Человеческое Я формируется не сразу.
Наступает момент, когда ребенок начинает видеть свое отражение в зеркале. Это происходит примерно в 6 месяцев. Ребенок еще не начал ходить, но уже пытается удержать свой образ в поле зрения, когда родитель подносит его к зеркалу. Этот период активно продолжается примерно до 18 месяцев. Ребенок как бы овладевает своим отражением, идентифицируясь с ним. Он еще не осознает, как устроено зеркало, следовательно не понимает, что некто, там в зеркале, это не другой человек, а отражение его самого.
Ребенок еще долгое время не будет способен к интроспекции, и своеобразным зеркалом для него станут глаза матери. Именно она наблюдает за своим ребенком и узнает его, вербально и невербально сообщая о своих открытиях. Кто-то будет видеть ребенка, а кто-то – проецировать на него свои желания и свое видение мира, видеть не самого ребенка, а образ в своей голове, под который всеми правдами и неправдами старается перекроить своего малыша.
Это искажает формирование Я, но рано или поздно ребенок обретает способность самостоятельно отдавать себе отчет в том, что он из себя представляет, и перестает нуждаться как в зеркале, так и чужом мнении.
Но прежде, чем ребенок вырастет и поймет, кто он и как выглядит на самом деле ему придется пройти свой самый первый и самый сложный кризис. «Феномен двойника» или «Стадию зеркала», как назвал её французский психиатр Жак Лакан.
Давайте на секундочку представим, что происходит с психикой малыша в этот период.
Конечно, сознание его только-только формируется, и он пока абсолютно не имеет представления, как он выглядит. Если в его окружении до сих пор были только взрослые, то он видит кого-то, кто сильно отличается от того окружения, к которому ребенок привык. Если же он растет в окружении других деток, то у него уже сформировано представление, как ведут себя и такие крошечные человечки.
Первым стрессом для ребенка является тот факт, что вместе с образом кого-то незнакомого он видит рядом такой родной образ мамы. Но как объяснить этот феномен – вот моя мама рядом со мной, держит меня за руку или протягивает мне игрушку, но в то же время она сидит там с каким-то человеком и точно также протягивает мою любимую игрушку ему. Я улыбаюсь этому человеку, и он радостно улыбается мне в ответ, я хочу его обнять, но натыкаюсь на холодную твердую поверхность. Я плачу и он плачет вместе со мной. Мама жалеет меня, но и его тоже. Мама показывает на него и говорит, что это я. Но как это возможно, если я-то вот он, здесь. Я не могу быть там, следовательно, тот другой – не я.
Так нас настигает первое самое большое соперничество. И соперничаем мы не с кем-то. А с самим собой.
Позже мы формируем первое представление о себе. Но и тут нас ожидает большое разочарование. Ведь мы воспринимаем тело матери, как образец. А я – другой! Совсем не такой!
И здесь очень многое зависит от того, как ведут себя взрослые. Что говорят. На какие наши особенности обращают внимание. Психологи часто делают акцент на том, что показывая отражение в зеркале не стоит говорить «Это ты!», гораздо разумнее объяснять «Это твое отражение». Но сможет ли годовалый малыш понять, что это значит?
В этот момент ребенок формирует набросок будущего «Я» не только и не столько исходя из того, что он видит, сколько из того, что он понимает. И это отражается на всей его дальнейшей жизни. Пытаясь вести себя так, чтобы всеми возможными, пусть даже иррациональными способами уберечь себя от чувства боли, стыда, вины.
Красота не всегда делает человека счастливым.
Так, например, кому-то мать (пусть даже в шутку, не со зла) говорит «Я была такой красивой и стройной до того, как родила тебя». Или же «Ты больше похожа на отца». Или «Смотри, опять испачкалась, как можно быть такой неаккуратной!»
И как результат мы получаем взрослую девушку, отрицающую свою внешность, потому что за этим стоит:
«Мама, прости, пожалуйста, что я красивее чем ты. Мне очень жаль, что с моим появлением ты лишилась того, чем так дорожила»
«Мама, извини, что я не такая стройная, как тебе хотелось бы»
«Мама, я знаю, что снова разочаровала тебя. Мне бы хотелось меньше напоминать тебе отца, но я ничего не могу с этим поделать»
Но это чувство вины спрятано так глубоко и так сильно ранит человека, что он готов как угодно «перекраивать» себя, свою внешность, свое поведение. Не для того, чтобы заслужить чью-то любовь. А лишь для того, чтобы не причинять боль маме.
--
Алина Тимошкина, обучающий и практикующий психотерапевт:
- Я бы не стала осуждать селфоманов. Люди постоянно фотографируют себя, потому что им не хватало отражения в любящих
глазах матери. Им не хватало поддержки в детстве: ты у меня самый умный, самый красивый, ты у меня просто золото!
Поэтому когда человек фотографирует себя, выкладывает в сеть и получает «лайки», то этим отчасти восполняет недостаток
родительской любви. Он видит то самое отражение во влюбленных глазах матери.
Есть и еще один плюс. Допустим, подросток боится выступать на публике, он стесняется. А выложив селфи и получив много
«лайков», он приобретает уверенность в себе. К тому же ему в комментариях дают советы, что улучшить в своей внешности. И
вот сегодня он — из-за неуверенности — затворник и аутист, а завтра уже, как говорится, выходит оффлайн. Иными словами,
селфи отчасти помогают социализироваться.
--

Как только у нас сформировался образ собственного Я, мы начинаем сравнивать себя с окружающими и выделять то, что является для них важным. Если родители уделяют много внимания чистоте обуви, её состоянию, мы невольно перенимаем эту особенность для себя. Иногда приумножая это настолько, что во взрослой жизни это становится первым, на что мы обращаем внимание при встрече. Если же мама нечаянно обронила фразу о своем ребенке в разговоре с подругой «Н-да, реснички, конечно никакие» догадываетесь, к чему это может привести, когда девочка вырастет? Не стоит недооценивать деток, они всё слышат и всё впитывают. И позже переносят в свою собственную жизнь.
Исходя из этой же системы ценностей, мы формируем и свое представление о других. Опираясь на те «образцы», которые мы получили в детстве, мы учимся приписывать некоторые черты характера, исходя из внешности. Например, если у злой воспитательницы в детском саму были тонкие губы, мы автоматически определяем любого человека с тонкими губами как злого. Или, насмотревшись мультиков про бабу Ягу, всех женщин с носом-крючком или с большими родинками, определяем как угрозу.

«В результате сканирования головного мозга установлено, что возникновение симпатии или антипатии к незнакомому человеку при первом впечатлении происходит практически без участия интеллекта. В этом процессе задействован отдел мозга, отвечающий за ощущение страха, – мозжечковая миндалина» То есть, неосознанно мы пытаемся считать, насколько этот человек для нас опасен, а не красив/не красив.
Из этого же процесса «распознавания» вытекает другой, не менее важный – перенос.
Перенос — психологический феномен, заключающийся в бессознательном переносе ранее пережитых (особенно в детстве) чувств и отношений, проявлявшихся к одному лицу, совсем на другое лицо.
Именно так объясняется «волшебство» любви с первого взгляда или ощущения, что вы знакомы тысячу лет. Не всегда мы помним каждого, кто оказал какое-либо влияние на нашу жизнь, но подсознание может пронести визуальный образ через всю нашу жизнь. Если в момент, когда мама громко ругала нас или шлепнула по попе и нам, обиженным, казалось, что весь мир против нас, но вдруг появлялся некто и с доброй улыбкой на лице протягивал нам конфетку, мы и через долгие годы, встретив человека с похожими чертами лица, безосновательно готовы довериться ему. Поэтому мы всю жизнь ищем людей похожих или слишком непохожих на мам/пап/учителей/соседей/врачей и всех тех, кто был для нас значимым.
Отсюда и огромная разница в интерпретации внешности человека. Наверняка, у вас случалось такое, что вы видите человека и он вызывает у вас абсолютное недоверие, но ваша подруга в этот момент, наоборот, совершенно безрассудно готова отправиться с ним на край света. Дело, конечно, не в интуиции, не в умении распознавать мерзавцев в первую секунду и, главное, не в самом объекте. А в том, что вы с подругой получили абсолютно разный опыт общения с людьми такого типа внешности.

--
Однажды ко мне за фотографиями обратилась девушка, но я, посмотрев её публикации в соцсетях, сделала вывод, что не смогу с ней работать, ведь она абсолютно «не мой человек». Через полгода она написала мне снова, и я снова вынуждена была ей отказать. У меня сложилось стойкое представление о том, что она слишком высокомерна и не очень умна. Позже судьба всё-таки нас свела. Мы познакомились на пикнике и уже через 15 минут я была настолько ею очарована, что попросила прощение за свои отказы и на этот раз уже сама пригласила её на съемку. Она актриса и многие из моих близких друзей знали её визуально. Когда я сказала, что на днях буду работать с ней, все в один голос сказали, что она заносчива и пафосна. Хотя никто из них не был знаком с ней лично. Когда я начала снимать её, пытаясь найти причину такого рассогласования, мне удалось найти одну едва уловимую деталь. Правая сторона верхней губы была слегка вздернута вверх. Проанализировав десяток её фотографий, глядя на которые я отказывала ей, поняла, что слегка приподнятый уголок губы создает выражение некого отвращения на лице. Именно такое ощущение она вызывала у меня и у всех, кто не был знаком с ней лично. Словно она смотрит на весь мир с неким омерзением. И в то же время эта деталь была такой крошечной, что считывалась неосознанно. После съемки я позвонила и спросила, не было ли у неё какой-нибудь травмы в детстве. Она расспросила у мамы и выяснилось, что совсем в младенчестве у неё был простужен лицевой нерв с правой стороны. Позже я предложила ей ради эксперимента удалить все фотографии, которые были сделаны прежде и выложить только те, где такая особенность не была заметна. Её рейтинги моментально выросли, ей начали чаще предлагать те роли, которые ей хотелось играть, а не вечный образ стерв, как это было раньше и, главное, ей перестали говорить о её «отрицательном обаянии».
Эта история о том, как часто мы заблуждаемся на счет других людей. Никто не замечал, что у неё что-то не так с губой. Все автоматически воспринимали её как высокомерную. А ведь это всего лишь последствие перенесенного в детстве заболевания. В итоге до 25 лет девушка прожила с ложным представлением о себе со стороны других.

(Имя не называю намеренно, но для примера назовем её Машей. Когда я спросила Машу, на что она обращает внимание при знакомстве с людьми, она сразу же уточнила, что при первой встрече ей все люди кажутся поверхностными и заносчивыми)

Но прежде, чем наше бессознательное начнет «сканировать» лицо незнакомца, мы успеваем получить первую порцию информации по тому, как человек выглядит.
Первое впечатление оказывается не самым точным, но самым ярким и запоминающимся. И сформировав у себя некое мнение, вместо того чтобы как-то убедиться в его корректности и проверить его, мы во что бы то ни стало стремимся его подтвердить, увериться в истинности.
Отсюда «Я так и знала!» или «Я вообще не разбираюсь в людях». А ведь дело вовсе не в том, что человек стал вести себя как-то иначе (лучше или хуже), а в том, что это мы приписываем ему некие качества.

Итак, первое впечатление мы получаем по внешнему облику.
Одежда, пол, раса, рост, телосложение, выражение лица, что-то необычное.
Сначала глаз воспринимает цвет, потом форму, потом детали. То есть говоря о человеке мы часто вспоминаем «а помнишь Машу, ну такая, в красном платье» Именно поэтому при составлении фоторобота пропавшего человека прежде всего указывается, во что он был одет. Ведь заметить зеленое пальто и желтую шапку куда проще, чем «глаза нежного цвета» и добрую улыбку.
Быстрее всего мы фиксируем что-то необычное, отличающее. Мозг делает это автоматически, с целью экономии времени. Например, другой цвет кожи, слишком высокий, чрезмерно худой, броская прическа.
У моей подруги родимое пятно на половину лица. Но я заметила его только спустя полгода, когда она пришла ко мне на фотосессию. Зато до сих пор помню, во что она была одета, когда мы познакомились.
Понравится нам человек или нет, зависит от его внешнего облика. Это потом мы будем решать добрый он или злой, честный или не очень, но сначала ранжирование нравится/не нравится происходит по тому, как он выглядит, какие эмоции у нас вызывает в первые секунды. То, как МЫ дальше будем себя вести с человеком, зависит от того, понравился он нам или нет.

Важнейшую роль в межличностном оценивании играет процесс стереотипизации. У каждого человека под влиянием многих факторов, в первую очередь опыта взаимодействия с людьми, формируются специфические эталоны-стереотипы других людей. Формирование этих эталонов чаще всего не осознается человеком, но они серьезно влияют и управляют процессом оценивания.
Выделяют три основные группы эталонов-стереотипов:
антропологические, эмоционально-эстетические и социальные. Каждая из них отражает определенные признаки, с опорой на которые, собственно, и осуществляется оценка.
Антропологические стереотипы связаны с внешним обликом человека, его имиджем.
Социальные — с его статусом и родом деятельности.
Эмоционально-эстетические стереотипы формируются под влиянием собственного опыта переживаний, выработанного чувства меры и красоты.
Особое влияние на оценку других оказывает состояние уверенности или неуверенности в себе. Экспериментально установлено, что уверенные в себе люди чаще оценивают других как доброжелательных и расположенных к ним, неуверенные же — наоборот.

Важнейшую роль в формировании первого впечатления играют внешние данные. Здесь очень часто срабатывают антропометрические и эмоционально-эстетические стереотипы, опирающиеся на особого рода информативные показатели. Основные из них:
1. Физическая привлекательность. Недаром говорят, “что красиво, то и хорошо”, т.е. эффект красоты способен приписать собеседнику, без всякого на то фактического основания, исключительно положительные черты характера и нравственные качества.
Оценивая привлекательность, особое внимание обращают на лицо.
Важнейшую роль в формировании физической привлекательности играет осанка. Чаще всего хорошая осанка ассоциируется с уверенностью и оптимизмом, а также внутренней силой и достоинством. Плохая же осанка воспринимается как проявление неуверенности, а очень часто — зависимости и подчиненности. Все это очень важно учитывать при установлении контактов с людьми.
2. Самопрезентация заключается в умении сконцентрировать внимание окружающих на своих несомненных достоинствах и всячески увести внимание партнеров от недостатков. Это во многом будет зависеть от умения владеть психологической инициативой, от остроумия, выразительности и особого рода артистизма.
3. Стиль одежды. Выбор стиля одежды обычно рассматривается как свидетельство того, что человек из себя представляет, какой у него образ собственного “я”. При оценке стиля одежды обращают внимание на следующие особенности:
а) насколько одежда соответствует случаю.
б) насколько одежда опрятна.
в) насколько одежда соответствует устоявшемуся стереотипу.
В восприятии стиля одежды имеются достаточно устойчивые стереотипы. Так, для представителя делового мира (особенно руководителей высокого ранга) предпочтителен консервативный стиль. Это также касается и деталей: марки часов, зажигалки, галстуков и т.д. Для представителей же творческих профессий более предпочтительна индивидуальность и независимость.
4. Переживаемое эмоциональное состояние. Сильные эмоции провоцируют психологическое заражение, т.е. ситуацию, при которой эмоции и чувства одного человека способны овладевать окружающими.


(продолжение следует)