Какая-то ужасная морока —
Не спрятаться, не скрыться от тоски,
Опять нигде на свете нету Бога —
То занято, то долгие гудки.

И тот, кто в марте вышел из запоя,
Как Лазарь, пробудившийся от сна,
Застынет вдруг, приникнув головою
К холодному квадратику окна —

В нём стелится по улице позёмка,
Собака залезает в конуру,
И день горит в безумии негромком,
Как "Гинденбург", на мартовском ветру.