Настроение сейчас - НормальноеПожалуй, первая "недорецензия" (не умею я писать рецензии, к моему великому стыду...) будет на недавно прочитанную книгу.
"...Аннотацию к роману "Восемь" завершает фраза: "Мощнее, увлекательнее, загадочнее `Кода да Винчи`". Скорее, у произведений Дэна Брауна и Кэтрин Нэвилл различные сильные стороны. Браун привлекает темпом и напором продвижения сюжета, непрерывным напряжением, достигаемым самыми простыми, но действенными средствами, это стремительная история раскрытия единственной тайны. Книга Нэвилл неторопливая, описательная, в ней больше героев и побочных линий, интрига постепенно разворачивается в детально прописанном антураже, загадки множатся, нити запутываются, чтобы в финале образовать причудливый узор авторской фантазии. Этот антураж невозможно назвать историческим фоном, хотя действие половины романа происходит во времена Великой Французской революции, а отступления и намеки уводят читателя еще дальше в глубь времен, к империи Карла Великого, к древней истории Магриба и Вавилонского царства. Шарль-Морис Талейран и Жермена де Сталь, Марат и Робеспьер, Жак-Луи Давид и Уильям Блейк, Екатерина Великая и Наполеон передвигаются по страницам романа как фигуры по шахматной доске, изящные фигуры из золота и серебра, украшенные аметистами, цитринами, турмалинами и изумрудами. \"Восемь\" не исторический роман, а литературный ребус. Восемь на восемь клеток - размер шахматной доски, восемь ярусов было, согласно преданию, у Вавилонской башни, восьмеричный путь, найденный Буддой, ведет к освобождению духа, восьмерку образуют, сплетаясь, две змеи на жезле Гермеса, покровителя алхимии, шестнадцать шагов - дважды восемь - предшествуют получению философского камня. Мир полон символов для тех, кто желает их видеть.
В древнем аббатстве Монглан на юге Франции скрыта тысячелетняя тайна. Она заключена в шахматных фигурах, которые когда-то подарил Карлу Великому правитель Барселоны Ибн аль-Араби. Однажды император сел за игру с рыцарем Гареном и неожиданно поставил на кон половину Франкского королевства и руку старшей дочери против жизни Гарена. Рыцарь не мог возразить государю, партия началась, но казалось, шахматисты не владели собой и делали ходы словно одержимые чужой волей. Игроки были молчаливы и бледны, придворные, затаив дыхание, подходили все ближе и ближе к зачарованной доске, пока наконец Карл не нашел в себе силы опрокинуть ее и разбросать фигуры. Колдовство рассеялось, и император не мог объяснить, что заставило его побиться об заклад и почему во время игры его сжигало белое пламя воинской ярости. Тогда один из мавританских посланников сказал, что кровавая ставка у его народа считается высшей формой справедливости, и если кто-то делает такую ставку за шахматной доской, сама игра исполняет сар - возмездие. Император решил спрятать опасный дар, и долгое время шахматы Монглана считались легендой, будоражившей умы политиков и ученых. Они полагали, что в их фигурах зашифровано тайное знание древних, некая абсолютная формула, дающая человеку, разгадавшему ее, власть, могущество, бессмертие, совершенство. Неудивительно, что волшебные шахматы хотели бы заполучить короли и алхимики, масоны и революционеры.
В конце 18 века хранители шахмат вскрывают тайник, чтобы найти для них более надежное убежище в кровавом хаосе революции. Так начинается великая Игра, к моменту, когда в нее вступает молодая американка Кэтрин Велис, длящаяся почти двести лет. Игра, в которой и со стороны белых, и со стороны черных принесено много жертв. Игра, в которой холодная шахматная логика соединилась с роковыми страстями. Разрозненные, практически утерянные в смутные времена шахматы Монглана должны быть собраны вновь, а тайная формула, записанная древними символами на фигурах, клетках доски, богато вышитом покрове, оберегающем драгоценный дар мавританского владыки, прочитана. Когда в упорядоченной, далекой от шахматных баталий жизни Кэтрин одно за другим происходят странные, необъяснимые и пугающие события, она не сразу понимает, что ее избрали для Игры, что она выступает на стороне черных, и что именно ей, королевской пешке, выпадет шанс завершить Игру. Вот только есть ли у этой Игры конец, или кто-то снова расставит на доске фигуры, черные против белых, и опять будет сделана кровавая ставка, и Игра сама исполнит сар?"(с)
Вот то, что написано на Ozon'e. Почитала я отзывы, и вижу, что книгу считают нагромождением абсурда. Мне же книга понравилась. "Восемь" сравнивают с "Кодом да Винчи" - здесь мне сказать нечего, Брауна не читала, да и желание что-то даже не появилось. Как-то слишком его рекламировали. А для меня такая реклама - самый лучший показатель того, что книга так себе. Конечно, из любого правила есть исключения, но мне пока таких что-то не попадалось. К сожалению. Сместились куда-то приоритеты издателей, раз бестселерром считают книгу, наполненную пошлыми (постельными, эротическими - как хотите их называйте; речь сейчас идет не о Брауне, а вообще. Взять те же "Стеклянные книги пожирателей снов") сценами. Ну, может просто во всем виновато мое восприятие.
Так вот, мне "Восемь" понравилось. Там действительно собраные многочисленные известные личности, но они так органично смотрятся в книге, что не ощущается какого-то абсурда или каламбура. Книга логична - вот что меня привлекло. И мне впервые захотелось, чтобы главная героиня была с одним из героев
Обычно мне было как-то параллельно...
Конечно, на вкус и цвет товарищей нет, но я эту книгу советую. Надеюсь, и вам понравится. А кто-нибудь ее читал?
Обычно мне было как-то параллельно... 
