Блоггеры/Дмитрий Шапуров
темы: право, бизнес, корпорации | 11.08.2009 | 21:15

Объявленный президентом Медведевым поход на госкорпорации, кажется, не оставил равнодушным ни одно деловое и общественно-политическое СМИ. Обставленное с помпой назначение полководцами генпрокурора Юрия Чайки и начальника Контрольного управления президента Константина Чуйченко возбудило, в первую очередь, противников госкорпораций как таковых. Снова полились реки аргументов о вреде индивидуально-правового регулирования, вносящего неразбериху в инвестиционный процесс. Абсолютно справедливых, к слову сказать, аргументов.

К месту были вытащены из чуть было не случившегося забвения мартовские предложения президентского Совета по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства, которые помимо массы системных изменений, о которых мы писали подробно, содержали рекомендации по упразднению организационно-правовой формы госкорпорации и преобразованию существующих госкорпораций кого в акционерное общество, кого в фонд – в зависимости от того, к какой форме из базового набора они тяготеют.

Всё это – аргументы гипотетического публичного спора, о которых, безусловно, важно время от времени напоминать обществу, проблема в том, что публичного спора на эту тему как-то не ведётся. Сторонники госкорпораций преимущественно относятся к тому лагерю государственных администраторов, которые предпочитают девиз Вандербильта младшего «К чёрту общественность!» и твёрдо стоят на страже интересов государства, что бы они под этим ни подразумевали.

Защищать госкорпорации в публичном споре непросто. Их главным преимуществом является гибкость управления, достигаемая не за счёт проработанности управленческих процедур, но прямо наоборот – за счёт их эвристичности, что позволяет принимать решения быстро, вне последовательности и вне стандартных процедур контроля. Критерии эффективности в работе некоммерческих организаций размыты, руководители госкорпораций имеют в распоряжении активы, которыми могут управлять значительно свободнее, чем руководители государственных акционерных обществ, и единственным действенным механизмом влияния на них является смещение с занимаемой должности. Такая система может устойчиво существовать во времена тотального политического консенсуса, который защищает руководителей госкорпораций от преследований со стороны политиков одного лагеря за решения, принятые по указке политиков другого лагеря, после их отлучения от власти.

В условиях видимого политического консенсуса 2006 – 2007 годов госкорпорации вырастали как грибы, и с приходом эпохи пониженного экономического благоприятствования эта масса активов в фактически прямом распоряжении политического руководства страны окончательно перевесила чашу весов в пользу ручных методов управления экономикой. Но однажды пойдя по этому пути, власть стала нуждаться в госкорпорациях как единственно возможной институциональной среде принятия такого рода решений.

Как мы писали ранее, руководители страны, будучи юристами, трепетно относятся к букве закона, а реализовывать те решения, которые они сегодня принимают, в рамках «старой» правовой модели значило бы нарушать писаные правила. Поэтому отказа от курса на доминирование госкорпораций как формы участия государства в экономической жизни страны в ближайшее время не произойдёт.

Возникает вопрос: зачем же президент Медведев поднимает шумиху? Попытаемся изложить свою версию, не претендуя на знание кремлёвских подводных течений. Речь, по всей видимости, идёт о перераспределении полномочий внутри властного тандема. Госкорпорации были созданы при президенте Путине, а наделение части из них имуществом осуществлялось хоть и Медведевым, но в самом начале его президентства, то есть в отсутствие собственных политических амбиций. Сейчас Медведев явно более сильный политик, чем тот, кем он был ещё год назад. У него сформировалась собственная команда, готовая формулировать свои политические и экономические интересы. И её не устраивает вывод значительной части государственного имущества в госкорпорации, находящиеся вне их контроля.

Мы далеки от того, чтобы постулировать разлад во властном тандеме, но, судя по всему, медведевцы заинтересованы в том, чтобы подкорректировать условия политического консенсуса. Для общества в целом это может быть позитивным явлением, поскольку возможное перетягивание одеяла приведёт к созданию более чётких правил распоряжения государственной собственностью, большей информационной прозрачности и ответственности руководителей госкорпораций за результаты работы.

В этом смысле, показательным примером медведевского варианта управления госсобственностью является вновь созданная, опробованная на «Автодоре» форма некоммерческой организации – государственная компания. Несмотря на общее сходство с госкорпорацией, госкомпания имеет одно фундаментальное отличие: имущество передаётся ей не в собственность, но в управление, что позволяет вводить дополнительные критерии эффективности работы менеджмента и обеспечивать возврат имущества в госсобственность иначе, кроме как через ликвидацию компании.

Пока не ясно, какие конкретно черты приобретёт скорректированная модель госкорпорации, но уровень атаки, инициированной президентом, не оставляет сомнений – без корректировки не обойтись.

Источник: http://www.slon.ru/blogs/shapurov/post/109828/