Настроение сейчас - отличное

Есть у меня мечта. Даже, скорее, не мечта, а прямо скажем, фантазия с элементами эротики. И вот в этой фантазии возлежу я вся такая немыслимо прекрасная в не менее прекрасном шезлонге на веранде, примыкающей, вопреки всем законам артитектуры, прямиком к огромной и белой кухне моего большого дома. День клонится к закату, мой организм в шезлонге несколько несколько соскучился по еде, однако он не совершает никаких телодвижений по направлению к холодильнику, потому что на моей огромной и белой кухне для меня готовит ужин мой возлюбленный, разумеется, такой же небесной красоты, как я сама вкупе с кухней, белой и огромной, если кто забыл. Возлюбленный ловко орудует огромным, размером с его мужское естество, кухонным ножом, плавно шурша между сковородками, духовкой и кастрюлями.
Мои изящные ноздри приятно щекочут аппетитные ароматы приготовляемых им кулинарных изысков. Вдыхая их с наслаждением полной (во всех смыслах) грудью, я предаюсь неге.
Сейчас вы, конечно, спросите, а куда подевались мои дети. Дети... хммм...ну, например, поехали в Гарвард. Нет, они еще совсем не выросли в здоровых лосей, а я, соответственно, еще не старая, как Джамбул, просто их детский садик организовал им экскурсию в Гарвард, как будущим студентам. Да-да, моих детей зачислили в Гарвард прямиком из младшей группы детсада за выдающиеся заслуги в области науки. Не верите? Ну, и хуй с вами. Тем более, что мы здесь совсем не о Лиге Плюща и нам пора возвращаться на веранду.
- Любимый, - вопрошаю я. - А не нужна ли тебе моя помощь?
- Что ты, любимая, - возмущенно машет на меня красивыми длинными пальцами любимый, не забыв одарить меня взглядом, не менее горячим, чем кипящее в воге масло, - приготовление пищи — мужское дело. К тому же мне ли не знать, какой напряженный день у тебя сегодня выдался: и маникюры с педикюрами, и массажи с куннилингусами, и мысли о вечном. Ты так устала, бедняжка, от таких нагрузок. Отдыхай, любимая, отдыхай. А я уже почти все закончил, сейчас на стол накрывать буду, только посуду помою и разделочный столик протру.
И шлет мне нежный, как крем-брюле, воздушный поцелуй.
За ужином, накрытым на веранде, возлюбленный заботливо ухаживает за мной, незаметно подкладывая на мою тарелку кусочки повкуснее и с умилением глядит, как я их поглощаю. Ему же самому почти не до еды, он мечется на кухню за переменой блюд. А я неторопливо вкушаю подаваемые мне изыски, пока насытившись, не отваливаюсь от стола, как пиявка от зазевавшегося Дуремара.
Потом я пью свежесваренный им кофе и курю, а он привычно прибирает со стола, после чего мы перемещаемся в гостиную, где я смотрю кино, а он массирует мне ступни. Расслабившись после гурманской трапезы и массажа ступней, я впадаю в дрему прямо на диване, и он с нежностью вытирает слюни, текущие у меня по подбородку, своим белым джемпером, удачно подчеркивающим рельеф его мускулистого торса, не забывая при этом посматривать на экран телевизора, чтобы потом обязательно рассказать мне, выйдет ли Саманта замуж за Джейка, и кто окажется коварным похитителем ее розового пуделя, так удачно подобранного под цвет ее любимых стрингов.

Но это мечты. А я вам о реальности.


Часть первая, английская.

Лондон! Ну, это там, где рыба, чипсы, чай, дряная еда, отвратная погода, Мэри, ебать её в сраку, Поппинс. Лондон! (с) «Большой куш» (Snatch)


- Любимая, - сказал мне перед уходом на работу когда-то любимый гражданский муж номер раз. - Я решил поразить тебя своими кулинарными способностями прямо сегодня. Но мои кулинарные способности настолько велики, что могут поразить тебя одну насмерть, без группы поддержки ты не справишься. Потому звони подруге и приглашайее в гости на ужин, пусть она тоже поразится.
- А, может, лучше, как обычно, в ресторанчике? - неуверенно спросила я.
- Что ты, дарлинг, - сказал мне гражданский муж номер раз. - Никакой ресторан не сравнится с моими талантами и умениями в вопросах кулинарии.

Мое тогда еще практически девичье сердце жопой чувствовало, что не стоит этого делать. И не надо придираться, что у сердца нет жопы, потому что чем-то оно должно же все-таки чувствовать. А подруге я все-таки позвонила.
- Здравствуй, лучшая подруга, - поприветствовала я лучшую подругу. - Мой гражданский муж номер раз настаивает на совместном вкушении спиртных напитков вкупе с совместной трапезой собственного приготовления в нашем доме с огромной белой кухней и пристройкой с наличием камина прямо сегодня. Так что подгребай вечером, и это.... пожрать не забудь предварительно.
- Вот нет у тебя, Гладиолус, ни капли доверия к людям, - сказала лучшая подруга, но совету пожрать последовала. В отличие от меня.
Тут я сделаю лирическое отступление и ответственно заявлю, что нет лучшего способа добиться чего-то в жизни, включая простое женское счастье, как следовать своим собственным советам. Но это я отвлеклась.
Домой мы с подругой приехали одновременно, но она пожрамши, а я несколько голодной, потому что, как мы выяснили ранее, жопы у сердца таки нет.
- А у меня почти все готово, я с работы раньше уехал, чтобы все успеть - радостно поприветствовал нас гражданский муж номер раз, сверкая купленным специально по такому случаю фартуком с орнаментом в виде розочек и ягодок и источая благостное радушие своей мордой лица английского джентельмена, коим он некоторым образом и являлся. А вы думали, откуда эти буржуйские «дарлинги» в его лексиконе?
- Охуеть, - сказала лучшая подруга, не в силах оторвать глаз от орнамента. - У вас всегда так?
- Что она сказала? - спросил меня гражданский муж номер раз, так и не овладевший великим и могучим, а потому изъяснявшийся исключительно на языке Шекспира и Уйальда, который совсем был ему некоторым образом даже родным.
- Она говорит, фартучек у тебя очень миленький и просит дать поносить, - перевела я близко к тексту.
- О, ты тоже любишь готовить? - обратился гражданский муж самизнаетекакойномер к моей лучшей подруге. - Пойдем, я тебе все покажу, - и вцепившись в локоток, потащил ее к плите делиться рецептами кулинарии туманного Альбиона.
Тут я должна сразу оговориться и сказать, что готовить моя лучшая подруга не умела вообще, так что особых восторгов от готовки не испытывала даже в качестве зрителя. Вообще, из нас троих более-менее сносно готовить, как выяснилось позже, умела только я, но, во-первых, тут я несколько поскромничала, а во-вторых, забежала вперед.
- Вот этот соус я привез из Англии специально для сегодняшнего вечера, - радостно вещал мой гражданский муж номер раз, тыкая подруге под нос какую-то жестяную банку. - Он очень вкусный и очень дорогой, - доверительно сообщил он нам.
- Ебаааать, мы будем есть Вискас, - вырвалось у меня. - Он очень вкусный и очень дорогой, - добавила я тоном воспитанных английских дментельменов.
Выхватив из русской речи знакомое слово «вискас», гражданский муж как-то сразу понял, о чем я.
- Шутница она у меня, - и ласково погладил меня по голове.
Подруга глазами символизировала мне, что она в полнейшем охуе от наших высоких, во всех смыслах, отношений, и по ее лицу было видно, что больше всего ей хочется оказаться подальше от нашей семейной идиллии. И я ее нисколько не осуждаю.
- Ну, вот, все готово, - радостно сообщил нам гражданский муж номер раз, накрывая на стол, и разливая по бокалам французский «Мерло», к которому он питал необъяснимую для британца слабость
- Содержимое тарелок выглядело... как бы это сказать... э-э-э-э … странным и меньше всего походило на что-то съедобное. Картофель, погрытый белыми сгустками, отдаленно напоминавшими что-то не очень приличное, и куски мяса в какой-то красной каше, тоже вызывашей ассоциации, малосочетаемые с едой.
- А что это? - Спросила подруга, тыкая вилкой в белые сгустки.
- Это картофель, запеченный в молоке, - пояснил гражданский муж номер раз.
А это? - я показала на красную кашицу.
- Это мясо в традиционном английском соусе, я же вам банку показывал, - терпеливо объяснил нам Эндрик, потому как я заебалась писать это длиннющее словосочетание с его порядковым номером.
Есть странным образом расхотелось. Еда не только выглядела малоаппетитной, но и источала непривычные ароматы, а на вкус вдобавок ко всему оказалась несоленой. Ну, то есть вообще несоленой. Потому что гордый британский обычай не п-позволяет солить еду во время готовки! К тому же красная кашица соуса навевала подозрения, что вискас все-таки вкуснее. Может, там эмульгаторов меньше, или они менее эмульгирующие, фиг их знает, эти английские соусы, специально провезенные по такому случаю через таможенный контроль, несмотря на соответствующие запреты. И куда они только на границе смотрят, вы не знаете?
Разговор не клеился, Эндрик уминал за обе щеки свою ностальгическую по родине жратву, я пыталась вилкой в тарелке выложить слово «хуй», при этом мне было важно равномерно распределить в буквах количество красного и белого.
- А почему вы не едите? - спросил у нас гражда... Эндрик.
- Мы едим-едим, - успокоила его подруга, - только медленно. Наслаждаемся каждым кусочком. Мммм, вкусно, - продолжала она усыплять его бдительность, цокая языком.
- Очень вкусно, - подвердила я, оставив бесплодные попытки в области каллиграфии, и соцерцая красно-белое нечто в своей тарелке.
- Дарлинг, - вдруг сообразила я, а покажи нам те замечательные фотографии с видами стройки вашего завода, нам очень интересно.
- Да-да, очень, - радостно закивала подруга. - Очень!
И Эндрик пошел искать чрезвычайно интересные для двух юных дев виды строительных площадок.
- А в вашем дворце есть такой изыск, как помойка? - спросила лучшая подруга, озираясь.
- Тарелку неси, быстро, - скомандовала я, оказавшись в два прыжка в нужном месте и высыпая красно-белые заморские яства в мусорное ведро.
Мы аккуратненько присыпали содержимое помойки салфетками и уселись за стол, изображая людей, полностью удовлетворенных желудочно.
- Вот вам фотографии, которые вы хотели, - сказал внезапно возникший на пороге кухни Эндрик. - Вы идите в гостиную, допивайте вино, а я пока тут все приберу, - милостиво отпустил он нас.
- Знаешь, а он неплохой мужик, - одобрила мой выбор подруга, когда мы остались вдвоем.- Заботливый.
- Готовит опять же вкусно, - согласилась я с ней.
- Это не главное, - упорствовала подруга.
- Добавки хочешь? - участливо предложила я.
- А ты вообще когда в последний раз ела? - поинтересовалась она.
- Вчера, - горестно вздохнула я. - И до завтра не светит.
- Слушай, у меня бутерборд в сумке недоеденный есть. Будешь?
Вообще-то я в еде переборчивая, и после таких предложений всегда долго выпытываю, а с чем бутерброд, а были ли соблюдены санитарными условия, в которых его готовили, а не забыл ли готовивший сверить дату истечения срока годности ингредиентов с календарем на стене, все ли нормы гигиены соблюдены при столь сложном технологическом процессе, как сооружение бутерброда. Но в этот раз я решила не выебываться.
- О-о-о, как вкусно, - стонала я, набив полный рот сплющенным комком хлеба и сыра, завернутым в серебристую фольгу, и запивая «Мерло». - О-о-о!
Эндрик, уже второй раз за вечер, неожиданно возник на пороге, прервав мои стоны.
- Ну, мне пора, - вздохнула подруга, поднимаясь с дивана.
- Ну, если вы больше ничего не хотите, - блеснула я знаниями советской мультипликации, одновременно запихивая фольгу между диванными подушками. Вопроса, а что, у вас еще что-то есть, от подруги однако же не последовало. И я ее в этом нисколько не виню.

- А славный выдался вечер, - сыто улыбаясь подытожил итоги встречи мой гражданский муж номер раз, закрывая за подругой дверь.
- На редкость, - согласилась я, пытаясь незаметно выковырять языком застрявший между зубов кусок бутербродной фольги.
- Обязательно повторим, - уверенно заявил Эндрик.
- Говно вопрос, - отправляясь чистить зубы от еды и фольги, невозмутимо ответствовала я. Потому как после вкушения британских деликатесов невозмутимость во мне катастрофически возросла, видимо, в соусе дело.

На следующий день мне позвонила подруга.
- Знаешь, в свете вчерашнего меня несколько взволновал вопрос британских деликатесов, - начала она вместо приветствия.
- С чего бы это? - не поверила я.
- Не перебивай, а то так и помрешь, не узнав сокровенного, - пригрозила подруга. - В общем, я порылась в нете, - продолжила она, - оказывается, во всем виноваты злобные фашистские оккупанты.
- Э-э-э, но Британия же не была оккупирована, - возразила я.
- Да, но их бомбили! И вот во время бомбежек странным образом все рецепты английских кулинарных изысков в некотором роде сгорели.
- Точечный обстрел, - догадалась я. - Меткие фашистские бомбардировщики
- И знаешь, - задумчиво произнесла подруга, - хотя это все и наглый пиздеж, но если бы и нет, то после вчерашней трапезы мне было бы очень трудно их в этом винить....

Да и мне, собственно, тоже.

Вот сегодня решил писать дневник , чтоб что то в себе поправить ...
Первое -бросил есть хлеб , чтоб поправить вес..ну и конечно велосипед...круто 20 км в день..душ и чувствуешь себя как человек !!!
Вот ещё бы с пивом как то завязать ???

Всё для себя и для любимой!!!