной шизофрении, и от инфантилизма, не говоря уже о профессиональной несостоятельности.

Можно было бы отметить и массу иных несуразностей, ошибок и фальсификаций «наносчиков мусора» на могилу Сталина, но какой смысл копаться в отравленных ложью и ненавистью, замешанной на комплексах и фобиях, мозгах? Интереснее разобрать другое: причины ненависти к Сталину, страха перед ним целых слоёв и групп у нас в стране и за рубежом, страха и ненависти, которые никак не уйдут в прошлое, а, напротив, порой кажется, растут по мере удаления от сталинской эпохи. Как знать, может это и есть главная Военная Тайна советской эпохи, которую не дано разгадать буржуинам и которая висит над ними подобно «дамоклову мечу»?

Нередко говорят: «Скажи мне кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты». На самом деле человека в не меньшей степени определяют не друзья, а враги: «Скажи мне, кто твой враг, и я скажу тебе, кто ты». Поразмышляем о Сталине сквозь призму ненависти к нему и страха перед ним его врагов и их холуёв.

Отношение к лидерам: царям, генсекам, президентам, — интересная штука в силу своей, по крайней мере, внешне, парадоксальности. В русской истории было три крутых властителя — Иван Грозный, Пётр I и Иосиф Сталин. Наиболее жестокой и разрушительной была деятельность второго: в его правление убыль населения составила около 25% (народ мёр, разбегался); на момент смерти Петра казна была практически пуста, хозяйство разорено, а от петровского флота через несколько лет осталось три корабля. И это великий модернизатор? В народной памяти Пётр остался Антихристом — единственный русский царь-антихрист, и это весьма показательно. А вот Иван IV вошёл в историю как Грозный, и его время в XVII в. вспоминали как последние десятилетия крестьянской свободы. И опричнину в народе практически недобрым словом не поминали — это уже «заслуга» либеральных романовских историков. Сталин, в отличие от Петра, оставил после себя великую державу, на материальном фундаменте которой, включая ядерный, мы живём до сих пор, а РФ до сих пор числится серьёзной державой (пусть региональной, но без сталинского фундамента нас ожидала и ожидает участь сербов, афганцев и ливийцев, никаких иллюзий здесь питать не надо).

Парадокс, но из трёх властителей Пётр, несмотря на крайнюю личную жестокость и провальное царствование, любим властью и значительной частью интеллигенции. Ему не досталось и десятой доли той критики, которую либеральная историография и публицистика обрушила на головы Ивана Грозного и Иосифа Сталина. Грозному царю не нашлось места на памятнике «Тысячелетие России», а Пётр — на первом плане. Что же такого делал Пётр, чего не делали Иван и Иосиф? Очень простую вещь: позволял верхушке воровать в особо крупных размерах, был либерален к «проказам» именно этого слоя. За это и любезен власти (портрет Петра I в кабинете Черномырдина очень символичен) и отражающему её интересы, вкусы и предпочтения определённому сегменту историков и публицистов. Иван Грозный и Сталин были жестки и даже жестоки по отношению, прежде всего, к верхушке. «Проклятая каста!» — эти слова сказаны Сталиным, когда он узнал о том, что эвакуированная в г. Куйбышев номенклатура пытается организовать для своих детей отдельные школы.

Всю свою жизнь у власти Сталин противостоял «проклятой касте», не позволяя ей превратиться в класс. Он прекрасно понимал, как по мере этого превращения «каста» будет сопротивляться строительству социализма — именно это Сталин и имел в виду, когда говорил о нарастании классовой борьбы по мере продвижения в ходе строительства социализма. Как продемонстрировала перестройка, вождь оказался абсолютно прав: уже в 1960-е годы сформировался квазиклассовый теневой СССР-2, который в союзе с Западом и уничтожил СССР-1 со всеми его достижениями. При этом реальное недовольство населением было вызвано СССР-2, т.е. отклонением от модели, но заинтересованные слои провернули ловкий пропагандистский трюк: выставили перед населением СССР-2 с его изъянами, растущим неравенством, искусственно создаваемым дефицитом и т.п. в качестве исходной проектной модели СССР-1, которую нужно срочно «реформировать».

В советское время, как при жизни Сталина, так и после его смерти, вождя ненавидели главным образом две властные группы (и, соответственно, связанные с ними отряды совинтеллигенции). Во-первых, это та часть советской элиты, которая была заряжена на мировую революцию и представители которой считали Сталина предателем дела мировой революции или, как минимум, уклонистом от неё. Речь идёт о левых-глобалистах-коминтерновцах, для которых Россия, СССР были лишь плацдармом для мировой революции. Им, естественно, не могли понравиться ни «социализм в одной, отдельно взятой стране» (т.е. возрождение «империи» в «красном варианте»), ни обращение к русским национальным традициям, на которые они привыкли смотреть свысока, ни отмену в 1936 г. празднования 7 ноября как Первого дня мировой революции, ни появление в том же 1936 г. термина «советский патриотизм», ни многое другое.

Показательно, что уже в середине 1920-х годов Г. Зиновьев, «третий Гришка» российской истории (знали бы те, кто нумеровал, каким ничтожеством по сравнению даже с третьим окажется четвёртый), аргументировал необходимость снятия Сталина с должности генсека тем, что того «не любят в Коминтерне», а одним из главных критиков Сталина в 1930-е годы был высокопоставленный коминтерновский функционер О. Пятницкий.

Вторую группу сталиноненавистников можно условно назвать «советскими либералами». Что такое «либерал по-советски»? Разумеется, это не либерал в классическом смысле, да и вообще не либерал — даже низэ-э-энько-низэ-э-энько не либерал. Советский номенклатурный либерал — занятный штемп: это чиновник, который стремился потреблять больше, чем ему положено по жёстким правилам советско-номенклатурной ранжированно-иерархической системы потребления, а потому готовый менять власть на материальные блага, стремящийся чаще выезжать на Запад и сквозь пальцы глядящий на теневую экономику, с которой он всё больше сливается в социальном экстазе.

В наши дни это называется коррупция, но к совсистеме этот термин едва ли применим: коррупция есть использование публичной сферы в частных целях и интересах. В том-то и дело, однако, что в совреальности не было юридически зафиксированного различия между этими сферами, поскольку не было частной сферы — «всё вокруг колхозное, всё вокруг моё». Речь вместо коррупции должна идти о подрыве системы, который до поры — до времени (до середины 1970-х годов, когда в страну хлынули неучтённые нефтяные доллары) носил количественный характер.

Таким образом, правильнее говорить о деформации системы. Вот эти деформаторы и ненавидели Сталина больше всего, поскольку номенклатурное и около-номенклатурное ворьё понимало, что при его или сходных порядках возмездия не избежать; поэтому так опасалось прихода к власти неосталиниста А. Шелепина, поставило на Л. Брежнева — и не проиграло. Именно при «герое Малой земли» возрос теневой СССР-2 (не теневая экономика, а именно теневой СССР, связанный как со своей теневой экономикой, так и с западным капиталом, его наднациональными структурами, западными спецслужбами), но тень при Брежневе знала своё место, выжидая до поры, а с середины 1970-х годов, готовясь к прыжку, а вот при Горбачёве она заняла место хозяина, уничтожив фасадный СССР-1.

Реальный СССР в начале 1980-х годов напоминал галактическую империю из азимовской «Академии» («Foundation») — благополучный фасад при изъеденных внутренностях. Только у СССР, в отличие от империи, не оказалось математика Селдена с его планом — у нас был «математик»-гешефтматик Б. Березовский и этим всё сказано.

Но вернёмся к сталинофобии. Она довольно чётко кореллирует с потребленческими установками, с установками на потребление как смысл жизни. Символично, что один из «ковёрных антисталинистов» заявил в телеэфире: национальную идею можете оставить себе, а мне дайте возможность потреблять. Может ли такой тип не ненавидеть Сталина и сталинизм? Не может. Сталинизм — это историческое творчество, установка на творчество как цель и смысл жизни, СССР был творческим, высокодуховным проектом, что признают даже те, кто Советскому Союзу явно не симпатизирует. Показательна в этом плане фраза, сказанная бывшим министром образования А. Фурсенко о том, что порок (sic!) советской школы заключался в том, что она стремилась воспитать человека-творца, тогда как задача эрэфовской школы — воспитать квалифицированного потребителя. Это, выходит, и есть национальная, а точнее, групповая идея, поскольку у потребителя и «потреблятства» нет национальности, главное — корыто, а кто его обеспечит, свои или чужие, дело десятое, главное, чтоб было куда хрюкальник воткнуть.

Символично также следующее. Тот самый персонаж, который требовал для себя «праздника потребления», высказывался и в том смысле, что если земли к востоку от Урала сможет освоить мировое правительство, то пусть оно и возьмёт их. Так потребленческая установка антисталинизма совпадает с глобалистской — это две стороны одной медали. Так прочерчивается линия от антисталинизма к смердяковщине, т.е. к русофобии. Социальный мир антисталинистов — это глобальный «скотный двор», главная цель которого — обеспечивать потребление под руководством и надзором мирового правительства. Сталин трижды срывал строительство такого мира на русской земле, именно за это его и ненавидят антисталинисты. Всё прозаично, разговоры же о свободе, демократии, «советском тоталитаризме» бывших советских карьеристов и стукачей никого не могут обмануть.

Парадоксальным образом ими оказалась часть левых (условно: «троцкисты», левые глобалисты) и часть правых (условно: «бухаринцы»). В этом плане становится ясно, что «троцкистско-бухаринский блок» — это не нарушение здравого смысла, а диалектическая логика, которую Сталин, отвечая на вопрос, как возможен лево-правый блок, сформулировал так: «Пойдёшь налево — придёшь направо. Пойдёшь направо — придёшь налево. Диалектика».

Страх позднесоветской номенклатуры перед Сталиным — это страх «теневого СССР» перед исходным проектом, страх паразита перед здоровым организмом, перед возмездием с его стороны, страх перед народом. После 1991 г. этот страх обрёл новое, откровенное, а не скрытое, классовое измерение, которое, как демонстрируют время от времени кампании десталинизации, делает этот страх паническим, смертельным».