- А при чём здесь социализм? – наверняка воскликнет удивлённо читатель, кто знаком с произведением великого английского писателя. Да, действительно, упоминать про социализм, когда в книге, написанной в 1937 году, про него упоминается в двух трёх местах, да и то так, мимоходом. Светские разговоры на общие темы, где упомянут и марксизм. И всё. И, разумеется, герои книги не обсуждают на общих собраниях материалы партийных съездов, проводимых в СССР, не читают в газетах речей Сталина, хотя их публикуют. И, тем не менее, по мере чтения романа, у читателя невольно возникает сравнение с социализмом. Буквально с первых страниц. Вот, например, уже на второй странице романы мы встречаем высказывания про секретаршу. Думаю, читателю не стоит напоминать те скабрезные анекдоты, которые были в ходу в нашем великом СССР. А в книге Моэма…
Да я лучше приведу как пример соответствующую выдержку.
- Несмотря на коротко стриженные, обесцвеченные перекисью волосы и густо накрашенные губы, у неё был бесполый вид, отличающий идеальную секретаршу. Она проработала с Майклом пять лет, должна была вдоль и поперёк изучить его за это время. Интересно, хватило у неё ума не влюбиться в него?
Уже поразителен сам внешний вид секретарши. У нас, в СССР это весьма сексапильная дама, там «бесполый вид». О том, что отношения со своей секретаршей чисто деловые, даже сомневаться читателю не приходиться.
Вообще в книге много просто поразительных контрастов между той и нашей советской действительностью.
Например, выясняется, что главная героиня романа Джулия, проработав в театре актрисой несколько лет, является девственницей. Когда я читал эти строки, то невольно вспомнил, нет не Берию, о нём речь позже пойдёт, я вспомнил выступление одного нашего знаменитого актёра, который рассказывал о своём московском преподавателе, тоже очень известном человеке сцены. Суть этих воспоминаний в том, что почтенный мэтр, любил повторять одну и ту же шутку о количестве Б в студенческом общежитии театрального училища. Соль в том, что нигде в рассказе не упоминалось слово «блядь», но из контекста однозначно следовал именно такой вывод.
А вот теперь, пожалуй, можно поговорить и про Лаврушу Берия, который был большой театрал. Разумеется, читатель понимает, в каком это смысле Берия был театралом. Этот тип, вообще-то не брезговал никем. Недаром он, находясь на столь большом государственном посту, умудрился подхватить сифилис. Это ведь надо суметь. Куда уж там Фёдору Павловичу Карамазову, который был столь же беспринципен в выборе партнёрши, до Лаврентия. У скромного помещика и возможностей всесильного чекиста не было. Ведь Берия мог использовать практически любую женщину страны, не только артистку. А попробуй, откажи. Вмиг окажешься «английской» или даже «японской» шпионкой. А уж во время допросов с пристрастием, попросту говоря во время пыток, женщину бы всё равно изнасиловали многократно и многие мастера заплечных дел. Да и само насилие считалось бы не «сексуальным домогательством», следуя терминологии наивных американцев, а просто методами физического воздействия на зловредного «врага народа». Я думаю, в этом нашем славном ведомстве не один Лавруша Берия переплюнул в похоти легендарного Григория Распутина. Хотя мне лично кажется довольно странным, что у нас количество сексуальных жертв Берии сводят к двумстам женщинам и девочкам. Человек, который хотя и совершенно не обращал внимания на свою супругу как на женщину, такое количество советских дам мог с лёгкостью перетрахать всего лишь за год.
Как видите, даже столь незначительное количество фактов из романа Моэма уже может поразить впечатление читателя. А если прибавить к этому другие стороны жизни героев романа и нашей советской действительности, то поводов для удивления будет ещё больше. Я уж не говорю о том, что артистка Джулия, будучи беременной и понимая, что теперь необходимо расширить жилплощадь, покупает довольно неплохой и вместительный по нашим понятиям дом, который она впоследствии сменит на шикарную виллу. А этот скромный домик я даже готов описать для тех, кто забыл его внешний вид или просто не успел прочитать роман.
- Дом выходил окнами в сад. Над бельэтажем, где помещались гостиная и столовая, были две спальни, а на втором этаже ещё две комнаты, которые можно было использовать как дневную и ночную детские.
Вот такой весьма скромный домик. Да, чуть не забыл. Артистка Джулия, естественно, и меблировала дом. Думаю, читатель по достоинству оценит данный факт. Ведь в нашей стране даже диван среднему человеку купить и сегодня весьма проблематично, ибо цена его составляет, как минимум месячный заработок среднего труженика.
И что ещё странно в романе Моэма, так это жизнь артистов. Никто даже, как ни странно, не пьянствует. Все ведут нормальный образ жизни. А наши артисты с их гастролями? Я, конечно, не был в этой богемной среде, никак не вращался, но всё же седьмой десяток проживаю в России, да и родился я, разумеется, в СССР.
Но вернёмся к нашим советским артистам. Не буду утверждать, что во время гастрольных поездок, для наше прославленной концертной богемы на местах организовывались партнёрши для мужчин, а женщины использовались местным начальством. Повторяю, я, хотя и знаю нашу советскую действительность, но напрямую с артистами и гастрольными поездками дела никогда не имел. Но, следуя обыкновенному здравому смыслу, можно ведь обратить внимание на подлинные драгоценности на наших советских артистках. Стоимость этих украшений составляет зачастую миллионы долларов. Советская артистка при всём желании не могла купить такую дорогую безделушку. Да и любой советский чиновник тоже не мог на свою зарплату подарить артистке столь непритязательный презент. Но если дарил и, женщина носила «брилики» вполне открыто, то какой вывод можно сделать из этого маленького фактика? Да тот, что на самом верху нашей пирамиды власти были обыкновенные преступники. Да, да, дорогой читатель. А как иначе, если драгоценность приобретена не на законную зарплату. И, ведь что интересно, столь шикарные подношения делались и во времена «сурового» Сталина. А что это значит? А то, дорогой читатель, что вопреки расхожему мнению, что при «суровом» Сталине не воровали, это утверждение не выдерживает никакой критики. Воровали, да ещё как. Да что за примером далеко ходить. Ведь всем сейчас известно, что наш прославленный военначальник маршал Жуков вывез из поверженной Германии несколько эшелонов с присвоенным себе добром. И сколько же он привёз себе драгоценных камней и золота? А ведь он не один такой. Если уж лучшие из лучших являются обычными уголовниками по сути, то что говорить о других. Вот поэтому то наши артисточки и носили в открытою свои многомиллионные украшения. Наши примы были уверенны в своей безнаказанности, знали, что никто у них не посмеет конфисковать, как это делалось во времена Октябрьской революции, ни одного камешка.
А вот в романе Моэма никто не делает столь дорогие подарки примам. Даже лорды. Более того, лорд с главной героиней Джулией в течение нескольких десятилетий находится лишь в дружественных отношениях. И вообще, за всё то время актёрской карьеры Джулии у неё было лишь два адюльтера. Конечно, ей не приходилось бороться за выгодные турне, не приходилось подкупать чиновников. Даже как то дико читать об этом. Некоторые вещи даже читать забавно. Вот, например, по поводу дружбы Джулии с лордом.
- Конечно, она не задумываясь, без особых угрызений совести сделалась бы его любовницей. Будь он, скажем, актёром и люби её так давно и сильно, она бы легла с ним в постель просто из дружеских чувств; но с Чарльзом это было невозможно.
Вот так вот, с высокопоставленным чиновником невозможно лечь в постель. Мораль у них не позволяет это, видите ли. Да, волей неволей сравнишь социализм и ту жизнь.
Да, многие контрасты просто приводят в изумление обычного нашего читателя. Взять хотя бы выбор пьес мужем Джулии, который стал владельцем театра. Ведь ему никуда не надо было идти в партийные органы, чтобы пьесу утвердили к постановке. Ему не надо было отстаивать идеологическую полезность пьесы. Ставил то, что считал нужным.
Странные, конечно, люди эти англичане. Например, этот же Майкл, супруг Джулии, посылал к очереди за театральными билетами горячий чай. Причём посылал за свой счёт. Вот как об этом сказано в романе.
- Стоит это недорого, а зрители так это ценят.
Вот ведь как. Захотел угостить народ в очереди за билетами чаем и угостил. И не боится никакого ОБХСС, никакой милиции. Это его дело. Человек уверен, что никто его даже осуждать не будет за то, что он зрителей напоил чаем. Да Майку даже в голову не придёт, что кто-то будет его осуждать. Это пустяк, из которого при социализме сделали бы слона, случись такое хоть единожды.
Да, можно спорить о достоинствах и недостатках романа, но нельзя игнорировать контрасты между той жизнью и нашим социализмом, вечно всего боящегося, напряжённого и, вместе с тем, беспринципного, наглого, попросту уголовного. Честно говоря, я никогда в жизни не слушал «враждебные нам радиостанции». Не потому, что было не интересно, просто у нас в Самаре очень эффективно работали глушилки. А собственно при чём здесь глушилки? Чтобы понять нашу систему, надо было просто быть несколько повнимательнее к окружающей действительности. А такие книги, как роман Моэма «Театр», помогали лучше понять всю паскудность советской системы. Жаль, что не все романы этого писателя дошли до свободного СССР.