Когда в августе 2009 случилось на Саяно-Шушенской ГЭС, я был средней руки чиновным начальником в Красноярском крае и входил в какой-то там оперативный штаб по предотвращению всего сразу. Руководителям пресс-служб так полагалось. Считалось, что мы как-то поможем МЧС оповещать, если что. И вот рано утром, помню, этот "штаб" экстренно собрали. Такие, мол, дела, рвануло. Оценить, разрушится ли СШГЭС полностью, никто пока не может. Ну, и значит, непонятно, что будет с Красноярской ГЭС.
- А сколько у нас будет времени на эвакуацию, если допустить самый плохой вариант? - спрашивает мэр.
МЧСовец пожимает плечами.
- Нет, - говорит, - таких рассчетов. Ну, может, минут 50.
Нет рассчетов - нет и планов эвакуации. Автобусы, чтобы всех централизованно вывезти, собрать не успеем. Если объявить сейчас, что надо бежать в горы, добраться, скорее всего, успеют только жители ближайших к сопкам малонаселенных кварталов. Но побегут, конечно, все. А у нас - ядерное производство.
К тому же МЧСовец предупреждает:
- Без команды штаба (который где-то в Хакасии) объявлять эвакуацию не имеем права.
И в общем ясно, что когда случится, мы ничего уже не успеем. А если не случится, так и заседать нечего, можно по домам идти.
А связи со штабом, кстати, нет. Там не до нас совершенно. И потом сами МЧСовцы сообщениям своих коллег не верят, звонят в Хакасию знакомым, спрашивают: "Как там на самом деле?!" И выходит, что на самом деле люди бегут, не разбирая дорог, в горы, причем, не только из ближайших к плотине городов, но и из Абакана. Несмотря на вялые выкрики властей, что эвакуация не объявлена. Люди понимают: если что, никто объявить не успеет.
Вот и мы сидели несколько часов, обложившись телефонами и собирая из разных мест информацию, что же там происходит-то. Из разных, но большей частью неофициальных.
А потом, многими часами позже, мы пошли домой, потому как вроде бы (наверное) пронесло...
А на Кубани нет.

Да уж...

 

Нет, с либерализмом в госстроительстве пора заканчивать. И побыстрее.