Современная притча

Мастер внимательно слушал известного экономиста, излагающего свою теорию развития.

— Является ли рост главным показателем в экономической теории? — наконец спросил он.

— Да. Всякий рост — это хорошо.

— Не так ли думает и раковая клетка? — заключил Мастер.

Есть что-то метафизическое в том, что законы микромира, мира элементарных частиц и высоких энергий, — ключ к пониманию устройства Вселенная. За вторую половину ХХ века физики разработали и экспериментально подтвердили основные положения так называемой Стандартной модели, описывающей полный набор элементарных частиц и взаимодействий между ними. Загадки, однако, остались. Разгадав их, учёные получат совершенно новую физику.

 

 

 

 

Почему мир есть?

Одна из главных загадок природы элементарных частиц звучит почти по-хайдеггеровски, как основной вопрос философии: «Почему вообще есть сущее, а не, наоборот, Ничто?» Почему частиц во Вселенной больше, чем античастиц, а материи больше, чем антиматерии? Если следовать современным представлениям о физике частиц, то в результате Большого взрыва материи и антиматерии должно было появиться в равных количествах. Правда, в этом случае Вселенная почти сразу бы и исчезла в результате аннигиляции. Но Вселенная и мы существуем, а значит, в наших представлениях о природе есть какая-то неувязка.

Эксперименты на ускорителях частиц показывают, что дисбаланс в пользу материи относительно невелик: вместе с 10 млрд античастиц во время возникновения Вселенной появилось 10 млрд частиц плюс ещё одна. Основная масса Вселенной тут же аннигилировала, но оставшихся единиц вполне хватило, чтобы образовать видимый сегодня космос. Откуда же взялся этот дисбаланс? Физика пока не знает. Точнее, физики пока пользуются тем объяснением неравенства антиматерии, которое было сформулировано ещё полвека назад в виде принципа нарушения CP-симметрии в слабом взаимодействии, за экспериментальное подтверждение которого американским физикам Кронину и Фитчу в 1980 году была присуждена Нобелевская премия.

Проблема только в том, что этот принцип предполагает дисбаланс, но для полного объяснения его недостаточно. Некоторые теоретики полагают, что за дисбаланс отвечает гипотетическая частица мажорон, которая может возникать при аннигиляции электрона и позитрона и, распадаясь, порождать неравные количества вещества и антивещества. Но покамест мажоронов никто не видел.

Стерильное нейтрино

Ещё одна зацепка в проблеме нехватки антиматерии — четвёртое нейтрино. В Стандартной модели их, правда, всего три (электронное, мюонное и тау), однако в ходе экспериментов, проводившихся в 1990-х годах на установке LSDN в Национальной лаборатории в Лос-Аламосе, были получены результаты, указывающие на то, что может существовать и четвёртый вид нейтрино, названный стерильным. Поскольку обнаружение нейтрино, частицы, исключительно слабо взаимодействующей с обычным веществом, занятие крайне сложное, а стерильное нейтрино, возможно, вообще взаимодействует с веществом практически только потому, что у него есть масса, — подтвердить эти результаты другая группа экспериментаторов, работавшая в Лаборатории им. Э. Ферми, не смогла.

Существование стерильного нейтрино, однако, интересует не только потому, что очень подходит на роль тёмной материи, которую всё никак не могут найти астрофизики, но и могло бы помочь с проблемой антиматерии. В этом году исследования частицы сдвинулись с места. Физикам пришло в голову, что проверочный эксперимент был не очень «стерильным», поскольку в лаборатории в Лос-Аламосе физики искали и вроде бы нашли антинейтрино, а экспериментаторы из лаборатории Ферми работали с нейтрино. И хотя между нейтрино и антинейтрино должна существовать симметрия, ещё не доказано, что она действительно есть. Да и существование Вселенной — наглядное подтверждение нарушения фундаментальной симметрии.

Данные новых экспериментов указывают на то, что мюонные антинейтрино (в отличие от мюонных нейтрино) и вправду, прежде чем превратиться в электронные нейтрино, сначала проходят стадию стерильных антинейтрино. Если полученные результаты не статистическая ошибка, то, возможно, на сакраментальный вопрос Хайдеггера у физиков нашёлся ответ.

Впрочем, остаётся ещё надежда на Большой адронный коллайдер, частицы в котором сталкиваются на таких скоростях, что энергии их взаимодействия может оказаться достаточно для обнаружения самых экзотических частиц — от до сих пор ещё не найденных бозонов Хиггса, существования которых требует Стандартная модель, или даже монополей.

Невидимая магнитная монополия

Электричество и магнетизм, хотя и являются частью одного и того же электромагнитного поля, почему-то не похожи на близнецов. В самом деле, элементарные электрические заряды — отрицательные и положительные — хорошо известны: их носителями являются соответственно электроны и протоны, к примеру. А вот одинокого магнитного полюса пока никто не наблюдал — у всех магнитов их сразу два. Как-то несимметрично.

Симметрия — при всём том, что физика вроде бы не должна опираться на классическую эстетику, — играет важную роль в теоретических построениях учёных, и пока по праву. Во всяком случае, пока все обнаруженные частицы, предсказанные в рамках Стандартной модели, образуют вполне гармоничную конструкцию: для «обустройства» всего вещества достаточно 6 кварков и 6 лептонов, а для работы электромагнитного, слабого и сильного полей достаточно 4 частиц — переносчиков взаимодействия. И это вроде бы подтверждает стремление физиков к симметрии и унификации. В конце концов с электромагнитным и слабым взаимодействием всё получилось как нельзя лучше: в зависимости от энергии и дистанции взаимодействия единое электрослабое поле проявляет себя или как слабое, или как электромагнитное. С продолжением объединения, впрочем, выходят некоторые проблемы. Как минимум в эту красоту пока плохо вписывается четвёртая главная сила Вселенной — гравитация. Но и с давно и хорошо известным электромагнетизмом странность: ему нужен монополь.

Предсказанный ещё в 1930-х годах великим французским физиком Полем Дираком носитель одиночного магнитного заряда играет ключевую роль в единой теории поля, которая стремится описать все четыре взаимодействия в виде проявления одной суперсилы, существовавшей во Вселенной в первые мгновения Большого взрыва. Кроме того, они должны существовать в природе, поскольку этого требует квантовая механика. Зарегистрировать их, впрочем, пока не удалось. Не обнаружили их следов в потоках частиц, которые с огромной скоростью обрушиваются на планету из космоса. Возможно, энергии БАКа хватит, чтобы получить их искусственно.

Взрыв капли

Кстати, Большой адронный коллайдер, оправившись после преследовавших его аварий, наконец начал оправдывать возложенные на него ожидания. Первые результаты есть, и они, к радости физиков, оказались неожиданными.

В перекрашенный день календаря, 7 ноября 2010 года, в БАКе физики провели серию экспериментов, в ходе которых сталкивались разогнанные до почти световой скорости ядра свинца. В результате на мгновения образовались сверхплотные и очень горячие (с температурой порядка 10 трлн градусов) «капли» из «кирпичиков» вещества — кварков и глюонов — частиц, из которых состоят образующие ядра протоны и нейтроны.

Получившийся «суп из части» — кварк-глюонная плазма — это именно то состояние, в котором пребывала Вселенная через несколько микросекунд после своего рождения. Параметры этой плазмы удивили исследователей: «суп» и правда оказался жидким, то есть плазма вела себя как сверхплотная и сверхгорячая жидкость с практически нулевой вязкостью, но ничем не напоминала газ, в отличие от обычной плазмы.

В ходе эксперимента учёным не удалось достигнуть порога насыщения, такой плотности плазмы, после которой никаких новых частиц в результате столкновения больше не может образоваться. Столкнувшиеся же ионы свинца породили частиц значительно больше, чем ожидали физики. Может быть, это удастся сделать в 2013 году, когда ускоритель выйдет на плановую мощность — в два раза больше нынешней. Тогда, рассчитывают учёные, возможно, и жидкая плазма станет газом.

Хорошие привычки продлевают жизнь, а плохие делают её приятной...

Вот с таким заголовком я прочитал это сообщение на одном сайте. Достаточно сложная жизненная ситуция в этой семье. Коментариев с советами было выложено не мало, сам - на что ума хватило, то и посоветовал, но осталось ощущение, что это всё слабое утешение.

Вот это письмо:

Живём в браке , не долго - 6 лет . Дочери 3 года . Это , мой 3-ий брак . Первый развалился , по юношеской , обоюдной дуристике . Сыну 16 лет . С мамой живёт (естественно) . Второй : дочь , жена , тесть и родственник - погибли в ДТП . Я - остался в живых (зачем ?) ... Опять , женился . Моя заморочка , вот в чём : со 2-ого месяца моего "примачества" , начал "подсекать" свою жену - во лжи . В словах и делах , со мной . Её ложь "режет" , как тупая ножовка , по ... Во , всём . В быту , в постели . Задумался , почему - она лжёт ? Она объясняет свою ложь тем , что ей - приходится "метаться" , меж двух "огней" : её родители и я . Чушь , несусветная !!! Предлагаю ей : давай , снимем квартиру - не хочет . Давай , разведёмся - не хочет (я , говорит - тебя люблю ! Хм ...) . Специфика , её воспитания ? Мда-а-а .. Однако ! Плюнуть на всё , да и правда - развестись ??? Э-э-э , нет ! Моя дочь , безотцовщиной - НЕ БУДЕТ !!!!! Сам , с 6-ти лет - без отца рос . Знаю , всё это . Так , ладно : сейчас снимаем квартиру ... И опять : "тупая ножовка , по ..." . Вот , чёрт !

Пожалуйста : объясните мне , тупому мужику ... , как мне жену - от лжи отучить (язык ей , перцем мазать , что ли ?????) ?!!

Любви все возрасты покорны, а с юмором это легче пережить.

       Никто и никогда не видел Галину Уланову вялой, раздражительной. Ни один человек не засвидетельствовал ее небрежности или безответственности. Ее жизнь — это напряженный труд, а талант всегда являлся для нее лишь подспорьем в работе. В жизни она всегда покоряла людей своей открытостью, добротой, вниманием и сердечностью. Уланова — живая легенда балета, единственная балерина, которой еще при жизни установили памятники — в Стокгольме и в Санкт-Петербурге.

Из статьи: История жизни

Сегодня рок 50-х дальше от нас, чем греческие боги. Где сейчас Элвис Пресли, Чак Берри и Джерри Ли Льюис с их умопомрачительной музыкой, ответственной за многие скандалы и разбитые стулья? Они принадлежат к очень древней породе титанов.

(Из прессы)

Еду я на Родину...

Больше десяти лет назад я была в командировке в Армении. Мне было двадцать, у меня был в разгаре служебный роман, и командировка подвернулась как нельзя кстати. Коньяк рекой, тепло, рядом любимый мужчина. Мы ели, пили, танцевали. Совсем не спали. Впечатления оставались обрывками. Однажды совершенно пьяные ехали на машине к какой-то горной реке и чуть в неё не рухнули — водитель затормозил в последний момент. Мы спаслись. Значит, должны быть вместе. Иначе погибли бы.

 

 

 

 

В местном уличном кафе я опрокинула чашку с кофе и долго и бестолково вглядывалась в кофейный узор. Командировка заканчивалась, в Москве его ждала другая женщина, а меня неопределённость. Так уже было. Подошла хозяйка и посмотрела на блюдце.

— У тебя будет муж-начальник и двое детей, — сказала она. Начальник, который был чужим мужем, нервно хмыкнул.

Монастырь, дерево, которому очень много лет. Надо завязать платок на ветку и загадать желание. Нельзя просить деньги. Надо что-то очень важное, без чего не сможешь дышать. Я загадала выйти замуж и родить сына.

Я вышла замуж в феврале. Было просто дико холодно. Но я так сильно хотела замуж, что мне было всё равно. Моя мама так сильно хотела, чтобы я вышла замуж, что танцевала в загсе «Хаву нагилу», которую нам сыграли вместо Мендельсона.

Восемь недель беременности. Я на кладбище. Живота ещё не видно. Мы хороним отца мужа, который ещё не знал, что у него будет внук. Я за рулём и развожу по домам родственников. Когда высаживаю очередную тётушку, выхожу и блюю в кусты — у меня токсикоз.

Девять недель беременности — я в больнице на сохранении. Ничего не помню, кроме врача — молодого мужчины. У него большие тёплые руки с прозрачными волосками на пальцах. Моя мама договаривается с ним, что он будет меня вести и примет роды. Мама, как всегда, шутит, улыбается, рассказывает анекдоты. Выводит меня на улицу, садится прямо на бетонную лестницу и закуривает. Мимо ходят люди, она не двигается. Люди обходят эту странную женщину, которая что-то быстро говорит на непонятном языке. Мама родом из Осетии. Никто никогда об этом не догадывается. Когда ей совсем плохо, она обращается к святому Георгию. На понятном тому языке.

Шесть месяцев беременности. Я звоню врачу договориться об очередном приёме. Трубку поднимает чужая женщина. «Врача нет», — говорит она и вешает трубку. Во второй раз она добавила «больше нет». Он разбился на машине — с женой и двумя дочками. Вернулся из отпуска, поехал покупать девчонкам школьные принадлежности и форму.

«Мама! Что мне делать?» — кричала я. Мама сделала то, что могла: отвела к своей знакомой — армянке Мхитарян. Они были давно знакомы, с тех пор, как маме поставили диагноз «рак», а Мхитарян сказала, что рака нет, — за сто долларов и бутылку коньяка мужу. Единственная дочь Мхитарян только что потеряла ребёнка и уже не могла стать матерью. Мхитарян решила, что больше она не отдаст ни одного ребёнка. Она спасала ещё не рождённых детей. Спасла и моего.

Девятый месяц беременности. Я на сохранении. Муж на кладбище хоронит маму. Меня нет рядом.

Когда моя мама увидела внука, слегла с сердечным приступом. Не от счастья. От сознания того, что всё позади. Муж вцепился в сына мёртвой хваткой и не выпускал. По ночам он подходил к кроватке и тихонько тряс сына за животик — дышит? Он нюхал его шею — там особенно чувствуется младенческая сладость — и закрывал глаза. Он всё время рассматривал сына — ему достались глаза покойной бабушки и подбородок покойного дедушки. «Он пришёл на смену», — сказал он.

О втором ребёнке я боялась даже думать. Мне было страшно до тошноты. Я не хотела, чтобы ребёнок «пришёл на смену».

Сыну было восемь. Муж работал, я работала. Зимой я тяжело заболела — два месяца лежала и не могла встать. Никто не знал, что со мной. В апреле я уже еле доходила до туалета.

— Отвези меня в Ереван, — попросила я мужа.

Мы поехали в те же места, где были десять лет назад. В той самой командировке. Монастырь. Дерево. Я завязала бумажный платок и хотела попросить здоровья. Попросила. И неожиданно добавила: и девочку. Потом очнулась — зачем, что я наделала? Но было уже поздно. Я вернулась совершенно здоровая.

В августе в гости приехала племянница мужа с тремя дочками. Я целый день плела косички и венки. Они уехали, а я подумала, что это ведь ещё одна примета: женщина, которая хочет ребёнка, должна понянчить чужого. Если хочет мальчика — значит, мальчика. Если девочку — то девочку.

…

— Как назвали? — спросила дальняя родственница

— Серафима, — ответил муж

— ???? Ну ладно, лишь бы здоровенькая была.

…Восьмилетний сын Василий держит Симу за одну ногу и, хмурясь, внимательно разглядывает «анатомическое строение».

— Что-то я не понял, где у неё попа? — спрашивает наконец он.

Он носит сестру на руках по всему дому. Сима ещё не держит голову, а он забывает её придерживать. Голова телепается во все стороны. Каким-то чудом Сима умудряется уворачиваться от косяков.

…

— Маша, Маша, — трясёт меня муж. На часах три часа ночи. — Посмотри, у неё нормальные какашки?

— А утром нельзя посмотреть? — спрашиваю я.

— Ты что? Утром будут другие!

Я говорю с врачом по телефону:

— Болотного или салатного? Как пластилин или манная каша? Колбаской? С кусочками яблочка?

Подкоркой сознания отмечаю, что речь идёт о младенческом кале. Поэтично.

Муж гуляет с красной коляской. Сосед его называет пьяным геологом — небритый, невыспавшийся, совершенно счастливый. Сима пришла «не на смену», а потому, что она очень была нужна.

 

 

Один из правителей так наставлял учителя своих детей:

— Будь прежде всего требователен к самому себе, а уж затем к моим детям, ибо к тебе устремлены их взоры. Выучи их святому писанию, расскажи им о пророках и правителях. Но не угрожай им моим гневом. Убедившись, что ты ничего не можешь с ними поделать, они начнут высмеивать тебя. Не заставляй их чрезмерно учиться, дабы они не возненавидели учение. Но и не пренебрегай своими обязанностями, дабы они не привыкли к безделью.

Мария Дмитриева Радикальный эксгибиционизм

Девушка Робин Гуд, или Всё о женских способах борьбы

«Фемен» — постмодернистские феминистки, гламурные феминистки или не феминистки вовсе? Кто они — эпатажные общественные деятельницы, борчини за свободу украинских женщин от секс-туризма или же провокаторши, призванные облегчить легализацию проституции?
Подробнее

Режиссёр-авангардист Алехандро Ходоровский родился и вырос в Чили, куда его семья сбежала с Украины, спасаясь от еврейских погромов. Он был клоуном, ставил спектакли, писал пьесы и книги, сталкивая мотивы латиноамериканской культуры и европейский авангард.

 

 

 

 

 

 

 

 

Алехандро Ходоровский // cineblog.it

Он хулиганил вместе с Фернандо Аррабалем в движении «Паника», Андре Бретону обещал воскресить сюрреализм, Джону Леннону — снять фильм такой же мощный, как ЛСД, он обвенчал Мэрилина Мэнсона и Диту фон Тиз. Он сам по себе чертовски сильнодействующая субстанция. Это не человек — это психоделический трип. Или маг, преображающий реальность. Нынче 80-летний Ходоровский бодр, полон творческих планов и женат на хорошенькой женщине, по возрасту годящейся ему во внучки. И в самое ближайшее время планирует кинопроект с русскими продюсерами — сиквел своего фильма «Крот» — «Сын Крота».

— Вы всегда были мастером эпатажа. А вас самого удавалось кому-либо эпатировать?
— Да. В Мексике я познакомился с колдуньей-шаманкой по имени Почита, которая лечила наложением рук, оперировала ножом без наркоза. Она погружалась в транс, и в её тело входило мексиканское божество. У меня были проблемы со здоровьем, и она ножом разрезала мне живот и вынула кисту. Это было ужасно больно, но длилось всего восемь минут. Я лежал с разрезанным животом, чувствуя себя маленьким беспомощным ребёнком, понимал, что это всё — безумие, и было непонятно, что делать дальше. Пережил нечеловеческий ужас, но потом Почита зашила рану, боль прошла.

И тогда я понял, что ужас — это необходимый элемент выздоровления. Ещё я осознал, что всю жизнь всего боялся: экономических потрясений, болезней, старости, смерти, быть завоёванным и отдать кому-то всё, что нажил. Я испытывал ужас перед неизвестностью, перед тем, что не состоюсь как человек, что утрачу свою идентичность. Был страх испортить собственную жизнь. Короче говоря, я всю жизнь провёл в страхе. Опыт лечения меня шокировал.

— А в искусстве?
— Искусство — это красота. А что это такое? Это единственная порция ужаса, которую тебе по силам пережить. Искусство — это тоже страх, но это приятный страх, удовольствие. Вершина искусства — это поэзия. Поэзия позволяет нам жить среди всего этого ужаса бытия.

— Люди с возрастом становятся более консервативными, особенно бывшие радикалы. А вы?
— Со мной всё по-другому. С возрастом либо становишься слабее, теряя силу, либо обретаешь некоторую смелость — тебе нечего больше терять и нечем рисковать. Потому, подходя к концу своей жизни, ты можешь себе позволить то, что не позволял в юности. Можешь говорить всё что захочешь, делать что захочешь и говорить что хочешь. Перестаёшь торговать собой. Каждый человек собой торгует, занимаясь нелюбимым делом. Люди не любят свою работу, она не приносит им удовольствия, а в конце жизни наконец делаешь то, что ты любишь. В старости, когда занимаешься любовью, больше времени уходит на достижение оргазма, потому что спермы почти не осталось, и всё это длится очень долго, и женщины просто теряют голову. Вот что такое старость.

— Вы говорили о страхе, а каких женщин вы боитесь?
— Я уже говорил, что красота — это приятная порция ужаса. Поэтому для мужчины каждая женщина в каком-то смысле является объектом, вызывающим страх. Но гомосексуалисту они безразличны, он боится только одной женщины на свете — своей мамы. Нормальный гетеросексуальный мужчина боится всех женщин. Потому что они так красивы. К примеру, ты меня пугаешь ужасно.

— Вы говорили, что, когда снимали «Священную гору», хотели сделать фильм столь же мощный, как ЛСД. Как вы теперь относитесь к идеям психоделических 60-х?
— Эта эпоха многое принесла. Любая эпоха интересна, потому что она каким-то образом раскрывает человека и приносит что-то новое. Это был замечательный период, но период инквизиции тоже был интересен.

— Вы один из самых радикальных режиссёров в истории кино. Как вы думаете, возможно ли вернуть современному кино былую силу и радикализм?
— Даже в то время это было очень трудно. Нужно было тратить много сил на поиск денег, для того чтобы снимать кино. Индустрия была враждебна, то же самое происходит и сейчас. Всё дело в человеке: если у него достаточно смелости, он способен сделать всё что угодно. Стать крупным художником всегда тяжело. Никто в индустрии не хочет творить искусство. Нужно проявить характер, быть терпеливым и настойчивым.

— Где проходит граница дозволенного в искусстве? Чего бы вы никогда не стали делать?
— Даже не задумываюсь об этом. То, что я делаю, происходит естественным образом. Если что-то хочу сделать в кино, делаю это. Просто есть вещи, которые мне неинтересны. Например, сейчас много фильмов про серийных убийц. Каждый раз, когда мне предлагают сценарий фильма про убийцу женщин, я говорю, что сделаю фильм при одном условии: если женщину заменят на страуса. То есть будет история о серийном убийце страусов. Но все почему-то отказываются.

— В книгах вы описывали историю вашей семьи. Мне запомнился печальный эпизод о том, как ваша бабушка обиделась на Бога после того, как её сын утонул в Днепре в половодье. Пытаясь спастись, он влез в книжный шкаф, в котором лежали тяжёлые тома Талмуда, и утонул вместе с ними. В итоге семья отвергла иудаизм. Бывали ли вы на родине своих предков — Украине?
— Очень хочу побывать там. Мои сыновья тоже хотят там оказаться. Один сын недавно съездил в Киев, сыграл в спектакле и вернулся в восторге. Ему очень понравились женщины.

— Вы были режиссёром и играли в собственных фильмах. Планируете ли вы играть в своём новом кинопроекте?
— Да, но будет совсем небольшая роль. Вместо себя я использую теперь моих сыновей-актёров. В фильме «Святая кровь» снялись все они. Сейчас у меня их трое, один сын умер.

— А как у вас в семье дело обстоит с эдиповым комплексом? Не хотелось ли им вас убить?
— Ничего подобного! Я авангардный художник и сыновей воспитывал по-своему, я для них был одновременно и отцом, и матерью. Все мои сыновья от разных матерей.

И все эти женщины уходили, оставляя детей мне. Я их воспитывал в очень свободном духе. Дал много любви, дружил с ними. Часто позволял в играх одерживать надо мной верх. Они всё время у меня выигрывали. Я позволял им быть умнее меня самого, занимать моё место в доме, хозяйничать, как им нравилось и т.д. В итоге у нас сложились превосходные отношения, мы сотрудничаем: один из моих сыновей поёт, а я писал для него песни, для другого, который играет на сцене, пишу пьесы. Мы работаем вместе.

— Раньше вы говорили, что в порнографии есть сила. А что думаете теперь, когда порнография стала такой мелкобуржуазной?
— Мне это уже неинтересно, хотя дружу с французской порнозвездой по имени Корали. Сейчас порнография стала огромным масштабным бизнесом, индустрией. А любое искусство, достигшее промышленных масштабов, на мой взгляд, недостойно уважения. Оно просто неинтересно.

Для меня нет никакой разницы между порнографией и фильмом о Человеке-пауке или Супермене. Вы представляли себе, как Супермен спаривается? Супермен — это большая опасность, потому что, когда он эякулирует в женщину, сперматозоиды пронзают её насквозь и вылетают в пространство, затем врезаясь в здания, это создаёт некоторые технические проблемы. Для меня порнография и Супермен — одно и то же.

— Что вы думаете о цензуре? Некоторые уверены, что благодаря цензуре советское кино было лучше.
— Тот, кто ввёл цензуру, не имел таланта. Любой настоящий художник ненавидит цензуру. И те, кто сейчас жалеет, что цензуры нет, — люди бездарные.

Беседовала Аксинья Курина ЧК

 

Сам я как так откровенно с такими вещами не сталкивался, но наверное у кого то действительно такое было.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

       "Мой муж занимается горным туризмом.Однажды в горах,их группа задержалась на скале.Наступила ночь,не было видно ни веревок,ни друг друга. Ситуация очень опасная,т.к. любой нечаянно задетый камень может вызвать обвал. И вдруг у них над головами появился огромный светящийся шар.Он осветил всю стену,на которой они еще висели,перевал,другие группы внизу в долине.Он светился минут 15,что дало возможность группе спокойно спуститься со скалы,а потом медленно погас.Что это было по сей день- одни догадки,но главное ,что это чудесным образом спасло жизнь ребятам. А вы сталкивались с чудесами?"

Из рассылки.

Душевный пыл нельзя умножить, его лишь можно остудить.

 

 

 

 

Современная притча

Брайан ехал по пустынной дороге. Вдруг он увидел на обочине заглохший «Мерседес». В нём сидела пожилая женщина, выглядевшая совершенно растерянной. Он остановился перед её машиной, вышел из своего старого «Понтиака» и направился к уже было отчаявшейся женщине. Дама была очень испугана, ведь всё время, пока она сидела в машине, так никто и не остановился. А этот молодой человек — не причинит ли он ей зла?

— Меня зовут Брайан Андерсон, — представился тот. — Я вам помогу, мадам. Пересядьте пока в мою машину — там вам будет немного теплее.

Оглядев машину, он понял, что у машины лопнуло колесо. Однако в силу своего возраста женщина просто не могла справиться с проблемой сама. Брайан присел на корточки, заглянул под машину, чтобы определить, куда поместить домкрат, потом потёр руки, чтобы согреть пальцы, и принялся за работу. Поменяв колесо, молодой человек улыбнулся.

Дама спросила:

— Сколько я вам должна за работу? — и поспешно добавила: — Цена не имеет значения.

Брайан ответил:

— Вы мне ничего не должны. Я просто помог в трудную минуту тому, кто в этом нуждался. Ведь только один Бог знает, сколько раз мне самому помогали в прошлом люди. Если вам действительно хочется меня отблагодарить, то в следующий раз, когда вы увидите кого-то в нужде, окажите помощь этому человеку и тогда вспомните обо мне.

Женщина поблагодарила и села в свой автомобиль. Через несколько километров она увидела ресторан. Она зашла в него, чтобы обогреться и перекусить перед дорогой. Девушка, обслуживавшая её, приветливо улыбнулась, несмотря на то, что она явно целый день находилась на ногах. Было видно, что ни её работа, ни беременность, ни повседневные хлопоты не лишили эту девушку приветливости.

Закончив свой ужин, женщина расплатилась за него банкнотой достоинством в 100 долларов. Пока девушка ходила за сдачей, дама быстро покинула ресторан. Вернувшись, девушка обнаружила, что женщина исчезла. Она оглядела столик и заметила на столе записку. Слёзы брызнули из её глаз, когда она прочла написанное: «Вы мне ничего не должны. Я просто прошла мимо. Кто-то помог мне сегодня — так же, как я это делаю для вас. Если вы действительно хотите заплатить мне, то всё, что нужно для этого сделать — не позволять этой цепочке любви закончиться на вас». Под салфеткой на столе лежали ещё четыре банкноты по 100 долларов. И как только дама могла узнать о том, насколько нуждались в деньгах она и её муж?

Дома девушка, прижавшись к мужу, нежно поцеловала его и тихо сказала:

— Всё будет хорошо! Я люблю тебя, Брайан Андерсон.

 

Когда 30 декабря 1905 года в Санкт-Петербурге у бывшего морского офицера Ивана Ювачёва родился сын, он уже знал, как его назвать — Даниилом. Спустя годы сын выберет себе ещё и около 30 псевдонимов: Чармс, Холмс, Шардамс. Самым известным станет Хармс.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 Даниил Хармс, 12 июня 1938

 

         Это charm — «шарм», и harm — «вред, обида», и санскритское dharma — «праведность», и ивритское hrm — «отлучение (от синагоги), запрещение, уничтожение». Настолько же многозначной была и судьба писателя, жизнь положившего на глубинное изучение литературы и сказавшего однажды: «Сила, заложенная в словах, должна быть освобождена. Есть такие сочетания из слов, при которых становится заметней действие силы. Нехорошо думать, что эта сила заставит двигаться предметы. Я уверен, что сила слов может сделать и это».

  Кто-то до сих пор считает его сумасшедшим графоманом, иные признают за классика русской словесности. Неправы обе стороны. Хармс — сам по себе творчество, круговерть из слов и действий, и непонятно ещё, что из этого — настоящее…

Его отец был народовольцем, приговаривался к смертной казни, взамен получил 15 лет каторги. В тюрьме он стал христианином-мистиком, в конце века объездил весь мир. Писал книги о путешествиях и Священном Писании. Хармс отца безмерно уважал и разговаривал с ним до конца жизни только стоя. Он и сам увлекался вещами схожими: нумерологией, картами Таро, мифологией, оккультизмом, йогой, буддизмом. Это дало повод литературоведам искать осколки штудий в сочинениях. Потому что надо же от чего-то отталкиваться в текстах, которые безуспешно пытаются не казаться литературой в античном смысле слова!

Когда в 80-е Хармса начали печатать полностью — не только стихи для детей, но и взрослые стихи и рассказы, — к нему клеили ярлык писателя-юмориста, чудодея. Однако, даже мельком просматривая биографию Хармса, понимаешь, что ему было совсем не до смеха.

Начинал он писать подростком. В 17 лет появился первый текст. За несколько месяцев до 20-летия Даниил принёс две тетрадки со стихами в Ленинградское отделение Всероссийского союза поэтов, заполнил анкету, в половине граф написал «не знаю» и был в следующем году принят в профессиональное сообщество. Тогда же он переехал на Надеждинскую (ныне Маяковского) в Петербурге, это была бывшая квартира Ювачёвых, превратившаяся благодаря Советам в коммунальную. Тут жила больная старуха с дочерью, а также его отец и сестра. В следующем году Хармс сумбурно напишет в дневнике: «По всей вероятности, вся моя жизнь пройдёт в страшной бедности, и хорошо жить я буду, только пока я дома, а потом, может быть, если доживу лет до 35—40».

Хармс не принимал систему, система отвечала взаимностью. Его образование было бы типичным для арт-деятеля нашего времени: учился в электротехникуме — был отчислен за неуспеваемость; посещал киноотделение при институте истории искусств — тоже не закончил.

Зато много общался с поэтом Александром Введенским, себя называл чинарь-взиральник, а его — чинарь-авторитет. Ещё два друга по гимназии — философы Яков Друскин и Леонид Липавский — сыграют большую роль в хармсоведении. Друскин после его смерти добудет архив писателя, десятки неопубликованных произведений. Без него, возможно, мир и не узнал бы полностью Д.Х. — при жизни выходило 11 книжек стихов для детей. А два стихотворения «постарше» появились в сборниках Союза поэтов.

В 1927-м появилось ОБЭРИУ — Объединение реального искусства: Хармс, Введенский, Заболоцкий, Константин Вагинов… Их лозунги: «2х2=5», «Придя в наш театр, забудьте всё то, что вы привыкли видеть во всех театрах!», «Мы обэриуты, а не писатели-сезонники! Не поставщики сезонной литературы!». Малевич выдал им помещение в Государственном институте художественной культуры.

В 1928-м на вечере «Два левых часа» обэриуты показали пьесу Хармса «Елизавета Бам» — потрясающая эпитафия драматургии вообще. Нарушение причинно-следственных отношений как основа сюжета в итоге вновь окажется жизненным материалом, но то, что тебя реально могут арестовать за то, чего ты не совершал, автор чётко узнает чуть позже.

После 1930-го им уже не давали выступать публично, а в 1931-м Хармса и Введенского выслали в Курск. Вернувшись, Даниил Ювачёв стал детским писателем. И очень хорошим писателем.

Хармс, говорят, всячески старался делать так, чтобы его взрослые вещи попадали на глаза очень ограниченному кругу людей. А деньги он зарабатывал, работая в журналах «Ёж» и «Чиж» и сочиняя стихи и загадки для детей. В детском мире царил свой реализм, совершенно лишённый правил и каждому человеку знакомый. Наверное, поэтому эти стихи и рассказы Хармса легче всего понять. И принять и алогизм, и парадоксальность. Ведь Даниил Ювачёв не только прекрасно знал Аристотеля, Шекспира, Рабле, Гёте, но и любил «Алису в Стране чудес». Его детские стихи — абсолютно вне времени, никак не привязаны к его жизни. Хотя он и вёл себя зачастую как ребёнок.

Ибо был весьма хипповым человеком. Высокого роста, с тростью, в кепке или котелке, с английской трубкой, бросался странными фразами типа «Что бы вы стали делать, если бы на вашем шкафу выpос нос?». Изображал Шерлока Холмса. Известно, что на стене его комнаты висели плакаты типа «Мы не пироги. Пироги не мы!» (это ещё один из лозунгов обэриутов).

А в дневнике при этом писал вещи конкретные: «Боже! Что делается! Я погрязаю в нищете и в разврате». И в таком состоянии он пытался порвать с любимой литературой в классическом смысле слова, достигнув максимально возможной маргинальности по отношению к эпохе.

Сейчас трудно понять, как Хармс, живя без денег, погрязая в долгах и голодая, при этом мог что-то писать. Хотя на самом деле он только текстами и жил. Потому что хотел быть в жизни тем же, «чем Лобачевский был в геометрии». Менял литературу, ломал старые схемы, сумасбродствовал. А она, литература, сопротивлялась. И эта бесславная борьба привела к появлению большого количества текстов. Некоторым они кажутся забавными. Но, честно говоря, многие страшно читать: начинаешь вникать, и голова кругом. Стараешься встать в позицию создателя, а тут ещё хуже. В ноябре 1937 года он, к примеру, писал в дневнике: «Я больше не хочу жить. Мне больше ничего не надо. Надежд нет у меня никаких. Ничего не надо просить у Бога, что пошлёт Он мне, то пусть и будет: смерть так смерть, жизнь так жизнь — всё, что пошлёт мне Бог. В руце Твои, Господи, Иисусе Христе, предаю дух мой. Ты мя сохрани, Ты мя помилуй и живот вечный даруй мне. Аминь». Так советская реальность побеждала реальный мир Хармса.

Он как бы и рупор эпохи, и её обочина. Легко себе представить, что такими и были случаи-сказки 30-х годов, как их описал Хармс: лук-порей стоит 48 копеек, абсурд торжествует, и страшно, что, того и гляди, заденешь реальность и она потрещит по швам, поднимется пылью. Возможно, такая она, жизнь, и есть — злобная штука, размноженная в каждом индивидууме. Не череда событий, а серия банальностей, описав которые Хармс остаётся единственным живым во всей истории. Потому что хоть и находится он в позиции наблюдателя, но изначально отделён от советского быта. Благодаря чувству чёрного юмора, высокой самообразованности, упорству, осознанному юродству.

Потому в некоторых фантастических рассказах куда больше реальности, чем во всех подшивках «Правды» 30-х годов. Известный рассказ «Кассирша», который начинается с того, что Маша находит гриб, а заканчивается трупом за кассой с папироской в зубах. Это ли не картина двойственности происходящего?

23 августа 1941 года его арестовали в Ленинграде по подозрению, что «контрреволюционно настроен, распространяет в своём окружении контрреволюционные клеветнические и пораженческие настроения, пытаясь вызвать у населения панику и недовольство советским правительством». Судебно-медицинская экспертиза гласила, в частности: «Бред носит характер нелепости, лишён последовательности и логики. Так, например, объясняет причины ношения головных уборов желанием скрыть мысли, без этого мысли делаются открытыми, наружными». Присовокупив к этому сведения, что в 1939-м Хармса держали в больнице с диагнозом «шизофрения», решили его направить в психиатрическую лечебницу. Где он и умер 2 февраля 1942 года в блокадном Ленинграде.

В 1960 году по ходатайству сестры уголовное дело было прекращено. В 1967 году вышел большой сборник сочинений для детей «Что это было?». И вплоть до 1988-го (и книги «Полёт в небеса») Хармс в СССР существовал для массового читателя в качестве писателя детского.

Впрочем, за рубежом первое собрание произведений Хармса начало выходить в 1978-м. Внезапно чудодей Хармс встал в один ряд с Эженом Ионеско и Сэмюэлом Беккетом, превратившись в ещё одного отца литературы абсурда.

Чем же люб Хармс гуманитариям? Наверное, тем, что, воспринимая писателя как значимую фигуру русской литературы, его нельзя разбирать исключительно по методам этой литературы. Критику приходится самому примеривать шкуру автора. И если при этом не захватывать соответствующую эпоху, получается отличный маскарад.

Дело в том, что быть сейчас Хармсом легко и приятно. Живи он в XXI веке, печатался бы в глянцевых журналах, в светской хронике всегда ставили бы его фото, а его стиль именовался бы модным трендом. Его бы пародировали по Первому каналу, рассказы разбирали на короткометражки, пьесы снимали бы в 3D (чтобы точно следовать всем перипетиям). А обэриуты превратились бы в какой-нибудь Театр И.

И никто бы точно не обнаружил «Адама и Еву», «Историю Сдыгр Аппр» и прочее спустя годы в самиздате. И не восхитился бы уже тем фактом, что всё это было написано в стол, не славы ради, а токмо ради существования. Жестоко, но мир создал для Хармса идеальную барокамеру для творчества, потребовав взамен лишь горькую и короткую жизнь.

Впрочем, не факт, что и нынешняя вольница дала бы ему именно те свободы и не закупорила бы вновь в комнате на Надеждинской.

 

      Где то уже читал, но опять попалось на глаза. Очень наивный, но в тоже время по человечески тёплый и с юмором рассказ. Может кому ещё понравится (как бы под Новый год). Просто хотелось поздравить всех с Новым годом! Счастья вам и любви люди!