В колонках играет - Viva Las Vegas
Настроение сейчас - отличное15 мая 1905 года состоялся ничем не примечательный аукцион, на котором за гроши был приобретен абсолютно бесполезный кусок пустыни, расположенной в штате Невада. Через шесть лет, когда в Лас-Вегасе появилась железнодорожная станция, он получил статус города. Но еще бесконечно долго будущая столица американского игорного бизнеса влачила убогое существование.
Казалось бы, все должно было резко перемениться в 1931 году, когда в Неваде, единственном американском штате, были легализованы азартные игры. Однако в ту пору гангстеры — а кто как не они должны были раскрутить на всю катушку дьявольское колесо рулетки? — тупо продолжали зарабатывать на незаконной торговле алкоголем. И Лас-Вегас продолжал оставаться заштатным городком, где, как и всюду в Неваде, поигрывали по мелочам.
Город ждал своего босса
История предоставляет нам массу удивительных совпадений, в случайность которых трудно поверить. Почти одновременно с земельным аукционом, в том же самом мае 1905 года, в добропорядочном еврейском семействе Зигельбаумов, обитавшем в Бруклине, был зачат мальчик, нареченный после появления на свет 28 февраля 1906 года именем Бенджамин. Однако в чем-то родители, несомненно, промахнулись, поскольку из кареглазого малыша вырос отпетый негодяй по прозвищу Багси Сигел, или Сигал (Bugsy Siegel; Benjamin Hymen Siegelbaum, 1906–1947).
В отрочестве он начал «трясти» уличных торговцев из еврейской диаспоры. Вскоре познакомился с более опытным Мейером Лански (Meyer Lansky, 1902–1983), и они на пару начали воровать автомобили. Дальше пошли преступления посерьезней — грабежи и заказные убийства.
В 1937 году, когда Багси был уже тридцатилетним отпетым негодяем с внушительным послужным списком, гангстерский синдикат Лаки Лучано (Lucky Luciano, 1897–1962), в котором он состоял, командировал его в Калифорнию для развития услуг по крышеванию местного населения. Багси с заданием справился успешно, расширив круг своих полномочий за счет контрабанды наркотиков, шантажа и игорного бизнеса. Поскольку калифорнийские законы не поощряли азартные игры на территории штата, ловкий Багси открывал казино на судах, бороздящих водные просторы за пределами 12-мильной зоны.
Природа соединила в Сигале качества мерзавца с человеческим обаянием и даже с определенной порядочностью в семейной жизни. В Лос-Анджелесе у него была любимая жена, двое любимых детей и одна постоянная любовница по имени Виржиния Хилл (Virginia Hill, 1916-1966), подобранная честолюбивым Багси среди голливудских кинозвезд. Конечно, порой поговаривали о его гангстерских делишках, но, во-первых, ничего определенного никто не знал, а, во-вторых, что еще важнее, Сигала никогда не тревожила американская Фемида. На вопрос «Чем занимаешься?» Багси с обезоруживающей улыбкой отвечал: «Я спортсмен». Отчасти это соответствовало действительности: карты в определенной степени можно считать спортом. Хотя у ФБР на Сигала обширное досье.
В начале 1945 года Сигалу захотелось расширить бизнес. Надо, решил он, чтобы игроки собирались не на болтающихся в океане посудинах, провонявших соляркой, а в шикарных казино, как в Монте-Карло (он про это где-то читал или кто-то из голливудских ему рассказывал). И чтобы даже было шикарней, чем в далекой Европе! И, изучая карту Невады, Сигал ткнул наобум пальцем в Лас-Вегас.
Там уже было два казино с отелями — «El Rancho» и «Last Frontier». И Багси немедленно обложил «оброком» их владельцев. Но тут его внимание привлекло лишь начинавшееся строительство: лос-анджелесский бизнесмен Билли Уилкерсон затеял открыть на западном берегу большое и шикарное казино, проект которого заказал у известного архитектора Джорджа Вернона Рассела (George Vernon Russell, 1906–1989). Денег у Билли не хватало, и он с радостью продал часть своего бизнеса Багси. Тот, в свою очередь, с удовольствием вложил нажитые рэкетом деньги в новое дело и с упоением начал руководить строительством.
Новое казино назвали «Фламинго» — таково было прозвище Виржинии Хилл среди друзей. Когда денег стало не хватать, Багси попросил у своего патрона Лаки Лучано миллион долларов. Лучано, отбывавший тогда 50-летнее тюремное заключение, выделил кредит. Багси спешил. Он хотел завершить строительство в 1946 году и открыть «Фламинго» к Рождеству. Денег он не жалел, и они вскоре снова кончились. Он выпросил еще один кредит. А потом еще… И еще…
В конечном счете на строительство «Фламинго» было израсходовано 6 миллионов бандитских денег, по тем временам сумма громадная.
Но к Рождеству все-таки опоздали: казино открыли только в ночь на 26 декабря 1946 года. Из Лос-Анджелеса в Лас-Вегас прилетели два самолета, полные голливудских звезд. Артисты потусовались пару дней, поиграли по мелочам, уничтожили халявное угощение, попозировали фотографам и вернулись в более приспособленный для нормальной жизни «Город Ангелов» — отель во «Фламинго» был еще не достроен, и комфорта звездам не хватало. Целый месяц в гламурных залах казино гуляли сквозняки и раздавалось гулкое эхо шагов скучающих охранников. Публики не было, поскольку небогатым жителям Лас-Вегаса не по карману был досуг в заведении, рассчитанном на толстосумов.
И 1 февраля 1947 года казино закрыли. А через месяц открыли вновь, но уже с отелем на 200 мест. И вот с этого момента деньги мощным потоком потекли на счета синдиката Лаки Лучано.
Сигал торжествовал, раздавая интервью налево и направо, отражая белоснежными зубами блики фотовспышек. Он прекратил заниматься вымогательством, хотел всецело посвятить себя игорному бизнесу и вступил в законный брак с Вирджинией Хилл.
Тем не менее, это был уже не удачливый бизнесмен, а, по сути, человек, приговоренный к смерти. Участь его была решена еще в декабре 1946 года. Именно тогда гангстерам стало известно, что львиная доля ассигнований на строительство «Фламинго» уплыла на швейцарские счета Вирджинии Хилл — то есть, теперь, на его собственные счета, — и Лучиано потребовал наказать вора, дав ему завершить начатое дело.
Ночью 29 июня 1947 года Сигал был застрелен в собственном доме в Лос-Анджелесе. Наутро во «Фламинго» ворвались четверо гангстеров, которые сместили старого управляющего и поставили вместо него своего, «кристально честного парня» с «незапятнанной репутацией».
Эта смерть наделала много шума в Америке. Были пышные похороны со скорбящими боссами нью-йоркской мафии. Правда, проститься с безвременно ушедшим гангстером не пришел никто из его бывших голливудских друзей. Зато практически все американские газеты разместили репортажи с похорон на первой полосе. Трогательно дрожали голоса дикторов радио… В общем, национальная слава наконец-то пролилась на Багси, закончившего свой земной путь в дорогом гробу.
Слава конвертировалась в миллионы долларов, которые ему уже не принадлежали. Богатые американцы толпами повалили в Лас-Вегас, чтобы воочию убедиться: стоит ли это чудо игорного бизнеса того, чтобы расплатиться за него собственной жизнью? И вскоре стало модным слетать на несколько дней в Лас-Вегас, чтобы оттянуться в роскошной обстановке, попытать счастья и тем самым приподнять жизненный тонус. А мода, как известно, страшная сила, пред которой пасует здравый смысл.
Так началась история знаменитой Полосы Лас-Вегаса, на которой теперь сосредоточено более семидесяти шикарных казино, бессчетное количество игровых павильонов попроще, фешенебельные отели, среди которых царит самый большой в мире MGM на 5005 номеров и самый дорогой «El Wynn» по миллиону долларов за номер. И множество залов для шоу, фестивалей и гала-концертов. О масштабах этого вселенского размаха красноречиво свидетельствует то, что Город Греха, как принято называть Лас-Вегас, сжирает электроэнергии больше, чем вся промышленность Франции.
В 1970-е годы собственниками подавляющего большинства казино, отелей и залов стали прекрасно благоухающие респектабельные компании, например «Хилтон». Гангстеры же были вынуждены довольствоваться исключительно своими основными функциями — криминальными: торговлей наркотиками, рэкетом, контролем над нелегальной проституцией, отмыванием денег. До середины 1970-х город «обслуживался» парнями из Нью-Йорка. Затем в результате напряженных гангстерских переговоров, саммитов и съездов контроль над Полосой получила чикагская мафия, а «браткам» из Нью-Йорка достался Атлантик-Сити. Что же касается нынешних времен, то они вполне вписываются в эпоху тотальной глобализации: мафия стала транснациональным явлением. И в Городе Греха мирно уживаются и коренные мафиози, изрядно цивилизовавшиеся в сравнении с послевоенными гориллами, и японские, и итальянские, и всякие прочие. В свое время Ленин призывал пролетариев всех стран соединяться. Однако этому мудрому совету последовали не они, а преступники, что незамедлительно сказалось на росте их доходов.
...Вчера готова была убить всех... Вернулась с дня рождения одной знакомой 
. Скука смертная. Зря потеряла день. Хотя, может быть, я преувеличиваю.
