«Чего ты боишься?»,- этот вопрос можно задать любому человеку, в любой обстановке и в любое время. И, если он хорошо подумает, обязательно ответит на него. Мы боимся всего и всегда. Боимся, что пойдет дождь, когда нет с собой зонта. Боимся, что не успеем на распродажу. Боимся, что коллеги не оценят по достоинству обновку. Боимся, что дети вырастут шалопаями. Боимся, что не примут на работу, что муж уйдет к другой или жена положит глаз на соседа. Боимся, что поднимут цены на бензин или метеорит упадет на землю. Если задуматься, то выходит, что всю жизнь мы пребываем в страхе. И самое ужасное в том, что только в одном случае из тысячи страх бывает более или менее обоснованным. В это трудно поверить, потому что трудно признаться себе в слабости. Ну а если хорошенько подумать…
Затянуло небо тучами. В любую минуту может пойти дождь. А зонта нет. Ужас! В глазах – паника, в руках - дрожь. А что случится, если дожль, все-таки, пойдет? Во-первых, по близости почти наверняка окажется какая-нибудь крыша. Во-вторых, можно вызвать такси. В-третьих, если придется промокнуть, то есть аспирин и батарея для просушки вещей. Ну вот, уже спокойней. Уже дождь – это не конец света, а маленькое приключение.
Страшно – а вдруг не примут на работу? Смотримся в зеркало – костюм, вроде, вполне деловой, часы, кейс, ручка – все дорого и сердито. Но в глазах – страх, в движениях – неуверенность. Тело зажато, словно в тиски, пальцы вот-вот оторвут пуговицу, а все умные мысли словно в форточку сдуло. О, дорогуша, в таком состоянии тебе точно укажут на дверь! А если смелость, решительность, профессионализм – все налицо, но в результате все равно отказ? Тогда одно из трех: либо пришел не туда, либо менеджер по кадрам не специалист и не сумел разглядеть талант, либо не так себя повел, не то надел, не те доводы своей состоятельности привел. Может, стоит проанализировать потом все в тишине и, исправив ошибки – снова в бой? Вместо того, чтобы заранее бояться результата?
Кошмар! На каждом шагу кричат об эпидемии гриппа! Срочно укутаться в теплый шарф, совершить набег на аптеки, и шарахаться от каждого, кого угораздит чихнуть в ста метрах от нас! Но спокойней-то не станет, страх ведь не пройдет – он будет поедать изнутри, вымотав нервную и иммунную системы. А, может, лучше сделать прививку, пропить витамины иубедить себя в том, инфекции ко мне дороги не найти? Ну а если и «посчастливится» заболеть, то при должном настрое и адекватном лечении болезнь быстро сдаст свои позиции – она боится оптимистов.
Мы боимся всего и всегда. Даже порой не замечая этого. Но чаще всего боимся того, чего не знаем, ого, что не произошло и еще никогда не происходило, боимся этого извечного «А вдруг…?». А если это «А вдруг…?» представить себе в ином, положительном свете? А вдруг…директор примет «на ура» нашу революционную идею? А вдруг… полет будет чрезвычайно комфортным? А вдруг… сердитая тетя в коридоре улыбнется и предложит чаю? Но почему такие мысли не посещают нашу голову? А ответ прост – мы боимся, что так и будет! Боимся, что события сложатся не так печально, как мы привыкли ожидать и застанут этим нас врасплох. Мы привыкли, заходя в «высокий» кабинет, обнаруживать там сердитых дядь и теть, с кислыми минами и наплевательским отношением ко всем входящим. Но если все приходят с лицами, искареженными
страхом, какой может быть реакция? И если все так их боятся, то значит они должны «держать марку», оправдывать ярлык, повешенный посетителями. «Подобное рождает подобное». Может, вспомнить эту мудрую фразу и улыбнуться? Искренне. По-настоящему. Без заискивания. Тогда растает даже самый холодный айсберг. А если нет, то останется только посочувствовать этой глыбе льда. Которая, кстати, тоже ведь боится! Боится, что сочтут излишне мягким, или некомпетентным, что взвалят непосильный груз задач. И мы боимся улыбнуться. Потому, что не знаем, какой будет реакция как в таком случае себя повести. Но если не сделать этого, то и не узнаем, и страх не пройдет. А, может, вместо того, чтобы бояться, стоит нарисовать себе картину будущего успеха и проникнуться ею, впитать в себя эйфорию и позволить себе поверить, что ждать чего-то хорошего – это здорово!
Правда, очень трудно ждать адекватной, на наш взгляд, реакции от людей, которых психологи называют «психологическими трусами». На мой взгляд, это самое пагубное явление в нашей жизни. Всей душой отвергая лицемерие и двуличие (которые многие выдают за дипломатичность), я ограничиваю свое общение с людьми, которые под масками весьма положительных качеств, таких, как принципиальность, гостеприимство, доброта или галантность, прячут свои страхи. А если говорить точнее, то боязнь того, что истинная сущность человека, его мысли станут достоянием общественности и могут пойти вразрез с чьим-то мнением, желание быть для всех хорошим. Конечно, некоторые скрывают истинные чувства из-за нежелания стать посмешищем посредственностей, однако, это тоже, на мой взгляд, форма психологической трусости. И, к сожалению, большинство из нас в той или иной мере хотя бы изредка ведем себя именно так. Примеры?
Возьмем принципиальность. Одно из самых неоднозначных качеств. Мы принципиально приходим раньше всех на работу, отрабатываем рабочее время «от и до», не позволяя себе отвлекаться на посторонние разговоры, строго следуя инструкции. Вроде, что же тут плохого? Отличный работник, предан своему делу. Разве? А, может, мы просто боимся показаться не в том свете перед начальством, боимся, что не сумеем отстоять свою точку зрения, боимся отступить в сторону, потому что из-за отсутствия гибкости либо сломаемся, либо нас понесет не туда? Мы боимся показать людям свои маленькие слабости, поскольку за них могут осудить. А мы не сможем достойно ответить. Боимся…боимся…боимся… Выходит, что такая принципиальность – всего лишь способ скрыть страх.
Гостеприимство. Какое замечательное качество! Мы принимаем в своем доме всех, кому заблагорассудится прийти, причем в любое время суток. Достаем лучшую посуду, с которой даже пыль вытирать домашним запрещено, выгребаем из шкафов и холодильника все самое вкусное и деликатесное, которое держим специально для гостей, в то время как себе и домочадцам позволяем лишь облизываться… Откладывая в сторону самые неотложные дела и редкие минуты отдыха, пересиливая головную боль и усталость, мы изо всех сил играем роль радушных хозяев. Да, именно играем роль, потому, что боимся. Боимся, что сочтут жадинами или ханжами, что обидятся за невнимательность и черствость. Ну а что произойдет, если перестать метать бисер ложного гостеприимства? Перестанут приходить? Да. Те, кто приходит к нам только «потому что…» и «затем что…», действительно забудут дорогу. Но останутся те, кому важно общение с нами, а не «тестирование на пригодность», те, кому не все равно, как мы себя чувствуем и что чувствуем. Так чего же мы боимся? Сделать свою жизнь чуточку спокойней и комфортней, а свой дом пристанищем тех, кому мы действительно дороги? Нет, конечно, бывают моменты, когда жизненно необходимо играть роль радушных хозяев несмотря ни на что, но не стоит позволять таким ситуациям завладеть нами.
Солидарность. Замечательно! Если, конечно, она искренняя, если движет ею глубокая внутренняя установка, а не «стадный инстинкт» или страх быть не как все. В школе мы из ложного чувства солидарности убегаем со всем классом с контрольной. И не потому, что действительно хотим это сделать, повысив уровень адреналина в крови, считая это веселым приключением. А потому, что боимся, что объявят бойкот или вообще побьют. В юности из-за этого же чувства начинаем курить, гонять на мотоциклах и пропадать на улице до утра. Что нам родительский гнев и физическая опасность в сравнении со страхом стать чужаком среди друзей (а друзей ли?). Ложная солидарность гонит нас на мероприятия, сама идея которых претит нашему мировоззрению. Но мы идем. Мы боимся. Что не поймут. Отвергнут. Осудят. А нужно ли нам одобрение толпы, если оно не дает ни воодушевления, ни энергии?
«Он такой щедрый! В магазине не берет сдачи, нищим дает не мелочь, а бумажные купюры, подарки дарит только дорогие…», - слышим мы о себе и… душу наполняет грусть. Потому что делаем это, оттого, что боимся, что продавец и очередь в магазине сочтут мелочным. Потому, что милостыней пытаемся откупиться от грехов. Потому, что боимся показаться бедным или жадным. А вовсе не от широты души своей. А если знаем, что брать и даже требовать сдачу – это нормально, это признак бережливости? Если, совершив плохое, искренне признаемся себе в этом и приложим все усилия, чтобы очиститься внутренне вместо того, чтобы надеяться откупиться милостыней? Если открыто признаем факт скромного бюджета и истинное, не замасленное отношение к человеку? Кому от этого плохо станет? Разве мы пострадаем от того, что будем жить в гармонии с самими собой? Будут шептаться за спиной? Будут. Будут осуждать? Будут. Будут сторониться? Будут. Но как бы мы ни жили, как бы ни думали и ни поступали, всегда найдутся те, кому придется это не по вкусу. Если мы успешны – будут осуждать за «карьеризм» и дышать ядом зависти. Если достижения скромны – осудят за слабоволие, неспособность действовать, зарабатывать. Если мы добры – скажут: «лизоблюд», если строги-«сухарь» или «стерва».
« Ты при всех на меня накликаешь позор:
Я безбожник, я пьяница, чуть ли не вор.
Я готов согласиться с твоими словами.
Но лостоин ли ты выносить приговор?»
Омар Хайям.
Людям надо кого-то осуждать, чтобы собственные пороки казались не такими ужасными. Так стоит ли всего этого бояться? Также, как стоит ли бояться неожиданных поворотов судьбы? Ведь за каждым поворотом нам открывается новый горизонт, а, значит, ЖИВЕМ!
Нет, конечно же, глупо, словно бык на корриде, проламывать себе дорогу с криком: «Я ничего не боюсь! Мне все ни по чем!». Глупо и невозможно. Потому что здоровый страх, волнение, тревога и переживания, в разумных пределах, - это естественные эмоциональные проявления инстинкта самосохранения. И его потеря приведет к печальному итогу. Важно не позволить этим чувствам перерасти в страх перед самой жизнью, чтобы она не превратилась в амебоподобное существование.