Икона Божией Матери «Неувядаемый Цвет»

Икона Божией Матери «Неувядаемый Цвет» Богоматерь, изображенная на иконе "Неувядаемый Цвет", держит Сына своего на правой руке, а в левой руке у нее цветок лилии. Этот цветок символически знаменует неувядаемый цвет девства и непорочности Пречистой Богоматери. Иконы с таким же названием имелись во многих местах России. Первые списки с этой иконы относятся к числу очень древних. От них совершалось множество чудес. Носимая на груди, она оберегает девство и целомудрие. Молитвы к этой иконе помогают сохранять чистую и праведную жизнь. Так же она помогает в правильном выборе супруга или супруги. Чистая и пламенная молитва к этой иконе помогает в разрешении тяжелых семейных проблем. Ранее списки с этой иконы находились в церкви Успения на Могильцах и в Алексеевском монастыре города Москвы, в Богородицко-Рождественской церкви Воронежа. Подобная же икона находилась в Никольской церкви села Будищ, Полтавской губернии.

Иконописцы, создавая образ Богоматери "Неувядаемый Цвет", обращались помимо "Канона" и к текстам Священного Писания, к творениям отцов церкви, ко всему корпусу традиционных литературных сочинений. В Песни песней, источнике вдохновения гимнографов Средневековья, в соответствии с толкованиями святых Отцов, к Марии относятся пророческие слова о "Звезде, являющей Солнце", "живом Запечатанном Источнике", "Вертограде Заключенном". Вазоны с цветами, процветший жезл — это своего рода знаки Рая, "Вертограда". Полисемантический образ "вертограда", популярный в христианской литературе и поэзии, в данном случае выступает в своем устойчивом значении атрибута Богородицы, Которая "на земли была... Вертоградом ради ненарушенного девства" (Антоний Радивиловский). Вероятно, на сложение иконографии оказали воздействие и "Слова" на Рождество Богоматери Иоанна Дамаскина и Андрея Критского. Так, на иконе из голутвинской церкви Богоматерь и Спаситель изображены в царских облачениях, обильно украшенных золотом. В "Слове на Рождество Богоматери" Иоанн Дамаскин воспевает Богоматерь, "облеченную благолепием добродетелей, как златоткаными одеждами". Златотканые одежды Марии ("в ризах позлащенных одеянна, преиспещренна", Пс. 44) и Младенца, расположение Марии одесную от Спасителя со склоненной к Божественному Сыну головой ("приклони ухо Твое") рождают явные аллюзии с древней иконографией "Предста Царица". На двух болгарских и одной афонской иконах, которые принадлежат тому же иконографическому типу, Богоматерь как бы поддерживается облаком. Образ облака, который был связан в новозаветной традиции с Марией: "Тя Облак легок древле зрит просвещаем Духом Пророк Исайя, на Нем же седе славы Господь",— вспоминает и Андрей Критский в его "Слове на Рождество Богоматери".

Таким образом, в этой иконографии с присущей тому времени пышностью и многословностью, порой буквализмом, выражена сложная, но вполне традиционная для Православия тема. Типологической параллелью "Неувядаемому Цвету", в котором вокруг Богоматери изображены Ее ветхозаветные символы и прообразования, в западном искусстве являются аллегорические композиции, получившие название "Concepcio immaculata" ("Непорочное зачатие"). Они возникли в конце XV века во Франции и получили широкое распространение благодаря гравюрам в печатных молитвенниках, куда их стали включать с начала XVI века. Первые издания с такими гравюрами были напечатаны в Париже. В композициях "Непорочное зачатие" Богоматерь изображается без Младенца, со сложенными молитвенно руками, под ногами Ее месяц, одежды украшены звездами. Вокруг Нее располагаются преобразовательные символы чистоты, в основном восходящие к Песни песней, но также к текстам пророка Исайи, Екклезиаста, Книги Бытия, — солнце, луна, врата, роза, кедр, жезл, источник, вертоград заключенный, престол, фонтан, зеркало, оливковая ветвь, лилия, звезда, башня. Каждый символ обычно сопровождается текстом на латыни, объясняющим его значение. Подобные композиции восходят к Литании, которую нередко называют гимнографической параллелью православному Акафисту. Прообразовательные символы Марии, упоминаемые в Литании, изображались на "лоретанских" листах — гравюрах, повсеместно известных в Европе. Они способствовали распространению этой и подобных ей схоластических композиций.

Иконографическая программа "Неувядаемого Цвета" находит параллели и в современных ей литературных произведениях. В "Слове на Рождество Богородицы" святитель Димитрий Ростовский со свойственной ему ясностью, логикой, образностью раскрывает значение Богоматери в домостроительстве Божием. Он говорит о Ее предызбранности и чистоте, Ее физической красоте и духовном совершенстве, Ее царственном происхождении. В "Слове" митрополита Ростовского хвала Марии строится вокруг образа "Палаты славы Царя Небесного", Пресвятой Девы как "Нерукотворного храма". Почему возникла необходимость "уготовления места селения", "каким строителем был создан храм", из каких "веществ", на каком месте "была устроена сия Одушевленная палата", "какова красота той Мысленной палаты" — эти вопросы задает автор похвального "Слова" и отвечает на них, используя Писание, творения отцов Церкви и, безусловно, "Канон благодарный" Иосифа Песнописца. Мария, Одушевленный храм Премудрости, была рождена в месте, называемом Назарет. Святитель Димитрий трактует названия городов Вифлеем (дом хлеба) и Назарет (отрасль, ветвь, кустарник, огражденное сокровенное место), сравнивает их. Если Вифлеем тайно прообразовал то, что Христос "есть Хлеб, сшедший с неба", то Назарет — "цветущее, огражденное, увенчанное и сокровенное место": "и все сие ясно предызображает Пресвятую Деву". Сад живоносный, Вертоград заключенный, Плодоносная земля, взрастившая Хлеб небесный, — это традиционные уподобления Марии, проходящие через многие сочинения. Она сравнивается с колосом, дающим живоносный хлеб человечеству. В соответствии с этим в руках у Марии в иконах "Богоматерь Неувядаемый Цвет" нередко изображался колос. И далее святитель пишет, вторя прославленному гимнографу древности: "Она есть Цвет, прозябший от неплодной и застарелой утробы сухого дерева, Цвет Неувядаемый, присноцветущий девством, Цвет Благоухающий, родящий благоухание Единого Царя,— Цвет, приносящий плод — Христа Бога Господа, единственное Яблоко Благовонное".

Отдельная тема у Димитрия Ростовского — Дева — Престол херувимский. "Дева Богородица есть Херувим, ибо в Ней Христос почил телом. Своим, и на пречистых руках Ея Бог воссел, как на престоле: Дева стала Престолом херувимским". Этот аспект, издавна понятный и соотносимый с любой иконой Марии с Младенцем, теперь получает, как уже отмечалось, буквальную интерпретацию. Сложная композиция иконы "Богоматерь Неувядаемый Цвет" со временем практически исчезает. В XIX веке подобные иконы встречаются, как правило, в упрощенном виде. Примером может служить небольшая икона XIX века из собрания Центрального музея им. Андрея Рублева, повторяющая чудотворную из Алексеевского монастыря: в ней сохранены своеобразная поза Младенца, опирающегося на плечо Марии согнутой рукой, Его царское одеяние. Совершенно иная иконография представлена во второй чудотворной иконе того же названия, которая находилась в церкви Успения Богородицы на Могильцах и, вероятно, не дошла до нашего времени. По записанному в сочинении Ф. Ловцова преданию, икона "Богоматерь Неувядаемый Цвет" была принесена с Афона прихожанину церкви Малевскому-Малевичу в 1865 году, почиталась как чудотворная. С этой иконы и был сделан список для храма Успения в Могильцах. Иконография чудотворного образа существенно отличалась от широко известной к тому времени Алексеевской святыни. По описанию Ловцова, на ней Мария восседает на престоле, правой рукой поддерживая Младенца, стоящего на цветке, который вырастает из-под ног Богоматери. У Младенца в правой руке держава, левая прижата к груди. У Марии в правой руке — цветы лилии. Оба они представлены в царских венцах. Венец над Богоматерью держат Ангелы. Празднование иконе происходило 31 декабря. Точной иконографической аналогией этому чудотворному образу является икона первой трети XIX века из Центрального музея им. Андрея Рублева.

Образцом для икон этого типа, возможно, послужили или иконы, восходящие к гравюрам, или непосредственно гравюры. В 1820 году тщанием двух афонских иеромонахов, Стефана и Неофита (учеников известного монаха-энциклопедиста Никодима Святогорца), итальянским мастером Джанантонио Дзульяни была исполнена гравюра, причем это было уже второе подобное изображение, первое относится к XVIII веку. Мастер был связан с греческой общиной в Венеции. Естественно, что исследователи отмечали в гравюре влияние итальянской манеры. Эта гравюра с каталожным описанием опубликована в Каталоге православной духовной гравюры 1665-1899 гг. Д. Папастрату. Еще одна чудотворная икона этой иконографии прославилась в Кадомском Милостиво-Богородицком монастыре. В ней были свои особенности, среди которых главная — полуфигура Иоанна Предтечи над головой Спасителя. Изображение Богоматери в этой иконе поясное. Икона была привезена из Грузии и подарена затем семьей Богдановых монастырю. Икона пользовалась особым почитанием у Серафима Саровского. В чудотворной иконе этого же названия из г. Кунгура полуфигурное изображение Богоматери как бы покоилось на гирлянде цветов. Аналогичная икона, поновленная, как следует из надписи на ней, известным мстерским иконописцем и реставратором Я. В. Тюлиным в 1891 году, есть в собрании Третьяковской галереи. Прототип третьего варианта иконографии 'Неувядаемого Цвета" находится также в афонской гравюре и опубликован Д. Папастрату. Он несколько более позднего времени и далеко ушел от древнего образа. В сложении этого варианта "Неувядаемого Цвета" западная Rosenkranzmadonna сыграла наиболее очевидную роль.

Благодарю за фотографии икон и ценную информацию к ним Кондрашова Андрея

Послуживший литературной основой иконографии "Богоматерь Неувядаемый Цвет" "Канон благодарный" Иосифа Песнописца, входящий в состав Постной Триоди, Канонников, Правильников и Акафистников, был издавна и широко известен. Но, несмотря на это, композиция, восходящая к нему, возникла только в конце XVII века, когда иконографическое творчество в православном регионе было чрезвычайно интенсивным и нередко находилось под определенным воздействием западной культуры. Древнейшая и наиболее чтимая русская икона Богоматери "Неувядаемый Цвет" прославилась в московском Алексеевском девичьем монастыре. Ее первое упоминание относится к 1757 году, но, скорее всего, она находилась там и раньше. Н. Романский, автор книги о монастыре, связывает происхождение этой иконографии с Афоном и датирует икону предположительно XVII веком, когда,— как он пишет,— в русской иконографии стали изображать Богоматерь с непокрытой головой, что прежде не бывало. Икона Алексеевского монастыря имела сложную иконографию, подробно описанную Н. Романским. На переднем плане иконы был изображен престол с кувшином и цветочной ветвью; слева (от Богоматери) — Богомладенец во весь рост, босой, правой рукой Он облокачивается на левое плечо Богоматери, в левой Его руке — скипетр; голова Богоматери склонена к Младенцу, на Ее не покрытой мафорием голове — венец, в правой руке — ветвь, обвитая лентой с надписью: "Цвете Неувядаемый! Радуйся, едина прозябшая яблоко благовонно! Радуйся, благоухание сладчайшего Царя!" Справа от Богоматери — корзина с цветами. Внизу вирши: Кто речет, яко плодов небо не имеет. Се от небесной ветви яблоко, Христос здесь есть. Ко сей ветви, людие, скоро притецыте, Яблоко небесно пожизненно приимите.