Терпеть не могу ездить поездами. И не в отсутствии сервиса дело, и не в сроках. Вот это вот ритмичное покачивание и
«тыгдыг-тыгдыг». Я так завожусь. Я готова отдаться матрасу, на котором я лежу.
Даже сейчас, вынужденная ехать в СВ в Москау, и набирая этот текст; чуть не
написала вместо «лежу» - «лижу».
СВ у меня двухэтажное, это немного лучше чем те, где полки друг напротив друга. Сажусь внизу, и чтобы не дать себе
расслабиться и не дай бог – задуматься, начинаю тарабанить по клавишам ноутбука,
чтобы хоть как-то отвлечь себя. Главное загрузить себя работой, до того как
поезд тронется. Чувствую, как вагон качнулся. Все поехали. Пока-пока Питер,
привет – Белокаменная! Неужели одна поеду? Класс. Ни тебе не нужных разговоров,
ни тебе взглядов исподтишка. Ну вот, отвлеклась. Началось.
У меня какая-то поездная, я не знаю,
как это называется? Я даже ходила к врачу. Посмеялись, предложили пить
пустырник перед поездкой.
Поезд ритмично покачивается. «…ему даже не нужно делать никаких движений. Он просто жадно целует меня, а поезд, всей
своей кинетической энергией просто вдавливает его в меня. Он входит в меня не
только со своей силой и страстью; в его плечах, в его бедрах, в его плоти – многотонная махина поезда….»
Судорожно вздыхаю. Открываю глаза.
Блин. Все-таки началось. Я наверное как вампир в полнолуние. Вываливаю
содержимое сумочки на полку, так, вот они. Кидаю в рот пригоршню таблеток
валерианы.
Стук в дверь. Проводник пропускает в купе человека. «Значит все-таки не одна. Хорош или нет? Или просто так хочется,
что готова пропустить через себя всю поездную бригаду, вместе с путевыми
обходчиками. ХОРОШ. Улыбается. Здоровается. Гад. Ну что он делает. Коньяк? Ну
все…блин, как называют тех кто едет вместе. А – попутчик. Все попутчик, тебе не
сдобровать. Видимо от меня исходит, какой призыв. Во всё остальное время я
совершенно нормальная женщина. Со мной даже пытаются познакомиться. Но в
поезде…Я вижу в зеркале, как он открывает коньяк, как его ноздри хищно
втягивают в себя воздух; как его глаза сужаются, будто бы перед прыжком"
Коньяк, красная рыба, икра. Что еще можно заказать в поезде. Он принимает поднос у официанта. Я встаю, чтобы
пропустить его. Он ставит на стол, поворачивается, чтобы закрыть дверь. Наши
глаза встречаются. Затем встречаются наши губы. Он прижимает мои плечи к краю
полки, я запрокидываю голову. Он целует меня в шею. Я чувствую, что мои ноги
подгибаются. Он перехватывает меня за талию. Держит одной рукой, второй – я
слышу, как щелкает запор двери купе. Он бесцеремонно, властно, как и положено
Зверю – покрывает мое лицо поцелуями. В одно мгновение моя футболка задирается
и он выпускает из плена мою грудь. Мне хочется во что-то упереться руками. Не
во что. Он чуть приседает, его губы рвутся вниз, жадно и по-звериному грубо.
Ему неудобно. Одним резким движением он берет меня за талию и подсаживает на
верхнюю полку. Не могу сказать, что теперь удобно мне, но – я наверху, мои
пальцы расстегивают джинсы. Он срывает их - молниеносно. Все-таки жаль, что
здесь полки двухэтажные. Мне бы было очень удобно упереться ногами в
противоположную и двигаться бедрами навстречу ему; а сейчас, все, что мне
остается – это держаться руками за поручень и балансировать на кончике его
языка. Поезд чуть притормозил и я сжала бедрами его голову. Моя же голова - как
в тумане, такие ощущения! Он тянет меня к себе. Я соскальзываю, в буквальном
смысле, вниз и обхватываю его за плечи. Он сжимает меня внизу, там такое
удобное для мужских ладоней место!!! Я прижимаюсь к нему насколько могу близко,
почти срастаюсь с ним. Он чуть ослабляет свою хватку, я откидываюсь – его губы
целуют меня. Держит меня своей сильной рукой. Другой переставляет поднос со
стола на верхнюю полку. Сажает меня на стол. Зябка пластмасса стола на секунду
охлаждает мою плоть. Но лишь на секунду. В следующую же секунду я притягиваю его к
себе, и так же как некоторое время (а сколько прошло?) назад он, теперь я – так
же бесцеремонно расстегиваю его брюки, или джинсы. Не очень понимаю, да и не
очень то интересно. Я не сомневаюсь в его желаниях. На мгновение он замер – у
меня есть с собой! Пока он снимает брюки и облачается в … я опускаю занавесь на
окне. В купе становиться – просто коли глаз. У меня два фетиша – движущийся поезд
и темнота. Он входит в меня. Как это волшебно! Как это волшебно. Мне кажется я
повторяю эти слова в ритм его движения и движения поезда. Как – это – вол- шеб
– но… я обожаю эту позу. Видимо там что-то с физикой тела, когда ты сидишь
подняв ноги, мужчина перед тобой и в тебе. Там видимо что-то очень сильно
сжимается. Я кричу от наслаждения. Даже в частном доме не будешь себе позволять
так кричать. Он шепчет мне в ухо: «Это ты или гудок?». Я вместо ответа еще
сильнее начинаю двигаться к нему. Я опускаю руки в низ и сжимаю его ягодицы. У
него они прекрасные крепкие, не отвисшие как у большинства наших мужчин. Я
облизываю пальчик и в момент когда он расслабляется выходя из меня – нежно
продвигаю его в него. Шаг за шагом, движение за движением, фрикция за фрикцией.
Я чувствую пальчиком начало его… конца, меня так возбуждает это. Я начинаю
немного подавливать его, когда он оказывается во мне и это дает дополнительные ощущения и мне, и
судя по его рыку – ему. ЗВЕРЬ!!! Кладу ему руки на плечи: «Подожди». Спускаюсь
на пол, поворачиваюсь к нему спиной. Он двигается мне навстречу, я останавливаю
его. Он послушно замирает. Я нахожу ладонью его плоть, и вожу головкой по краю
своих губок, потом по клитору, чувствуя напряжение я позволяю ему войти в меня.
когда его головка только начинает проникать я резко насаживаюсь на него.
Вскрикиваю и упираюсь руками, чтобы не упасть…
Стук в дверь. Что такое? Что? А, блин, так не во время. Проверка документов. Да! Сейчас откроем. Впускаю солнечный
свет в окно. Одеваться в лом. Сажусь на полотенце, вторым прикрыв, ну понятно
что и натягиваю на себя простынь. С удовольствием смотрю как мой – а кто он
теперь мне – застегивает, ага – все-таки слаксы. Накидывает на плечи рубашку (а
когда успел снять?). Подмигивает мне, приложив палец к губам, и сует мне под
мой ноутбук в ногах – пистолет. Пистолет?!?!
