и когда я извоюсь-издрочусь своей болью, когда умру и воскресну тупым равнодушием, когда забуду, кто я и кто ты, тогда и только тогда я приду к тебе. я буду чист и свободен. в моём лексиконе не останется грязных слов - нежность, доверие, любовь. и ты примешь меня, пустую мёртвую куклу, которой так просто управлять.

груды полуразложившихся слов. копошащиеся трупными червями буквы. вот она любовь. гниёт зловонной шевелящейся чёрной массой...

Потому что в груди - чёрная дыра. Просунуть туда палец, протолкнуть кулак, чтобы хоть чем-то заполнить пустоту. Нет, не хватает... Нужно больше, нужен второй кулак - мало! Как же ничтожно мало! Какая огромная дырень!.. Залесть по локти, по плечи... Заполнять, заполнять, втягиваясь миллиметр за миллиметром, исчезая в себе... И рыдать от бессилия жалкими непоглощёнными остатками. Рыдать мгновение, пока есть силы. Пока осталось чем. И исчезнуть. В себе. В дыре. Вообще.

старая омерзительная кляча. идёт и идёт по кругу. втыкает пустыми глазницами. всё по кругу и по кругу. жрёт своё дерьмо. высерает сожранное. по кругу. сердца нет. души нет. одно словестное дерьмо под ногами. одно схаванное дерьмо в утробе. сожрать-шаг-высрать-шаг. круг замыкается. а ты стоишь и любуешься на эту тошнотворную скотину. замираешь в экстазе. ловишь каждое движение. очнись, девочка моя милая, дай мне увести тебя из этого кошмара!.. шаг... послушай меня! ты нужна мне! шаг... просто протяни руку!.. шаг... я.
.. я люблю тебя!.. шаг... круг замыкается. я ненавижу тебя. ненавижу. ненавижу!

Ах, какой сладенький клубочек противоречий... Потянул за одну ниточку - задёргался человечек от боли, потянул за другую - забился оргазмом... Слаадко... Дёргать вас за ниточки... Пляшите, бляди, пляшите... Сегодня я ваш Бог... Кишочки-жилочки, перепутанные-перемотанные... Тянуть-глядеть, как вылезают из орбит ваши глаза, тянуть-слушать, как раззявливаются немым-оглушительным ваши рты... Ух, до чего хорошо... Главное, не переусердствовать. Не порвать ниточку. А то - не интересно. А то - скушно.

Ах, сладкие бляди... Как же ненавижу я вас, как же я вас ненавижу!..

Трупо-твари, гнилушные суко-бляди. Вырвать ваши лживые розовые языки и топтать их железными каблуками. Грязь должна валяться в грязи! Дерьмо должно пахнуть дерьмом! Втоптать-вдавить, чтобы брызнула из-под оковы кровь-ложь, втереть-размазать, чтобы очистилась душа от скверны. Пусть болью. Пусть смертью. Только так и надо. Иначе боль. Иначе - смерть...

Ну вот я и дождался своего часа. Вот и стало тебе всё равно. Иди ко мне, моя маленькая шлюшка, я порву все твои сладкие дырочки, я выверну тебя наизнанку, чтобы видеть равнодушие твоей загнанной в угол матки. Настал мой час.

КАК Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, БЛЯДСКАЯ ТВАРЬ!

Заеблась, сука, пестовать свой выкидыш-переросток?.. Всё чаще пузырится в протухшем мозгу жалостливая мыслишка - лучше бы сразу сдох, убогенький?.. Потерпи, милая, осталось недолго. Скоро, скоро станет он на дрожащие ножки, скоро-скоро вонзит в твою глотку благодарные клычки, в твою пиздень благодарный хуй... И будет, воя от наслаждения, обливаясь слюной и кончиной, выгрызать огромные кровавые куски твоей мягкой плотушки, заглатывая и давясь, боясь не успеть... Потерпи, милая, потерпи... Скоро...

Тупым дебилом-ублюдком пускать слюни и пялиться на этот проблядский мир. С адской методичностью выковыривать из носа зелёные тягучие остатки мозга. Радостно гыгыкать, показывая пальцем вникуда - ыыы, там такие же дебильные рожи, ыыы, там те же тупые ублюдки...

Это не зеркало, блядь! Нас много! Нас много... Нас...

Сытая утроба. Урчит. Нахавалась дерьма и урчит, довольная по самое не балуй. Вчера только извивалась судорогами, сучила ножками - пожалейтеменябедную - а сегодня умиротворённая, перемазанная дерьмищем, невлезшим, неосиленным, лежит осоловелая. Икает. Думает - щастье...
Хуй тебе, а не щастье, падаль убогая...

воешь, сука... сказать тебе, что я знал, я знал, что так и будет?! слышишь ты, растоптанная тварь, Я ЗНАЛ! ты мне не верила. ты верила ему. ты до сих пор ему веришь? ты блядь. самая натуральная блядь. только продаёшься не за деньги, а за слова. выжечь бы на твоём гладком лобике - БЛЯДЬ. воешь... то ли ещё будет... мне даже не интересно пинать тебя ногами, за меня это сделал он.

Чтоблять, нравится быть помойной тряпкой?! А я предупреждал... Я кричал так что лопались стёкла - не делай этого!!! Лучше бы лопнул твойблятьмозг. С удовольствием посмотрю на твои корчи. Пойдиблять предложи ещё раз свою изъёбаную душу, вдруг на этот раз позарится. Смотриблять, смотри в эти глаза - видишь? Нет? Правильно - нихуя там нет! И не было, дура, понимаешь - НЕ-БЫ-ЛО! И читайблять, читай... Умри в своей ревности, сдохни! Может тогда ты поумнеешь. Может тогда ты поумнеешь... А я поплачу о тебе... Сейчас. Тут.

Неебической свистопляской разметались по замшелому плесневому сердечку твёрдые шанкры ревности. Россыпью раковых опухолей вгрызлись в плюгавенькую душонку серые убогие мыслишки. И не убежать-спрятаться, малодушно засунув голову в собственную задницу. Врослось-выперло и навсегда с тобой... Так и сдохнешь сифилитичной онко-тварью, изблевавшейся своими розовыми эмо-мыслями...

Когда километры шипастого хуя долбят, сдирая внутренности, развороченную рыдающую матку, когда литры сернокислотного семени прожигают насквозь дыры, в которые видно звёзды, когда децибелы оргазменного воя рвут барабанные перепонки и взрывают мозг кровавой радугой, только тогда понимаешь значение слова "очищение". Пустота.

Копошиться в собственных отбросах, в отбросах-себе, рассматривая каждый кусочек на свет и раскладывая на две аккуратные кучки - это ещё пригодится, а это - жечь, как чумную рванину. Выкладывать стройные пирамидки из внутреннего дерьма, из серомозгового мусора, дыбить шерсть на проходящих мимо, брезгливо зажимающих утончённоблядские носы. Зажечь вонючий костёр до неба, покидав в него всё, почти всё, что было. И задыхаться и кашлять, ловя ноздрями зловоние уходящей жизни.

и никаких блядских "ялюблютебя". молчать. молчать. пока воспоминания о воспоминаниях этих блядских звуков не сотрутся из памяти. молчать. молчать. пока не истлеют плесенью на задворках извилин навыки каллиграфии этих блядских иероглифов. молчать. три. десять. сколько нужно.

Уползти в логовище и сдохнуть. Ворочаясь на грязной вонючей ветоши, выть от боли и выжигать из сердца яд. Поцелуй в сердце был отравой. Вырывать когтями куски плоти, чтобы оставить в грудине кровоточащую язву. Биться головой о стену, вышибая мозги. Мозг-в-мозг столько дней - они тоже отравлены. Размазывать кровавые ошмётки по острому камню. Блевать тринадцатой буквой алфавита и смотреть как она плавает в смердящей бурой луже желчи и крови. Очищаться. Подыхать.

Родиться...

Нагнуть реальность и выебать. Жостко, схватив одной рукой за волосы, дав перед этим пару зуботычин, размазав по физиономии кровавые слюни. Нагнуть реальность и выебать. Так, как она это делает с нами...

Вывернуться перед этим миром наизнанку. Даже, если он этого не просит. Даже, если он истерично умоляет не делать этого. Даже, если точно знаешь, что он просто этого не вынесет. Не вынесет вида твоих дымящихся внутренностей, твоей разлитой в пространство желчи. Вывернуться.

Вывернуться наизнанку.