Не выдержала я - позвонила Марине. Плакала. Жаловалась. А он меня слушала, слушала, а потом спокойно так, просто, мне выдала: "Значит так, детка, я собираю манатки и еду к тебе. Иначе чёрти что получается." Через три дня приедет Марина. С ней мне будет спокойно...

Ещё Марина мне сказала, что ей Чёрт вторую ночь уже снится. С ребёнком на коленях. Это она, наверно,  под впечатлением от того, что у меня от Ильи ребёнок, такие сны до сих пор выдит. Он была очень удивлена, когда я сказала, что мой Илюша как две капли воды похож на Чёрта. Она до последнего была уверенна, что никто, кроме Тима не может быть отцом моего ребёнка. Она любит Тима. Так же, как меня. А Чёрта она не любила. Называла его "обывателем" и "примитивом", а ещё "битником". Да.

Я так скучаю по Илье... А он мне даже не сниться.

Не сходи с ума, Арина. Не сходи с ума.

Надо попробывать вернуться в нормальное расположение духа. Я слишком нервничаю. Мне слишком хуёво. Мозг не хочет больше этого терпеть - крыша рвёт за чайками вдогонку. Всё мне ни к чёрту, хотя всё вполне хорошо. Это клинника. Я вечно беспокойная. Дёрганая. Трясутся руки. Мутнеет в глазах. Я как будто пьяная. Мне хуёво.

Не хочу, чтоб об этом кто-то знал, чтоб это кто-то заметил. Не хочу. Стараюсь успокаивать себя и держаться ровно. И у меня, чёрт возьми, это пока получается: даже Илюша, который обычно реагирует на любую перемену моего настроения, сейчас вполне спокоен. Значит, ничего пока не чувствует. И это хорошо. Он у меня вообще очень спокойный: почти не плачет никогда. Сколько видела маленьких детей - они всегда много и долго плакали. Почти всё время. А Илья нет. Не знаю почему. Меня даже по началу пугало это. Мне всегда казалось, что у нервных родителей очень нервные дети. Но, похоже, мой сын - исключение)

Всё у меня так хорошо. Всё так спокойно и радужно... А мне так плохо. 

Не моя это жизнь. Чужая чья-то. Перепутали меня с кем-то.

Как и раньше, один Тим знает, что творится со мной. Как раньше... Только Тим. И вы. 

А голова идёт кругом. Зачем мне Бог, или, может быть, чёрт, всё время даёт право выбирать? Я путаюсь в своих желания и возможностях, в своих хочу и надо...

Да, глупая ты, Аринка. Безмерно. Не сходи с ума.

Эстафетная палочка от Чёрно-белый Арлекин. 5 фактов о себе. Это не сложно)

1. Я люблю свою гитару и свою музыку)

2. Не люблю большие скопления народа. Потому что они напоминают мне тупое стадо баранов.

3. Не люблю ходить на концерты. Причина в п. 2.)

4. Имею привычку выплёскивать всю правду-матку людям в лоб. Отчего страдаю постоянно.

5. Я считаю себя счастливым человеком.)

Передаю палочку чисто по наитию: Интро, Просто Сволочь, m_a_sh_i_n_a, Воздуха лепесток, и PumpIT.)

Наконец-то выпустили нас. Такая я счастливая) Наконец-то я снова могу сказать "Я свободна!" и не соврать.

Или не могу? Не знаю... Это, конечно, совсем не та свобода, которая была у меня три-четыре месяца назад, но... я счастлива пока и так) Да. Пока меня всё устраивает.) Всё хорошо. Андрей рядышком, он нашёл работу. И меня это радует, Юлька мне помогает. Она меня никогда не оставит одну, Я знаю. И это меня радует тоже. Да.

Маринка,когда умер Илья, сказал мне одну вещь, которая никак не хочет выходить у меня из головы: "Ты сейчас должна допить кубок со своей болью до самого дна. Жадно. С удовольствием. Как это Илья сделал. Чтоб на долю вашего ребёнка не осталось этой боли ни капли. Дай хоть ему быть по-настоящему счастливым. Раз уж ты сама не умеешь..." И я всё время над этим думаю. Наверно, Марина права. Но от этого немножко страшно. Мне кажется, я просто не выдержу. Ни единого глотка из этого кубка я сделать не могу. Больше некуда уже... А впрочем... не знаю...

Знаю только, что люблю своего маленького. И что никогда, никому, ни за что не дам его обидить. Костьми лягу, ради того, чтоб он был счастлив. Разорвусь... Я так хочу, чтоб ему было хорошо.

Послезавтра нас выпишут. Это меня очень и очень радует. Не могу я уже в больнице. У меня уже крышу рвать начинает от этих белых стен и улюлюканья медсестричек, нянечек и мамочек. Не могу. 

Чёрт всю ночь мне снился. Такой сон хороший был. Светлый. Тёплый. Даже жалко утром стало, что сон...

Утром Андрей приходил.  В первый раз он видел Илюшу близко и даже держал его на руках. Нянечка втихую разрешила. Я её так долго уговаривала... Восторга у Андрея было немерено! У него потом ещё пол часа руки тряслись. Так смешно это) Так классно) Андрей, вроде, взрослый мужик, а так растерялся, когда ему вручили ребёнка. Такое лицо у него было, как будто он готов был расплакаться) Так что с утра мне Андрей настроение поднял хорошо. Жалко только это приятное состояние до вечера не продержалось.

Звонил Тим. И опять слёзы, слова какие-то дурацкие, головная боль и убитое состояние. Вот интиресно, нахера мне всё это?

Не могу уже в больнице. Напрягает. А выпишут нас не скоро ещё. Илья слабенький. Здоровый, но слабенький. Поэтому нас не хотят выпускать. Поэтому позавчера подходила ко мне медсестра и доверительно нашёптывала, что "лучше мне отказаться от ребёночка, потому как он хиленький и всю жизнь такой будет". Суть была в том, что типа намучаюсь я ещё с ним. После этих слов я долго её материла. Даже и не знаю, что на меня нашло, но я, даже не думав кричать, напугала бедную медсестричку так, что больше она ко мне не заходила. Как всегда...

Тим утром звонил. Никогда я, наверное, не смогу его от себя отпустить. Опять сидела, слушала его - тряслась и плакала. Не знаю, почему. Он говорит, что если я его просто пошлю и скажу, что он мне нахер не сдался - он уйдёт и больше никогда в моей жизни не появится. А я не могу так сказать, потому что дура. И это клинника... Да. Я сама порчу себе жизнь. Как всегда...

А Илюша всё-таки безумно похож на своего отца. Чем дольше на него смотрю, тем чётче это понимаю. От меня у него только рыжие волосы... Бедный мой сыночек... Маленький... Как я смогу его воспитать? - Я даже не представляю! Меня уже тянет куда-то. Хочу в Питер к Андрею. Знаю, что нельзя. Но хочу. "Мой дом есть ли ты? Даже если есть, то зачем ты мне?" (с) - всё время, когда начинаю задумываться о Доме, сразу вспоминаю эти строчки. И каждый раз понимаю, что я паталогически бездомная. Мне так надо. Я так хочу. Но я должна теперь жить на одном месте. И, как бы я ни была счатлива, что у меня теперь сынок и, что Андрей рядом, меня всё равно тянет к Тиму на волю. Как всегда...

Пятого октября у меня родился сын. Преждевременно. Я не доносила его два месяца. Но он вполне здоров, насколько это вообще возможно. Я не надеялась даже, что у меня от Чёрта может родиться здоровый ребёнок... Но он здоров. Его зовут Илья. Он безумно похож на своего отца. Я рожала его 9 часов... Он весит 2 килограмма 100 грамм. Он, как куколка - маленький... и не плачет почти.

Когда в первый раз его увидела, когда осознала, что он - Мой, долго рыдала. Слишком он похож на моего Чёрта. Слишком. Так нельзя. Больно мне от этого. Но я его люблю. Он - Мой...

Не могу писать много. Трудно. Я ещё не отошла) А в больнице меня уже калит... не могу. А выпишут не скоро. 

По Андрею скучаю. Он когда Илюшу увидел в таком восторге ходил. Как ребёнок радовался, ей-богу... Как ребёнок. Большой совсем ребёнок) Люблю его. Как брата) Но люблю.

Пишу-пишу, а получается бред)

Андрея в больницу забрали. Блять... Всё совсем хуёво, оказывается. Грипп у него. И я, похоже, уже успела заразиться. Но на мне-то всё как на собаке заживает, а вот Андрей... Тут похоже всё очень-очень серьёзно. Я переживаю за него. Волнуюсь. Курю, рисую и пью назипам. Да. Всё как всегда. Всё, как с Тимом. Замкнутый круг.

А Тим как будто чувствует, что мне плохо. Звонит. Рассказывает добрые сказки, в которые очень хочется верить. И опять на пощанье, вместо "Пока" вырывается "Люблю тебя". А он хохочет. И говорит: "Я знаю. Скучаю очень." И ложит трубку. А я слушаю гудки. И понимаю, что сморозила хуйню. Но уже поздно. Я уже проговорилась. Зря... Ни намёка на здравомыслие. 

Гитара у меня лежит и пылится уже дней пять. Нет желания до неё даже дотрагиваться. 

Зато рисую я очень много. В основном красками. Яркими, кислотными цветами. В этом сейчас я вся. В этих кислотных портретах, пейзажах с красным небом, синими деревьями, жёлтыми реками и цветными птицами. Весь бред из моей головы выливается на холст. И мне хорошо от этого. Мне это нравится.

Андрей у меня заболел... Темпиратура такая сильная у него - 39.6. Он горит весь просто. Не соображает ничего почти. Не ест. И спать не может. Боюсь.

Пошла утром, набрала лекарств на две штуки. А чё делать, если одни таблетки какие-то от кашля стоят 380 рублей?..

Андрея жалко. Так плохо ему... Бедный мой мальчик...

И мне тоже нехорошо. Надо в больницу сходить... Опять на что-то злится, наверно, сынок мой... А может, просто плохо ему там... Я же курить не бросила. Назипам иногда пью. Помногу. Ем мало. Вот он там и мучается. Так страшно... Я боюсь, что не доношу его. Ведь бывает же так... Осталось продержаться чуть больше двух месяцев. Чуть-чуть осталось. И у меня появится любящее и любимое существо... Так жду...

Устала я чего-то. Сдала совсем.

Это всё осень) 

В последнее время я постоянно нахожусь в предчувствии беды. Я не знаю, откуда, как и когда она прийдёт. Но что-то должно случиться. 

Мне снится больница. 

Я всё время чувствую какую-то угрозу. Опастность.

Страшно.

Я с ума схожу. Больная. 

Бред.

Тим звонил. Тяжело. Плохо. Говорю с ним, а в глазах мутнеет, стены ходят ходуном, мысли путаются и сердце резко сжимается, как будто от очередного приступа глухой, тяжёлой тоски. Это длится долго. Десять минут такого состаяния - это очень долго, для меня. Чувствую, что, наверное, я уже плачу. А сделать с этим ничего не могу. Не хочу. Стою с трубкой в руках, плачу и слушаю. Слушаю очередную сказку о том "хорошо", которое было. И которое может ещё быть, если я вернусь. Какая-то часть моего больного существа понимает, что всё, что говорит Тим - это ложь.. враньё.. муть. Но сердце свято верит в его слова... Тоска наваливается с новой слой. А потом меня резко отпускает. Потому что появляется мысль об Андрее. На душе делается тепло. А потом горько. 

Я любила, да и сейчас люблю, Чёрта. Любила в нём мужчину. Человека. Телом любила. Плотью. Только его рук я не боялась. Только с ним я поняла, что имею пол. Причём женский. Только с ним мне было по-настоящему хорошо. Навряд ли я когда-нибудь ещё смогу почувствовать то, что было с ним. Холодно без него. с кем бы я ни была - всё одно холодно...

Я люблю Тима. Люблю его душу. Люблю в нём творца. Люблю всем сердцем. Всем своим существом. Он вернул меня к жизни. Почти насильно: больно взял за плечи, тряхнул разок со всей силы и я ожила. Пока был он - было вдохновение. После того, как он ушёл. я не написала ни одного стиха, не подобрала ни одной песни, не написала ни одной сказки. В душе пусто без него. Тоска одна осталась. Тяжёлая. Горько-солёная. Мерзкая и липкая тоска.

Блять, а Андрея я просто люблю. Не знаю за что, не знаю как. Да и люблю ли я его вообще? Тоже не знаю... Мне с ним хорошо просто. Тепло.

А он говорит, что любит меня и моего сына. Почему - не знает сам. 

Я блогадарна ему за это. Но тоскую по Тиму.

Ненормальная... Сумасшедшая... 

Второй день вместе с Андреем и Юлькой пытаемся привести старый бабушкин дом в хоть наскольно-нибудь жилой вид. Получается это довольно херово. Ибо пыль тут слоем где-то около четырёх сантиметров лежит. Везде. Паутина и здоровые чёрные пауки. Тоже везде. Ну и ещё дохерв всякой такой мути тут, типа пиздец как запылённых книг, или мёртвых мышей. Да. Щас вроде стало чуть получше. Но всё равно жить в такой обстановке стрёмно пока. Ещё пара дней усердной работы - и можно будет сказать, что дом почти идеален. В моём понимании по крайней мере)

Андрей уже сегодня работу ходил искать. Пока ничего не нашёл. И слава Богу. Не знаю, нахера ему работа?...

Вчера достала его вопросом: "Нахера тебе со мной жить?" Мне ж, дуре, интиресно... Вот. Под вечер он сдался. "Люблю я тебя потому что! Понимаешь? Люблю! Не знаю зачем, как, и нахера тоже не знаю, но люблю. И всё" Да. Так и сказал. Тим говорил мне, что любит. Чёрт говорил мне, что любит. Но это звучало как-то не так. Не знаю... не так просто, что ли... Андрей говорил с такой интанацией, как будто спрашивал, как у меня дела, или куда я положила его майку... Так страннно. И от этого почему-то весело и хорошо)

С Юлей записали три песенки. Под аккомпонимент Андрея) Классно вышло. Я тащусь просто)))

Утром ещё выехали с Пензы. Я взяла денег на билеты у того дядечки, который нас приютил. С тем условием, что через пару месяцев после того, как я рожу,то бишь, в марте, я приеду обратно в Пензу и какое-то время поиграю у него в группе. Он сказал, что я нихуёвый прект, только надо чуть-чуть кое-что подработать и подкорректировать. Я пообещала приехать. Хотя мне дико противно от того, что я - "проект". Это гадко и неправильно.  Я - "проект". Cтранно и стрёмно. Но в общем-то и не важно. В Пензу мне надо будет ехать в марте, а сейчас только сентябрь. Поэтому нехер пока думать об этом. Это будет потом. Надо ещё дожить до марта. А я не уверенна, что это у меня получится.

Я начала чувствовать существо внутри. Оно постоянно бьётся и вертится во мне. Я это чувствую. Андрей стал говорить о нём как о "нашем сыне". Странно... Андрей не имеет к нему никакого отношения... Совсем. Совершенно точно. Не пойму, зачем ему таскаться со мной - совершенно больной и вдобавок сумасшедшей, зачем ему мой ребёнок. Он настроен на то, что он будет воспитывать этого ребёнка. Любит его. Почему? Зачем? Я просто не понимаю. И никогда не пойму. 

Звонил Тим. Сам, наверное, не понял, чё хотел... Пьяный в усмерть. Мне жаль его. Он мне очень дорог. Я по нему скучаю. Но сделать ничего не смогу. Я не хочу опять подрываться и ехать к нему. Нет, я хочу. Но не могу. Это меня добьёт. Мне осталось пол шага до сумасшествия. И всё. Предел. Не хочу. Не могу. Я, если так посмотреть, ничем не обязана Тиму. Всё, что я была должна, я отдала сполна своими слезами, своей кровью. Больше не смогу. Пусть он меня простит.

С самого утра и весь день меня приследовало пративное, стрёмное ощущение того, что день не задался, да и неделя не задалась, блять, и год в общем-то тоже, да и жизнь вообще. Да. Весь день я только об этом и могла думать, впринципе. Дико болело всё тело - кажая клеточка болела. Мысли опять начинали путаться и всецело сводились к тому, что я скучаю по Егору и чувствую себя очень виноватой перед ним. За всей этой грёбаной тоской я попросту забыла о дне рождении Коша. Если бы мне не напомнили о нём, то я так бы и не вспомнила нифига. 

Остановились в Пензе. Тут пересадка у нас должна была быть. Позвонила Кошу. Поздравила. Проебала последние деньги на таксофон. Пиздец. Решили остаться на денёк-другой в здесь, пока не наиграем на билет. Сели играть прямо на вокзале. И тут случилось просто нечто совершенно невероятное! Невероятное для меня.) Подошёл к нам мужчина в возрасте, спросил, смогу ли я сыграть что-нибудь из ЮЗа. Сыграла "Небесного Ангела". Потом он спросил, есть ли у меня свои песни. Ответила, что есть. Попросил сыграть. Сыграла парочку. И через буквально пол часа мы с Андреем сидели уже в маленькой, но довольно нихреновой студии звукозаписи, а дядечка рассказывал мне о том, что ему в группу нужна вокалистка, желательно умеющая играть на гитаре, пишущая тексты, и уважающая совковый рок. Сказал, что искал такую долго. И предложил мне попробовать записать чего-нибудь. В студии мне писаться не понравилось. Совсем. Это работа. А для меня музыка - не работа, а сама жизнь. Поэтому нахер нужна мне эта группа! Но всё равно приятно) А ещё этот дядечка, имени его я, наверное, называть не стану, разрешил нам чуток пожить в студии. Да. Так что всё заебись! У меня есть крыша над головой, есть чё пожрать, Андрей рядом и существо внутри меня вполне спокойно и только изредка даёт о себе знать, толкая меня изнутри ножкой.. или ручкой.. Ну, блять, разве ж это не счастье?!)))

Тим утром уехал. Это не может не радовать. Вчера ругались с ним весь вечер: опять крик стоял на весь дом, опять летали предметы, бильсь бутылки, опять я выскочила на улицу босиком и по лужам шла аж до дома тёти Жени. Опять. Зато я нашла в себе силы сказать Тиму "нет", хотя и было очень страшно. Как никогда раньше. Зато я теперь могу гордиться собой))

Теперь с Андреем собираем манатки и вечером уже садимся на поезд, который привезёт нас сначала в Волгоград, а потом уже и к Юльке. Там бабушкин дом и там, я надеюсь, я.. нет мы сможем прожить, если не всю жизнь, то по крайней мере долгое время.

Блять... И вроде бы всё хорошо. Вроде бы я должна быть счастлива. А я не могу. Я чувствую себя виноватой перед Егором. Да. А ещё у меня такое ощущение, что я от сердца оторвала огромный кусок. Живьём. С мясом и кровью...

Вчера он у меня спросил, смогу ли я без него жить? Я ответила, что смогу. И соврала. Себе же и соврала. Я его не люблю. Совсем не люблю. Ни капельки. Но я за год очень привыкла к той жизни, которой мы с ним жили. И к постоянным переездам. И к косым взглядам со стороны. И к постоянным дракам и ссорам. Я привыкла. А как жить теперь я не знаю. Я не умею быть матерью, хозяйкой, женой в конце-то концов. И вряд ли научусь. Не знаю, что делать дальше...

Надо заново научиться жить. Перекроить себя. Сломать себя... А разве я могу? Не знаю. Не уверена. Я буду стараться. Но что из этого выйдет - знает один только чёрт..

Ебучий, ебучий, ебучий день! Иного слова и не подберёшь... Ненавижу! Люто ненавижу. Какого чёрта он забыл в Омске?! Какого чёрта он припёрся? Что ему здесь вообще надо? Зачем? Чёрт возьми, зачем?!

С самого утра мне хотелось просто напиться. Да. Просто тупо напиться. Что я благополучно и сделала в общем-то... Да, я эгоистка. Да, я думаю только о себе. Да, да, да! Да, это мерзко. Но это так. 

Утром приехал Тим. Приехал - пол беды. Но он опять просит меня поехать с ним. Говорит, что жизни своей без меня он просто не представляет, что я ему нужна, что он меня любит... Самое противное, что я знаю, что это всё так. Он просит, чтоб я поехала с ним. А я не хочу. Но ведь всё равно поеду. Нету у меня силы воли. Я не могу сказать Тиму "нет". Он единственный, кому я боюсь сказать "нет". Да. Боюсь. Поэтому я опять поеду с ним. И сдохну, как дворняга, под чьей-нибудь заплёванной дверью этой же зимой. Я его не люблю. Я его ненавижу. Всем своим существом. Но я не смогу никогда уйти от него совсем. Меня как магнитом к нему тянет. Как будто я привязана к нему верёвками... Это странно. Это противно. Ненавижу... Он абсолютно уверен, что мой ребёнок - это его ребёнок. Но это только мой ребёнок. Мой. И больше ничей. Он - последнее, что мне осталось от Чёрта. Поэтому он только мой. А я его опять водкой травлю. Хотя знаю, что не должна этого делать. Но делаю. Потому что дура.

Пол дня я прорыдала у тёти Жени на плече. Она просила, чтоб я не оставляла Андрея. А я теперь не знаю, что буду делать. Хватит ли у меня смелости не уезжать с Тимом... Хотя нет... я точно знаю, что не хватит! Я в этом почти уверенна. Потому что я просто клиническая идиотка. Да.

Андрей отошёл. Наконец-то. Он стал похож на человека даже гораздо больше, чем раньше.

Да... Нас всех сломала смерть Илюхи. Все стали другими. И я тоже. И Андрей. И даже Дохлый. Просто кто-то (я или Кир) решил что-то изменит в своей жизни в сторону "человеческого",  кто-то (Дохлый или Крыса) решил совсем загробить себя. А Андрей просто поначалу растерялся. Не понял, что хочет теперь от жизни. Поэтому и запил. Да.

Тётя Женя просит не оставлять Андрея одного. Да я и не собиралась... Я теперь точно с ним останусь. Насовсем. Только не в Омске. Не хочу в Омске. Сильно много херни принёс мне этот город. Он меня не любит. Поедем к Юльке в Обливскую. Там бабушкин дом. Там будем жить. Я устала. Я хочу нормально жить. Как люди. Только вот вопрос: смогу ли? Должна. Всё-таки я не могу всю жизнь только о себе думать. Я же не одна. У меня уже почти есть сын. Я должна думать о нём . Только о нём.  Тем более он - это всё, что осталось мне от Ильи. Он - это всё. Я его уже люблю.)

Ну что?... Не писала давно. Не было времени. Да, собственно говоря, и желания не было тоже. 

Истощена до предела. Опять не могу даже подняться с постели. Уж и не знаю, что такое со мной творится. Наверное, существо внутри опять чем-то недовольно, вот и бунтует. Ему уже шесть месяцев... Странно так.. Я его не ощущаю совсем даже. Это, наверное, плохо. 

Ну да ладно... Андрея я нашла. Ещё второго числа. Так, как и сказала мне Марина... Нашла у Ника, про которого я ненароком во время рейда по тусовке забыла. Теперь вот привожу его в порядок. Тётя Женя мне в этом здорово помогает. Андрей очень изменился. Отстриг свой ирокез. Так что антены, которыми так интересовался Дарки, теперь изчезли. Да. 

Что ещё сказать? Тим звонил. Не знаю зачем. Просто так. Он приедет, наверно. А может и нет. Но мне это не важно. 

На концерт памяти Янки Дягилевой я так и не съездила. Да. 

Я не могу найти Андрея уже третий день. Я просто в отчаянии...

Была сегодня у Марины. Разрыдалась. Давно не плакала, а тут накрыло. Маринка хлопнула меня по щеке и сказала: "Не раскисай, дура! Не позволяй себе этого. Ты не должна мне жаловаться. Права не имеешь." Маринка умеет привести меня в нормальное состояние. Да. Я быстро после этого успокоилась.

Потом долго сидели с ней, пили чай, курили и говорили обо всякой херне, типа того, что её кошка скоро начнёт линять, или, что колбаса, которую мы ели, совсем невкусная и т. д. и т. п. Я на целых два часа отвлеклась от своих заморочек.  Потом Маринка ни с того, ни с сего заговорила об Андрее. Сказала, что понимает его и, что забухала бы тоже, если бы оказалась в похожей ситуации. Да. Из уст Марины это звучит, как похвала в сторону Обуха. А она крайне редко хвалит людей... Даже поступки Тима, который ей безумно нравился, она никогда не одобряла. 

Когда я уходила, она сказала мне, что Андрея я не найду, пока буду искать его так, как сейчас. "Неправильно ты, Аринка, ищешь. Неправильно. Ты его почувствовать должна. Каждой клеточкой своей почувствовать каждую его клеточку. Услышать то, что у него в башке творится. А ты не хочешь этого делать. А ведь можешь." Сказала. Поцеловала меня. И дверь перед самым моим носом захлопнула. 

Не совсем я поняла, чё она хотела мне сказать... И навряд ли пойму. 

Рейд по тусовке не принёс ровным счётом ничего хорошего. Стрёмно и пративно. Больше ничего. Это злит меня. 

Сначала наведалась к Каю. Я его из оставшихся в тусовке люблю больше всех. Потому что мне его до безумия жалко. Он не на своём месте в этой помойке. Ему бы рисовать... Он классно рисует. Даже лучше, чем Тим. А он проёбывает талант в этом дерьме. Ну да ладно... Не моё это дело... Не моё... Ну так вот, у Кая зависали Лёшка, Егорка Каланча и Пушкин. Никто ничего об Андрее не знает, да и вообще, слышать даже не хочет. "Этот мудак нас кинул!" И всё. А где, этот мудак, и что делает никто не знает... Посидели мы с Киром с ними минут 20, Кир выпил и мы ушли. Они звали зайти как-нибудь к ним, раз уж я без Тима, но это навряд ли. Я к ним не пойду. У меня ещё пока работает инстинкт самосохранения... Да...

Дальше я попёрлась к Нине. Одна. Она была вполне рада меня видеть. Так же, впрочем, как и я её. Посидели. Попили чаю. Поговорили. Андрей был у неё три дня назад. Сказал, что я должна скоро приехать и, что надоело ему пить. И всё. Переночевал у неё. Утром сказал, что идёт домой, занял у неё денег на опохмелку. Ну и ушёл. И всё как обычно... Да. Всё как всегда.

Потом мы с Нинкой пошли к Крысе. С ней я никогда особо не общалась, ибо она мне пративна. У неё есть квартира, есть деньги, но она, дура, пользуется этим не так, как надо бы... Да. Она уже всё вынесла из квартиры. Всё подчистую. Только для того, чтобы купить ширево. Себе и "друзьям". Да. Когда мы с Нинкой зашли в квартиру, Крыса лежала у батареи. Обдолбаная до каматоза. Спросила у неё, не видела ли она Обуха. Она ответила, что видела. Я уж было обрадывалась. А она мне говорит: "Он сейчас рядом стоит. Я его вижу. Но он не настоящий. И ты не настоящая. Ты мне приглючилась. Потому что ты умерла. Тебя нет." Не стала слушать до конца. Крыса - конченый человек. С ней даже нечего разговаривать. Она уже труп. Она уже гниёт. И мне не жаль её. У неё было всё. Всё, о чём я или Нина, или моя Юлька можем только мечтать. А она всё это просрала. Потому что ей просто нехуй делать. Я очень хочу её пожалеть... Но не могу. Не могу..

Далее мы с Киром пошли к Дохлому. Сама я туда пойти не решилась. Но мне было охото посмотреть на этого недочеловека снова. Мне было интиресно, сколько человеческого в нём осталось. Осталось мало. Он опять пьян. В его квартире куча народа: грязные, пьяные, обдолбаные мудаки. И.. хм.. не один из них не Андрей. Если честно, то я даже обрадывалась этому. Потому что, если бы я нашла Андрея ЗДЕСЬ, то я , наверное, грохнула бы его на месте, без суда и следствия... С Дохлым я особо говорить не стала, ибо это было просто не возможно. Я не волшебник. И я не лишена рвотных рефлексов... Блять, а от того зрелища, которое я наблюдала в квартире Дохлого дико хотелось просто блевать... Так вот, я смогла только спросить у Дохлого, не знает ли он, где Обух. Но так как он ответил мне вопросом: "А кто это?", я решила разговор не продолжать. Ушла. Теперь уж и не знаю, куда идти. Осталось явное ощущение, что я про кого-то забыла... Но щас об этом уже не стоит думать, ибо уже вечер и я устала... 

Я очень расстроена. Неужели всё зря? Неужели я опоздала? Не может этого быть!