Верушка фон Лендорфф (Veruschka von Lehndorff)
Я родилась в 1939 году. Мой отец был граф фон Лендорфф. Моя мать - графиня фон Кальнайн. Они оба из Восточной Пруссии, там я и родилась - в болотах Маурзее. Тогда это место принадлежало Германии, а теперь там Польша.
Моего отца казнили, а нас - мою сестру и мою мать - отправили в тюрьму Цайтхайнхоф. Но в это время мы не знали, где мы, потому что гестапо схватило нас ночью. Это был не совсем концлагерь, это был специальный лагерь, куда отправляли всех детей таких людей. Для Гитлера мы были худшими из всех немцев, мы предали его. Нас должны были отправить в Сибирь и уничтожить. За две или три недели до конца войны нас выпустили, потому что у матери были большие связи.
Мы росли в Западной Германии как цыгане, потому что потеряли всё. Некоторое время мы жили у друзей, у которых был дом. Потом они уезжали. Мы переезжали каждый год. Я сменила 13 школ.
Когда мне было 18, я училась в художественной школе в Гамбурге. Потом я уехала рисовать в Италию. Я была во Флоренции, и однажды на улице незнакомый человек подошел ко мне и спросил, не хочу ли я сфотографироваться. Итальянские коллекции показывали в Палаццо Питти и Палаццо Строцци, и он отвел меня туда, ко всем этим Кутюрье. Я очень стеснялась. Вы помните Нико, певицу из группы Velvet Underground? Она тоже немного работала моделью, и я помню, как она смеялась, запрокинув голову, когда увидела меня. Не знаю почему. Мне было ужасно стыдно.
В общем, я начала сниматься для итальянских журналов. Я подражала тем моделям, которых видела в Палаццо Строцци, потому что на самом деле не знала, как это делается. Я вовсю позировала, представляете? У меня до сих пор сохранились фотографии. Это очень смешно.
Там я познакомилась с Денизой Сарро. В то время она в мире моды была известным человеком. Похожа на Грету Гарбо. Хельмут Ньютон очень много её снимал, чудесные фотографии. Она работала на показах у Диора и какое-то время снималась у Жан-Лу Сьеффа. И она мне сказала: "Мне нравится твое лицо, и я думаю, из тебя получится замечательная модель. Тебе нужно поехать в Париж".
А ещё до того один её приятель, поляк, приезжал в Германию навестить мою мать. Не знаю, как это вышло, но он сказал маме, что знает крупнейшее модельное агентство в Париже - агентство Дориан Ли. Меня это немного заинтересовало, но не особенно, потому что в тот момент я как раз училась рисовать. А он предложил устроить нам встречу. Он сказал: "Она приезжает в Берлин. Почему бы тебе с ней не познакомится?" И вот я поехала в Берлин и пришла в отель к Дориан.
Она сказала: "Да-а, можно попробовать, но вы такая высокая, даже не знаю. Посмотрим. Приезжайте в Париж". И я поехала в Париж, но работы для меня не было. Я была слишком высокая. И мне, конечно же, всё было малО. А они считали женские колени уродливыми и все время натягивали на меня юбку. Кроме того, у меня было совершенно детское лицо, и в сочетании с моим ростом это выглядело странно. Мое лицо принадлежало "Elle", а тело - "Vogue", и ни то ни другое не работало.
Через год в Париже я познакомилась с Эйлин Форд. Она увидела меня у Дориан, когда приехала за новыми коллекциями Она сказала: "Ой, вам нужно в Штаты. Вы высокая блондинка, а это как раз то, что нам нравится. Вы должны приехать в Нью-Йорк".
Но когда я добралась туда, Эйлин повела себя отвратительно. Она сказала, что никогда меня не видела. Она меня не знает! В Париже она говорила, как хорошо, что я блондинка. А там она заявила, что мне надо покраситься в черный цвет, и послала меня к самому дорогому парикмахеру. Мне пришлось отдать ему все деньги, которые я взяла с собой, - за прическу! Потом она сказала: "Никогда не ездите на такси, вы здесь ничего не заработаете, так что ходите пешком. И сбросьте вес, вы слишком толстая". Я никогда не была толстой. Она отправила меня к адвокату, делать рабочую визу. Я приходила к нему три раза, а потом он сказал: "Слушайте, мне жалко ваших денег. Я должен признаться, что Эйлин велела мне не делать вам визу". Но она не хотела, чтобы он рассказывал об этом мне! Она была такая дрянь! Каждую пятницу она говорила агентам: "Вышвырните её". А они всегда отвечали: "Да ладно, пусть хоть выходные нормально проведет". Так продолжалось какое-то время.
push
This is Erotic
Ritz
