http://echo.msk.ru/programs/sorokina/1069286-echo/
Путин же что вчера сказал? Он сказал «Ребята, я буду управлять каждым министром в ручном режиме».
Е.МИНЧЕНКО:...представьте себе простую ситуацию. Из приемной курирующего вице-премьера звонят министру и говорят «Ну чего? Как там твой сегодня с президентом-то встретился? Чего обсуждали?» ...
С.СОРОКИНА: ...дал год назад наш президент, соответственно, правительству.... Нереальные были цели и задачи поставлены? Или настолько плохо работают наши министерства?
Е.ГОНТМАХЕР: Ну ладно, если бы это были планы по строительству коммунизма, там, материально-технической базы коммунизма, по-моему, к 2000-му или там к какому году в свое время, к 1980-му даже году... тогда это была некая цельная какая-то концепция, из которой состояла некая идеология. В данном случае эти указы сразу же производили впечатление некоей лоскутности. То есть, вот, что ближе лежало, то надо было туда вставить и прочее. То есть никакой реальной программы, вот такой президентской программы...
Е.МИНЧЕНКО: Подождите. Был предвыборный штаб, были статьи.
Е.ГОНТМАХЕР: Как раз в этом вся и проблема, совершенно верно, что эти указы, судя по всему... Ну, авторы как всегда неизвестны, они анонимны. Ну, подписывает-то понятно кто, фамилия его известна. Е.МИНЧЕНКО: Ну, автор – народ.
Е.ГОНТМАХЕР: Это, конечно, я бы сказал, совокупный образ авторов этих указов, совокупный образ. Это, действительно, пиарщик плюс политтехнолог, но никакой не экономист, ничего. Конечно, у этого человека совокупного были все материалы правительства очевидно. Были запрошены, конечно, материалы министерств. Потом кто-то сел, положил вот это на такой большой стол, разложил вот такой пасьянс и вот так резал: «Ага, вот это было бы, Владимир Владимирович, интересно, например, повысить суммарный коэффициент рождаемости на одну женщину до 1,7 и сколько-то после запятой», что вообще все специалисты просто схватились за голову. Потому что, ну, это просто показатель, который, вообще-то, не регулируется никак и даже если мы это хотим.
Е.ГОНТМАХЕР: Нет, ну, допустим, 25 миллионов высокотехнологических мест. Так я вам должен сказать, до сих пор правительство не разобралось, что это за места. Почему? Путин – он подписал это дело. Тогда была немножко другая ситуация, видимо, хотя бы экономическая. Он думал, что кривая вывезет. Потому что экономический рост еще какой-то был. Кстати, у всех было ощущение. И, кстати, у меня тоже, что резерва даже вот в этой порочной экономической системе, которая есть, на 2-3 года есть. На самом деле, оказался резерв меньше.
Е.МИНЧЕНКО: ....общались там с товарищами из регионов. Они говорят «2013-й год мы все подтянули, затянули пояса, мы проходим. 2014-й год – мы будем брать кредиты и резать бюджет на развитие. В 2015-м году мы, наверное, если нам еще кто-то будет давать кредиты, мы возьмем еще кредитов. При этом понимаем, что теперь губернатора могут смело отправить в отставку за превышение лимитов долгов. А у нас и так уже есть ряд регионов, где долг равняется объему годового бюджета. А дальше мы просто придем, скажем «И как? И чего?» Потому что, ну, невозможно одновременно повышать заработную плату очень многочисленным категориям бюджетников, к 2018 году до 200% от средней по региону, а одновременно еще создавать вот эти пресловутые высокотехнологичные места, 25 миллионов...»
пришел Медведев? Он пришел после проигранных выборов в Госдуму. Список «Единой России», который он возглавлял. Он пришел и ему сразу сказали «Парень, а вот тебе программа – это майские указы. Вы чего там, какую-то программу правительства собрались писать? Майские указы – ваша программа. Давайте, так сказать, вперед». И, собственно, если мы посмотрим то, что они в итоге приняли после долгой толкотни и за что, кстати, Суркова тоже ругали, что, типа, ребят, вы когда основные направления-то примете? Ну, там практически дословно переписано из майских указов этих и из послания президента декабрьского.
Е.ГОНТМАХЕР: Да. «Вы нам дайте концептуальное понимание, которое было бы ясно и простым людям, даже не нынешним пенсионерам. У них формула и так остается прежней. А вот тем, кто будет». И правительство не смогло это, между прочим, сделать. И это как раз и не только по пенсионным делам – там, конечно, и по здравоохранению немножко, я так считаю, подналомали дров с точки зрения содержательной вот с теми же самыми стандартами или клиническими всякими, статистическими группами, то, о чем много там Скворцова говорила. Почему? Потому что работа правительства плохо организована. Здесь проблема премьера и руководителя аппарата правительства. Потому что для таких масштабных проектов нужно, вообще-то, достаточно профессионально работать и головой, а не только отписываться бумажками, знаете, как чтобы там списали поручение как выполненное, хотя оно не выполнено, на что Путин часто обращает теперь внимание, да? Или попросили отсрочку. Как вчера сказал министру труда: «Вы меня вынуждаете... Ставите меня в положение, что я должен вам отсрочку дать с 2014-го на 2015-й год по этим пенсионным делам?»
Е.ГОНТМАХЕР: Лакировать. И Путин, кстати, на это обратил внимание. Он как-то интуитивно, видимо, это увидел, потому что когда тебе пытаются сказать, что «черное – это белое, что все выполнено. Ну, Владимир Владимирович, мы вот тут это приняли, это сделали, постановление такое-то. Какие к нам претензии? Ну вот деньги не дошли до этих работников здравоохранения, о чем там сейчас много говорят, ну, мы же сейчас скрининг (такое, медицинское слово), мы ж по каждому медучреждению будем проводить скрининг, узнавать, почему там это не получилось и так далее, и так далее». Возникает вопрос (и, кстати, Путин об этом сказал как раз, о ручном режиме): «Ребят, а, типа, а чего вы думали до того? Зачем нужен этот скрининг, когда уже народ там недоволен». Например, врачи во многих регионах получили (это факт), получили зарплату ниже в первом квартале, чем, допустим, в 4-м квартале прошлого года. И вообще-то, на самом деле, задача правительства – она в этом и заключается, что ладно, вы там не такие высоколобые, не надо там выдумывать какие-то суперконцепции, которые, может быть, должна администрация, Путин должен придумывать, но вы отладьте механизм вот этот бюрократический, чиновничий таким образом, чтобы это, действительно, шло не в ручном режиме, а шло по определенным каким-то процедурам. Этого, конечно, было не сделано. Очень многие были приняты постановления... Вот там, помните, Путин выражался насчет того же ветхого жилья: «Ребят, ну чего вы приняли постановление, которое выполнить невозможно?»
Е.ГОНТМАХЕР: То есть это ж прошло всё, все согласования. Уверен, там же стояли визы всех министерств. Потом, понимаете, он там затронул вопрос о программе развития Дальнего Востока. Ну, действительно, там вообще же полный анекдот. То, что происходит сейчас с так называемыми госпрограммами. Их сейчас шла целая серия через правительство в конце прошлого года – по здравоохранению, по образованию, по тому же Дальнему Востоку, еще там целый ряд других.
В первый раз за много лет появились программы с так называемыми звездочками. Я когда пришел в 1997 году в апреле в аппарат правительства, когда не было денег в стране реально, потом был дефолт, как вы знаете, там как было? Действительно, были какие-то программы, которые не были заведомо обеспечены финансированием. Была такая звездочка, было написано «Вдруг если откуда-то капнут деньги, займ возьмем или там еще какое-то чудо, ну, тогда мы это вот что-то еще профинансируем».
Е.ГОНТМАХЕР: А сейчас снова пошли... Например, здравоохранение то же самое. Значит, госпожа Скворцова выкатила на заседание правительства (я внимательно посмотрел) госпрограмму по развитию здравоохранения на 6 триллионов рублей, ну, на много лет вперед, до, по-моему, 2020 года. А ей Минфин реально согласовал только 3 триллиона. И, значит, программа в 2 раза меньше вот с этой звездочкой. И правительство это принимает. Понимаете? И это было не только... По образованию то же самое, по тому же ветхому жилью, оказывается, было ровно то же самое. Это, конечно, определенный стиль. Это говорит о том, что, конечно, ну, вот, не срабатывает что-то внутри, либо нет желания сказать правду, ну, допустим, что нет на это денег.
Е.МИНЧЕНКО: Ну, я могу сказать, что у нас много же таких анекдотических ситуаций, действительно, когда государство берет на себя какие-то обязательства, а выполнить их не может или вот эти вот звездочки. Ну, чем может заканчиваться? Приведу пример. В одном из регионов весь бюджет здравоохранения 80 миллионов рублей. Весь. на обеспечении ЖНЛС, жизненно необходимых лекарственных средств.
Е.ГОНТМАХЕР: Концы с концами не сходятся. Здравоохранение – это очень хороший пример. Вот эта ижевская знаменитая забастовка врачей, детских врачей, когда для того, чтобы свести концы с концами фактически, людей заставили работать, прием ребенка – 7 минут. Вместо 15 минут, что тоже иногда недостаточно. 7 минут. Врачи восстали даже не из-за того, что они 14 тысяч зарплату стали за это получать. Но просто это же бесчеловечно. Ну, это бесчеловечно. Ну, врач, все-таки, он и есть врач. Он же, все-таки... Сейчас, я не знаю, дают клятву Гиппократа или нет, но, по крайней мере, есть определенная этика. Ну, как ты за 7 минут можешь ребенка осмотреть?
Ну, скажите мне, пожалуйста. И, вот, все же, как вы считаете, почему так, в общем, пассивно вел себя Дмитрий Анатольевич? Это что?
Е.МИНЧЕНКО Это очень мудро. Потому что Дмитрий Анатольевич понимает, что ему сейчас надо вести себя, вот, как говорят американцы, low profile. Тише воды, ниже травы. Не дергаться. То есть, есть крайние, есть министры, есть крайние – это губернаторы. Это, кстати, по кому в первую очередь сейчас будут долбить-то.
Е.МИНЧЕНКО: Конечно! Деньги-то... Мы деньги отправляем, деньги не доходят. То есть сейчас губернатором-то придется очень и очень нелегко. И я могу сказать, уже там люди в регионах начинают подскакивать, собирать большие бюджеты на то, чтобы валить действующих губернаторов, так сказать. Ну, в общем, политическая борьба в регионах очень резко активизировалась сейчас, когда стало понятно, что губернаторы будут стрелочниками.
