(«Медуза», Караваджо, 1598-99, Уффици. Изображение отрезанной головы Горгоны.)
Медуза Горгона, по самому распространенному варианту мифа, была страшным чудовищем. Но если почитать Гесиода, то можно обнаружить, во-первых, что у нее были две старшие сестры, Сфено Горгона и Эвриала Горгона. Все трое родились в брачном союзе морских божеств, Форкия и Кето, которые правили Ливией. Кроме того, сестрички приходились внучками богам земли Геи и моря Понта. Но Сфено и Эвриала, в отличие от Медузы, были бессмертными.
Выросли девушки беспримерно красивыми, веселыми и гордыми, как и полагается быть царским дочерям. Когда однажды встретил нашу бедняжку владыка морей Посейдон, он тут же полюбил, стал преследовать, домогаясь, пока наконец не овладел ею силою не где-нибудь, а в храме Афины. Это не понравилось другим небожителям, а более всех, понятное дело, воительнице и девственнице Афине, которая сочла, что ее девственность и социальная роль предаются надругательству. И решила сурово покарать не только Медузу, но и двух других сестер-горгон, превратив в жутких крылатых чудовищ, покрытых чешуей, со змеями вместо волос, стальными когтями и острыми желтыми клыками. И еще взглядом: кто на них посмотрит, тут же каменеет.
Обнаружив собственный безобразный вид, бывшие морские девы отправились на отдаленный остров и поселились на берегу реки Океан, рядом с грайями и гесперидами. В народе пошла дурная слава об этой троице. Но в разных вариантах мифа дальнейшие события излагаются по-разному.
В одном говорится: когда некие неназванные люди приплыли на остров, то окаменели под взглядами наказанных богиней девушек. Видимо, нетрудно предположить, что целью визита было убийство горгон. В другом предании старины глубокой сообщается, что после смерти отца Медуза стала царицей, ездила на охоту и предводительствовала войском. С ней воевал Персей и убил в сражении, но, пораженный ее красотой… сначала отрезал голову для показа в Греции, а потом похоронил на рыночной площади в Аргосе, чтобы та защищала город. Заметим, что в этом случае вообще не упоминается героиня в виде чудовища.
Еще одна версия также связана с Персеем, которого отправил за головой Горгоны царь Полидект. Любопытно, что и здесь наблюдается вариабельность. Более лаконичный вариант описывает, что Персея снарядили в поход боги (то ли сообща, то ли выдав поручение Гермесу), выдав ему летучие сандалии, шлем-невидимку и суму, принимающую размеры и форму вещи, в нее положенной. Афина же вдобавок вручила ему щит, круглый и блестящий – не без умысла, а также серповидный меч, которым когда-то был оскоплен Уран.
Другая история гласит, что от Афины герой получил только щит и меч, и что на остров он прилетел не сразу, а сначала отправился к грайям, состоявшим в родственных связях с горгонами и имевшими примечательную особенность устройства зрения: у них был один глаз на троих, который поочередно передавался от одной персоны к другой по мере надобности.
Украв у одной око как раз во время такой передачи, он потребовал указать место, в котором укрылись преследуемые им чудовища. Порыдав, те предпочли вернуть свою драгоценность, назвали местонахождение беглянок и даже снабдили лодкой. По пути к острову подуставший воин уснул и в сонном виде предстал перед наядами, которые посовещавшись, решили помочь красивому юноше и вручили три волшебных предмета из числа обуви, головного убора и сумы.
То ли предупрежденный Афиной, то ли сам догадавшийся, он воспользовался щитом как зеркалом, и Горгона, проснувшись, уронила на него взгляд, от чего тут же окаменела. Ну, и мечом, разумеется – он же тоже был непростой. А может, Персей убил спящую Медузу, поскольку и сестры ее тоже почивали неподалеку.
Но вот что еще важно: из шеи обезглавленной хлынула кровь, из которой явились на свет крылатый конь Пегас и великан Хрисаор, имя которого означает Золотой Лук. Оба тут же покинули место преступления. А Персей бросил голову жертвы в суму и с помощью своего волшебного обмундирования улетел вручать трофей Афине, которая торжествующее прикрепила его к собственной груди.
Вскоре после отлета Персея (который, на минуточку, был сыном Зевса и Данаи, к которой тот проник под видом дождя), проснулись сестры убиенной, увидели ее обезглавленной и попытались кинуться в погоню за виновником случившегося, чтобы отомстить. Но как найти невидимого?! Они, в общем, в результате остались ни с чем.
Итак, версий немало – каждый может выбрать ту, которая кажется более предпочтительной. Но в их напластовании явно ощущаются веяния меняющегося времени в эпоху становления ранних государственных систем. Возможно, это связано со сменой гендерных ролей, ведь переход от родовых отношений, в которых женщина играла существенную роль, к государственным установлениям патриархального типа не мог произойти одномоментно или вообще в какое-либо исторически короткое время. А для истории и сто лет – не дольше мига...