Что видят 99% смотрящих на картину? Правильно – сюжет. А если таковой отсутствует? Значит, надо его придумать.

Похоже, «Черному квадрату» Казимира Малевича фантазий досталось больше всего. Чего только в нем не находят. И глубину космоса, и отражение человеческого эго, и истину вкупе со свободой изначального сознания, и вечный страх человечества, извиняюсь, забыл перед чем…

Но живопись, как вид искусства обладает своими критериями оценки – композиционной уравновешенностью, сочетанием красок и т.д., которые и используют в своих суждениях оставшийся 1%. Так вот, с точки зрения живописи в «Квадрате» Малевича нет никакой загадки. Но, прежде чем раскрыть «тайну», посмотрим, что по этому поводу думают два наших неизменных персонажа – Пшелты и Щасвернус.

Картина

Щасвернус третью неделю трудился над своей картиной. И как ни старался подсмотреть Пшелты, при малейшем подозрении сразу же задергивал холст.

Наконец настал торжественный момент.

– По-моему, это квадрат, – неуверенно произнес бес.

– Это шедевр, который переживет века, – черт гордо рассматривал свое творение.

– А ты в этом уверен? – засомневался Пшелты. – Мне кажется, я тоже могу такое нарисовать.

– Нарисовать! – презрительно фыркнул Щасвернус. – Сказал бы еще намалевать. Запомни, картины п-и-ш-у-т!

– Хорошо, хорошо, – быстро согласился бес. – Смогу написать.

– Пожалуйста, – черт отошел в сторону.

Начертив по линеечкам в центре холста квадрат, Пшелты быстро закрасил его черным.

– Вот, готово! – гордо показал он другу свою работу.

Щасвернус молча поставил обе картины рядом.

– Чувствуешь разницу?

– Кажется, да, – обреченно вздохнул Пшелты. – Ты – гений!

Возникает резонный вопрос, почему Пшелты назвал Щасвернуса гением, и чего не хватало в его нарисованной по линеечкам фигуре?

Ответ прост – в квадрате Пшелты не хватала квадрата. Дело в том, что нарисованный равносторонний четырехугольник и видимый – это две разные вещи. Человеческое зрение вместо геометрически правильного квадрата воспринимает горизонтально вытянутый прямоугольник с выпуклыми сторонами, а вместо черного цвета – неравномерно закрашенную плоскость.

Малевич, потратив несколько месяцев (!), написал идеальный зрительно воспринимаемый квадрат. Поэтому в реальности это вертикально вытянутый прямоугольник с вогнутыми боковыми сторонами.

Но это только часть проблемы. Дело в том, что на картине присутствуют… два квадрата. Черный квадрат вписан в белый квадрат полотна. И гениальность Малевича заключается еще и в том, что он идеально вписан, т.е. пропорции подобраны так, что внутренний квадрат смотрится «уравновешенным» в поле холста. При этом надо было не только учесть пропорции золотого сечения, но и то, что черный квадрат зрительно смотрится меньше, чем его белый собрат.

Но и это еще не все. Нарисованная Пшелты по линеечкам в центре холста фигура на самом деле воспринимается ниже геометрического центра полотна. Поэтому у Малевича его квадрат немного поднят вверх.

Не все так просто и с черным цветом. На границе двух контрастных цветов существует эффект, при котором светлый, визуально воспринимается ещё светлее, а темный - темнее. Для придания равномерности цвету художники пользуются специальной техникой нанесения мазков, изменяют тональность, применяют лисеровки и т.д.

И, наконец, «Квадрат» Малевича будет смотреться квадратом, только если угол зрения смотрящего перпендикулярен центру картины и расстояние до нее будет соответствовать «золотым пропорциям» по отношению к размеру холста.

Во всем этом, в общем-то, и заключается гениальность творения Казимира Севериновича. А все остальные «смыслы» - не более чем словоблудие.

Александр Богаделин