На лестничной площадке у лифта было оживленно. Веселая компания с лыжами, санками и надувными пампушками буквально вывалилась из небольшой кабинки. Едва проскользнув между закрывающимися дверками внутрь лифта, натолкнулся на серьезный женский взгляд. Единственная молодая женщина изучающе смотрела в упор. Стало неловко.
Я прокачусь с вами до шестого… неуверенно промямлил я, нажав кнопку с номером шесть рядом с подсвеченной десяткой.
Она не ответила, но не стала демонстративно кутаться в большой воротник белой меховой куртки, чтобы отстраниться от незнакомца.
Ничего, что я без билета? неожиданно для себя самого ляпнул я первое, что пришло в голову. И тут же мне показалось, что там прозвучало:
Я не контроллер, но лицо незнакомки не выражало никаких эмоций.
Оформлять не будем?
Она промолчала, и мне пришлось продолжать самому.
Ну… Сегодня же праздник.
Какой же? строго подведенные брови чуть приподнялись.
Двадцать пятое… Татьянин День.
Чувственные губы едва тронула улыбка.
Наверное вы были отличницей в институте и ночные бдения в студенческом общежитии обошли стороной?
Я жила у тётушки на Воробьевых горах неподалёку от МГУ.
Света из университета, промелькнула в меня в голове старая студенческая дразнилка.
У меня другое имя…
Это было сказано снисходительно. Эдаким вежливым отказом в знакомстве, что лишь подзадорило меня.
А как же гадания и просьбы к заступнице Татьяне от грешной души перед экзаменом?
Она лишь чуть притронулась щекой к мягкому воротнику своей куртки, словно давала понять, что в заступниках не нуждалась.
Вы же неверующий…
Ну, да… Вырос в стране атеистов и пионеров… Но любил послушать орган в храме.
Католик?
Нет, просто попал однажды на службу и это произвело впечатление. А однажды…
Я осёкся, вдруг поймав себя на мысли, что хотел рассказать одну интересную историю из своей непутёвой жизни, но незнакомка с интересом смотрела на меня, ожидая продолжения. И тут «Остапа понесло»…
У нас у группе был Игорь, который однажды в горячем споре едва не выкрикнул мне в лицо, что безбожникам не место в науке. Ну, я за словом в карман никогда не заглядывал, и ляпнул, что готов хоть завтра креститься, да не у кого…
Моя слушательница заинтересовалась, ожидая продолжения.
Игорь оказался Изей, и выложил, что у него родственники в Иерусалиме, и могут организовать нам поездку к границе с Иорданией по той самой реке… Где Христа крестили… Мы как раз летнюю сессию сдали и готовы были рискнуть.
Заинтригованный взгляд незнакомки не отпускал меня.
Через пару недель мы уже были на Святой земле. Вместе с билетами у наглецов было согласие от какого-то местного батюшки, что он готов нас крестить в Иордане… Теперь я бы и не подумал о том, что такое возможно, но заступница Татьяна помогла.
Незнакомка улыбнулась и укоризненно покачала головой.
Да, правда… Фотки остались… Вот те крест! – неожиданно выпалил я как самый веский аргумент.
Ты же не носишь крестик.
Это было правдой, но как она узнала? Я стал оправдываться.
Надевал перед экзаменами… На собеседование… Когда невесте делал предложение в храме… Когда деда отпевали…
У неё неожиданно заблестели глаза, словно я чем-то обидел незнакомку, и мне стало не по себе.
Мы втроем поехали – я, Колька и Серега… В одной комнате общаги студгородка пять лет прожили. Сдружились…
Она внимательно смотрела мне в глаза, будто хотела всё там увидеть.
У того места на берегу Иордана, где Иоан Христа крестил. Что-то вроде монастыре или гостиницы для паломников. Стена длинная метра два высотой, вся в мозаике… Библейские истории разные… Хотя мне запомнилось одно изображение Христа в японском понимании… Это было так неожиданно после наших икон… Но тогда я понял одно, что он один во всех своих святых ликах… для каждого.
Её глаза опять отчего-то заблестели, я а, как на духу, признался.
Правда, со мной конфуз лучился во время крещения… Стоим мы втроем на бережку небольшой речушки… Метром двадцать шириной… берега поросли какими-то кустами, невысокими деревьями… Дно илистое и сомы огромные у берега плавают. Ручные просто…
Незнакомка чуть улыбнулась моим мальчишеским восторгам, но не прерывала.
И вот захожу я в воду в такой длинной белой рубахе по колено. Батюшка какую-то молитву читает. Чудно всё. А сомы у самых ног вьются, что котята ласковые. Завел меня батюшка поглубже. Так, по грудь примерно, и спрашивает
Веришь, отрок в пришествие Христа?
А я возьми и ляпни…
А что должен?
Он обиделся, да как макнёт меня с головой. Здоровенный такой детина. Я в его ручищах, как щенок мокрый… Трижды… И все приговаривает что-то, а я не слышу под водой. Вытащит меня, чтобы вдохнул и опять макает…
Незнакомка наконец улыбнулась.
Тот крестик у меня в шкатулке лежит… Серебряный... На простой ниточке… Берегу… Иногда надеваю… Если на душе тяжело… Правда…
Она понимающе кивнула…
Выходите? на меня вопросительно смотрел соседский паренёк с санками.
Шестой? я недоверчиво оглянулся.
В лифте никого не было, но мне показалось, что запах знакомых духов там остался.
