Нестареющий фильм 

 

Михаил Козаков снял «Покровские ворота»  30 лет назад. И фильм не просто прошел проверку временем – с годами его любят все больше и больше.

 

 

Хоботовым мог стать Андрей Миронов

Сначала Козаков поставил пьесу Леонида Зорина в Театре на Малой Бронной. Это был режиссерский дебют, и он удался. Успешная обкатка на сцене с дальнейшим переездом на экран – история не только «Покровских ворот», но и фильмов «Служебный роман», «Любовь и голуби» и др. Спектакль о жильцах коммунальной квартиры шел очень долго – 10 лет. 3 года назад, к 85-летию писателя, театр попытался вернуть его в репертуар. В новоделе играли Даниил Страхов и Юлия Пересильд. Потребовалось мало времени, чтобы понять: «Покровские ворота» могут быть только одни – козаковские.

Приступая к киноверсии, Козаков четко знал, что и как будет снимать, и держал в уме сразу два состава актеров. В первом варианте Хоботовым должен был стать Андрей Миронов, Маргаритой Павловной – Наталья Гундарева, Саввой Игнатьевичем.

– Никита Михалков. Без последнего, по мнению режиссера, этот тройственный союз никак не мог сложиться. Он и не сложился. Михалков отказался от роли: его не впечатлил сценарий. В итоге любовный треугольник разыграли Анатолий Равикович, Инна Ульянова и Виктор Борцов. Увы, никого из актеров уже нет в живых. Последним несколько месяцев назад ушел Равикович. Роль Хоботова стала для артиста самой яркой в кино, но его отношение к той работе было неоднозначное.

Равикович характеризовал Козакова на площадке как тирана, который диктовал актерам не то что слово – каждое действие вплоть до поворота головы, движения глаз. Анатолий Равикович рассказывал в интервью «Собеседнику», что уж его Хоботов дал бы отпор Маргарите Павловне, однако Козаков не позволил этого, оставив интеллигента бессильным в борьбе с ней.

Меньшиков играл не Козакова, а Зорина

Дольше всего искали исполнителя роли Костика. Как пояснял Михаил Козаков, был нужен «шпаликовский герой». А его не то что сейчас – и 30 лет назад было найти непросто. Помогла жена режиссера (тогда ею была переводчица Регина Быкова).

Она увидела подходящего юношу в фильме про партизан «Жду и надеюсь», проштудировала титры и выписала имя – Олег Меньшиков. Оказалось, тот, кого столько искали, все это время был под боком. 19-летний актер учился в Щепкинском театральном училище. Он тогда только-только отснялся у Михалкова в «Родне». Потом у них были «Сибирский цирюльник» и все «Утомленные солнцем», но в них уже Меньшиков снимался в другом статусе. Известность актер получил все-таки не у Михалкова, а после «Покровских ворот».

 

Позже Олег Меньшиков признавался, что в момент съемок был уверен: он играет юного Козакова. В действительности же он играл Зорина. Костика – героя целой серии произведений – Леонид Генрихович списал с себя.
– Я снимал квартиру на Петровском бульваре и лично знал всех героев «Покровских ворот», ничего не фантазировал.
Единственная придуманная фигура – тетка Костика Алиса Витальевна, вместо нее у меня была квартирная хозяйка, – делится Зорин. – Костик – это вообще я, просто стопроцентно. В его уста я и вложил главную мысль произведения, которую он произносит в конце: «Осчастливить против желания нельзя».
Как «напакостила» Коренева
– Мы и не думали, что «Покровские ворота» станут киноклассикой, – вспоминает Татьяна Догилева, та самая пловчиха Света, она же Наяда – объект сладострастных мечтаний поддающего артиста Мосэстрады Велюрова. – Снимались в удовольствие. Говорили, о чем думали. А надо сказать, что все интеллигенты тогда были немного диссидентами, мечтали о свободе. Но иллюзий, что после выхода картины мир изменится и те, кто мешает нам жить, уйдут, никто не испытывал. Да и премьера в Доме кино, откровенно говоря, не удалась. И зрители, и коллеги приняли наш фильм прохладно.
Чиновники сразу почуяли опасность. Председатель Гостелерадио Сергей Лапин, всегда сам смотревший фильмы перед тем, как показать их по телевидению, буквально размазал Михаила Козакова. «Какую же вы сняли мерзость!» – такой «благодарности» за работу режиссер, наверное, не получал больше никогда. Упреки из уст Лапина сыпались один за другим: «Вы с Зориным не можете в открытую сказать: «Долой красный Кремль!» – и поэтому снимаете такие картины?!»
– Думаю, неприятнее всего для власти было то, что мы показали: советская семья может жить сама по себе, вне партии и без ее постановлений, – считает Леонид Зорин.
Вдруг обнаружилось, что персонаж Саввы Игнатьевича с его «натюрлих» и «алес гемахт» порочит облик советского солдата. А что за пошлость эта сцена с Мариной Дюжевой, которая «вся такая внезапная, противоречивая вся»?!
Козаков был готов пойти на компромисс и вырезать часть неугодных сцен, но тут ему «удружила» медсестра Людочка – Елена Коренева. Она еще во время съемок встречалась с американцем, а по окончании работы взяла и изменила. Но не ему, а Родине. Актриса вышла замуж за иностранца и уехала в США. Раздосадованный Козаков написал в ее адрес едкий стих, который заканчивался так:
На выезд подала она – И в …опе два моих кина.

 
«Покровские ворота» спас приход Андропова, решившего сделать жизнь народа веселее хотя бы на экране телевизора. Новый генсек вызвал Лапина и дал задание срочно выдать какую-нибудь комедию. Из готовых была всего одна, ее и показали.
– Что бы ни делали с фильмом, ядро оставалось целым – семья Хоботовых как ячейка общества и главенствующая роль Маргариты Павловны в ней, – говорит Зорин. – Одной рукой она (то есть государство) хотела крепко держать рабочий класс в лице Саввы Игнатьевича, другой – не выпускать горло интеллигенции (Льва Евгеньевича), вечно мечтающей о свободе. Вам эта модель устройства ничего не напоминает? Может, потому фильм актуален и любим?