.
Cохранилcя текст НЕКРОЛОГА о кончине Православного монаха Гермогена – Геннадия Михайловича Хмельницкого – опубликованный газетой Московской Патриархии «Московский церковный вестник» № 2-3 (89-90) 1993 г.

Статья называется «Человек божий».

«ЧЕЛОВЕК БОЖИЙ»

«Умер монах Гермоген… Умер не дожив три дня до праздника Крещения, которого так ждал. И вот уже скорбная весть облетела православную Москву. Ибо, пожалуй, не было такого православного храма в Столице, где бы не помнили его высокую фигуру, которая невольно приковывала взгляд. Не было в 70-е и 80-е годы престольного праздника, где бы он не побывал. Практически за это время монах Гермоген превратился в неотъемлемую часть нашей приходской жизни.

Он был простым монахом. И столь же непростой была его жизнь. Сын «красного командира», как он сам о себе говорил, в 18 лет принял крещение. Затем, учеба в техникуме. И вот в 1967 году Геннадий Михайлович Хмельницкий (таково было его мирское имя) поступает послушником в Троице-Сергиеву лавру. По словам Гермогена, годы проведенные им в обители, были самыми счастливыми в его жизни. Там же мечтал он когда-нибудь найти вечное упокоение. Однако мечтам молодого послушника не суждено было сбыться. Расставание с Лаврой было одной из трагедий его жизни. Он никогда не рассказывал подробности, но из отдельных высказываний можно было понять, что не обошлось без вмешательства мирских властей. Вероятно это было связано с несением послушания в резиденции Святейшего Патриарха Алексия I в Переделкино. Во всяком случае, отчисление из братии произошло вскоре после кончины Святейшего в 1970 году.

Возник соблазн начать жизнь мирского человека. Но его мирская жизнь продолжалась недолго. В середине 70-х он принял монашеский постриг у старца архимандрита Амвросия (Иванова) на приходе в Калужской епархии. Жизнь монаха в миру – это всегда испытание. Было бы неправдой писать, что у отца Гермогена жизнь была лишена ошибок. Но, что было его отличительной чертой – это беспредельная доброта и какая-то воистину детская радость от общения с Богом, с храмом и со всем, что связано с Церковью. Как большой младенец он ликовал в каждый праздник Святой Пасхи. Его радость выходила за рамки обыденных привычек. Порой даже очень ближним людям он казался слишком громким и вообще каким-то очень большим и несносным. Но его любовь к каждому встречному человеку подкупала и обезоруживала даже недругов. По первой просьбе буквально каждого встречного он мог броситься на другой конец Москвы, чтобы прийти на помощь. Именно потому в переломные дни августа 1991 года он оказался у Белого дома. Пришел туда не потому, что был демократом, а просто потому, что там были люди, которые нуждались в помощи и поддержке.

Теперь это уже история. Теперь мы никогда не увидим его улыбки и не услышим громкого радостного голоса. Он умирал тяжело, с молитвой на устах, в мыслях обращаясь за поддержкой к своему духовному отцу – замечательному священнику, архимандриту Льву, который находился за несколько сот километров в маленькой деревеньке... Последние двадцать минут, когда уже отнялась речь, он все смотрел и смотрел на большой образ Спасителя в терновом венце, что всегда висел у него над кроватью.
Будем верить, что Всемилостивейший Господь упокоит в своих обителях одного из своих сыновей, который в земной жизни был вечным странником.»

Автор некролога «Иеромонах Никон».


Монах Гермоген (слева) и Походный атаман Виктор Заплатин (в центре).




Чтобы достойно почтить память Православного монаха Гермогена, размещаем эти иконы Святым Новомученникам и исповедникам Российским, принявших мученическую смерть за Веру Христову, которых так почитал монах Гермоген.













СВЯТЫЕ МУЧЕНИКИ МОЛИТЕ БОГА О НАС!