ГЛАВНОЕ – ПОЧУВСТВОВАТЬ НАСТРОЕНИЕ, НАСТРОЕНИЕ ГОРОДА, ЕГО МУЗЫКУ... ПОНЯТЬ СМЫСЛ, ОСНОВНОЙ СМЫСЛ, КОТОРЫЙ ОБЪЕДИНЯЕТ МНОЖЕСТВО И МНОЖЕСТВО СЕРДЕЦ

 

         Собираясь в свою последнюю такую короткую и спонтанную майскую поездку, я поначалу смутно осознавала ее цель. Она, скорей, была продиктована моим эмоциональным состоянием, не определившейся пока потребностью и  ощущалась больше на каком-то внутреннем или ментальном уровне, как отклик на какой-то зов, как очень важный запрос, как тяга ко всему чистому, порядочному, доброму и, наверное, просто – правильному.

        И даже больше: хотелось всему этому подтверждения. Подтверждения своими глазами, ушами, эмоциями. Это была чувственная категория, как желание прикосновения, прикосновения бестелесного, духовного к тому, что ты не можешь осознать, ограничить какими-то понятийными рамками, но помнишь, любишь, ждешь, надеешься… И вот…Едешь навстречу с Ним!

Диалог:

- Мама, как ты можешь так рассуждать?! Это преступно! Так не должно быть! Ты не должна быть с теми, кто так говорит и думает!

- Почему ты за меня решаешь? Почему считаешь, что я принимаю чье-то мнение?! Я сама так думаю. И думаю так много лет. И сейчас безумно-безумно рада!

- Мама, так не должно быть! То, что подарили, обратно забирать нельзя!

- А если – преступно подарили, если никого не спросили?

- Ну и что? Все равно же, подарили!

- А кто спросил людей, когда дарили и отдавали? Они же не цари и не баре, чтобы дарить, вместе с людьми...

 

          Прошлая весна развела, почти поссорила с детьми и полностью разлучила с некоторыми бывшими родственниками. Но, несмотря на это, душа – пела и рвалась, ей хотелось наяву ощутить эту радость.

 

 

         Крым поселился в моей душе однажды, много лет назад и навсегда. И произошло это, наверное, в тот момент, когда поезд по Перекопу въехал на берег с монументальной надписью «Крым». Что-то стукнуло, видимо, в клапанах моего сердца и большие белые буквы в своем скульптурном изваянии отчеканили на нем оттиск. В памяти всплывали перекопские героические картины, известные из школьной программы, из прочитанных книг, и что-то, с замиранием от сопричастности, формировало в ней основы для мощных архитектур последующего знакомства с самым необычайным полуостровом в мире. 

        Последующее настраивало на данном фундаменте прекрасные здания воспоминаний под названиями: «Ялта», «Бахчисарай», «Судак», «Гурзуф», «Симферополь», «Керчь»…а затем воздвигло мощную и прекрасную крепость – «Севастополь», со своим малым спутником и самым расчудесным местом на Земле - «Балаклавой». 

         Севастополь жил в ней все эти тяжкие, подлые, обманные и разлучные девяностые, поднимающиеся, как сейчас принято говорить, нулевые. В эти годы его образ был покрыт тяжестью несправедливости, брошенности и нашего предательства по отношению, как к крымчанам, так и к нашей истории, нашим традициям. 

Времен лихих и худо безвременья
Бросает нам порой история виток.
Как жалки наши дни… Без противленья
Народ предательства и лжи сглотнет поток.

Без плуга, перепахивая межи,
Поправ заслуг былых и доблестей века,
Живое…не задумываясь, режут…
Да, где там…Разве видно горе свысока?!

Добывши информации с мизинчик,
Все перепишут: были, песни и дела…
Орел Российской славы богатырской
Проткнется гнутой вилкой* жлобности и зла…

Мой Севастополь, белый город, белый….
Здесь каждый камень кровью русскою полит
Кровь русская и красная…на белом…
Душой к России так взывает и болит…
декабрь 2008
* - пресловутый трезубец
http://stihi.ru/2009/02/01/3119

 
 

            В прошлом, событийном году, пришло осознание того, что это чувство не только мое. Когда я со слезами, телефоном, интернетом и телевизором переживала вместе с друзьями-крычанами Крымскую весну, я вдруг увидела, насколько оно разделено и солидарно с миллионами таких же, как я, то есть самых обычных постсоветских граждан, в последние годы называемых россиянами.

 

            И что-то прорвалось в моей душе, израненной двадцатилетним перегоном странствий по тернистому полотну судьбы, исковерканной в том злосчастном и разломном девяносто первом. Все последние, долгие годы в ней копился негатив. 

             Прорвалось в прошлом, таком сложном и судьбоносном четырнадцатом году. Раньше была боль и острое чувство несправедливости, потом какая-то апатия, безразличие, неверие и недоверие. Были затем и «Новая газета», и «Эхо Москвы» с «Дождем» и другие, были даже мысли уехать из своей страны, а дочка и уехала в Европу. Но не смогла я покинуть свою Страну, которую, я точно (и проверенно) знаю, что просто люблю, люблю преданно, беззаветно и безответно, переживая все ее падения и горести последних лет, весь повсеместный беспредел, поруку и вранье. Просто, я никогда не забуду тот проклятый диван, на котором каталась и выла, когда в один час оказалось, что я за бортом своей Родины, когда ее подлый новый президент, просто вышвырнул 25 миллионов соотечественников. Вот тогда я и почувствовала, что такое есть своя, родная, а не "эта" страна и что в нее нужно обязательно вернуться, в любую: пьяную, больную, умирающую, презираемую и презирающую и, даже, предающую своих граждан…Потому что, плохой ли хороший, но это твой родной дом. И другого такого дома у тебя нет. Я тогда в него вернулась со своими детьми, сломав и потеряв многое ценное, что было уже в моей жизни. 

            Свои страдания я долго-долго разделяла сама, не думая, что они столь масштабно терзают и других. А оно, то вон как оказалось! Оказывается, прорвалось не только в моей душе… «Вона сколько душ-то наших то, рассейских…пробудилось то…»

       С таким смятением своих чувств, воспоминаний и мыслей, с непониманием и не разделением этих чувств моими детьми (как я их проглядела и плохо воспитала, как позволила другой стороне овладеть их еще недостаточно оперившимися душами (?), а ведь я их увезла из этого враждебного нам лагеря), я собралась в любимый и ставший теперь опять родным Севастополь на празднование Дня Победы, когда, наконец-то, появилась небольшая и очень бюджетная возможность посетить так возлюбленные сердцем места.

        Теперь уже я понимаю, я полетела туда, чтобы приобщиться и почувствовать остроту исторического момента, чтобы ощутить все по-настоящему, «не по телевизору», чтобы о чувствах севастопольцев и крымчан, их отношению к происходящему читать по лицам, а не по разновекторным газетным статьям. 

 

 

           Терминал аэропорта встретил дружным стуком молотков и какой-то гидравлики по металлическим конструкциям. Было видно и слышно, что работы не прекращаются ни на минуту. Самолеты садились один за другим, практически без перерыва. Прилетевшие и пришвартовавшиеся вдоль стен построек аэропорта, воздушные корабли образовали длинную цепь. Пользуясь невысокой датированной ценой и небольшими Праздничными весенними каникулами, народ устремился в Крым! Прибывшие пассажиры, подхватив свои чемоданы и сумки, сразу направлялись в середину площади, где роилась стайка маршруток и небольших автобусов, развозивших туристов по разным крымским городам.

     Потянулись скромные, в основном еще советские, только сильно постаревшие и одряхлевшие пейзажи Симферополя, полей, затем Приятное свиданье…

           И вот, наконец - мелькают инкерманские пещеры, начало самых длинных бухт со старыми кораблями и вот - выезжаем на улицы…

           Севастополь...

      Кругом цветущие каштаны, акации и миндаль… На наряженных улицах установлены большие щиты с портретами ветеранов и короткими сообщениями об их подвигах. На центральных: Лазаревой и Нахимова – огромные фонари – красные тюльпаны. Пока еще обнажены спасители городских улиц в июльский полдень - высоченные платаны. И кругом, беснующаяся, такая разноцветная в раскладке от темно-сиреневого почти фиолетового до белого, дурманящая сирень.

           Дома в центре принаряженные и побеленные, другие, как и дороги, ожидающие больших ремонтов или полных обновлений, тоже принаряжены флагами, большими гвоздиками, праздничными плакатами к 70-летию Победы… 

 

 

 

 

Что можно успеть за два дня? Да и нужно ли что-то успевать? Главное – почувствовать настроение. Настроение города, его музыку, причем не в первых и важных аккордах – они уже прозвучали в феврале и марте прошлого года, а в той, основной его мелодии, в той музыкальной теме, которую сыграть сможет только тот, кто самый ГЛАВНЫЙ, тот, кто имеет на это больше всех прав – сами жители города. Настроение звучит в мелодии, перекликаясь с подпевками, деками, трелями…А они – повсюду…Казалось бы, в самых незначительных деталях…А ведь, увидишь и прочтешь в них больше, чем в большой и толстой книге…

 

     Утром мы с подругой опаздываем на парад в его морской и воздушной части, так как до центра доехать невозможно. Вереницы оставленных на обочинах с двух сторон машин не позволяют это сделать за две или три остановки. Едем на такси, так как войти в общественный транспорт в нашей Камышовой бухте не представляется возможным.

        Водитель заранее предупреждает, что до центра он нас «возможно не довезет», в чем мы убеждаемся через достаточно длительное время, обусловленное бесконечной пробкой.

    Покинув машину, движемся вместе с большим количеством бодро шагающих севастопольцев и гостей разных поколений, зачастую семьями или дружескими компаниями. Под громкие песни военных лет, наряженные, с цветами или ветками сирени, с триколорами или красными флагами победы, все очень быстро спешат на центральные площади города, к Адмиралтейской бухте. Многие несут портреты своих ветеранов, чтобы пройти в веренице «Бессмертного полка». Многие ребятишки наряжены в военную форму бойцов Великой Отечественной. Удивляюсь: «Откуда ее столько появилось? И хитрый маркетинговый ответ не заставляет себя долго ждать, подсказывая знаменитые формулы: «…спрос рождает предложение».

      По дороге несколько раз встречаем продавцов обмотанных российскими флагами. Опять же улыбнула все та же незатейливая маркетинговая мысль… а к ней добавилась и другая, из разряда тех наблюдений, за которыми я и приехала:
«А, ведь, продают, а не …раздают…».

 

 

              По дороге покупаем цветы и торопимся  занять место на одной из улиц в «первой линии», так чтобы можно было снимать, не выпрыгивая из-за голов. 

             Повезло. Удачно вписываемся недалеко от площади. Вокруг – и стар, и млад…Млад – преимущественно на деревьях и других возвышениях, включая крыши домов. Многие стоят на балконах и выглядывают из открытых окон. Полицейские строго выстраивают всех в линии на обочинах дорог, пытаясь "поднять" на тротуары. 

            Ждем, слушая поздравление от нашего президента, а затем песню «День Победы», громко транслируемые, наверное, на весь город или, по крайней мере, на его центр. 

  

        Наконец, где-то в конце поворота, в русле, образовавшемся из плотных рядов зрителей, активизируется движение и полицейские спешат еще раз подравнять и сузить наши неровные и столь жаждущие зрелищ, ряды. Толпа потихоньку начинает заводиться нестройным «Ура!», постепенно приходя к тоновому и размерному согласию.

               И вот мимо нас уже маршируют действующие севастопольские гарнизоны, проезжает техника, поражающая своей мощью, размерами и улыбками ребят, ловящих щедро летящие к ним букеты цветов и сирени. Блистая медалями, чеканят шаг офицеры. Скоро к отрепетированному «Ураааааа!» начинают добавляться: « Мо-ло-дцы, мо-ло-дцы!...»; «Се-ва-сто-поль, Се-ва-сто-поль!». Вскоре появляются ( «Откуда!???») мотоциклы и машины военных лет, которыми управляют парни и девушки в гимнастерках и пилотках лет и даже старенький автобус «Виллис», как в фильме «Место встречи изменить нельзя». Затем рев моторов взрывает толпу и мимо нас проносятся матерые «Ночные волки».

            Зрелище захватывает так, что не замечаешь своих действий, успевая кричать в общем хоре и в гуще таких же "операторов-корреспондентов" выискивать возможности снимать все происходящее на камеру.

           Парад действующего гарнизона продолжает двигается далее по центральным улицам, представляющим живые коридоры, даря улыбки, собирая цветы и теплые эмоции всех благодарных жителей. А те, встреча с которыми уже состоялась, начинают перемешаться, занимать позиции для другого парада – парада Ветеранов. 

 

 

 

            Перемещаясь, опускаемся к бухте и памятнику «Погибшим кораблям». Повсюду: поздравления, песни, встречи, радость, как сейчас принято говорить, - селфи… Погода чудесная! Она просто порадовала в этот самый значимый Праздник.

          Небольшая группа окружила ветерана. Его обнимают, дарят цветы, говорят: «Спасибо! Спасибо Вам за Победу! Спасибо за нашу жизнь!», фотографируются…

        Итак – повсюду. Дети – неизменно рядом с ветеранами. Родственники, сопровождающие их, улыбаются, не мешают общаться. Многие со слезами на глазах.

         Слезы эти понятны. Совсем рядом, но теперь уже, в соседней стране, где разрушают памятники освободителям, в этот день не дают поздравить ветеранов Великой Отечественной, их обижают, а где-то даже доходят до рукоприкладства.

 

 

 

 

 

     Пробиваемся в очередной раз в первую линию, где уже определились другие операторы, чтобы запечатлеть вторую часть парада. Удалось «устроиться» напротив гостиницы «Севастополь». Ждать долго не приходится. Парад открывают, блистающие целыми иконостасами орденов и медалей, экипажи ветеранов боевых кораблей и подводок.

      Среди них, рядом с сопровождающими, медленно, под руку, но с гордостью в глазах, идут те, ради кого мы все собрались, здесь на этом пяточке русской земли, залитой кровью многих и многих поколений ее защитников. Некоторых из них везут, но каждый понимает, что это счастье, счастье обоюдное и для тех, кто дожил и для тех, кто их увидел. Остальные пойдут чуть позднее, пойдут на руках своих родных, пойдут в портретах, гордые и непобежденные, пойдут бесконечным потоком, рекой памяти народной…

         Горло начинает подводить, хотя многоголосный хор не перестает скандировать : «Спасибо! Спасибо…». 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

             Затем подряд следуют две очень внушительные по количеству и составу колонны. Одна из них – «Союз Советских офицеров», вторая – «Офицеры России». Мощные, нарядные, в кителях, увешанных наградами - идут гордость и Слава нашей Отчизны, ее могущество, верность и отвага. Идут гордо, с достоинством, неся, по праву победителя, флаги России и красные флаги Победы. Многие из них, как оказалось позднее, в аэропорту, утром 11-го, прилетели из разных городов. Наверное, это тоже – зов сердца.

             Мне, пережившей, давно в те, далекие девяностые предательство Родины другим офицером - моим бывшем мужем, принявшим второй раз присягу, присягу новому и так подло зарождающемуся государству (перед присягой его спрашивали: «А если война с Россией будет, Вы будете стрелять?»), было особенно волнительно видеть этих в высшей степени достойных людей. Их не сломили долгие годы бесправия, презрения, невнимания, развала. Они продолжали быть в строю, верные единожды данной присяге.

      Почему-то именно в этот момент в голове зазвучала явственно историческая фраза: "Крым и Севастополь возвращаются в Родную Гавань..."

         Заканчивал, если эту бесконечную колонну, можно было назвать концом, - "Бессмертный полк". Севастопольцы гордо шли по улицам своего любимого Города и шли не одни. Вместе с ними шли те, кто должен был идти в этом параде – параде Победы семидесятого года без войны, но не дотянул, не дожил…или погиб, защищая эти бухты и корабли, этот поразительно мужественный и не сдающийся и не сломленный в очередной раз, такой белый- белый, южный Город. 

 

         Никто не расходился после парада. Все рассредоточились в скверах площади Нахимова, на Графской пристани, где у причала, сияет своими высоченными мачтами, красавец "Крузенштерн", пришедший в гости к севастопольцам в столь великую дату празднования Дня Победы. 

      Лавочки, полянки, газоны - все стало местом отдыха! Удивительно, но пьяных не видно, особо не видно и распивающих пиво.

- Ух , ты! И чьи ж это награды? - спрашиваю веселого парнишку примерно семи лет в пилотке с медалями на курточке. 
- Это моего пра-пра-дедушки...Ну, это значит, дедушки моего папы, - получаю звонкий ответ.
- Привет. А можно с тобой поговорить? Папа разрешит?
- А что вы хотите спросить, - из-за куста сирени вступает папин баритон.
- С Праздником Вас! Хочется спросить, знает ли он про войну и кто у вас воевал?
- А...Ну да, спрашивайте..., - улыбается.
- Мой папин дедушка - он воевал!
- А где воевал, ты знаешь? За что получил награды? - не унимаюсь я, - а какая война была? С кем?
- А..., - парнишка замялся, а папа, заметив это, что-то пробормотал.
- Ну, ничего, ты еще все узнаешь! Папа тебе расскажет, за что его дедушка получил все эти награды. Ты будешь их беречь?
- Да, - мальчик смущенно потупил глаза.
- Не переживай, ты - замечательный парень и папа у тебя молодец! С Праздником еще раз вас! Мира и счастья вам! А ведь, возможно это еще одна традиция ?!

 

 

               Вечером опять долго-долго добирались, а потом смотрели потрясающий салют над выстроившимися вдоль всей бухты боевыми кораблями, которые иллюминацией украсили свои контуры. Все берега Адмиралтейской бухты были буквально облеплены зрителями, ожидающими праздничного зрелища. Фейерверк освещал контуры берегов и зданий, а гуляющий народ, натренировавшийся утром на параде, продолжал скандировать о Севастополе, России, межуя их при выстрелах, длинным: «Ураааа!»,

          В разгар салюта, вдруг подумалось: это и есть главное пересечение, ГЛАВНЫЙ смысл. И он - не в проблемах и недостатках сегодняшнего трудного момента для вернувшегося на Родину города. Ведь недаром все, кого я спрашивала: "Как Вы?" - неизменно отвечали, примерно так: "Трудно, но мы ждем, надеемся на лучшее, хотя пока еще очень много проблем, но мы - ДОМА и в нас не стреляют". И лишь одна мне попалась женщина брюзжащая, что ничего не будет лучше, но так исключение всегда должно быть..., ведь оно лишь подтверждает общее и главное - главный смысл происходящего. Он для всех здесь собравшихся и севастопольцев, и приехавших - один. Он неподвластен сиюминутным проблемам, которых в Севастополе еще очень немало. Он терпелив и самодостаточен...Наверное, потому что это лишь миг в истории, а правда - одна.

              Судьбы всех этих, собравшихся здесь людей шли до этого момента в самых разных направлениях, но, вдруг, в этот самый момент, в этой точке нашего совсем небольшого в масштабах осознаваемого в мироздании земного шара, переплелись единой струной, единой канвой событий и переживаний. Переплелись, потому что, думали в этот момент одинаково и тот посыл энергетики, одновременно отправляемый во вселенную был самым мощным и единяющим все происходящее, происходившее ранее и то, чему еще предстоит когда-то быть на этих берегах севастопольских бухт… 

 

 

     Почему-то подумалось о детях. Откуда это высокомерие и самоуверенность в своей обезличенной и "не собственной, а навязанной" правоте? Думаю, рассудит только время. Они умные и критическая масса возобладает непременно.

Когда события опережают время,
Упав на мысли ощутимым бремем,
А в расхожденье им душа поёт:
«Исконно…возвращается… СВОЁ!»,

Салютовая радость ликованья
Переполняет, вопреки сознанью,
Снимая тяжести минувших лет,
Как запоздалый, ожидаемый ответ.

Когда так трудно, просто взять…. поверить,
Шаблоном старым новое не мерить,
А вновь достать, откуда-то с глубин
Взрожденного Достоинства почин.

Когда события опережают время –
История пришпоривает стремя…

18 -19.03.14 - КРЫМ НАШ!
http://www.stihi.ru/2014/03/21/9890