Не могу тут больше. Всё обрыдло. Тима только бросить одного не могу. Это держит на одном месте, а больше ничего. Ну, ему лучшу уже гораздо, так что ни сегодня, так завтра свалим отсюда. В Омск. Туда, где хорошо, до поры до времени.
Мне так всё уже надоело. Я тупо целыми днями просиживаю в четырёх стенах юркиной квартиры, либо в больнице(откуда меня уже гонят в шею). На улицу,даже на аск, выйти нельзя. Знакомых встречать неохота. А то это чревато. С Найдой даже погулять не могу, потому что моя мать с отчимом живут в соседнем подъезде.Встретить кого-либо из них - это подобно самоубиству, и чревато последствиями. Я даже до больницы короткими перебежками передвигаюсь, дабы знакомых не встретить, и не услышать вопрос : "Ну как ты? Где была? Тяжко тебе?" Что я отвечу? Что я вообще зашибись, была везде, где хотела, и мне совершенно не тяжко, я счастлива? И что дальше? Смотреть на перекривленные непониманием и завистью рожи? Слушать марали о моей безнравственности и неправильности моих действий? Хватит. Это уже было.
Уеду, и больше не вернусь сюда. Я после Уфы поняла, что не хочу покоя и размеренности осёдлой жизни. Не сейчас.

Два пустых дня. Из больницы меня погнали сегодня уже пинками. Надоела я там уже всем до чёртиков.
А ещё я мать видила утром сегодня. Город-то маленький. Да и земля круглая...
А больше ничего.

Этот город, когда-то такой родной, любимый и, самое главное, любящий, а теперь ненавистный и враждебный, будет держать меня ещё две недли. Я задыхаюсь здесь. Мне здесь знакома каждая улица, каждый квартал. Меня здесь ждали. Но мне здесь тесно. Я вижу ограниченность когда-то близких мне людей. Я вижу полное непонимание в их лицах, в их глазах. Меня напрягает это.
У Тима страшное восполение лёгких. Он должен месяц пролежать в больнице. Но как только ему станет лучше, мы сразу уедем, чтоб больше никогда сюда не вернуться. Никогда. Я хочу найти СВОЁ место в мире, и оно не здесь. Точно не здесь.
Я так и не позвонила отцу. Ещё не время. Сейчас он меня не поймёт. Может потом...

Я не узнаю своих старых друзей. Что-то не так. Что-то изменилось. Двое уже пять суток сидят в обезьяннике. За что? За разбитую витрину какого-то цивильного магазина и за разбитую рожу каких-то цивильных парней.
Что это? Раньше это воспринималось нами (и мной), как протест. Против чего? Против цивилов? Или глобальнее: против системы? Раньше так и было. Не теперь.
За эти три месяца я поняла одно: каким бы не был твой протест, как бы ты не драл глотку за свою правду, всё равно твой голос будет задушен, забит толпой. Как только ты посмеешь хоть пискнуть о своих убеждениях, толпа схватит тебя за глотку, разобьёт всё ебло до кровавого месива и поставит в угол коленями на горох, молиться на систему, на её порядки и общепринятые нормы и ценности. Толпа - это сила страшная, всепоглащающая. Даже против волка слаженное, организованное стадо овец - это сила.
Я не протестую. Но я и не в системе. Не в толпе. Я не хочу быть задавленной толпой, даже за свои ЦЕННОСТИ, даже за свои УБЕЖДЕНИЯ. Я не склонна к самопожертвованию. Я хочу ЖИТЬ. Я буду делать это так, как хочется мне, но я не буду собственноручно гробить себя своими протестами, которые всё равно ничего не дадут.
Пусть бытуют мнения, что я сволочь сдалась. Мне всё равно. Я хочу жить.
P.S. Мне нужно было слить эти мысли куда-то, иначе я бы, наверное, не выдержала больше. Это гложит.

Мы в Волгограде. Добрались автостопом. Тим заболел. Ему плохо. Только по этой причине мы и приехали сюда. Здесь у меня прописка и люди, у которых можно денег занять, чтоб заплатить врачам. У Тима-та полиса нету, и в больницу ни в одну его без денег не примут. А заболел он очень.
Все старые друзья уговаривают меня остаться. Не хочу. "Дом там, где хорошо", а значит точно не здесь. В Омск поедем, как только лучше Тиму станет. Там тоже не дом. А где дом? Хорошо мне было только в Питере, но там трудно будет осесть.
Хочу поехать к отцу, но не знаю, надо ли.. Говорят, он меня ищет. Надо позвонить. Собраться с силами, решиться и позвонить. А там будь что будет...

Опять поезд. Плацкарт. В никуда. Я не знаю, куда мы едем теперь.
Вчера вечером Тим лёг спать, а я сидела подбирала какую-то свою песенку на гитаре. Это нормальная ситуация - один спит, другой, чем-то полезным занимается. Так вот, сижу я,значит, дринчу, заходит Екатерина Николаевна: "Идём на кухню, нам с тобой поговорить надо" Я пошла. Сели. Она мне говорит: "Знаешь, я не сомневаюсь, что ты девушка хорошая, приличная, понимаю, что тебе трудно сейчас, но ... уезжай отсюда. Не ломай сыну моему жизнь. Ты ведь сама понимаешь, что не любит он тебя. Нет, ну может быть по началу и была влюблённость, но сейчас... Сейчас у него всё по принципу "мы в ответе за тех, кого приручили". Это его вина, что ты уехала из родного города. Да. Но не всю же жизнь ему теперь с тобой мучится. Уезжай." Встала и ушла. Я знала, что так будет.
И я ушла.Взяла мешок, гитару, Найду и ушла. Так гадко стало мне от этих слов, я даже передать не могу.
Купила билет до Питера и села ждать поезд. Посидела так с час, и пришёл Тим. Я не ожидала, что он придёт. Даже не надеяласьСпросила, зачем он опять из дома ушёл а он мне сказал так : "Дом, это там, где хорошо, значит там, где ты." И всё. Деваться теперь некуда обоим.
Чувствую себя виноватой. И у Тима теперь нет ДОМА.

Ну вот я и в Уфе. Уже час. Когда мы приехали Тим сказал, что мы ДОМА. А я не дома. Квартира у Тима не маленькая, не большая, так, обычная. И семья обычная. Мама Екатерина Николаевна, женщина с усталыми глазами. Больше ничего хорошего я не увидела в ней. Мне стыдно за это. Отец Михаил Андреевич запретил мне его так называт. Я, говорит, дядя Миша, и к чертям церемонии. Он мне понравился. Живой такой человек. Энергичный. Брат Глеб, старше тима на шесть лет, т. е. ему 27. У него нет жены и нет детей. Он один. Он одинок. Он работает, работает, работает, и вид у него поэтому нервный, замотаный и несчастный. Но он добрый. Сестрёнке Тима, Маше, пять лет. Такая девочка милая, я даже слова другого не подберу. Так она на Тима похожа. Она от меня почти не отлипает. Такая смешная))
Все, вроде, ко мне неплохо отнеслись. Ну, а там поглядим...
Всё не плохо, но мне не посебе как-то. Чужая я.

В холодном зале мы смотрим кино.

Ледяной экран из толстого белого инея замораживает наши Разноцветные глаза. Мои были тёплые, тёмные, когда я пришла в этот кинотеатр. Теперь они сверкают яркой зеленью и нестерпимо блестят под пушистыми снежными ресницами. Мы смотрим разные цветные картинки одну за другой, и чем больше застывают наши глаза, тем они интересней и красочней.

Заходят новые люди, от них идёт пар и мы кричим на них и машем руками, потому как под их тёплыми тусклыми взглядами изображение теряет отчётливость и краски, но их глаза быстро покрываются льдом и всё встаёт на свои места. Вот только один ворвался однажды и уставился на экран обжигающими лучами. Он чуть было всё не испортил, он постоянно отогревал лицо маленькой зажигалкой, и от этого мы все едва не лишились нашей забавы. Пришлось связать ему руки и поставить перед глазами огромную льдинку, которая таяла всё медленней, а он всё тише кричал, что ещё немножко – и растает иней, и мы выйдем на улицу и отогреемся на солнце…

Теперь он сидит в первом ряду и показывает нам самые яркие и красивые картинки.

Чувак в поезде прочитал мне наизусть этот ... рассказ что ли. А автора не помнит. Меня задело. Не знаю, почему, но прям торкнуло мою голову. Я задумалась.

Еду в Уфу. Плацкартом.Завтра. В четыре часа утра. Надеюсь на лучшее. Ожидаю хучшего.

Вчера играла в кабаке. Весь вечер отложился в памяти какими-то обрывками.
Страх. Дикий. Зашли в зал. Пьяные рожи. Пьяные крики, смех. Страх. Зашли за сцену. Выкурила траву. Торкнуло. Вышла на сцену. Взяла гитару. Свист из зала. Гогот. Ужас. Липкий. Мерзкий. Начинаю играть. Пою. Четыре песни. Выдохлась. Дали стакан пива. Гадость. Выпила. Снова играю. Чувствую, что не то, что надо, но пою. Сбиваюсь. Матерюсь. Опять играю. Струна рвётся. Страх. Меняю струну. Играю. Из зала женский пьяный визгливый смех, как у свиньи. Играю. Раздражает. Замолкаю. Свист из зала. Беру микрофон. Прошу тишины. Тишина. Играю. Прошол час. Выдохлась. Больше не могу. Иду за сцену. Курю. Выпиваю бокал вайна. Играю. Просят сыграть БГ, я его не знаю. Отдаю гитару. Поёт Дохлый. Просят сыграть Круга. Мы его не знаем. Крик из зала. Свист. Играем что-то. Пьяные рожи. Ужас. Понимаю, что мы тут лишние. Играю Янку. Прощаемся. Уходим.
И больше ничего. Именно после этого ужаса, я поняла, что больше сил у меня нет. Я хочу отдохнуть. Тим предлогает ехать в Уфу. Не знаю. Наверно, поеду. Только меня пугает, что его там семья одного ждёт. А я чё? Я левая вообще. Какая мать хочет сыну такого будущего, как я? Не знаю. Страшно мне.

Сегодня у моей лучшей (да и вообще единственной) подруги День Рождения. А я чёрти где, и даже позвонить для меня сейчас крайне проблемотично.
Олеська. Она не поняла меня, когда я уехала. Для неё мой поступок - дикость, бред, пустая прихоть. Я очень гадко себя сейчас чувствую. Это первое её день рождения, на котором меня не будет рядом. Три месяца я её не видела. Не знаю даже как она там, без меня. Это дико.
А сегодня ребята позвали меня поиграть с ними в каком-то кабаке. Девочка, которая с ними поёт в больнице. Я могу её заменить. Очень неохота мне играть перед рожами пьяными, но ребятам помочь надо.
Вчерашнее писсимистическое помешательство прошло. А чего хандрить? Я свободная (ну почти), а значит и счастливая. Что ещё надо-та?

Пошла я всё-таки к Маринке. Так хуёво мне оказывается. Дома у неё тепло, хорошо и чисто.. Кошка Машка беленькая, чистенькая всё время лезла ко мне на колени. Такая тёплая, добрая.Кошка, говорят, чувствует, когда людям плохо, когда у них что-то болит. У меня болит очень сердце и голова. Мне говорили врачи, что сердце у меня валиумом пасажено, а я не верила. Теперь вот бросила валиум,слезла. Но мне не лучше.
Выпили с Маринкой чаю, потом водки. Что-то покурили. Мне с ней легко и хоршо. Она живая. Душа живая у неё. Редко таких людей встречаю. Я не такая.
Зима опять толкает в дипрессию. Серость и сырость наводят тоску. Близость Нового Года укрепляет безнадёгу.Ну вот какие есть у меня варианты встретить новый год? У Игоря с панкерами, гитарой, куревом и водкой. У Маринки с гитарой, куревом, водкой и кошкой Машкой. На вписке с Тимом, гитарой, куревом, водкой и панкерами. Разнообразия нету как бы. Новый Год - волшебство, подарки, теплота. Это для всех. А для нас получается Новый Год - это панки, гитара, курево и водка. Такая вот херня.
Гаденький пост получился. Больной. Вы уж извините, что я так про волшебный праздник. Просто у меня вот так всё получается.

Снег выпал. Опять. Хороший такой белый снег. Люди сегодня на улицах добрые и щедрые, потому что счастливые. "Рады снегу звери, птицы и ,конечно, человек!" Так же и у нас.
Я тоже рада. Снег скрывает грязь. И это мне нравится. Но я лета хочу. Тепла. Солнца. Хочется согреться. Тим говорит, что летом нам не надо будет искать квартиры, не надо будет ездить поездами, летом всё будет куда как проще. В мае мы поедем на море. Там люди отдыхают, там они добрые, без заморочек. Там можно будет денюжку заработать хорошую не прилагая особых усилий. Там будет хорошо.
А сейчас я сижу и мёрзну в квартире Игоря. Смотрим "Иглу", пьём водку с партвейном (бяка жутячая), курим что-то. В общем хорошо всё. Обыкновенно,но хорошо)

Ну вот, как бы, и Омск. С Маринкой распрощались. Она сказала: "Будет хуёво - заходи.". Я пообещала "Обязательно зайду." Она знает, что не зайду. Никогда. Её дело предложить. Моё дело - отказаться. Вот и всё. Не, хорошая она. Живая. Но, один хрен, чужая. Случайный попутчик. Не больше. Но и не меньше. Вот так вот грустно.
Ещё пара дней и приедет Тим. А пока я буду жить в пустой квартире вместе с Найдой. Буду жить. Главное, что буду жить. Грустно мне как-то. Почему так? Когда я стану оптимистом? Когда я научусь Верить в людей, счастье и т.п.?
Не, ну это вообще фигня всё. Просто я устала чуток с поезда и всё.
Разучила за "вчера" две новые песенки - Автостопная-2 и -3. Тим приедет,а я его обрадую, а то он вечно зудит, что я медленно песенки учу.

Завтра уже в Омске буду. Завтра. Хрена мне там делать? Чё я там забыла? Может, вообще, развернуться и .. и домой? Вернуться, упасть в ноги мамке и Владу заодно, покаятся, поклястся, что не буду больше никогда вообще им возражать и жить дальше. Жить? Не, не смогу. Гордость, чтоб её....
Не, не куда мне пока, кроме Омска, ехать. Да и надо ли?
Вот. А ещё Маринка(та женщина с которой я познакомилась вчера) мне спела сегодня песенку. "Поле цветов" называется. Я даже помню, чья это песня. Был такой Александр Непомнящий. Рок пел. Что-то типа панка, но легче гораздо. Он у нас даже в Волгограде был. Ну, концерт играл. А мне тогда лет 10 было. Папа меня водил на этот концерт. Помню, под таким впечатлением потом ходила. Аккустику тогда именно полюбила. И сейчас я тоже электричество редко слушаю, под настроение. Тогда про Янку Дягилеву узнала в первый раз. Тогда папа ещё в Волгограде жил. Тогда я маленькая были и счастливая.
Сидим с Маринкой в тамбуре. Курим. А завтра в Омск приедем и разбежимся по углам. И не увидимся больше. Вот как бывает..)

Всё идёт по плану. Еду в Омск.Сижу в тамбуре. Тут холодно немножко. Но всё же куда лучше чем в поезде. Там вообще перегаром воняет очень и курить там нельзя. А здесь нам с Найдой хорошо. Найда спит. Блин, вот какая она здоровая псина,прям очень,но зато умная и с добрыми глазами. Это её очень большой плюс. А ещё она меня слушает очень внимательно и ,кажется, всё очень хорошо понимает. Она одна меня так хорошо понимает.
Порвался мой рюкзак. Теперь шью новый. Шью из джинсов Тима. Как дура.
А ещё я познакомилась с одной женщиной. Ей лет 30,может больше. Она тоже едет в Омск,только в другом вагоне. Она очень умная и какая-то.. не знаю... сочувствующая(не знаю.есть ли такая характиристика в русском языке,но иначе я это назвать вообще не могу) . Ей сразу хочется выложить ВСЁ.Все свои проблемы. Все свои мысли. Все свои чувства. Всю свою жизнь. Да. И я не удержалась. Всё ей и рассказала. А она мне сказала,что меня рано или поздно убьют эти разъезды,но,не смотря на это я должна искать мир,где меня будут любить,где мне будет хорошо и спокойно, а пока я его не найду, мне будет плохо очень. А где он,этот мир?
Есть мир без плохих новостей.
Хочешь,я возьму тебя туда с собой?
Там нет ни забот ни страстей,
Ничего, только вечный покой.
Такая вот лабуда из песенки на ум пришла. Интиресно,это описание подойдёт для моего мира?)

В колонках играет - Пилот - 100000 номеров
Да. Я не поеду в Новгород. Я еду в Омск завтра в четыре часа утра. Одна,ну,не считая моей собаки конечно. Я вернусь на работу, в этот долбаный клуб. Буду работать. Жить буду в квартире Игоря. Наведу там порядок и буду жить. Спокойно. Почему-то мне кажется,что Егор не приедет ко мне в Омск,хотя и говорит,что не бросит меня одну,что приедет всего-то на пару дней позже меня. Ну поживём - увидим.Вот такие вот у меня планы на ближайший месяц.
Я вот тут подумала и вспомнила,что через месяц с небольшим будет Новый Год. Я впервые буду встречать его так далеко от дома. Не знаю даже - хорошо это или плохо. Наверное,хорошо. А может и нет Не важно..
Ещё я сегодня после долгих,тщетных попыток, наконец-то смогла сыграть песенку ГрОба "Вечная Весна". Взяла высоту так сказать. Долго этим теперь гордиться буду)

В колонках играет - Янка Дягилева - Особый резон
Завтра Тим хочет ехать в Нижний Новгород. А я не хочу никуда из Питера уезжать. Зачем?
Играть не пошла сегодня. Не хочу. Холодно на улице.Да и в квартире тоже холодно. Я сижу,рисую вид из окна. Ничего особенного: асфальт, многоэтажки,машины,люди в ярких шапках, снежок и всё. А мне больше и не надо ничего. Пока не надо.
Не поеду в Новгород. Нечего мне делать там. Хотя,говорят, это город красивый,старый потому что. Но ведь и про Москву мне так говорили, а в ней я разочаровалась.. Поеду я лучше с Найдой в Омск. Обратно. Туда, где спокойно и надёжно. Единственное место,где у меня теперь есть дом,пусть он даже не совсем мой(даже совсем не мой), - это Омск. Тим смеётся,говорит о нашем образе жизни :"Мой адрес не дом и не улица...", а я начинаю уставать. Зато я знаю наверняка: я совершенно не жалею, что ушла из дома,что уехала из родного города. Это неправильно,но это так.

Ходили сегодня играть. Денежек прям хорошо надавали,но мы их тут же проели в какой-то кафешке. Потом долго гуляли по городу. Снежок,холодрыга - кайф) Хорошо здесь вообще..Вот мы по Питеру идём, и никто на нас не оборачивается, никто как на дураков не смотрит - это всё потому, что здесь к таким, как мы привыкли,здесь таких, как мы много. Сразу ассоциация с песней "Большой питерский блюз",не помню уже, кто её пел/поёт, но содержание вот помню. Так там честно сказано об отношении Питера к приезжим. Ни в одном другом городе не принимают так радушно...Вот)
А ещё,я думаю,что если Тим действительно моя привычка, то привычка очень хорошая,полезная. И я эту привычку всё-таки люблю...

В колонках играет - Пилот - Сумашедший
Я замёрзла и заболела. Так что денюшку зарабатывать сегодня пойдёт один Тим,а я буду, наверно, весь день пытаться навести порядок в квартире Андрея,хотя вряд ли мне удасться разгрести весь этот бардак.))
Вчера Тим рассказывал про свою семью. Так у него там всё радужно. Мать,отец,младшая сестрёнка,старший брат. Он всех их любит,это сразу видно. С такой теплотой он о них говорил,с такой нежностью... Вообще не понимаю, какого чёрта он ушёл из дома. Спросила его об этом,а он ответил,что хотел найти себя. Мда... Хотел найти себя, а нашёл меня. Не самое лучшее преобретение, я вам скажу...))
А вообще меня мучает один вопрос. Вчера Андрей у меня спросил,люблю ли я Тима. Стыдно признаться,но я не знала,что ему ответить. Вот что такое любовь? Я этого не знаю,и даже не имею никаких предположений. Нет,ну я ,конечно, влюблялась,но.. Но не любила. Никогда. Никого. А тут такое... Я точно знаю,что нам с Тимом друг без друга нельзя.Каждый из нас нужен другому по тем или иным причинам. Но это взаимовыручка,а она свойственна дружбе,хорошей и крепкой, но не любви. Он зовёт меня в Уфу. К нему. А я не могу. Я даже не знаю почему - просто не могу и всё. Он задерживается где-то,на час,а я уже не нахожу себе места. Это странно. У меня не было такого ещё никогда. И самое главное, я понять не могу - что с этим делать...