Первые медведи уже вышли из берлог!

На сайте Кроноцкого заповедника появилась новость: вышли из берлог первые медведи.

Егерям и ранее приходилось наблюдать за медведями, только что вышедшими на свет Божий после многомесячного лежания под землей. Они были облеплены землей, едва могли ходить шаткой походкой от долгого бездействия, подолгу лежали на снегу, приходя в себя. Специалисты утверждают, что все медведи, находясь в берлоге, болеют атеросклерозом, но после зимовки быстро восстанавливаются.



Камчатские медведи вынуждены проводить в берлогах более половины года. Уникальный природный феномен! Они в это время не едят и не пьют. В январе-феврале самки приносят от одного до пяти детенышей, каждый весом от 300 до 600 гр. К моменту выхода из берлоги малыши весят около 10 кг и могут следовать за мамкой. В это время медведи уязвимы, как никогда.



Апрель и май в горах - это сплошное "белое безмолвие". Именно в это время на медведей охотятся. На белом фоне зверь заметен издалека и ему трудно скрыться от снегоходов со стрелками. Невозможно также оценить, сколько медведей добывается охотниками. Официальные цифры добычи (по бывшей Камчатской области) – пятьсот медведей за год. Браконьеры о количестве убитых медведей не отчитываются, но скорее всего нелегальная добыча превышает легальную. Широкомасштабное весеннее браконьерство со снегоходов ради добычи желчи стало проблемой с начала девяностых годов прошлого столетия, когда рухнул «железный занавес» и российские торговцы получили доступ на рынок восточной медицины. Браконьерство с целью получения желчи привело к значительному росту зараженности медведей тяжелой глистной инвазией - трихинеллезом. Проблема эта достаточно хорошо исследована местными эпидемиологами, так как имеет серьезное значение и для человека. В семидесятые годы прошлого века менее 10 процентов обследованных медведей было поражено этим недугом, в девяностые - более 30 процентов, а в 2002 году половина медведей оказалась больной. Причина в том, что браконьеры берут у медведей только желчь, а тушу оставляют на месте. Заразную падаль находят и съедают другие медведи. Примерно такая же картина возникает при весенней трофейной охоте, когда охотники, чаще всего иностранные, берут только шкуру и череп зверя. К тому же "трофейные" охотники, которых интересуют добыча в первую очередь рекордно крупных самцов, проводят "селекцию наоборот".
В последние годы на Камчатке вырастает еще одна проблема: экстремалы-снегоходчики, счет которым уже идет на тысячи. Мощная техника под управлением гонщиков, не обремененных нравственными тормозами, хлынула на охраняемые природные территории, даже такие труднодоступные, как Южно-Камчатский заказник. Этот бахвальный снимок был выложен на популярном сайте снегоходчиков: http://www.snowmobile.ru/forum/viewtopic.php?f=60&t=18897



Государственная инспекция Кроноцкого заповедника, под охраной которой находится и Южно-Камчатский заказник, сумела привлечь этих лихих экстремалов к административной ответственности за незаконное посещение охраняемой территории. Те обжаловали наказание в суде, но суд поддержал действия инспекции заповедника.

В общем, нелегка медвежья жизнь...