Цитата сообщения Iriska-ik Как-то раз я сидела на качелях и эротично качалась.
- Вот, - думалось мне. - Я живу на белом свете уже долгих шесть лет. Другие женщины за это время успели по три раза влюбиться и два раза понарошку выйти замуж, а я что же? Лучшие годы безвозвратно уходят. Скоро меня отдадут в школу, а там и старость не за горами. Неужели я так никому и не успею отдать руку-сердце и показать трусы в горошек?
И тут появился Женечка из четвертого подъезда. Он был кудряв и одет в сексуальные хлопчатобумажные синие шорты:
- Слезай с качели! - заявил Женечка.
Меня как током ударило. Тело, которое Евгений пытался стащить с качели, тонуло в сладкой истоме. Хотелось кричать от счастья! Но, как истинная леди, кричать я не стала, а сразу перешла к главному и показала Женечке свои трусы в горошек.
И разгорелась страсть!
Держась за руки, мы с Женечкой пошли вместе по жизни и в кино на "Марию и Мирабеллу". Так начались мои жаркие девять с половиной недель.
Каждое утро он похищал меня из родительского дома, и мы бежали в парк, шли в кино на "Марию и Мирабеллу", ели мороженное и играли в карточную игру с невероятно нежным, поэтичным названием "Дурак". А когда на город опускался вечер, мы скрывались в зарослях кустов, где безудержно и до полного изнеможения играли в прятки.
Мир улыбался нам до тех пор, пока родители Женечки не приняли коварного решения, - перехать в далекий город Львов. Переезжать без Женечки они категорически не хотели, а уехать вместе с ними я не могла, потому что у меня же на шее были мама и папа.
Он уезжал ночью. В трусах в горошек я стояла на балконе, нервно курила высматривая в темноте кудри своей любви.
- Увидеть кудри и умереть! - думала я. - Нет, не так! Увидеть кудри, посмотреть "Спокойной ночи, малыши" и умереть. Нет! Кудри, потом "Малыши", потом выпить стаканчик морса для храбрости, а уж затем умереть, естественно.
Он так и не появился!
Я лежала в темной комнате с открытыми глазами, вспоминала это полное плотских удовольствий лето в мельчайших деталях и хотела плакать. Но леди не плачут!
Утро оказалось для меня тяжелым. Я до сих пор помню то чувство невосполнимой утраты, которое охватило меня, когда я поняла, что больше НИКОГДА не увижу ЕГО. Не будет парка, пряток, Марии и Мирабеллы. Не будет наших с ним посиделок в беседке во время летнего ливня. Не будет ягодного мороженного на двоих. Не будет НАС!
И я перестала быть леди. Я сидела на диване и к ужасу мамы рыдала и скулила.
- Что? Что болит? - нервничала она. - Ухо?
- Нет, - честно признавалась я. - Сердце!
- Как сердце? - охала мамуля. - Как болит!? Колет, режет, стреляет?
- Всё вместе.
- Срочно к врачу!
До врача дело не дошло, потому что за мной пришел Женечка:
- В парк идем?
- Что ты тут делаешь?
Оказалось, Женечкины родители неожиданно перенесли свой отъезд на один день...
Я была возмущена! Я была разочарована, оскорбленна и жестоко обманута! Зачем, спрашивается, я всё утро оплакивала свою потерянную любовь, если эта любовь стоит сейчас напротив меня, улыбается улыбкой идиота, трясёт своими кудрями (барашек, блин!) и, словно между нами ничего не было, предлагает идти в парк? Зачем всё это?
- Мороженное поедим, - упрашивал он. - Ягодное. Как ты любишь!
Но я уже вычеркнула из своей жизни Женечку, парк, мороженное и, честно говоря порядком поднадоевших, Марию и Мирабеллу.
Через несколько дней, едва оправившись от этой тяжелой личной драмы, я пошла в первый класс.
- Никогда, - думала я, - никогда я больше не полюблю так сильно. Верить мужчинам нельзя! Ну, может быть через месяц я и буду готова к новым отношениям, но пока...
Ход моих мыслей был прерван ударом портфеля по моей голове. Я повернулась и увидела своего одноклассника Димку Ильченко!
Меня как током ударило. Тело сново тонуло в сладкой истоме...