Вдруг что-то ошарашило меня, когда я думал, что все хорошо,
И я бегу из любимого тихого леса,
Я не стану бродить по лугам,
Я не пойду, не разденусь, чтобы встретиться с моим любовником — морем,
Я не стану прижиматься моим телом к земле, чтобы ее тело обновило меня.
Почему же ее не тошнит, эту землю?
Как можешь ты жить на земле, ты, весенняя зелень?
Как можешь ты давать мне здоровье, ты, травяная кровь, кровь корней, плодов и зерен?
Разве изо дня в день не пихают в тебя пораженные болезнями трупы?
Разве каждый материк не состоит из покойников?
Как же ты отделалась от этих трупов, земля?
От этих пьяниц и жирных обжор, умиравших из рода в род?
Куда же ты девала это мясо, эту зловонную жижу?
Сегодня их не видно нигде, или, может быть, я ошибаюсь?
Вот я проведу борозду моим плугом, я глубоко войду в землю . лопатой и переверну верхний пласт,
И под ним, я уверен, окажется смрадное мясо.
2
Вглядитесь же в эту землю! рассмотрите ее хорошо!
Может быть, каждая крупинка земли была когда-то частицей больного, — и все же смотрите!
Прерии покрыты весенней травой,
И бесшумными взрывами всходят бобы на грядах,
И нежные копья лука пронзают воздух,
И каждая ветка яблони усеяна гроздьями почек,
И бледноликая пшеница воскресает из гроба,
И просыпается светлая зелень над шелковицей и над ивой,
И птицы-самцы поют утром и вечером, а их самки сидят в своих гнездах,
И вылупляются птенцы из яиц,
И появляются новорожденные твари, корова рожает теленка, а жеребенка — кобыла,
И из своих холмиков честно встают темнозеленые листья картошки,
И из своих холмиков желтые стебли маиса встают, и сирень цветет у дверей во дворе,
И горда и невинна летняя зелень над этими пластами покойников.
Какая химия!
Что ветры и вправду не веют заразой,
Что нет никакого подвоха в этой влаге прозрачно-зеленой, которая жаждет меня обласкать,
Что я смело могу ей дозволить лизать мое голое тело множеством своих языков,
Что мне не грозят лихорадки, которые влиты в нее,
Что все чисто всегда и вовеки,
Что прохладное питье из колодца так вкусно,
Что ежевика так сочна и душиста.
Что ни яблоки, ни апельсины, ни виноград, ни дыни, ни сливы, ни персики не отравляют меня,
Что, когда я лежу на траве, она не заражает меня,
Хотя, может быть, каждая былинка травы встает из того, что было когда-то заразой.
Этим-то земля и пугает меня, она так тиха и смиренна,
Она создает такие милые вещи из такого гнилья,
Чистая и совсем безобидная вращается она вокруг оси, вся набитая трупами тяжко болевших,
И такие прелестные ветры создает она из страшных зловоний,
И с таким простодушным видом каждый год обновляет она свои щедрые, пышные всходы,
И дает всем людям такие дивные вещи, а под конец получает от них такие отбросы в обмен.

Уолт УИТМЕН . Этот перегной.
Пер. с англ. К.И. Чуковского