Все ушли и никто не вернулся,
Только верный обету любви,
Мой последний, лишь ты оглянулся,
Чтоб увидеть все небо в крови.
Дом был проклят и проклято дело..
Тщетно песня звенела нежней..
И глаза я поднять не посмела
Перед страшной судьбою своей.
Осквернили пречистое слово,
Растоптали священный глагол,
Чтоб с сиделками тридцать седьмого
Мыла я окровавленный пол.
Разлучили с единственным сыном,
В казематах пытали друзей,
Окружили невидимым тыном
Крепко слаженной слежки своей..
Наградили меня немотою,
На весь мир окаянно кляня..
Окормили меня клеветою,
Опоили отравой меня!
И, до самого края доведши,
Почему-то оставили там..

Любо мне, городской сумасшедшей,
По предсмертным бродить площадям...

 Анна Ахматова 1959г.

*  *  *

Листья, листья!
                Парашюты
с куполами алыми.

Вы, дожди, располосуйте
асфальтовые ватманы!
Вы деревьям изомните
деревянный сон!

- "Сколько время?"
- Извините,
  не ношу часов.

Время крутится в моторах,
отмирает в молочае.

Листья мне кричат:
                   - Мы тонем!
А другие:
          - Мы летаем!

Вы тоните и взлетайте,
я вам не приятель.
С пешеходными зонтами
ходят дни опрятные.

Время!
Что ж. Пришло - уйдет.
Ветер свитер свяжет.

Выше - ниже ли удой
у дождя - не важно.

Все как есть я принимаю,
листья приминаю.
А чего не понимаю -
не перенимаю!

Не вступаю в пересуды
с водяными армиями.

    ___________

Листья, листья!
                Парашюты
с куполами алыми!



ВИКТОР  СОСНОРА

Прости за почерк – дождь опять да снег,
Давленье под сто семьдесят в ненастье,
К тому же и писать в двадцатый век
И даже в девятнадцатый отчасти.

У нас здесь рай, местами, где и ад,
Сменилась, правда, прорва декораций,
Как, например, вон тот вишнёвый сад,
Где Чехов учит Треплева стреляться.

Трагедия! Но только в свете фар,
А днём, когда не надо на работу –
Комедия, чуть более, чем фарс,
А спьяну – даже Драма на охоте.

Тут много изменилось с той поры,
Как унтер Пришибеев стал майором,
Грусть и Печаль с Тоскою – три сестры –
Живут в Москве, в Сокольниках. Не скоро

В Париж им предстоит. А что до слов,
То мастер заговаривать когда-то
Сменил в своей фамилии Овсов
Две буквы – получилось Карбюратов.

Каштанка стала Шариком. Молве
Коль верить, даже ботает по фене.
Стихи поэт известный Жуков В.
Всё так же пишет деду на деревню.

Сказать про совесть если или честь,
То дамы ходят в баню без собачек,
А что теперь в палате номер шесть? -
Там кастинги для телепередачи.

И ясно, как включаешь Интернет,
Зачем хватать извозчика и к «Яру»,
Когда едва ль не каждый твой сосед,
У вас с ним только разные футляры.

Цветков Леонид   

   *    *    *

Мелкий дождь идет на нет,
окна смотрят сонно.
Вот и выключили свет
в красной ветке клена.
И внутри ее темно
и, наверно, сыро,
и глядит она в окно,
словно в полость мира.
И глядит она туда,
век не поднимая, –
в отблеск Страшного суда,
в отголосок рая.
В доме шумно и тепло,
жизнь течет простая.
Но трещит по швам стекло,
в ночь перерастая.
Это музыка в бреду
растеряла звуки.
Но кому нести беду,
простирая руки?
И кому искать ответ
и шептать при громе?
Вот и все. Погашен свет.
Стало тихо в доме.

Иван  Жданов

Букет из желтых листьев на рояле.
Я Вам сыграю музыку дождя.
Я Вам сыграю музыку печали,
Как тихо плачет осень, уходя.

Я так хочу в холодный этот вечер
Неласковое сердце растопить.
Как жаль, что быстро догорают свечи.
Вы равнодушны? Нет, не может быть...

Все можно только музыкой измерить,
Что выше страсти, горячей огня.
Позвольте Вам сегодня не поверить,
Что Вы совсем не любите меня.

Букет из желтых листьев на рояле.
Я Вам сыграю музыку дождя.
Я Вам сыграю музыку печали,
Как тихо плачет осень, уходя…

      ИРИНА БАЛАЦКАЯ

Под музыку дождя причудливые тени
Все вьются по стеклу, объятий не стыдясь.
Я нарисую эту музыку свирели-
Придуманный узор, невидимую бязь. 

Летят мои мечты, меня они закружат.
Я вижу в облаках миры и города.
Там нет ни зла, ни смерти. Только чьи-то души
От грусти и разлуки плачут иногда.

А сколько их, миров, и есть ли в мире счастье?
Вопросы без ответа.Мне их не разгадать.
Под музыку дождя, в осеннее ненастье
Я просто буду этот танец рисовать.

ИРИНА  БАЛАЦКАЯ

В  ЗАКОЛДОВАННЫХ  ЛЕСАХ... 

В заколдованных лесах
Заблудилась осень.
Золотые дерева…
Сердце счастья просит.
В небе розовый закат
Бледным стал от стужи.
Кто же в этом виноват,
Что не ты мне нужен?

В небе стылом лишь едва
Звезды серебрятся.
Листья, как твои слова,
Надо мной кружатся.
Все касаются меня
Осени приметы.
Только нет теперь огня.
Закатилось лето.

Птицы к югу все летят.
Песни их печальны.
Шьется в этот листопад
Тот наряд венчальный.
Позолота из листвы.
Из осенних кружев.
Бисер белый – от зимы.
А душа – из стужи.

BOGUSHEVSKAYA - Sharmanka Osen

КАК НИ  ПЕЧАЛЬНО, А ОСЕНЬ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ.   ДЕРЕВЬЯ СТОЯТ ГОЛЫЕ.   ДВАЖДЫ УЖЕ ВЫПАДАЛ СНЕГ.   ПРАВДА,  ОН  СРАЗУ  ТАЯЛ, НО... ВОТ - ВОТ ПОЙДЕТ  ПО - НАСТОЯЩЕМУ.  И  ОПЯТЬ ЗИМА  НА  10  МЕСЯЦЕВ.   

Осенний дождь - вторые сутки кряду,
И, заключенный в правильный квадрат,
То мечется и рвется за ограду,
То молчаливо облетает сад.

Среди высоких городских строений,
Над ворохами жухлого листа,
Все целомудренней и откровенней
Деревьев проступает нагота.

Как молода осенняя природа!
Средь мокрых тротуаров и камней
Какая непритворная свобода,
Какая грусть, какая щедрость в ней!

Ей все впервой, все у нее - вначале,
Она не вспомнит про ушедший час, -
И счастлива она в своей печали,
И ничего не надо ей от нас.

Вадим Шефнер, 1960

Вероятно, было весело
У кремлёвских стен и храмов
Рыцарю, чьи латы весили
Сорок восемь килограммов.
Он, не замечая тяжести
Трёхпудовых этих лат,
Мог кружиться и куражиться
На средневековый лад.
Рыскал всюду серым волком он:
И обиды не прощал,
Но зато не ведал толком он:
Шар земля или не шар?

Вот пришла цивилизация.
Что же людям принесла
Эта вся механизация?
Облегчила все дела!

Ежели всмотреться пристально,
Польза прёт со всех сторон:
Поезд ходит, книга издана,
Существует телефон.
Польза есть, притом великая,
Массовая, как кирпич.
Человек, склонясь над книгою,
Может истину постичь.
Может на плите на газовой
Приготовить он обед.
Польза есть, но также массовый
От наук бывает вред.

Где былая удаль русская,
Что гремела с давних пор?
Человек стал слабым: мускулы
Заменил ему мотор.
Он, познавший плод учения,
Чуть простудится – апчхи!
На глазах его для чтения
Приспособлены очки.

Ну, а мне милы традиции
Презираемых веков.
Кое-что готов у рыцарей
Перенять поэт Глазков.

Не чуму, не мракобесие,
Не магический обряд,
Не отвергнутый поэзией
Крепостнический уклад,
Не геральдику рутинную,
Не знамёна, не гербы,
А романтику спортивную
Долгих странствий и борьбы!

Николай  Глазков 
1954

Сегодня разбилась последняя чашка. 

"Плохая примета", - подруга сказала.
А в небе луна, как большая ромашка,
Гадай - не гадай, лепестков не осталось.
Всё, что ни случается, к лучшему, вроде,
И бьется обычно на счастье посуда,
А в гости никто все равно не приходит,
Тем более - ты. Никогда, ниоткуда.
А я всё на лунных ромашках гадаю.
Еще в арсенале - тарелки и блюдца.
Сижу, из стакана чаек попиваю,
Грущу - почему бы тебе не вернуться?
За стенкой опять разругались соседи,
Наверно, на счастье побили плафоны.
Но мне не до них. Ты ведь скоро приедешь.
С сервизом на двадцать четыре персоны!

 Лена Касьян

P.S. Хранить разбитую посуду – к несчастью:
Разбитая посуда символизирует ущербность, нецелостность (можно вспомнить обычай бить посуду на свадьбе, связанный с тем, что невеста расстается с девственностью). Следовательно, хранение разбитой посуды в доме может привести к разладу, несогласию. С бытовой же точки зрения разбитая посуда попросту опасна – можно пораниться. И потому лучше не провоцировать несчастье, склеивая черепки, а избавиться от них. Не зря сохранилось старинное поверье: “Посуда бьется – к счастью”. Все уж забыли, что это имеет отношение к невесте, и повторяют, просто чтобы не омрачать себе настроение из-за разбитой чашки.

Не ищите излишнюю сложность
В неспокойный наш атомный век .
Возраст – это , ей – богу оплошность ,
Если молод душой человек !

Пусть вы даже и сгорбились малость ,
И сгустились морщинки у век.
Возраст – это , ей – богу , формальность ,
Если молод душой человек !

Пусть лицо озаряет улыбка ,
Даже если седины , как снег .
Возраст – это , ей – богу , ошибка ,
Если молод душой человек !

Пусть любовь нерушима , как крепость ,
Пусть не старится сердце вовек .
Возраст – это , ей – богу , нелепость ,
Если молод душой человек !

Разве солнце убавит свеченье ,
Разве звезды замедлят свой век,
Разве возраст имеет значенье ,
Если молод душой человек !

Людмила Щипахина.

Золотые капли октября
Соберу в сверкающие звенья.
Разреши поцеловать тебя
Посреди случайного мгновенья.

Я поглажу волосы твои...
Стало небо пасмурным и влажным.
Этот мир придуман для двоих -
Остальное, в сущности, - не важно.

Защищая от осенних гроз,
Я тебя согрею, как сумею.
Ожерелье из упавших звезд
Ты наденешь царственно на шею.

Повернись, пожалуйста, ко мне.
Ветер звезды с листьями уносит...
Улыбнись в вечерней тишине -
Ничего, что наступила осень...

Петр Давыдов

...И Вергилия нет за плечами, -
Только есть одиночество в раме
Говорящего правду стекла.

Владислав Ходасевич "Перед зеркалом"

Скажи мне правду, зеркало, скажи.
Меня ты помнишь девочкой с бантами
И девушкой с косою цвета ржи.
А женщину с усталыми глазами
Не знаешь ты... Я быть ей не хочу!
Я разорву условностей оковы.
На санках лихо с горки я лечу:
Откройся, мир неведомый и новый!
Я изумленно на него смотрю,
Его красот не замечала прежде:
Впервые вижу алую зарю,
Впервые вижу, как цветет подснежник...
Продлись, мгновенье счастья - познавать,
Все принимая в жизни - улыбаться,
Снежинкой падать, радугой сиять,
И, вместе с миром, вечно изменяться,
И, вместе с миром, прежней оставаться,
Смешной девчонкой. Годы не считать,
Не дать душе забыть о добрых сказках,
И всех людей любить и понимать.
Скажи мне правду, зеркало, скажи,
И не солги мне, вольно иль невольно:
Та девушка с косою цвета ржи,
Мной, нынешней, была б она довольна?..

ЕЛЕНА  КАРЕЛИНА

Да разве святость - влезть при жизни в святцы?
В себя не верить - всё-таки святей.
Талантлив, кто не трусит ужасаться
мучительной бездарности своей.

Неверие в себя необходимо,
необходимы нам тиски тоски,
чтоб тёмной ночью небо к нам входило
и обдирало звёздами виски,
чтоб вваливались в комнату трамваи,
колёсами проехав по лицу,
чтобы верёвка, страшная, живая,
в окно влетев, плясала на лету.

Необходим любой паршивый призрак
в лохмотьях напрокатных игровых,
а если даже призраки капризны, -
ей-богу, не капризнее живых.

Необходим среди болтливой скуки
смертельный страх произносить слова
и страх побриться - будто бы сквозь скулы
уже растёт могильная трава.

Необходимо бредить неулёжно,
проваливаться, прыгать в пустоту.
Наверно, лишь отчаявшись, возможно
с эпохой говорить начистоту.

Необходимо, бросив закорюки,
взорвать себя и ползать при смешках,
вновь собирая собственные руки
из пальцев, закатившихся под шкаф.

Необходима трусость быть жестоким
и соблюденье маленьких пощад,
когда при шаге к целям лжевысоким
раздавленные звёзды запищат.

Необходимо с голодом изгоя
до косточек обгладывать глагол.
Лишь тот, кто по характеру - из голи,
перед брезгливой вечностью не гол.

А если ты из грязи да и в князи,
раскняжь себя и сам сообрази,
насколько раньше меньше было грязи,
когда ты в настоящей был грязи.

Какая низость - самоуваженье...
Создатель поднимает до высот
лишь тех, кого при крошечном движенье
ознобом неуверенность трясёт.

Уж лучше вскрыть ножом консервным вены,
лечь забулдыгой в сквере на скамью,
чем докатиться до комфорта веры
в особую значительность свою.

Благословен художник сумасбродный,
свою скульптуру с маху раздробя,
голодный и холодный, - но свободный
от веры унизительной в себя.

1985
Евгений Евтушенко