ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Жил да был на белом свете
Голубанов Толстожоп.
Я скажу вам то, что был он
Охуенный долбоёб.
Долбоёбом долбоёбов
Он являлся, на ХУЙ, блядь.
Впрочем, это не имеет
Здесь значенья, ёпа мать.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Вышел как-то Голубанов
Утором рано на болкон.
Заорал: «Ебёна мать!
Кто меня хоТИт ебать?!
ВСЕМ сегодня я даю
Толстую перду свою!»
В это время мимо шёл
Длиннохуев Жопоёб.
Услыхал он как орёт
Голубанов Толстожоп
И сказал: «Сейчас зайду!
Отъебу твою перду!»
И в подъезд его пошёл.
Голубанов мыть пердилу,
Поскорее побежал.
Так усЁрдно мыл, что мыло
Между ягодиц вогнал!
В это время Жопоёб
Подходил уже к квартире.
Надавил он на звонок.
Толстожоп от страха мыло
Засадил ещё, бля, глубже!
Не поделать здесь ничё.
Отворять он дверь пошёл.
Отворил и гость вошёл.
Голубанов говорит:
«Мыл сейчас пердилу я,
И застряло мыло, бля!»
Длиннохуев отвечает:
«Вот ХУЙня – то, блядь, какая!
Ладно, я спасу беду.
Дай сюда свою перду».
Голубанов раком встал
Длиннохуев закатал
До плеча рукав рубахи
И впердолил, ёпа, на ХУЙ,
Голубанову в перду
Руку длинную свою.
Поводил совсем немножко
Ну и вытащил картошку!
Поводил ещё чутка
И достал два сапожка!
Наконец достал он мыло
Да куда-то, ёпа, кинул.
После вытащил елду
И забил её в перду
Голубанову по яйца.
Начали они ебаться.
Кончил Жопоёб ебать
Голубанова перду,
И пошли они бухать
За хорошую ебню.
Набухалися в говно
ХУЙ, блядь, ведает чего!
ПИЗДАнулись в пол еблом
И уснули крепким сном.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Голубанов, бля, проспался,
Проблевался, Обоссался.
Смотрит, ёпа мать, картошка!
Рядом с ней лежат сапожки!
Плюс мужик какой-то, блядь
Дрыхнет, на ХУЙ, ёпа мать!
Голубанов тут врубился,
Что он с ним вчера елдился.
А потом они бухали.
Всё бухлище, бля, сожрали!
Стал тогда он Жопоёбу
Длинный ХУЙ его SOSать.
Длиннохуев, блядь, проснулся.
Помычал и стал кончать.
Голубанов стал глотать.
Он кончину пил, как водку!
Вдруг не в ту попало глотку!
Голубанов подавился,
И пиздец с ним приключился.
Голубанов ХУЙ убрал
И, ебёна мать, съебал.

КОНЭЦ