Из года в год в Рождество Христово мы украшаем елку «Вифлеемской звездой» и ставим спектакли о трех волхвах, поднесших драгоценные дары Божественному младенцу. Действительно, одна звезда сыграла в священной истории особую роль: привела к Христу древних мудрецов, которых называют то царями, то волхвами, то магами... Так кем были эти три таинственных персонажа, и какое астрономическое явление они могли наблюдать на небе?

   

       Ни одно библейское повествование не окружено таким ореолом легенды, как евангельская история о волхвах (Мф. 2, 1-12). Следует признать, что уже в восприятии некоторых древних толкователей этот эпизод получает сказочную окраску. Однако в Евангелии история волхвов рассказывается отнюдь не как легенда, она доносит до нас очень важную богословскую мысль. Дело в том, что мудрецы, пришедшие с Востока, являются чужестранцами и по отношению к народу Израиля, и по отношению к Риму. В трех волхвах рождественские предания охотно усматривают восточных царей. Но в их лице не просто сильные мира приходят поклониться невинному и беззащитному Младенцу; гораздо важнее, что они символизируют собой все народы земли. Их образ позволяет евангелисту подчеркнуть поистине вселенский характер благоволения Божия, принявшего образ Младенца, над Которым нависает тень смерти, но Который будет спасен от зла.
     Любопытно, что волхвы в сознании христиан обрели облик царей. И это не случайно. В одном из псалмов произносится такое пророчество: "Цари Фарсиса и островов поднесут ему дань; цари Аравии и Савы принесут дары; и поклонятся ему все цари; все народы будут служить ему" (Пс. 71, 10-11).
      Цари Фарсиса и островов — это греки, люди Запада; цари Аравии и Савы — это южане, жители Африки. В рождественских преданиях их изображают как представителей трех рас. И такое толкование вполне отвечает реальному смыслу процитированного пророчества: все народы земли призваны вкусить Божие благоволение и мир.
     В основе этого рассказа лежит реальное историческое событие. Совершенно реальным является одно из главных действующих лиц — царь Ирод. Он хорошо известен из анналов истории как жестокий и безумный тиран-узурпатор. Из страха лишиться царства он умертвил одну из жен и трех сыновей, причем старшего сына приказал казнить за пять дней до собственной кончины.
     И вот к нему во дворец по наивности приходят из Вавилона три волхва (греческий текст говорит о магах, кудесниках). Вероятно, это были представители привилегированной касты ученых-жрецов из Вавилона. На небе они увидели знамение о том, что в Иудее родился новый царь и наступает новое царство. Ирод прекрасно понимает, что он — чужеземец, получивший власть благодаря вмешательству Рима, а подлинным царем является Мессия, на пришествие которого израильский народ возлагает огромные надежды. Известно, что при Нероне в Риме наблюдалось знамение подобного рода, из-за которого было развязано чудовищное кровопролитие. Известие волхвов вызвало тревогу Ирода и всего Иерусалима (Мф. 2, 3). В среде иудеев оно было воспринято как сигнал о приближающемся исполнении древних пророчеств.
     От иудейских мудрецов волхвы узнают о том, что согласно пророкам Мессия родится в Вифлееме. Они отправляются в путь и вновь видят звезду, которая теперь идет впереди них, а потом останавливается над тем местом, где был Младенец (Мф. 2, 9). Евангелист подчеркивает интенсивность их переживаний: «Увидев же звезду, они возрадовались радостью весьма великою» (Мф. 2, 10).

Успехи вавилонских астрономов

     Кем были три таинственных персонажа, и какое астрономическое явление они могли наблюдать на небе? Древнегреческие историки свидетельствуют о выдающихся успехах вавилонских звездочетов, которые были способны с поразительной точностью рассчитать положение небесных светил, а также солнечные и лунные затмения на много столетий вперед. При астрономических обсерваториях существовали знаменитые математические и астрономические школы, о чем говорят многочисленные глиняные клинописные таблички.
     В евангельском тексте мы встречаем некоторые выражения, заимствованные непосредственно из языка вавилонских астрономов. Например, слово «восток» звезды означало на языке того времени первое появление светила на утреннем небосводе непосредственно перед восходом солнца (так называемый «гелиакический восход»). То, что звезда шла впереди по небу, а затем «остановилась», говорит о мнимой остановке планеты в поворотной точке ежегодной траектории. Если изобразить, как земной наблюдатель может видеть движение планет, то сначала будет прямое движение, потом — точка стояния, потом планета будет двигаться в обратную сторону, потом опять точка стояния и снова движение вперед. Когда Земля «обгоняет» планету, то планета кажется движущейся назад. Когда достигается равенство угловых скоростей, тогда кажется, что планета останавливается, это и есть точка стояния.
      «Звездой» могла быть названа планета Юпитер, которая воспринималась как знак Мардука, верховного божества вавилонян. Рассматривая древние папирусы, Феррари д’Оккьеппо увидел, что в некоторых случаях слово «звезда» употреблено во множественном числе. Если древний автор сообщает, что волхвов вели две звезды, значит, была вторая планета...
     Волхвам удается найти Марию с Младенцем Иисусом, они совершают поклонение и преподносят родившемуся Мессии драгоценные дары. Затем, получив во сне предупреждение от ангела, они возвращаются домой через пустыню, минуя Иерусалим (Мф. 2, 11-12). А святое семейство следующей ночью убегает в Египет, где остается до смерти Ирода (Мф. 2, 13-15). Узнав, что волхвы ослушались, царь в гневе приказывает истребить всех младенцев мужского пола, родившихся в Вифлееме и его окрестностях в течение двух последних лет, опираясь на сообщение волхвов относительно возможной даты рождения Мессии (Мф. 2, 16).

Толкования Святых Отцов

     В древней Церкви высказывались различные мнения относительно Вифлеемской звезды. Священномученик Игнатий Богоносец, подчеркивая важность новозаветного откровения, описывает ее как ослепительно яркую звезду, затмевающую своим светом Солнце, Луну и все остальные светила. Подобным же образом в 12-й главе апокрифического «Протоевангелия Иакова» говорится, что волхвы увидели «звезду большую, сиявшую среди звезд и помрачившую их, так что они почти не были заметны».
     Ориген одним из первых усмотрел в Вифлеемской звезде исполнение древнего пророчества Валаама из ветхозаветной книги Чисел 24, 17: «Восходит звезда от Иакова, и восстает жезл от Израиля...» Он же первым высказал мнение, что это была комета, «новая, не похожая на обыкновенные звезды», знаменующая «рождение Того, Кто должен был произвести обновление в человеческом роде и возвестить Свое учение не только иудеям, но и грекам, и многочисленным варварским племенам». Подобные мысли мы встречаем у святителя Василия Великого и преподобного Иоанна Дамаскина.
     Выступая против влияния языческой астрологии, святитель Иоанн Златоуст иначе истолковывает появление Вифлеемской звезды. Он старается убедить свою паству, что о рождении Христа сообщила не обыкновенная звезда, а некая невидимая сила, принявшая вид звезды. Эта божественная сила привлекла волхвов к Иисусу Христу, чтобы они навсегда отказались от наблюдения за звездами и положили конец власти астрологии. Он подчеркивает, что Вифлеемская звезда явилась на некоторое время лишь для того, чтобы указать путь ко Христу: «Побудивший их идти и Руководствовавший ими в пути, после того как Он поставил их пред яслями, наставляет их уже не чрез звезду, а чрез ангела. Таким образом мало-помалу они восходили к высшему». И в путь волхвов позвала «не звезда, но Сам Бог подвиг их сердце». Тертуллиан утверждает, что явление Вифлеемской звезды означало не торжество астрологической науки, а ее конец, она имела смысл лишь до Рождества, а после Христа никто не должен сметь исчислять дни человека по движению звезд.
     Несмотря на различное понимание природы звезды, святые отцы сходились в том, что это ее появление чудесным образом подчеркивало важность Рождества Христова для всего человеческого рода.

Астрологические основания

    Толкования древневосточных астрологов опирались на символическое значение планет. Юпитер — самая большая планета в шумеро-вавилонской и эллинистической астрологии — почитался «царской звездой» и символизировал собой верховное божество языческого пантеона. В аккадском языке он обозначался словом Kakkabu, что и означает собственно «звезда», а за его поведением наблюдали с особым вниманием. Предметом астрологических толкований было его расположение относительно других планет и двенадцати созвездий зодиака.
     Вторым светилом, имевшим отношение к Вифлеемской звезде, мог быть Сатурн. В иерархии планет ему отводилось четвертое место, но для древних иудеев эта планета имела особое значение. Пророк Амос, обличая идолопоклонничество израилитян, упрекал их: «Вы носили скинию Молохову и звезду бога вашего Ремфана...» (Ам. 5, 26; ср.: Деян. 7, 43). Имя Ремфан здесь обозначает именно Сатурн. Современный астроном Феррари д’Оккьеппо в своей книге цитирует древний астрологический текст, в котором Сатурн выступает в роли небесного символа Сирии и Палестины. С Кроносом-Сатурном в древнегреческих мифах ассоциируется финикийское божество Молох, которое упоминает пророк Амос. В этой связи любопытно отметить, что субботний день на языке римлян и в некоторых современных языках связывается с Сатурном.
     Из знаков зодиака с Палестиной связывалось созвездие Рыб, поэтому соединение Юпитера и Сатурна в этом знаке было воспринято как эпохальное событие. Как известно, соединения — это когда планеты в небе кажутся как бы идущими вместе, а противостояния — это когда относительно Земли планеты отстоят на 180 градусов. Вавилонские астрологи высчитали, что встреча Юпитера и Сатурна в определенном созвездии происходит с периодичностью в 854 года (так называемый «великий период»). Об особом внимании месопотамских астрологов к «великому схождению» 7-6 годов до Р. Х. свидетельствуют клинописные таблички, обнаруженные археологами при раскопках древнего Вавилона.

Научные гипотезы

    В европейской науке дискуссию о Вифлеемской звезде как об астрономическом событии открыл Иоганн Кеплер (1571–1630). Это было связано с тем, что в октябре 1604 года наблюдалось рождение сверхновой звезды в созвездии Змееносца. Немецкий астроном-математик высказал тогда предположение, что она возникла в результате редкого сближения «царских» планет Юпитера и Сатурна, состоявшегося в созвездии Рыб. В 1614 году он опубликовал трактат «О годе Рождества Христова», в котором на основе собственных наблюдений установил, что аналогичным образом тройное «великое» соединение (конъюнкция) Юпитера и Сатурна в Рыбах в 7 году до Р.Х. могло стать причиной возникновения той звезды, которая привела волхвов к Вифлеемской пещере. Однако никакой вспышки сверхновой звезды при царе Ироде не наблюдалось и рождение звезд никак не связано с расположением планет на небосводе.
    В евангельском тексте «звезда Царя Иудейского», которую увидели волхвы «на востоке», отождествляется со звездой, которую они увидели по пути в Вифлеем. На этом основании многие исследователи рассматривают Вифлеемскую звезду как заключительный этап троекратного схождения Юпитера и Сатурна осенью 7 года до Р.Х.
    Феррари д’Оккьеппо обосновывает свою гипотезу наблюдением так называемого «зодиакального света». Зодиакальное свечение выглядит как газо-пылевой хвост Земли, в котором отражается солнечный свет. Он хорошо виден в южных широтах, ученый наблюдал его, находясь во время войны на службе в прожекторном отряде. По его расчетам, с 12 по 23 ноября 7 года до Р.Х. путники, шедшие вечером по дороге из Иерусалима на юг, могли наблюдать на небе светящийся конус. В вершине этого конуса находились «слившиеся» Юпитер и Сатурн, а ось его была наклонена, указывая на дом, в котором находились в этот момент Дева Мария, Иосиф-обручник и младенец Иисус. Опираясь на эту гипотезу, современные ученые имеют возможность представить под куполом планетария звездное небо, каким оно было в момент Рождества.
     Однако остается вопрос о двухлетнем возрасте избиенных младенцев. Евангелист указывает, что царь Ирод в своих расчетах руководствовался сведениями о времени появления звезды, полученными от волхвов (Мф. 2, 16). А особое ликование путников при виде звезды свидетельствует о внезапности ее появления на небе. Согласовать указания о тождестве «звезды на востоке» и Вифлеемской звезды с двухлетним интервалом времени, отделяющим ее новое появление на небосводе, позволяет гипотеза английского ученого Балмера Томаса, который считал, что в евангельском повествовании речь идет об утреннем стоянии Юпитера 23 сентября 5 года до Р.Х.
    На основании астрономических трактовок предпринимались многочисленные попытки «рассчитать» точное время рождения Христа и прибытия волхвов в Вифлеем. Вполне легендарная по форме история о поклонении волхвов, ставшая излюбленным сюжетом рождественских мистерий, к всеобщему изумлению содержит в себе сведения, подлинность которых может быть доказана современной наукой.

Автор - иерей Димитрий Сизоненко, журнал "ВОДА ЖИВАЯ"

 

       Недавно наблюдал такую картину. Еду утром на работу в троллейбусе. Всё как обычно, кондуктор ходит и с тихим ворчанием обилечивает пассажиров, кто-то разговаривает между собой, кто-то дремлет, покачиваясь в такт движения, и вот на одной из остановок входят дети-школьники (они обычно садятся здесь). Вроде все сели, но троллейбус стоит. Я ещё подумал:"Что так долго стоим?". И вдруг на передней площадке появляется маленькое чудо, в очках и с большим ранцем за плечами. Чудом оказался мальчишка возраста 8-9лет. До этого момента всё было, как прежде, а дальше вышла водитель из своей кабины и все услышали примерно такой монолог :"Слушай, дорогой, до каких пор я буду вечно тебя стоять и ждать, все дети как дети приходят загодя садятся и едут, а ты постоянно опаздываешь. Сколько можно испытывать моё терпение и терпение пассажиров. Выходи из дома немного пораньше." Потом она вспомнила, что видела, как  он неоднократно перебегал через дорогу перед идущими машинами и почему его одонго отпускают родители...

     Дальше я уже почти не слушал. Я смотрел на этого смешного человечка, который просто искал глазами место, где бы можно было приземлится. Я смотрел и думал про эту женщину-водителя, про людей вообще и про себя лично, наверно такое отношение к детям, к людям должно бы быть нормой, но сегодня это лишь исключение. Вот как-то так.

Всемирный фонд дикой природы в очередном докладе об экологической обстановке на планете бьёт тревогу: человечество потребляет на 50% больше ресурсов, чем Земля способна воспроизводить. Население растёт, и от этого проблема только усугубляется. Опасения экологов подтверждает и доклад Международного Красного Креста о природных катастрофах.

 

 

 

 

 

  

Любой, кто хоть иногда смотрит телевизор, должен заметить, как много катастроф и стихийных бедствий обрушивается на нашу планету. Из последнего — мощный тайфун на Филиппинах, который уже к утру 19 октября унёс жизни десяти человек. Такого этот архипелаг ещё не видел. Аномальная жара в России этим летом тоже многих повергла в шок. Кажется, с планетой что-то не так.

фонда дикой природы (WWF), на планете прежде всего всё плохо с экологией. Нарисованная ими картина в докладе «Живая планета» выглядит очень мрачно: человечество потребляет в полтора раза больше ресурсов, чем может воспроизводить планета, а популяции тропических видов животных стремительно сокращаются.

Доклад WWF «Живая планета» выходит раз в два года. Его называют одним из самых цитируемых и авторитетных в мире источников информации об экологической обстановке на планете. Разработкой доклада занимаются учёные из Лондонского зоологического общества и Всемирной сети экологического следа. Доклад определяет здоровье планеты по нескольким показателям: состояние популяций животных, использование природных ресурсов человечеством, использование возобновляемых источников энергии и ресурсов, количество пресной воды, потребляемой при производстве и т.д.

О животных

Индекс живой планеты оценивает состояние почти 8 тыс. популяций более 2,5 тыс. видов животных, растений и грибов. Эксперты выяснили, что с 1970 года (этот год принят за точку отсчёта для формирования индекса живой планеты) общее количество растений, животных и грибов на планете уменьшилось на 30%. Тропические виды за эти 40 лет пострадали больше всего: их популяции уменьшились на 60%.

Проблема развитых капиталистических стран в другом: они потребляют из недр земли слишком много ресурсов. «Пока жители бедных стран истребляют животных и растения со скоростью, которая может уничтожить привычный им мир, развитые страны придумали себе мнимый мир, благополучие в котором строится на чрезмерном потреблении энергоресурсов», — говорит директор международного секретариата WWF Джим Лип.

Для России есть, однако, один положительный момент: в Палеарктическом регионе, в котором находится наша страна, отмечается рост индекса живой планеты на 43%. Есть, правда, и проблемы. Координатор по биоразнообразию WWF России Владимир Кревер полагает, что в России по-прежнему находятся в критическом состоянии такие виды, как дальневосточный леопард и переднеазиатский леопард. В стране также резко сократилось количество белых медведей.

О людях

Человечество слишком много потребляет. Если так будет и дальше, к 2030 году человечество будет использовать вдвое больше ресурсов, чем способна воспроизводить наша планета. Активнее всего эксплуатируют ресурсы жители США и ОАЭ: для них этот индекс уже составляет 4,5, тогда как в среднем для планеты — 1,5. Среди других стран-«передовиков» называют Катар, Бельгию, Эстонию, Канаду, Австралию и Ирландию.

Россия в общем рейтинге на 40-м месте. Наша страна вносит свой вклад в разорение планеты тем, что слишком активно рубит леса, неэффективно использует земли под аграрные нужды и выделяет непозволительно много парниковых газов. А за последние полвека количество углекислого газа в атмосфере выросло в 11 раз.

Но куда больше вреда планете наносят развитые государства. На 31 страну, входящую в Организацию экономического сотрудничества и развития, приходится 40% мирового экологического ущерба. Страны БРИК — Бразилия, Россия, Индия и Китай — пока отстают от развитых государств по этим показателям и входят в зону риска: если они начнут потреблять столько же, сколько потребляют жители развитых государств, планета превратится в одну большую мусорку.

Впрочем, если не предпринимать никаких радикальных шагов по улучшению экологической обстановки, планета всё равно превратится в свалку примерно к 2050 году, когда население Земли вырастет до 9 млрд человек. В 2007 году население планеты составляло 6,8 млрд человек. При этом одной самых главных проблем на этой свалке станет доступ к пресной воде. Уже сейчас 71 страна мира испытывает более или менее сильный «водяной стресс». Среди стран с наибольшим расходом водных ресурсов четыре уже испытывают проблемы — это Китай, Индия, Пакистан и Таиланд. Не исключено, что международная политика уже недалёкого будущего будет вертеться не вокруг экономики и территории, а вокруг рек и озёр…

Скептики

Докладу WWF, впрочем, доверяют не все. Западная пресса отмечает, что в докладе эксперты наблюдали только за 2,5 тыс. видов живых организмов, в то время как на Земле их больше 2 миллионов. Может быть, имело смысл расширить список видов для мониторинга? Или специалисты WWF уделяют больше внимания именно тем видам, над которыми нависла угроза вымирания, при этом игнорируя те организмы, численность которых растёт?

Ещё одно упущение экспертов: они говорят о том, что больше всего энергоресурсов потребляют жители развитых государств, и одновременно боятся увеличения населения планеты. При этом возможный в будущем ущерб для планеты эксперты оценивают пропорционально росту населения и среднему коэффициенту для всех жителей земли — 1,5. Тот факт, что население планеты быстро растёт только в бедных странах Азии и Африки, где ущерб от деятельности населения не так значителен, не учитывается.

Взгляд со стороны

Почти одновременно с докладом WWF вышел  отчёт Международной федерации обществ Красного Креста и Красного Полумесяца, посвящённый природным катастрофам, с которыми сталкивается планета. По мнению экспертов Красного Креста, около 2,5 млрд человек, живущих в городах, подвергаются опасности катастрофы. Причём в будущем тайфуны и землетрясения будут ещё более разрушительными, чем землетрясение на Гаити, приведшее к гибели 230 тыс. человек.

Ситуация с природными катастрофами усугубляется ещё и тем, что впервые в истории число жителей городов стало больше, чем сельских жителей. Через 20 лет уровень урбанизации населения мира достигнет 60%. «Это приведёт к тому, что каждое землетрясение или каждый ураган в бедных странах, жители которых живут в городах, станут бедствием колоссального масштаба», — считает Дэвид Мельцер, вице-президент американского офиса Красного Креста. По его мнению, около 1 млрд человек живёт в трущобах, а это значит, что, если их настигнет беда, риск погибнуть у них гораздо выше, чем у жителей больших городов в развитых странах. При этом каждый год в результате землетрясения могут погибнуть 50 тыс. человек и около 100 млн людей могут пострадать от наводнения.

У жителей бедных стран нет никакой защитной инфраструктуры от катаклизмов, считают эксперты организации. Более половины из 37 городов Африки с населением более 1 млн человек расположены в прибрежной зоне ниже уровня моря. Поднимись море всего на полметра — и 2 млн жителей Александрии станут беженцами.

У Красного Креста своё объяснение, почему люди всё чаще становятся жертвами стихийных бедствий. Урбанизация — процесс постоянный. Большинство жителей бедных стран хочет жить поближе к морю, поскольку там можно заработать на туристах, там мягче климат и можно жить даже в трущобах. Кроме того, бедность не позволяет людям должным образом заботиться о своей безопасности. Что до экологии, то она не всегда играет решающую роль: мы стали чаще слышать о тайфунах потому, что население мира растёт, а значит, и гибнут люди чаще. Параллельно улучшаются и средства коммуникаций.

Что делать?

У человечества, по сути, есть два пути решения проблемы. Либо срочно сокращать количество вредных выбросов в атмосферу и потребляемых ресурсов, либо как можно быстрее работать над технологиями, которые позволят людям высадиться на планете типа Gliese 581G, которая очень похожа на Землю. В первом случае придётся заставить весь мир отказаться от массового потребления товаров и услуг, научить людей обходиться только самым необходимым. Это, конечно, исключительно сложно. Поверить в то, что человечество сможет колонизировать другие планеты уже через пару десятков лет, тоже невероятно. Остаётся ещё один, последний вариант: надеяться на то, что эксперты из WWF и Красного Креста сильно преувеличивают масштаб проблем.

Да, есть ещё один вариант — выключить телевизор или хотя бы реже смотреть новости.

 

Каждый вегетарианец спасает в год около ста животных, отказываясь от употребления в пищу мяса животных, рыбы, предпочитая искусственный мех натуральному. Вегетарианцы не только сохраняют жизнь животным, но помогают людям. Так, американский веган Линкольн в своё время дал свободу чернокожим. Нынешние звёзды тоже пекутся о благе животных. Неделю пекутся, другую. А потом надевают меховое манто и идут ужинать крольчатиной.

 

 

 

 

 

«До тех пор пока люди будут резать животных,
они будут убивать друг друга. И, действительно,
тот, кто сеет зерно убийства и боли,
не может пожинать радость и любовь».

                                                                                             Пифагор

 

          Давным-давно, когда женщина входила в пещеру первой, человек преимущественно питался тем, что можно было сорвать, найти или вырастить. Потому что достаточно редко удавалось кого-нибудь съедобного завалить, а потом зажарить. Да и для того чтобы зажарить, нужен был огонь, который не продавали в спичках, а молнии в деревья били не столь часто, как того бы хотелось. В любом случае человек прекрасно обходился подножным кормом, так как первоначально был ориентирован на растительную пищу. В пользу этого свидетельствует хотя бы следующий факт: у льва есть когти и клыки, а также он очень быстро бегает, поэтому может себе позволить быть хищником. Человек же начал есть мясо, скорее всего, потому, что ему нужна был тёплая шкура, так как в пещере не было центрального отопления. И из года в год об этом и многом другом задумываются всё больше людей, становясь вегетарианцами.

Вегетарианцы у руля

Но не только животных спасают вегетарианцы. Так, самый известный в Америке вегетарианец — 16-й президент США Авраам Линкольн — освободитель американских рабов, национальный герой американского народа и всё ещё самый любимый и популярный президент. Он был поистине великим политиком, который не понаслышке был знаком с такими качествами, как мораль, доброта, чуткость, сострадание, честность и сопереживание. На завтрак он ел хлеб, варенье, как правило, одно яйцо, кофе и оставлял в стороне мясо. Во время поджога конюшни Белого дома погибло шесть лошадей, и президент не счёл нужным скрыть слёз по этому поводу. По словам современников, он мог опоздать на встречу, потому что остановился вытащить из капкана свинью или ещё какое животное. Он говорил: «Я не смогу спать спокойно, если оставлю беспомощное существо погибнуть на месте». Именно из-за истинной любви ко всем живым существам Линкольн приложил все силы, чтобы к чернокожим начали относиться иначе. Если Авраам Линкольн плакал над животными, что уж тут говорить про людей. Линкольн был человеком, опередившим своё время во многих отношениях.

Не менее известный американец Генри Форд также был вегетарианцем и всячески стимулировал своих рабочих к самосовершенствованию. Так, непьющего и ведущего здоровый образ жизни рабочего раз в две недели ожидала награда в виде чека на энную сумму. Мало того что Генри Форд создавал средний класс, он также будил в каждом человеке ответственность не только за самого себя, но и за окружающих, что не могло не отразиться положительно на обществе в целом. Для СССР же имя Генри Форда тесно связано с развитием сельского хозяйства, так как советское правительство интересовалось недорогими и лёгкими тракторами фордзон, массовый выпуск которых для американского рынка развернул Форд.

Деятели культуры

Сэр Пол Маккартни является чуть ли не самым известным вегетарианцем современности. Он часто присоединяется к кампаниям по защите животных и окружающей среды во всём мире. Уже больше 20 лет вокалист The Beatles не притрагивается к бекону, потому что видит за ним живого поросёнка. Сэр Пол верит, что даже всемирно известный изготовитель гамбургеров McDonald’s когда-нибудь станет вегетарианским. В 2002 году господин Маккартни написал открытое письмо акционерам сети предприятий быстрого питания, в котором просил обратить внимание на то, в каких условиях выращивают животных, которых впоследствии закупает McDonald’s для своих нужд. А с 2008 года сэр Пол начал появляться на рекламных плакатах, пропагандирующих вегетарианство. На одном из них есть такая надпись: «Однажды, много лет назад, я был на рыбалке. Когда я подсёк рыбу и стал её тянуть, я вдруг осознал, что убиваю её. Что-то щёлкнуло внутри меня. Видя, как отчаянно рыба хватает ртом воздух, я вдруг понял, что её жизнь так же важна для неё, как моя жизнь для меня». Ринго Старр, барабанщик The Beatles, всячески поддерживает Пола в этом нелёгком, но благородном деле — отказе от мяса.

Келли Осборн, дочь известного своим не самым праведным и законопослушным образом жизни рокера Оззи Осборна, присоединилась к числу людей, которые борются за права тюленей, нещадно истребляемых у берегов Канады. Келли призналась, что считает своим долгом напомнить людям о том, что мех им вовсе не нужен, потому что они уже давно выбрались из пещер. Самое грустное во всём этом, считает Келли, что большинство детёнышей тюленей, которые ещё даже не поймали свою первую рыбёшку, умрут из-за своего меха и многие из них ещё будут живы, когда с них будут снимать шкуру.

Организация, защищающая права животных, PETA признала Энтони Кидиса, лидера Red Hot Chili Peppers, «самым сексуальным вегетарианцем». «Вскоре после того, как я стал вегетарианцем, — рассказывает Энтони Кидис, — я увидел документальный фильм про то, что творится на мясокомбинатах. После такого зрелища я понял, что сделал правильный выбор». А вот в группе Duran Duran все вегетарианцы.

Не отстают от западных коллег и российские исполнители. Надежда Бабкина, увидев однажды, как в деревне закалывают свинью, раз и навсегда отказалась от мяса. Певица отдаёт предпочтение овощам, а любимый десерт у неё — мёд с орехами. В повседневной жизни она ест каши на воде, овощи в любом проявлении, макароны с вегетарианским соусом. Вегетарианец с не меньшим стажем и Сергей Захаров, предпочитающий овощи, которые растут прямо рядом с его домом.

Светлана Владимирская стала вегетарианкой благодаря Евгению Осину, который, приходя к ней в гости и видя, что она готовит что-то из мяса, говорил: «Опять трупов варишь». А вот немецкий преступник Армин Майвес стал вегетарианцем после того, как в 2001 году убил и съел своего любовника Бернда Брандеса с его добровольного согласия.

Порядка 70% индусов — вегетарианцы. И большинство людей, практикующих йогу, отказываются от животной пищи. Растительная пища вместе с упражнениями даёт гораздо больший эффект. Актриса кино, театра и телевидения Глория Свенсон отказалась в своё время от мяса и приехала пропагандировать эту идею в СССР. Кроме того, героиня фильма «Бульвар Сансет» регулярно посещала занятия по йоге вместе со своей коллегой по цеху красавицей Гретой Гарбо.

Перевёртыши

Мадонна пришла к вегетарианству именно благодаря йоге и абсолютно не смотрится на свои пятьдесят. Но она пока ещё не способна отказаться от меха, поэтому возглавляет список самых безвкусно одетых знаменитостей. Список составляет организация по защите прав животных. А Марк Гловер, пресс-секретарь организации Respect for Animals, призывает людей перестать покупать альбомы певицы, пока она носит натуральные меха.

Летом этого года 14 российских суперзвёзд обнажились ради будущего планеты перед объективом. Ксения Собчак, Тина Канделаки, Ольга Шелест, Тутта Ларсен, Галина Степаненко, Сергей Филин, Егор Бероев, Артём Ткаченко, Пётр Фёдоров, Юрий Колокольников, Ирина Гринёва, Любовь Толкалина, Ольга Кабо и модельер Маша Цигаль таким вот способом решили привлечь внимание общественности к вопросам решения проблем экологии.

Интересно, что чуть меньше 15 лет назад самые красивые и высокооплачиваемые модели мира прошли обнажёнными по улицам Нью-Йорка. Наоми Кэмпбелл, Кейт Мосс, Эль Макферсон, Клаудия Шиффер, Синди Кроуфорд, Кристи Тарлингтон участвовали в акции «Я лучше выйду на улицу голой, чем надену шубу». Но сегодня фотографии Синди Кроуфорд и Наоми Кэмпбелл в шубках украшают страницы многих глянцевых журналов (а Синди Кроуфорд когда-то была активисткой PETA!). Девушки говорят, что участвовали в акции ради любой цели, кроме как той, что преследовали организаторы. Кейт Мосс и Клаудия Шиффер замечены в бесформенных овчинных полусапожках, что можно отнести к менее тяжким, но всё же грехам.

Дизайнер Маша Цигаль стала вегетарианкой после учёбы в Лондоне. Вот что девушка сказала в одном из своих интервью: «Да, я не ем мяса. Я люблю овощи, фрукты, мёд — всё время его ем. Сейчас у меня настоящий «медовый месяц»! Сам факт того, что пчёлы собирают нектар с прекрасных цветов, летят с ним в улей, строят соты, где потом этот мёд хранится, невероятен! Не понимаю, почему чёрная икра дороже мёда? Ведь мёд достаётся пчёлам гораздо сложнее». В своё время дизайнер отказалась и от использования меха в своих вещах, но всё меняется, сказала Маша и начала использовать в своих коллекциях «самый демократичный мех» — кроличий.

И если российскому дизайнеру за подобную «измену» пока никто и слова не сказал, то вот Джорджо Армани уже получил от активистов движения PETA (организация, защищающая права животных) «пинок». В одном из журналов появилась картинка, где у Армани искусственно удлинён нос. Так активисты сравнили дизайнера с Пиноккио, у которого нос удлинялся, как только он врал. Участники PETA напомнили Джорджо о нарушенном обещании не использовать мех.

Биоавто

Вегетарианцы спасают жизни животных, а некоторые люди хотят помочь планете, добровольно отказываясь от дизельных и бензиновых моторов в автомобилях, предпочитая им гибридные или электрические. Но пока что электромобили далеки от того, чтобы их широко использовать в массах, так как они имеют ряд недостатков: маленькую скорость, маленькую мощность и малое расстояние, которое они проезжают без подзарядки. Тем не менее пару лет назад по инициативе Путина все участники саммита «Большой восьмёрки», включая его, передвигались на электрокарах. Позже один из них был привезён в Сочи. Возможно, именно этот транспорт и будет обслуживать Олимпиаду 2014 года.

Пока инженеры трудятся над исправлением недостатков электромобиля, в гаражах знаменитостей, борющихся за экологию, всё чаще появляются гибридные автомобили. Гибридный автомобиль оснащён системой из двух двигателей — электрического и бензинового. Мощный бортовой компьютер решает, что должно работать в какой момент времени. Так, при передвижении по трассам включается бензиновый двигатель и подзаряжает аккумулятор другого, в городе же работает электрический. Такой двигатель позволяет сократить вредные выбросы в атмосферу на 90%, и при этом существенно снижается потребление бензина.

Одним из первых удачных автомобилей, оснащённых гибридным двигателем, стал Toyota Prius, разработанный компанией Toyota, расходующий 3,2 литра бензина на 100 км (в городе). Такое «зелёное» авто появилось у Леонардо Ди Каприо, Тома Хэнкса, Харрисона Форда, Чарльза, принца Уэльского, Сандры Баллок, Стинга и многих других знаменитостей.

 

Очень часто близким, родным, хорошим знакомым или просто приятным людям среди прочих пожеланий мы называем богатство. У многих людей богатство и изобилие выступают главной жизненной целью. Однако задумываемся ли мы над подлинным значением слова «богатство»? В высоком смысле оно означает, что богатство нельзя постоянно удерживать в своих руках. Чтобы оно умножалось и приносило радость богатством надо делиться!

 

 Среди высоких гор много лет жила в одиночестве одна мудрая женщина. Как-то, прогуливаясь вдоль ручья, она нашла драгоценный камень неописуемой красоты. Продолжая свой путь, ей вскоре встретился голодный путник. Не задумываясь, она открыла свою котомку, чтобы поделиться куском хлеба со встречным. Путник заметил камень и не мог отвести глаз — такую красоту он видел впервые в своей жизни. И тогда женщина решила подарить ему этот камень.

Странник продолжил свой путь, зная, что если он продаст этот камень, то получит столько денег, что будет жить безбедно всю оставшуюся жизнь.

Однако прошло всего несколько дней и он вернулся назад. С трудом отыскав женщину, странник вернул ей драгоценный камень, при этом проронил: «Я о многом думал по пути. Знаю, что этот камень стоит огромных денег. Но я пришел, чтобы вернуть его тебе, потому что рассчитываю получить от тебя кое-что гораздо ценнее. Мне очень хотелось, чтобы и у меня была такая же добрая душа, как у тебя, которая способна дарить такие ценные подарки».

58 слушали 1 копий [+ в свой плеер]

Слова её уличной песенки стали пророческими. Прозвище «воробышек Парижа» сопровождало её всю жизнь. «Воробышком Парижа» она умерла, «воробышком Парижа» её до сих пор помнит вся Франция.

 

 

 

 

 

 

 

 

Эдит Пиаф, 1948 год // Итар-Тасс

    «...Под шквал аплодисментов на сцену медленно вышла... пожилая некрасивая женщина... За свою жизнь мне неоднократно приходилось видеть удивительные преображения актёров, выходящих на сцену... Но то, что я увидел, — было чудо. Эдит после первых же нот стала красавицей. Да-да, красавицей в полном физическом смысле этого слова. И не грим, не профессиональная техника, не жёсткая актёрская дисциплина были тому причиной. Просто — фея искусства, прикоснувшись к ней своей волшебной палочкой, осуществила у меня на глазах чудесное превращение из андерсоновской сказки... Сама Франция с её радостями и горестями, трагедиями и смехом пела правду о себе...» — написал о ней Никита Богословский, запомнивший на всю жизнь её концерт на втором этаже Эйфелевой башни.

    Её карьера похожа на одну из многочисленных рождественских сказок про Золушку, на типичную голливудскую историю или на традиционное американское «ты тоже можешь стать президентом». «Бледная, непричёсанная, с голыми икрами, в длинном, до лодыжек, раздувающемся пальто с продранными рукавами», она обратила на себя внимание владельца одного из самых аристократических парижских кафе, случайно оказавшегося среди её слушателей на улице Труайон. О том, что было дальше, рассказала она сама в своей книге «На балу удачи»:

— Ты что, с ума сошла? — сказал он без всякого предисловия.— Так можно сорвать себе голос!

Я ничего не ответила. Разумеется, я знала, что такое «сорвать» голос, но это не очень меня беспокоило. Были другие, куда более важные заботы...

— Надо же мне что-то есть!

— Конечно, детка... Только ты могла бы работать иначе. Почему бы с твоим голосом не петь в каком-либо кабаре?

Я могла бы ему возразить, что в продранном свитере, в этой убогой юбчонке и туфлях не по размеру нечего рассчитывать на какой-либо ангажемент, но ограничилась лишь словами:

— Потому что у меня нет контракта!

И добавила насмешливо и дерзко:

— Конечно, если бы вы могли мне его предложить...

— А если бы я вздумал поймать тебя на слове?

— Попробуйте!.. Увидите!..

Он иронически улыбнулся и сказал:

— Хорошо, попробуем. Меня зовут Луи Лепле. Я хозяин кабаре «Джернис». Приходи туда в понедельник к четырём часам. Споёшь все свои песенки, и... мы посмотрим, что с тобой можно сделать.

    К этому моменту у двадцатилетней Эдит Гассион была уже очень содержательная биография. Вообще вся её жизнь буквально с первого дня была похожа на приключенческий роман с какой-то адской примесью фантастики, мистики, фильмов ужасов. И — рождественского чуда, которым, кажется, только и можно объяснить многие моменты её биографии, — недаром, видно, она родилась за несколько дней до Рождества. Как пишут в таких случаях, Дюма отдыхают, причём оба. Бог — или кто там наверху ещё этим занимается — точно отметил этого ребёнка ещё до его рождения...

    По легенде, мать родила её на улице, под фонарём, а в роли акушера выступал полицейский, пожертвовавший ради такого дела свой плащ. Было ли это на самом деле? Трудно сказать...

   В этой биографии вообще трудно определить, где кончается легенда и начинается быль. Когда смотришь сохранившиеся фрагменты её выступлений, видишь эту маленькую одинокую фигурку в простеньком платье-колокольчике до колен, выходящую на огромную сцену аристократической «Олимпии», то первое, что успеваешь подумать до того, как она начинает петь: «Так не бывает!» Образ Золушки, не успевшей до полуночи покинуть бал...

    Её жестикуляцию во время песен — она могла хлопать себя по коленкам, стучать кулаком по лбу, рубить воздух ладонью — можно было бы назвать нелепой, а то и просто вульгарной, если бы не подкупающая искренность и «детская» непосредственность, с которой всё это делалось. Эти искренность и непосредственность, фантастическая самоотдача, с которой она не пела, а проживала на сцене — каждую свою песню, заставляли сидящую в партере публику в смокингах, бабочках и бриллиантах также забывать о «приличиях» и, вскакивая с мест, выбегая к сцене, неистово скандировать: «Пи-аф, Пи-аф!» Ну и, конечно, голос! Мощный, почти по-мужски низкий голос Пиаф был словно создан для того, чтобы заставить парижский бомонд поверить в правдивость того, о чём она пела...

    Брошенная родителями — бродячими артистами, она росла в публичном доме, который содержала её бабка. Уже здесь она впервые узнала, что такое популярность и слава, — «сотрудницы» заведения души не чаяли в ребёнке. Хорошо известно, что самая набожная профессия в мире — профессия проститутки. Поэтому, когда Эдит в три года ослепла, весь публичный дом в полном составе отправился в церковь молиться о её исцелении. Через неделю ребёнок прозрел.

    Было ли это на самом деле? Трудно сказать...

    Трудно сказать, были ли в её жизни четыре автомобильные катастрофы, белая горячка и безумие, наркомания и алкоголизм, попытка самоубийства, афера со спасением французских военнопленных из немецкого лагеря... — и Слава. Слава, переходящая в поклонение, в культ, такая Слава, ради которой любой настоящий художник без колебаний согласился бы повторить всю её судьбу. Похоже на правду — но ведь так не бывает!

   Эта «маленькая гордая птичка» ещё сомневалась, идти ли ей в понедельник в «Джернис», — ведь ей «нечего было надеть»! Но тут уже сам Бог — или кто там наверху ещё этим занимается, — видно, не смог больше оставаться в стороне... В этот день умерла Эдит Гассион и родилась великая Пиаф:

— И вот ещё что. У тебя нет другого платья?

— У меня есть чёрная юбка — лучше этой, и, кроме того, я вяжу себе свитер. Но он ещё не закончен...

— А к пятнице ты успеешь закончить?

— Наверняка!..

— Как тебя зовут?

— Эдит Гассион.

— Такое имя не годится для эстрады.

— Меня зовут ещё Таней.

— Если бы ты была русской, это было бы недурно...

— А также Дениз Жей...

Он поморщился.

— И всё?

— Нет. Ещё Югетт Элиа...

Под этим именем я была известна на танцевальных балах. Лепле отверг его так же решительно, как и остальные.

— Не густо!

Пристально и задумчиво посмотрев па меня, он сказал:

— Ты настоящий парижский воробышек, и лучше всего к тебе подошло бы имя Муано (Moineau — фр. «воробей»). К сожалению, имя малышки Муано уже занято! Надо найти другое. На парижском арго «муано» — это «пиаф». Почему бы тебе не стать мом (Momе — фр. «малютка, малышка» (франц.) Пиаф?

Ещё немного подумав, он сказал:

— Решено! Ты будешь малышкой Пиаф!

Меня окрестили на всю жизнь…

     «Джернис» было не просто кафе на Елисейских Полях — это был своего рода клуб, постоянное место встреч многих представителей парижского бомонда, известных художников и артистов. Его завсегдатаи кое-что понимали в искусстве вообще и в эстраде в частности. Так что шансов завоевать признание у этой публики, слышавшей Мистингет, Далиа, Фреель, Мориса Шевалье, Мари Дюба, у воспитанной в публичном доме, дурно одетой и привыкшей к совсем другому контингенту слушателей Пиаф было немного.

      Её дебют, состоявшийся всего через несколько дней после первой встречи с Лепле, был во многом символичен. Впоследствии это стало её стилем, визитной карточкой — она не пыталась притворяться светской дамой, не пыталась скрыть свои дурные манеры, а просто оставалась самой собой, каждый раз заново проживая на сцене очередную песню. Удивить эту видавшую виды публику одним только голосом было бы невозможно — богатая история французского шансона знавала голоса и получше.

      Пиаф словно переходила на «ты» с каждым своим слушателем, заглядывала в глаза и в душу, забыв об условностях хорошего тона, пыталась рассказать им самое сокровенное о себе. К таким отношениям эти «фраки и бриллианты» не привыкли. Такого откровения их правила не предусматривали даже между людьми близкими. Но простые человеческие чувства востребованы везде и всегда. Возможно, будь она чуть лучше воспитана, не стала бы великой Пиаф...

— Твоя очередь!.. Пошли!..

— Но...

— Знаю. Надень свой свитер! Будешь петь так...

— Но у него лишь один рукав!

— Что из того? Прикроешь другую руку шарфом. Не жестикулируй, поменьше двигайся — и всё будет хорошо!

Возразить было нечего. Спустя две минуты я была готова к первому выступлению перед настоящим зрителем. Лепле лично вывел меня на сцену...

Прислонившись к колонне, заложив назад руки и откинув голову, я начала петь… Меня слушали. Мало-помалу мой голос окреп, вернулась уверенность, и я даже рискнула посмотреть в зал. Я увидела внимательные, серьёзные лица. Никаких улыбок. Это меня ободрило. Зрители были «в моих руках». Я продолжала петь, и в конце второго куплета, позабыв об осторожности, к которой призывал мой неоконченный свитер, сделала жест, всего один — подняла вверх обе руки. Само по себе это было неплохо, но результат оказался ужасным. Мой шарф, прекрасный шарф Ивонн Балле, соскользнул с плеча и упал к моим ногам. Я покраснела от стыда. Теперь ведь все узнали, что свитер был с одним рукавом. Слёзы навернулись на глаза. Вместо успеха меня ждал полный провал. Сейчас раздастся смех, и я вернусь за кулисы под общий свист...

Никто не рассмеялся. Последовала долгая пауза. Не могу сказать, сколько она длилась, мне она показалась бесконечной. Потом раздались аплодисменты. Были ли они начаты по сигналу Лепле? Не знаю. Но они неслись отовсюду, и никогда ещё крики «браво» не звучали для меня такой музыкой. Я пришла в себя. Я боялась худшего, а мне была устроена «бесконечная овация». Я готова была расплакаться. Внезапно, когда я собиралась объявить вторую песенку, в наступившей тишине раздался чей-то голос:

— А их у малышки, оказывается, полным-полно за пазухой!

Это был Морис Шевалье…»

     Потом был концерт в «Медрано» вместе с Шевалье, Дюба, Мистингет, концерт в знаменитом мюзик-холле ABC, после которого её назвали «великой», был триумф 40—50-х годов... И одновременно с этим — калейдоскоп мужей и любовников, тяжёлые травмы — духовные и физические, наркотики, алкоголь, психиатрические лечебницы...

     Говорят, великий Чарли Чаплин, впервые увидев и услышав Пиаф, сказал, что она на эстраде делает то же, что он — в кино. Это правда, но только отчасти. Герой Чаплина — «маленький человек», пытающийся внешней атрибутикой — котелком и тростью — обозначить свою принадлежность к «людям из общества», своего рода ребёнок, подражающий взрослым, старающийся быть как большой. Именно этим контрастом огромных, вечно сваливающихся штанов, куцего сюртучка — и котелка с тросточкой и достигался первичный комический эффект.

      Пиаф всю жизнь играла на сцене только саму себя — девочку из бедных кварталов Парижа, женский аналог Гавроша. Однако по сути эти образы были действительно похожи...

     В 61-м году ей поставили страшный диагноз — рак печени, после чего она прожила ещё два года, успев за это время ещё раз — четвёртый — выйти замуж. Муж, грек, бывший на двадцать лет моложе её, настаивал на церковном браке по православному обряду — и Пиаф пришлось принять православие. За три недели до смерти она дала свой последний концерт — на Эйфелевой башне...

Такая вот жизнь, ставшая легендой.

А может, легенда, ставшая жизнью?

Было ли это на самом деле? Трудно сказать...

Астрофизики стоят на пороге одного из самых потрясающих открытий за последние полвека. Независимо друг от друга две группы исследователей заявили о том, что нашли предварительные доказательства того, что наши базовые представления о Вселенной, её возникновении и истории должны быть в корне пересмотрены.

 

 

 

 

 

        Помните, как у Борхеса? «Идея абсолютного пространства... которое для Бруно было освобождением, стала для Паскаля лабиринтом и бездной. Этот страшился Вселенной и хотел поклоняться Богу, но Бог для него был менее реален, чем устрашающая Вселенная. Он сетовал, что небосвод не может говорить, сравнивал нашу жизнь с жизнью потерпевших кораблекрушение на пустынном острове. Он чувствовал непрестанный гнёт физического мира, чувствовал головокружение, страх, одиночество и выразил их другими словами: «Природа — это бесконечная сфера, центр которой везде, а окружность нигде».

Кажется, эти времена возвращаются снова. Современная космология обязана своим формированием созданной Альбертом Эйнштейном общей теории относительности. Ключевыми для наших сегодняшних представлений об истории Вселенной стали работы наших соотечественников — Александра Фридмана, описавшего расширение Вселенной и предположившего, что она должна была возникнуть из какого-то компактного состояния, и Георгия Гамова, создавшего концепцию Большого взрыва. Уже в середине ХХ века было доказано расширение Вселенной, а затем и открыто предсказанное Гамовым пронизывающее весь космос слабое микроволновое излучение — остаток первоначального взрыва.

До последнего времени это излучение считалось достаточно однородным. Однако в последние годы, при более тщательном анализе данных, полученных с космических спутников, эта однородность стала подвергаться сомнению.

В ноябре 2010 года Роджер Пенроуз из Оксфордского университета и Вахе Гурзадян из Ереванского госуниверситета объявили о том, что на карте фонового микроволнового излучения ими найдены кольцевые концентрические паттерны.

По мнению учёных, именно такие следы должны остаться на реликтовом фоне, если Вселенная не возникла когда-то в один момент Большого взрыва, но была всегда, просто периодически расширялась и сжималась. Каждый цикл расширения заканчивался сжатием, после которого происходил новый Большой взрыв и расширение. Такая циклическая Вселенная должна быть похожа на матрёшку: каждое её предыдущие состояние содержится в последующем. И нынешняя Вселенная должна «помнить» о предыдущей, во всяком случае о её последних днях, когда сжимавшаяся Вселенная коллапсировала в катастрофических столкновениях немногих оставшихся гигантских чёрных дыр.

Концепция циклической Вселенной противоречит общепринятой космологической теории, до последнего времени предполагавшей, что даже задавать вопрос о том, что было до Большого взрыва, просто бессмысленно, а мир — вместе с пространством и временем — возник из сингулярности, в ходе катастрофического и единичного события.

Почти одновременно с публикациями материалов Пенроузом и его коллегой из Армении другая группа исследователей — Стивен Фини и Хиранья Пейрис из Лондонского университетского колледжа, Мэтью Джонсон из канадского Института теоретической физики «Периметр» и Дэниэл Мортлок из лондонского Имперского колледжа — заявила, что в эхе Большого взрыва нашли кое-что ещё. Сформулированная ими концепция непрерывной инфляции (порождения) Вселенной предполагает, что видимая нами Вселенная — лишь одна из множества других, существующих в каком-то большем по размеру космосе. Этот космос наполнен многочисленными «пузырями» вселенных, внутри которых могут действовать и другие законы физики.

У этих «пузырей» может быть бурная история взаимодействия. Если так, то их столкновения должны оставить на них «космические синяки», следы которых и могут быть видны на фоне пронизывающего нашу Вселенную микроволнового излучения. Стивен Фини и его коллеги считают, что они действительно нашли некоторые свидетельства в пользу этой концепции — как раз в форме кольцевых паттернов космического фона. На карте микроволнового излучения, в своё время полученной американским космическим зондом Wilkinson Microwave Anisotropy Probe, они обнаружили четыре таких паттерна. По мнению учёных, это говорит о том, что наша Вселенная уже несколько раз сталкивалась с другими мирами.

Для современной космологии свидетельство того, что существуют и другие вселенные, помимо нашей, — это удивительный результат.

Конечно, не исключено, что всё это всего лишь обман зрения. На карте фонового излучения, как и на любой картинке со случайным визуальным «шумом», можно найти при желании всё что угодно. Когда только была составлена первая относительно подробная карта фонового излучения, астрономы вполне успешно развлекались тем, что находили на ней образы, похожие на буквы, цифры и даже надписи (не говоря уже о чёртиках, ликах святых и т.д.). Правда, в пользу концепции Фини и его коллег говорит то, что они не выискивали кольцевых структур, но отправили на их поиск специальную программу, которая самостоятельно, без вмешательства человека, должна была находить (и вроде бы нашла) аномалии в распределении температуры излучения.

Мнения коллег астрофизиков разошлись. За пару недель, прошедших с момента публикации препринта Пенроуза и Гурзадяна, несколько исследовательских групп подтвердили их выводы, другие же их опровергли. Возможно, та же неопределённость мнений ждёт и работу Фини и его коллег.

Единственный на сегодняшний день способ проверить справедливость концепций цикличной Вселенной и непрерывно возникающих вселенных — дождаться новых данных наблюдений. И скоро они будут получены с космического аппарата «Планк», специально запущенного на орбиту для нового сканирования микроволнового фона, только уже с на порядок большим разрешением и точностью, чем это делал когда-то зонд WMAP.

Примерно через два года астрофизики получат новый массив информации, при анализе которого загадочные кольца на фоне или станут более чёткими, или растворятся в шуме помех, как это однажды произошло со знаменитым «лицом на Марсе», вроде бы отчётливо видимым на фотографиях, переданных на Землю с «Викинга-1». На снимках с большим разрешением стало очевидно, что никакого лица на поверхности Марса нет, а кажущееся «лицо» — только случайный обман зрения, вызванный удачным сочетанием угла съёмки и падающей тени.

Впрочем, независимо от того, подтвердят данные с «Планка» новые космологические теории или нет, они многое прояснят в наших представлениях о Вселенной. Или, может быть, всё-таки вселенных?

Персидская притча

Волк, лиса и лев решили охотиться сообща. Дела пошли у них хорошо — они поймали козу, оленя и зайца.

— Дели добычу, — обратился лев к волку. — Только по справедливости.

— Хорошо, — согласился волк. — Козу, я полагаю, надо отдать тебе, зайца — лисе, а себе я возьму оленя.

Услышав это, лев разгневался и растерзал волка.

— Теперь дели ты, — сказал он, обращаясь к лисе. — Только по справедливости.

— С удовольствием, — сказала лиса. — Пусть коза будет тебе на завтрак, заяц — на обед, а олень — на ужин.

— Вот это правильно, — сказал лев. — Кто научил тебя так хорошо делить?

— Лежащий возле тебя растерзанный волк, о мой повелитель! — ответила лиса.

Георгий Осипов

Под Синатру не валяют дурака, с ним взрослеют, совершенствуя высшую форму лицедейства — умение скрывать свои чувства под маской лирического героя. Как ни странно, к этому гению модно относиться скептически. И чем выше градус невежества и чванства, тем сильней недоверие.

 

 

 

 

 

 

 

 

    Синатру после пятидесяти трудно представить без аннотации с обратной стороны обложки диска, цель которой (с помощью юмора и ностальгии) убедить покупателя, что пластинка — удачная, песни на ней — хорошие, а Фрэнк — как всегда, в отличной форме. Постепенно от такой практики решили отказаться. На двух «провальных» (с коммерческой точки зрения) альбомах А Man Alone и Watertown сопроводительный текст отсутствует. Вся надежда на самостоятельность слушателя, достаточно зрелого, чтобы обходиться без дружеского увещевания профессиональных апологетов всего, что делает Фрэнк. А напрасно. Миниатюра, разъясняющая цель и достоинства новой работы артиста, нередко соперничала в блеске и точности с интерпретацией очередного цикла спетых им песен. Лучшие мастера в этом субжанре (в первую очередь Стэн Корнин) сумели взойти на уровень «парчовой» прозы Ивана Бунина.«Провальные» альбомы у Фрэнка Синатры? Для убеждённого (и убедительного) пассеиста и консервативного романтика провал почти всегда равноценен триумфу. Иногда количество проданных экземпляров уступает даже Velvet Underground!

       25 тысяч для всей Америки. Такая цифра заставляет задуматься о зловещей статистике не разочарованных, а усопших. Неужели вымерли люди, способные это оценить? И одиночество того, кого разлюбили, сменяется одиночеством отстающего от жизни старика.         «I don’t live today», — декламировал самый смелый (и талантливый) новатор поп-музыки Джими Хендрикс (как раз в период A Man Alonе и Watertown), чьи альбомы выходили на лейбле ретрограда Синатры Reprise. «Я не живу сегодняшним днём».

      В своём «восстании против современного мира» Фрэнк сделал впечатляюще радикальный шаг. В самый разгар увлечения молодёжи, с одной стороны, фольклором, с другой — сугубо танцевальной музыкой, он выпускает целый диск баллад начала века, исполненных в ритме… вальса. Отвергнув безотказные (в плане воздействия на душу) блюзовые клише, Синатра зовёт избранных в позавчерашний день, куда живому современнику путь заказан. Даже замена изначального названия Come Waltz With Me («Давайте повальсируем») на красноречивое All Alone не спасла альбом от коммерческого провала.  Эротический нордизм «арийского» вальса увёл из-под гипноза африканских ритмов ничтожное число народа. All Alone стал символом сопротивления обособленных личностей статистическим химерам массовой культуры. Голос Синатры укрепил их нравственный и эстетический иммунитет.  Как ни странно, к этому гению модно относиться скептически. И чем выше градус невежества и чванства, тем сильней недоверие. В наше время ложные специалисты могут спать спокойно, ибо поутру никто не станет опровергать их «мнения» и «сведения», кочующие из буклета в буклет. Чем очевидней отсталость, тем «хуже» Фрэнк. «По нему хорошо учить английский», — глумились сквозь зубы провинциальные снобы моей юности, не находя себя среди образов, рождаемых в мистических зеркалах голосом Фрэнка. «Даже у параноиков могут быть настоящие враги», — уверял наставник Лу Рида, поэт Делмор Шварц. Пожалуй, нет и не было у параноидальных сторонников прогресса и обновления в этом мире более действенного врага, чем Фрэнсис Альберт Синатра. Уже зрелым артистом, успев побывать на вершинах успеха и славы, Синатра познал вероломство толпы. Профаны повторяют что-то о «проблемах с голосом» в начале 50-х. Это, разумеется, вздор — голос и материал Фрэнка того времени звучат безупречно. Полосы убогого бесплодия длятся у целых сословий, племён и поколений гораздо дольше, чем у отдельного художника или мыслителя, и никто их этим не попрекает.

Поколение 70-х (моё поколение) воспитано далеко не на Синатре. Потому из него и выросли лопухи Teenage Wasteland. Помойная пустошь испорченного вкуса. Жуткий комфорт на курьих ножках, где столетняя Баба-Яга одной рукой подстригает ногти семидесятилетнему Иванушке-дурачку, а другой рукой держит маятник.

«Скрипки давят» — так звучит коллективная жалоба не желающих умнеть вандалов, чей инфантилизм с возрастом лишь усугубляется. «Синатра и струнные» — это, возможно, высочайшее сочетание безмолвия со звуком, иерогамическое нарушение тишины на грани двух миров. Формула, прописанная крупнейшими знатоками музыкальной алхимии. Напомним имена: Гордон Дженкинс, Феликс Златкин, Аксель Стордаль (Фрэнк называл его Gentle Svede — Благородный Швед), Дон Коста.

      Поколение 70-х в равной мере лишено чувства юмора и меланхолии. Это дегенераты, одинаково достойные пера Фолкнера и врачихи ВТЭК. Ни от кого другого мы не слышали столько глупостей в адрес артистов старой школы. При этом Фрэнка, несмотря на регулярные «разоблачения», никогда особо не запрещали. How Little We Know — песня с пикантным подтекстом, выходила ещё при Хрущёве. Не говоря уже о 60-х, когда небрежно-пародийная Strangers in the Night была принята за чистую монету. А за ней и Something Stupid, и Forget Domani, и панихидная The World We Knew, как шутили тогда свободные умы, «с пердячим фуззом». Фузз действительно звучит глумливо, почти как у Stooges два года спустя. Но и вещь сама по себе — классический китч. Медлячок для вожделеющих мещан, и ничего больше. Вероятно, Фрэнк компенсировал таким образом недостаток массовой популярности своих более элитарных опытов. Ведь он прежде всего самобытный интерпретатор песенной классики, а не попсовик-подёнщик. Фрэнк делает песню, а не наоборот. Однако и среди заезженных, даже постылых шлягеров, рассчитанных на многократную эксплуатацию, им созданы шедевры. Сентиментальная It Was A Very Good Year Ирвина Дрейка способна очаровать поклонников Леонарда Коэна, циничная That’s Life, «Зелёные яблочки» (сколько можно!), By The Time I Got To Phoenix (когда ты уже доскачешь!?) с дивным акустическим аккомпанементом Джеймса Бертона…

     Перфекционизм Синатры беспределен, как восторг человека (опять же), готового его оценить. Какие слёзы слышны, когда он поёт одиозные «Шербурские зонтики», какая неподдельная «пьяненькая печаль» видится нам в финале пафосно-опереточной You Gonna Hear From Me!.. На фестивале в Монтерее Хендрикс внезапно переходит на Strangers In The Night, и это смотрится как ироничный кивок (каким бы ни был градус безумия) ветеранам шоу-бизнеса, чей возрастной удел — «Белорусский вокзал», а не соперничество с лохматыми идолами эры Водолея.

       В репертуаре Синатры практически нет песен, написанных специально для него (первый исполнитель Strangers In The Night — молодой крунер Джек Джонс), основная часть материала принадлежит первой половине ХХ века. И это с современной точки зрения большой недостаток. А где же «своё»? Читателю наверняка хорошо знакомо чувство неловкости, возникающее, когда местная дама поёт джазовый стандарт. Женский стиль становится стилем именно дамским, угловато-жеманным. Стилистически верным ходом было бы не раскрывать рта после Пеги Ли и Нэнси Вильсон, а, наоборот, закрыть его навеки. Мужская романтика Синатры в неумелых руках также превращается в манерные жалобы «жёлтых ангелов», которым, собственно, грех на что-либо жаловаться.

       Там, где не воспринимается Фрэнк («скрипки давят»), за «Фрэнка» прохиляет и Джим Моррисон, чьей главной трагедией можно считать то, что он не дожил до «Кинотавра». Soft Parade — самый «синатровый» альбом The Doors. Неприятная взрослому человеку манерность липнет к статуарной меланхолии первоисточника, как плесень к подножию памятника, осквернённого в осеннем парке. Среди современных ему коллег наиболее высокой похвалы от Синатры удостоились италоамериканец Вик Дамон и англичанин Мэтт Монро, овладевший интонацией Фрэнка столь совершенно, что подчас в сходстве их голосов слышится нечто зловещее.

     Под Синатру не валяют дурака, с ним взрослеют, совершенствуя высшую форму лицедейства — умение скрывать свои чувства под маской лирического героя. Силуэт Фрэнка между уличным фонарём и фиолетовой рябью тротуара, за извилистым иероглифом сигаретного дыма его усталые глаза — вот она, новизна в уже отработанном, сформировавшемся стиле. Вот она, атмосфера одиноких баров. Проясняющее загадочный перевод слова «бар» в старых словарях — «буфет-американка».

     Синатра олицетворяет жизнеспособный неоклассицизм в эпоху однодневок, подключённых к кардиостимулятору. «Фильмы «новой волны» нагоняют тоску, наверное я тупой, ну да, бестолковый», — упивается Лу Рид ущербным оптимизмом инвалида в песенке Rock’n’roll Heart. Голос, говорят, сел — потому что пьёт и курит. «Жуткие аранжировки, и вообще, Синатра всё хуже и хуже», — судачат в каптёрках рядовые члены интернационала ничтожеств. Но истина, как мы уже знаем, на обратной стороне обложки. Там, где текст. Ну а вокал — это уже «устная Тора», о существовании которой знают строго посвящённые, чья численность и опасность колеблется в зависимости от воображения и неустойчивой психики.

    «Кажется, я проглотил рюмку», — шутит Синатра, прокашливаясь в студийный микрофон. На сеанс звукозаписи он является в блейзере с лихой надписью «American Drinkin’ Team» («Сборная алкоголиков США»). Дирижёр Билли Мэй, с которым певец записал свои лучшие свинговые альбомы, долгие годы работал под девизом «Пить только на рабочем месте!». Буфет-американка — это переговорный пункт с миром несбывшегося, где ждут своего вызова в кабину «только те, кому одиноко» (Only The Lonely). В заведениях такого сорта не принято говорить о пустяках. Если в прошлом и были ошибки, то грандиозные. Если в будущем и есть какие-то дела, то это великие дела. «Без четверти три — в баре никого, кроме нас с тобой, Джо. Доставай стаканы, мне есть что тебе рассказать…» — и нарастающий гул небытия, островок измученной души, ускользающий в космический озноб одиночества. Пьеса One For My Baby закрывает и тему, и концептуальный альбом Only The Lonely, для которого Фрэнк и Нельсон Риддл отобрали (не считая специально написанной заглавной пьесы) десять самых банальных мелодий, с детства знакомых рядовому американцу, предельно их замедлив и затемнив, словно силуэты портовых верфей и кранов в лиловом холоде мерцаний… Ничего более скорбного и пронзительного великий певец с великим аранжировщиком не создадут. Как, впрочем, и кто-либо ещё, кроме них. В 1958-м рок-н-ролльном, заметим, году.

     Правомерно ли утверждать, что в лице Синатры мы видим пример того, как разгорается творческий рассвет в период угасания жизненных сил? Его великий соплеменник Гвидо Кавальканти ещё в эпоху Данте утверждал, что «лучшие стихи пишутся после тридцати». С другой стороны, Тютчев имел мужество видеть, что «старческой любви позорней сварливый старческий задор». Старый идиот — молодящийся умник. Старый денди… впрочем, не бывает молодых денди. Дендизм и молодость несовместимы. Фрэнк, Шарль Азнавур, Сонни Бой Уильямсон — в потугах вообразить их юнцами есть нечто скабрёзное.

     Свой полувековой юбилей перец отметил очередным концептуальным альбомом «Мои сентябрьские года» (September of My Ears). Надёжный и опытный Гордон Дженкинс с помощью проверенной магии струнных воссоздал атмосферу осени — последнего времени года, когда «душе ещё страшней следить, как умирают в ней все лучшие воспоминания». Синатра поёт о старости, почти воспевая сам процесс старения, без содрогания. Казалось, он готов был петь на эти темы лет с девяти. Разве он был молод и неопытен, когда с почти физической болью произносил «I'm a fool to want you»?

    Отогнать от себя призрак Синатры тщетно пыталось не одно поколение «бунтарей». Теперь ветеранчики этого «бунта» требуют льгот, орденов и компенсаций, тыча в объектив культи и костыли. Только увечья и дефекты эти у них врождённые, а не добытые в боях с выходцами с того света. В результате они лишь глубже загоняют себя в бомжатник, максимально отдалённый от Вкуса и Стиля с большой довоенной буквы.

     Феномен Синатры возник в Америке Линдберга и Форда, Дэшила Хэммета и Уильяма Фолкнера, Джорджа Гершвина и Ирвина Берлина — богатырей, способных не только на изящный педоватый замах, но и сильный удар (the Hit), достойный оставить след в истории. Отсутствие Синатры там, где он должен быть, создаёт паническую пустоту, обвеваемую трепетными бризами скорбящих скрипок. «Я там, где чувство», — говорил Генри Джеймс, оправдывая своё присутствие на деревенских похоронах. Бэлу Лугоши хоронить было не на что, и Фрэнк Синатра оплатил вечный покой экранного Дракулы. Несмотря на то что имя одиночкам — легион, они никогда не станут коллективом, не создадут профсоюз, барахтаясь в невесомости своего одиночества. Праздные астероиды галактики Синатры, нарезающие круги в ритме чувственного вальса вокруг своего сумеречного осеннего светила.

     Осенним может быть либо возрастной склад ума, либо грусть, не отягчённая конкретной причиной. В сентябре приходит первая и последняя любовь. В сентябре — тысяча дней, уверяют нас поэты. А в голосе Фрэнка — тысяча таких сентябрей.

 Частный Корреспондент

Притча от Корнелия Виссарионова

Шёл снег. Зимой это обычное дело. Погода была безветренной, и большие пушистые снежинки неспешно кружили в причудливом танце, медленно приближаясь к земле.

Две снежинки, летевшие рядом, решили затеять разговор. Боясь потерять друг друга, они взялись за руки, и одна из них весело говорит:

— Как хорошо лететь, наслаждаться полётом!

— Мы не летим, мы просто падаем, — грустно отвечала вторая.

— Скоро мы встретимся с землёй и превратимся в белое пушистое покрывало!

— Нет, мы летим навстречу гибели, а на земле нас просто растопчут.

— Мы станем ручьями и устремимся к морю. Мы будем жить вечно! — сказала первая.

— Нет, мы растаем и исчезнем навсегда, — возражала ей вторая.

Они закончили свой разговор и разжали руки. И каждая из них полетела навстречу той судьбе, которую выбрала для себя сама.

Источник: прислано читателями

Тони Парсонс. «Сколько бед принесли этой планете мужчины, желавшие во что бы то ни стало быть жестче. От бесчисленных войн и преступлений до супружеской драки сковородками на кухне соседской квартиры… Будет неплохо, если в один прекрасный день наша крутизна — то есть способность адекватно отвечать на насилие — отвалится за ненадобностью вместе с наркотиками, юношеским онанизмом и привычкой щипать за попу привлекательных официанток. Но беспощадный закон природы кричит о том, в чем мы боимся признаться даже шепотом. Все мужчины хотят — мечтают, жаждут и алчут — быть крутыми. И в тайне боятся, что никогда не будут круты в достаточной мере».
Когда я хоронил своего брата я не смог сдержаться. Мне было больно, стыдно и обидно, что так всё произошло. Прошло уже много лет, но до сих пор, как вспомню - комок в горле.

Единственный способ преодолеть свой страх – сделать шаг, не раздумывая. Сделать шаг спонтанно и резко, твердо и уверенно. Порой любая мелочь, даже неотвеченный звонок может сильно пошатнуть нашу уверенность в себе. Не поддавайтесь на это! Любое действие имеет вполне объяснимую причину. Уверяйте себя в этом!