...Замок Ангела – одна из основных достопримечательностей города и прямой туристический маршрут. И, как и всю римскую историю, его нужно принимать как факт. Факт одновременности всего – главным образом, того, что в замке с таким светлым названием бушевали страсти, плелись интриги, пытались люди, погребались тела, хранились сокровища папской казны, писались мировые шедевры.

       Рим, берег Тибра
Автор Рудольф Вигманн, 1834

Не случайно многие писатели называли замок и одним из «самых пугающих зданий в Риме», и «свидетелем ...повешений, обезглавливаний, удушений, отравлений и пыток, ...и люков, неожиданно разверзающихся под ногами». Этот же замок описан в многочисленных книгах, его можно увидеть и в замечательном фильме «Римские каникулы».

Кастель Сант-Анджело был сначала «просто» гробницей – император Адриан начал строить его еще в 135 году как мавзолей для себя. И было это местом, где стояли погребальные урны императоров, начиная с Адриана и кончая Септимием Севером.

А свое «ангельское» название замок получил тоже не случайно. Через несколько столетий уже в христианском Риме (в 590 году) бушевала эпидемия чумы. Было это при папе Григории Великом (в православной традиции известном как Григорий Двоеслов, он же считается создателем Григорианского пения, до сих пор используемого в католических службах и – в рок-композициях).

Священники во главе с папой Григорием срочно провели крестный ход, обойдя фактически весь город и вернувшись обратно. Кто-то не выдержал пути, видимо, шли и больные, и здоровые. И явился вдруг архангел Михаил, который вложил меч в ножны, что было признано ознаменованием конца бедствия. Чума отступила, грандиозная статуя Ангела возвышается над замком.

                                 

Вскоре произошло первое известное убийство. Был задушен папа Иоанн X (папа эпохи порнократии – правлении блудниц, так это называется). Убийство было совершено, чтобы возвести на престол другого папу – незаконнорожденного ребенка еще одного папы. Но потом всех зачинщиков этого убийства тоже заточили в замок Ангела. По слухам, Мароция – одна из зачинщиц заговора, прожила там в ужасной камере 50 лет, пока случайно не выяснилось, что она еще жива – тогда ее, как положено, казнили.

Мавзолей постепенно превращался в крепость-тюрьму. Здесь в камере провел последние 6 лет своей жизни Джордано Бруно. Говорят, узником замка был и граф Калиостро.

В средние века между замком Ангела и Ватиканом появилось множество тайных коридоров-ходов. При любых «нештатных» ситуациях папы скрывались именно здесь, сделав замок своей резиденцией. Жил здесь другой Григорий, папа Григорий VII – тот самый, который, собственно, и ввел целибат (безбрачие) в католическую традицию. И папа Климент VII, из рода Медичи, перебрался сюда, когда Рим осадили войска императора Карла V. Войска вторглись и разорили город, но сам замок был неприступен.

Вместе с папой замок Ангела защищал тогда и знаменитый ювелир и скульптор Бенвенуто Челлини. Храбро сражался, хорошо стрелял из аркебузы – это из его собственных мемуаров. И не предполагая тогда, что скоро замок, который он защищал, станет его тюрьмой. И снова невероятное: узник сумел сбежать.

Окончательно укрепил замок Ангела, превратив его в неприступную крепость, другой папа, оставивший по себе совсем недобрую память. Этот папа – Александр VI – основоположник печально знаменитого рода Борджиа. Это имя стало нарицательным для описания разврата, подлости, жестокости. Он, кстати, отлучил Савонаролу от церкви. Но достаточно и просто сказать, что внебрачными его детьми от одной из любовниц были небезызвестные Лукреция и Чезаре Борджиа. Стал этот папа героем многочисленных художественных книг, фильмов (перечислить их все невозможно). Уже тогда его прозвали чудовищем разврата и «аптекарем сатаны». Последнее тоже не случайно: Александр VI – один из центральных персонажей «Всемирной истории отравлений».
 

                   С. Щедрин. Замок Святого Ангела

В этом замке держали перед казнью на мосту Ангела несчастную Беатриче Ченчи. Она одновременно и жертва инцеста, и отцеубийца. Об этой не самой красивой истории эпохи Возрождения написано куча всяких произведений, достаточно назвать несколько: пьеса Шелли, Стендаля, новелла Александр Дюма и эссе Оскара Уайльда, снято около десятка кинофильмов.

Откликнулась и вся живопись. Не удивительно, что души римлян дрогнули – вся семья страдала от пороков своего главы, его трижды сажали в тюрьму за «наклонности», и трижды он был отпущен папой, заплатив приличную сумму.

              

Беатриче Ченчи в тюрьме. Скульптура Г.Осмера

Так же, как в и Римини помнят свою Франческу, в Риме помнят свою Беатриче Ченчи. В память о ее мужественном поведении в тюрьме и во время казни ее именем названы площадь и набережная (Piazza dei Cenci и Lungotevere dei Cenci). И призрак несчастной, по слухам, которым уже скоро с полтысячи лет, до сих является в Риме. 

 

                                Предполагаемый портрет Беатриче Ченчи

Но и Беатриче не единственная девушка, с именем которой связан замок Ангела. Французский драматург Викторьен Сарду написал пьесу, которая стала либретто одной из самых исполняемых в мире опер. Последний акт оперы Пуччини «Тоска» (ударение на первом слоге) происходит именно в замке Ангела. И снова – история любви, предательства, жертвенности. Возлюбленного певицы художника Каварадосси расстреливают, а сама Тоска бросается вниз с башни замка Ангела (послушать-посмотреть сцену можно в комментариях).

 

Вот такой он – замок с ангельским названием. Замок, в котором есть и папские апартаменты, и тюрьма, и библиотека, и Секретный архив, и зал Сокровищ. И прекрасные произведения искусства. При том, что был он мемориалом, крепостью, тюрьмой – его всячески стремились украшать. Многие папы любили, ценили и поощряли искусство. Сейчас замок – один из самых интересных музеев города.

Замок потрясений, страданий и славы можно увидеть на многих картинах, в том числе в Третьяковской Галерее («Новый Рим. Замок святого Ангела» – серия картин С. Щедрина). То, что случилось с замком в исторической перпективе – не оригинально, многие замки прошли свои периоды крепостей и тюрем. Но этот – все же особенный.