Ну что, дорогая, подводим итоги?
Чудес не случилось – привычно и мерзко
В змеиный клубок завязались дороги
И ядом за пятку ахиллову резко.

Ну что, дорогая, горчит позитивчик?
Всё было понятно «с трёх нот».. да, и дальше
Решила, что сможешь исправить мотивчик?
Ах, как вы играли! Почти что без фальши.

Ну что, дорогая, простим ему слабость?
И перекрестив, вслед помашем платочком.
Лавиной иллюзий враз рухнула сладость,
Достоин роман эпилога и точки.

Ну что, дорогая, дорожка до рая
Петляя в тупик? Обжигают не боги..

..И брось ты привычку, моя дорогая,
Искать для возврата смешные предлоги..

Параллельность

И вот ты встречаешь его в каком-нибудь январе,
юного демона, чьи кудри, как проволока, вились,
а у него лысина вместо кудрей,
а из тайных желаний - кажется, алкоголизм.
А ты помнишь, как ты посвящала ему стихи,
прекрасные, свежие, пахнущие росой?
А теперь у тебя во лбу - ботекс, на поводке - хин,
а у него - пакет с «нефильтрованным» и колбасой...

Эко вас расколбасило,
стопятьсот!!!!!

И вот он встречает тебя неожиданно на пути,
бывшую амазонку без страха и тормозов,
а у тебя тормоза теперь фирменные - гарантия, логотип,
ты даже за хлебом выходишь с кошёлкою от «Кензо».
А помнишь, как вы гуляли по улицам до зари,
и каждая лавка была удобней, чем Грант Ресот.

Он, кажется не узнал тебя,
выдохни,
закури.

Эко вас расколбасило,
стопятьсот!!!!

Сола Монова

В каком-то царстве-государстве
Века назад
Цвел изумительно - прекрасный
Вишневый сад.

И жители, не унывая,
Дивясь Творцом.
Столицу называли – Раем
Царя – отцом.

И каждый вечер фейерверки
Сверкали в ночь.
И были у царя родные:
Жена и дочь.

Но вот однажды в летний вечер
Тот царь сказал:
\"Как только завтра на рассвете
Сойдет роса,

Я поведу свою дружину
К чужой земле.
Свои владения расширю
Чредой побед\"

Жена царю кидалась в ноги:
\"Забудь войну,
Теряют сердце даже боги
В ее плену\"

Но муж ее был непреклонен,
Хоть и не прав.
И Алчность в золотой короне
Внушала страх.

Пять лет спустя, сполна отведав
Тоску-войну,
Вернулся царь, неся победу,
В свою страну.

Где на развалины столицы,
Спустившись в ночь,
Узрел он как клевали птицы
Жену и дочь.

И незатейливо - упрямо
Доспех скрипел.
И отцветал свое багряник
И ветер пел.

Средь трупов ЦАРЬ на пике славы
Сидел один.
Сжимая тусклую державу
Своих седин.

И вороны кричали: \"Браво!
Наш господин!\"
И вороны кричали: \"Браво!
Ты победил!\"

В каком-то царстве-государстве
Века назад
Жил человек, который строил
Свой личный ад

Саша Бесt

А счастье - это купить обои, иметь семью, запастись терпеньем.
А счастье - это на кухне двое, пьют чай и мажут на хлеб варенье.

А счастье - это не Рим и Куба, не куча шмоток, не развлеченье.
А счастье - слишком родные губы, уютный домик и чай с печеньем.

Ангелина Болотская

Настоящее счастье гнездится в простом:
В том, как он каждый вечер приходит с работы,
Как она наполняет уютом их дом,
И как вместе они каждый вечер субботы.

Как она беспокоится, ел ли в обед,
Как ему интересно, о чем она пишет,
Как она разрешает не выключить свет,
И как он соглашается сделать потише.

Как они строят планы на день и на год,
Как они иногда не мешают друг другу,
Как все в общем и целом неспешно идет
По однажды легко заведенному кругу.

Что же в этом чудесного? Это же быт!
Здесь кастрюли гремят и скрипят половицы.
Да, но именно здесь и возможно - любить
И друг друга читать - до последней страницы.

Марина Кунина

Поколение заметных,
Стильных, умных, бизнес-дам -
Удивительных, эффектных,
Дружно плачет по ночам.
Растворилась напрочь вера
В стойких генах вожака.
Пик успешности, карьера,
Одиночество… Тоска…
Образцы и эталоны.
Под контролем всё и все.
Только дома вместо трона
Непримятая постель…
И в порядке леденящем
Невозможность рассудить:
Что важнее – то ли счастье,
То ль себя не уронить…
И дает лишь поздней ночью
Волю чувствам и слезам…
Поколенье непорочных,
Сильных, гордых бизнес-дам…

Злата Литвинова

Нам разговоры ночью – не с руки,
И губы наши заняты, тем паче.
Так любится – что даже синяки,
Что за стеной от зависти заплачут.

И, кажется, что лучше не могло
Случиться с нами, чем сейчас имеем...
Но утром наступает «западло»,
Ползет в окно противным липким змеем,

Когда любое слово – «в молоко»,
Дуэт рассыпан, как сухарик, в крошки.
Там у меня «французский рококо»,
А ты – «еще не выкопал картошку..»

Скорпиошка

Восемь лет. Там, на улице, дышит сад.
И до детства - подать рукой:
Мама рядом. Мне в косу вплетает бант,
тонкий бант с золотой каймой,
Мама что-то поет, говорит "постой",
золотую ласкает прядь,
Я прошу поскорее - в окошках зной
манит солнцем, к реке, гулять...
Восемнадцать. Коса не по моде мне
/ режут ножницы до плеча /.
Гладят руки мамины по спине,
а в глазах облака - печаль.
Двадцать восемь. Беру на ладонь виток,
светло русый пшеничный мед,
Дочка просит быстрее - в окне ее
бесконечное небо ждет....
Прижимаю к груди золотистый свет...
Вспоминается тонкий бант,
И для мамы цветов полевых букет
ровно детство тому назад...
Я шепчу точно так же, как мне она -
"тише, доченька, не спеши",
Только дышит на улице влажный сад
и зовет торопиться жить...

Оксана Кесслер

И когда ты научишься отпускать,
Не хватать за рукав, не искать причину…
/Норовя на мгновение задержать,
Ты рискуешь навек приковать мужчину./

И когда ты научишься отпускать,
Не ко всем чертям отправлять, а с Богом,
Ты почувствуешь легкую благодать
От того, что ненужное — за порогом.

И когда ты научишься отпускать
Тех, кто хочет уйти, но уйти не может,
Ты поймешь, что свобода тебе под стать
И нигде не болит, и ничто не гложет.

И когда ты научишься отпускать
Насовсем, навсегда. Безвозвратно то есть…
Это самое страшное — жить и знать:
Он — с тобой, но мечтает в чужую повесть…

Златенция Золотова

Ненаглядная жизнь, ну прошу тебя, только не шаркай,
Не плетись кое-как. Оставайся влюблённой и жаркой.
Не теряй куража и шагай, как и прежде, упруго.
Как и прежде, давай понимать с полуслова друг друга.
Там, в дали, за рекой что-то светится. Что – мне не ясно.
Так пойдём же туда, в направлении к свету. Согласна?

Лаиса Миллер.