[+ в свой плеер]

Посвящение "Курску". Музыка и исполнение Таисьи Поляруш. Стихи Анатолия Рефта.

[+ в свой плеер]

Осень

По улице, сияющей дождём,
Окрашенной осеннею листвою
Давай-ка мы куда-нибудь пойдём,
Зеркальной отражаясь мостовою.

Пусть вечер зачарует синевой,
Пусть зонтик не спасает от дождинок,
Давай с тобой пойдём по дождевой,
По самой золотой из серединок.

Нас не заманит яркий блеск витрин,
Не испугает будущая стужа –
Для нас всегда важнее – что внутри.
А осень – пусть невестится снаружи!
* * *

[+ в свой плеер]

Если станет невмочь
Если ком шевельнется в груди,
И войдет тишина
По ковру бесполезного крика –
Не кляни эту ночь!
До утра пережди, пережди,
И льняная луна
Растворится в безудержных бликах…
Не настанет «Вчера»
Не свернется в овчинку рассвет,
Не опалит огнем
Опустивший ладони подсолнух,
Но искупит мираж
То, чему искупления нет,
И улягутся днем
В хриплом озере ржавые волны…
Сны – обман бытия!
Если б можно – не спать!
Взять, и тонкой струной
День обрюзгший суметь растянуть!
Но поверю ли я,
Что догнать – это просто догнать,
Что казнить тишиной –
Это просто не спать…
Не уснуть…

Мой грустный белый клоун...

Мой грустный белый клоун, мой Пьеро,
С застывшею слезинкой на щеке,
Стоит на эскалаторе метро
С большим воздушным шариком в руке.

А шарик тот предательски дрожит,
И выдаёт дрожание руки.
А эскалатор крутит виражи,
На месте, изнывая от тоски.

Мой грустный клоун снова едет вниз,
А я – наверх. И мне ужасно жаль…
Перемахнуть бы – этакий каприз –
Через перила – вот и вся печаль…

Но я сама – такая, как Пьеро,
И не решусь вступить в открытый бой.
А всё, как мир, понятно и старо,
Не хочет приходить само собой.

И нет для вдохновения причин –
Смотрю в глаза – не скрытно, не тайком:
Навстречу мне съезжает Арлекин.
А белый шар завис под потолком…
* * *

Брошенная деревня

Не буди, петух, утро нежное –
Из тугой ночи нет дороженьки!
Ах, ты, мил мой друг, деревенщина!
Птица ль вещая, ох ты, Боженьки!

Нету весточки, нету имени –
Над сугробами ветер кружится
По Руси стоят трубы синие,
Иноверцами не разрушены…

Но ни конский храп, ни собачий лай,
Ни людская молвь тут не слышится –
Кто устал – упал, да в вороний грай.
Кто успел – ушел, легче дышится!

Ах, святая Русь, Русь родимая!
Что же мы с тобой, милой, сделали?
Над деревнями тубы синие,
Трубы синие, небо – белое…
 

[+ в свой плеер]

Сегодня ночью я одна в ночи —
Бессонная, бездомная черница! —
Сегодня ночью у меня ключи
От всех ворот единственной столицы!

Бессонница меня толкнула в путь.
— О, как же ты прекрасен, тусклый Кремль мой! —
Сегодня ночью я целую в грудь —
Всю круглую воюющую землю!

Вздымаются не волосы — а мех,
И душный ветер прямо в душу дует.
Сегодня ночью я жалею всех, —
Кого жалеют и кого целуют.

[+ в свой плеер]

Раздвинут занавес - и вот перед толпой
Хохочущей, бесчувственной, предвзятой,
В смятении, устало-виновато
Играю бенефис прощальный свой.

Я. гримом не прикрывшая лицо,
Растерянно стою в лучах софитов,
И сердце, как сосуд пустой, разбито,
И тело наливается свинцом.

И не поможет мне сейчас суфлер
В том, что сыграть хотела изначально.
Да, роль была заведомо провальна,
И слабый, устранившийся партнер.

Ты не сумел, не стал, не захотел
Делить со мной обвал скандальной славы
И, поиграв немного для забавы,
В кулисах темных спрятаться успел.

Душевную превозмогая боль,
Тебя не упрекну, не выдам, милый,
И, по крупинкам собирая силы,
Я все же доиграю свою роль.
 

[+ в свой плеер]

Сухая, корявая липа – в ряду зеленеющем,
С побитыми крыльями птица – средь вольных подруг,
Она ещё тщится летать, ну, хотя бы, на бреющем –
Попала в порочный и неразмыкаемый круг.

Нас много, подранков судьбы с опалёнными крыльями,
С засохшими ветками на устоявшем стволе,
Нам жить удаётся с такими большими усильями
На этой, для многих – прекрасной и доброй земле.

Под ветром таким, что металл заставляет коробиться,
Богатства души рассыпая словес серебром,
Безжалостный свет, от которого можно озлобиться,
В зрачках преломляя, опять отражаем – добром!
* * *

[+ в свой плеер]

Осень на гитаре
блюз играет старый.
Дождь стучит по крыше,
словно в барабан.
Листья на аллее
альтом вдруг запели.
И за скрипку взялся
утренний туман.

Сколько танцев осень танцевала.
Вальс- бостон и танго, и фокстрот.
Но сегодня осень, вдруг, всем отказала.
Не танцует осень, а поет.

Вот оркестр играет
Барабан, гитара.
Заиграла флейта,
Скрипка и труба.
Намекает осень,
что уже не спросит
нас, о всех,
не сделанных делах.

Сколько танцев осень танцевала.
Вальс- бостон и танго, и фокстрот.
Но сегодня осень, вдруг, всем отказала.
Не танцует осень, а поет.

[+ в свой плеер]

Крик птицы, уплывающие лица...
Устала память, образы храня.
А образам - все так в углу пылиться,
И ждать меня. Так долго ждать меня...

Здесь будет осень бесконечно длиться,
Хотя встает холодная заря,
И облетают пахнущие листья
В обледенелом свете сентября

Мы живы, Боже! Пусть все это длится!
Пусть память стонет, образы храня,
А образам - все так в углу пылиться,
И ждать меня...
Так долго ждать меня. 
 

[+ в свой плеер]

День смеется, пустоту пророчит…
Накатилась тина-бирюза!
Выплесните чашу черной ночи
На мои усталые глаза,
Расплескайте, подарите радость,
Подарите веру в суете!
Дайте силы обойти преграды,
И слова…
А вот слова не те…
Все – не то!
Не то – есть все, и свыше –
Пустота и шелест суеты!
День весенний дарит нам Всевышний…
«И не только день!» – заметишь ты…
Уступи, иль перейди дорогу,
Страшный растворитель – бирюза!
Видишь, вот, никто меня не трогал,
А сквозит отчаянье в глазах!
Боже правый! Если бы ненастье!
Боже славный. Дай хотя бы тень,
Подари ну хоть крупицу счастья!
Нет.
Полярный,
Бирюзовый день…

[+ в свой плеер]

Вот опять окно,
Где опять не спят.
Может - пьют вино,
Может - так сидят.
Или просто - рук
Не разнимут двое.
В каждом доме, друг,
Есть окно такое.

Не от свеч, от ламп темнота зажглась:
От бессонных глаз!

Крик разлук и встреч -
Ты, окно в ночи!
Может - сотни свеч,
Может - три свечи...
Нет и нет уму
Моему покоя.
И в моем дому
Завелось такое.

Помолись, дружок, за бессонный дом,
За окно с огнем!

[+ в свой плеер]

Домой приехала, под шум вокзала
Из новой жизни, что теперь важней,
И мне казалось, я совсем не опоздала,
На эту встречу, с юностью своей.

Осенний, хмурый день давил на плечи
Но в этом не повинен был никто,
А я надеялась, что ту девчoнку встречу,
Нелепую, в поношенном  пальто.

Той девочки, с весенними глазами,
Я не нашла, средь суеты людской.
Чужая женщина стояла на вокзале,
И издали махала мне рукой.

И нет той девочки, с веселыми глазами,
Что лишь во сне теперь приходит в жизнь мою,
Я в женщине, стоявшей на вокзале,
Узнала юность постаревшую свою

И в старый дом свой, я приду незваной,
Где под окном дорожки в два ряда.
И все, как прежде, только нет здесь  мамы,
Родной души, ушедшей в никуда.

И уезжая вновь, под шум вокзала,
В другую жизнь, что мне теперь нужней,
Я поняла, что безнадежно опоздала,
На эту встречу с юностью своей…

  Сегодня ночью я жалею всех,-
Кого жалеют и кого целуют.

Марина Цветаева.


Из цикла «Бессонница»


В огромном городе моем – ночь.
Из дома сонного иду – прочь.
И люди думают: жена, дочь, -
А я запомнила одно: ночь.

Июльский ветер мне метет – путь,
И где-то музыка в окне – чуть.
Ах, нынче ветру до зари – дуть
Сквозь стенки тонкие груди – в грудь.

Есть черный тополь, и в окне – свет,
И звон на башне, и в руке – цвет,
И шаг вот этот – никому – вслед,
И тень вот эта, а меня – нет.

Огни – как нити золотых бус,
Ночного листика во рту – вкус.
Освободите от дневных уз,
Друзья, поймите, что я вам снюсь.

Музыка и исполнение Таисьи Поляруш. Слова Людмилы Литвиновой.

Ночью звезды к нам тянут лучи, словно руки,
Приглашая отринуть земное, и - в небо,
Путешествие к звездам - лекарство от скуки,
А в земной суете сердце глухо и слепо.

Что же там, в вышине, под завесою тайны?
Там планета, что лишь для тебя сотворили,
Ты хозяином там, а не гостем случайным
По утрам будешь чистить планету от пыли.

Пусть планета мала, как песчинка в пустыне,
Для тебя нет прекрасней её и не будет,
Любоваться закатами там золотыми
Можешь ты бесконечно, и это ль не чудо?

В океане миров, во вселенной бездонной
Спит планета твоя, как корабль на причале,
Кто-то там, на планете, ночами бессонно
Ожидает тебя, глядя в звездные дали.

Но счастливый полет никогда не случится,
Наяву никогда не случится, ты знаешь,
Ведь душа оторваться от тела боится,
А тяжелое тело, увы, не летает...

На назначенное свиданье
Опоздаю. Весну в придачу
Захвативши - приду седая.
Ты его высоко назначил!

Буду годы идти - не дрогнул
Вкус Офелии к горькой руте!
Через горы идти - и стогны,
Через души идти - и руки.

Землю долго прожить! Трущоба-
Кровь! и каждая капля - заводь.
Но всегда стороной ручьевой
Лик Офелии в горьких травах.

Той, что страсти хлебнув, лишь ила
Нахлебалась! - Снопом на щебень!
Я тебя высоко любила:
Я себя схоронила в небе!