На левом берегу Невы, в промышленном районе «Обухово» находится чудный образчик культовых построек – церковь «Кулич и Пасха».
Такое название храм Пресвятой Троицы получил из-за своеобразного архитектурного замысла: здание церкви выполнено в виде ротонды,
окруженной ионическими колоннами, а звонница представляет четырехгранную пирамиду. Этот ансамбль напоминает кулич и пасху, стоящие
рядом на праздничном столе.

Своим необычным видом строение обязано сыну фаворита императрицы Екатерины II, графа Александра Матвеевича Дмитриева-Мамонова,
генерал-прокурору и директору императорского фарфорового завода Александру Алексеевичу Вяземскому. Вельможа начал сооружение
обширного усадебного дома и разбил парк. В центре парка князь решил возвести храм. Воплощение идеи он поручил архитектору
Николаю Александровичу Львову.

Талантливый зодчий выдерживает сравнение с Леонардо, так как сочетал в себе многие таланты. О разнообразии интересов Николая Александровича
говорят названия его книг: от трудов о печах и каминах и о разработке залежей каменного угля до «Летописца русского» и двухтомного
нотного «Собрания русских народных песен с их голосами», а также трактат «О русском народном пении».

Что касается «Кулича и Пасхи», то столь нехарактерное для христианских традиций архитектурное решение, возможно, объясняется тем,
что и архитектор, и заказчик принадлежали к масонскому братству. Некоторые исследователи считают, что праобразом здания церкви стала
ротонда храма Весты, а звонница построена по образцу пирамиды Цестия в Риме, что является тайным масонским знаком. Впрочем, если такой
скрытый смысл создатели и заложили в свое творение, понятным он был лишь немногим посвященным. У основной же массы прихожан
нестандартная форма культового сооружения вызывала ассоциации с куличом и пасхой.

Фасад храма оформлен колоннами ионического ордера, интерьер - коринфскими пилястрами. В 1857-59 построены притвор, ризница и ограда.
На местном кладбище стояла приписная Успенская церковь. При церкви с 1871 действовало попечительство о бедных, содержавшее школу и
богадельню, с 1913 - "Дет. союз" (для детей 6-14 лет).

Сооружение сохранилось до наших дней практически в неименном виде.

В марте 1938 года его закрыли, здание использовалось как клуб и имело статус «памятника всесоюзного значения», а уже весной 1946-го было
приведено в порядок и открыто для богослужения.

До революции главной святыней храма была икона Святой Троицы, пожертвованная в 1824 году крестьянами села Александровского.
Она пропала вместе с другими образами и ценностями. Нынешнее убранство церкви было собрано уже после возобновления богослужений
из других закрытых храмов города. Например, синий с золотом иконостас когда-то украшал Благовещенскую церковь на Васильевском острове.

Сегодня в этом петербургском храме хранится святыня, почитаемая не только в городе, но и по всей России – икона Божией Матери, именуемая
«Всех Скорбящих Радость» («С грошиками»). Эта святыня прославилась в 1888 году. Во время страшной грозы молния ударила в часовню,
обожгла стены, но икона не только не пострадала – образ просветлел и к нему пристали одиннадцать грошиков из разбитой кружки
для пожертвований.

Однако не только знаменитая икона привлекает в храм верующих и туристов, но и уникальное архитектурное решение, сделавшее этот ансамбль
одной из жемчужин Петербурга.



Игорь Северянин


Гиацинтами пахло в столовой,
Ветчиной, куличом и мадерой,
Пахло вешнею Пасхой Христовой,
Православною русскою верой.

Пахло солнцем, оконною краской
И лимоном от женского тела,
Вдохновенно-веселою Пасхой,
Что вокруг колокольно гудела.

И у памятника Николая
Перед самой Большою Морскою,
Где была из торцов мостовая,
Просмоленною пахло доскою.

Из-за вымытых к празднику стекол,
Из-за рам без песка и без ваты
Город топал, трезвонил и цокал,
Целовался, восторгом объятый.

Было сладко для чрева и духа
Юность мчалась, цветы приколовши.
А у старцев, хотя было сухо,
Шубы, вата в ушах и галоши...

Поэтичность религии, где ты?
Где поэзии религиозность?
Все «бездельные» песни пропеты,
«Деловая» отныне серьезность...

Пусть нелепо, смешно, глуповато
Было в годы мои молодые,
Но зато было сердце объято
Тем, что свойственно только России!