Древние греки верили в таинственную связь между кровью и пиром мертвых. В ХІ книге Одиссеи Улисс собирает кровь принесенных в жертву баранов, чтобы вызвать духов погибших героев. Умершие прорицатель Тиресий, мать Улисса и многие другие, выпив жертвенной крови, на время возвращаются к жизни и беседуют с Улиссом.

Эти поверья продолжали существовать и в христианскую эпоху. В греко-латинской мифологии встречается большое количество кровожадных божеств в женском обличии – эмпузы, ламии, стригии. Эмпуза, дочь Гекаты, - демоническое создание с бронзовыми ногами, способная перевоплощаться в прекрасную девушку, чтобы соблазнять мужчин во время сна. Ламия, дочь царя Бела, чьих детей убила ревнивая жена Зевса, Гера, превращается в чудовище, пожирающее детей или пьющее их кровь. стригии – птицеподобные женщины, которые наклоняясь над колыбелью, высасывают кровь новорожденных либо лишают юношей их жизненных сил во время сна.

Ламии, эмпузы и стригии, как и вампиры, вера в которых появилась в более позднее время, пьют кровь у спящих. Однако прямой связи между божествами античного мира и трансильванским вампиром не существует. Хотя налицо сходство слова “stryge”(дословно “вампир”, “вурдалак”) с румынским ”strigoї” – так в Румынии с XVII в. называли вампиров. В отличие от современных вампиров, ламии, эмпузы и стригии считались не живыми мертвецами, а бесплотными божествами, способными принимать человеческий облик, чтобы соблазнять смертных.

Этим они предвосхитили суккуб христианской эпохи, демониц, которые обольщают юношей во время сна. Доведенные до изнеможения, молодые люди теряют свою жизненную силу, а иногда даже умирают.

В XIX столетии были обнаружены и переведены письмена древней Месопотамии (земли, расположенной между долинами рек Тигра и Евфрата; в настоящее время — Ирак). Они продемонстрировали развитие утонченной мифологии. Для народа Месопотамии вселенная была населена полчищем божеств высших и низших рангов. Из всего этого огромного пантеона самым близким эквивалентом вампиру были семь духов, описанных в поэме, переданной Р. Кампбеллом Томпсоном. Она начинается со строк:
Семеро их! Семеро их!
Духи, что уничижают небеса и твердь,
Что уничижают землю.
Духи, что уничижают землю,
Силы необычайной,
Великой силы и гигантской поступи,
Демоны (как разъяренные быки, великие призраки),
Призраки, что врываются во все дома,
Демоны, что не ведают стыда!
Семеро их!
Нe зная заботы, точат землю они как кукурузный початок,
Нe зная жалости, обращают гнев свой против всего человечества.
И кровь проливают людскую дождем,
Вгрызаясь в плоть и иссушая вены.

То демоны, полные злобы, пожирающие кровь беспрестанно.

Монтегю Саммерс предположил, что вампиры занимали значительное место в мифологии Месопотамии, даже более значительное, чем предполагает вера в семь духов. В особенности он выделял экимму - духа непогребенного человека. К такому выводу он пришел на основании изучения литературы о «нижнем мире» — жилище мертвых. «Нижний мир» изображался как мрачное место. Однако жизнь отдельного индивидуума гам могла быть значительно улучшена, если человек в конце своего земного существования получал надлежащее, даже простое, захоронение, которое включало нежную заботу о его теле. В конце таблички 12 знаменитой эпической поэмы «Гильгамеш» (или «Гилгамитп») был перечень различных степеней успокоенности мертвого. И завершалась она несколькими куплетами о состоянии лица, которое умерло в одиночестве и было захоронено, которые в интерпретации Саммерса звучат так:
Человек, чье тело лежит в пустыне —
Ты и я часто видели подобное.
Дух его не покоится в земле.
У духа нет никого, кто бы побеспокоился об этом.
Ты и я часто видели подобное.


Остатки из сосуда — объедки празднества, все что выбрасывается на улицу, служит ему пищей.
Ключевой строкой в этом отрывке было: «Дух его не покоится в земле», — которую Саммерс понимал так, что духи тех, кто умер в одиночестве (т. с. экимму) не могли даже войти в «нижний мир» и таким образом, были приговорены скитаться по земле. Потом он увязал этот отрывок со строками об изгнании призраков и цитировал полностью различные тексты, в которых перечислялись разнообразные призраки. Однако их было чрезвычайно много, как говорил об этом один текст:
Злобный дух, злобный демон, злобный призрак, злобный дьявол,
Из земли вышли они,
Из подземного мира в страну живущих пришли они.
На небе о них не знают,
А на земле не понимают.
Ведь не стоят они и не сидят,
Не пьют и не едят.

Оказалось, что Саммерс перепутал приходящих духов, которые могли просто появляться на земле, и умерших. Призраки не имели тел - они не ели и не пили, в то время, как мертвые в подземном мире имели форму телесного существования и наслаждались теми же удовольствиями, что и люди. Источником этого неправильного понимания был неадекватный перевод последних частей эпической поэмы «Гильгамеш». Строка «дух покоится не в земле» была сначала переведена таким образом, что представлялось, будто мертвым остается доступной возможность приходить и блуждать в мире людей. Однако более поздние переводы и обзор контекста последних куплетов эпической поэмы «Гильгамеш» прояснили, что покойники, умершие в забытьи, не получившие похоронных почестей (экимму) блуждали неприкаянно не по земле, а в «нижнем мире». Например, перевод Дэвида Ферри передает этот отрывок таким образом:
А он, чье тело брошено непогребенным?
Скитается он без отдыха в мире, который под нами.
Он тот, кто входит в подземный мир, не оставив там, позади,
Того, кто бы оплакал его?
Отбросы — еда его в мире теней,
Собака не стала бы есть того, что ему служит пищей.


Таким образом, хотя вампир имел место в мифах в Месопотамии, он не был столь значительной фигурой, как на это указывал Саммерс. Однако но стоит винить Саммерса вошибке, ведь даже знаменитый ученый Е. А. Уоллис Бадж совершил подобную ошибку в своих комментариях к табличке 12 в 1920 году:

«Последние строки этой таблички, казалось, говорят о том, что дух непогребенного человека остается на земле и что дух этого одинокого человека скитается по улицам, поедая остатки пищи, которая выбрасывается из кухонных горшков».

Однако ни Бадж, ни Е. Кэмпбелл Томпсон, которого прямо цитировал Саммерс, не ошиблись, увидев в этих текстах намек на существование вампиров.