Над деревней Мамыри, что недалеко от ИКЕИ занимался рассвет.
Исхудалый зачмыренный волк с огромным болтом и красным свежекупленным стулом ломился через лес, дрожа от завывания мелких лесных хичников.

Вокруг пахло прелой листвой, едва показавшейся травой, запах жимолости и йода, меда и других пчелиных ароматов, еще не выветрился с прошлой осени и повисал над дрожащим четвероногим Волком.

Он устал боятся ночных звуков раннего леса : остановился на полянке, поставил стул под дуб, и водрузившись на него, вонзил когти задних лап в мягчайшую весеннюю подстилку и блаженно замер.
-Ну вас нах, как говорится - сяду на пенек, съем пирожок!
И развернул шаурму и от предвкушения сытного перекуса закрыл глаза.
В кустах затрещала сойка.
Волк открыл правый глаз и сфокусировал его.
В кустах мелькало что-то розовое и вскоре показался лысый череп покрытый алым пятном велюрового берета, далее шли черные круги вокруг глаз, чернел гуталином
квадратно очертанный рот. Картину дополняло розовое платье в черный подернутый крестами, горошек.
Существо радостно подпрыгивало, что-то повизгивало, роскошно крутя задорным
крепким задом. В руках оно несло корзинку .

-Бог в помощь , что за сладкую песенку ты пойошь? спросил лукавый Волк, и что, девочка, у тебя в корзинке?

Молодая женщина, Красная Шапочка, а это была она, еще раз весело пропела первый куплет:

Die Tränen greiser Kinderschar
ich zieh sie auf ein weißes Haar
werf in die Luft die nasse Kette
und wünsch mir, dass ich eine Mutter hätte
keine Sonne die mir scheint
Keine Brust hat Milch geweint
In meiner Kehle steckt ein Schlauch
Hab keinen Nabel auf dem Bauch

Mutter

-«Муттер» Рамштaйна пою, а несу я чебуреки бабушке на готическую вечеринку.

Но Волк не внял голосу разума, (а он был простой Волк из Момырей) и следующую фразу построил так:

-Откуда идешь, плешивая?

Он думал очернить угнетенную забитую женщину, отнять чебуреки , глумиться над молодым телом, засунуть свой орган в теплую не заросшую ежовой щетиной щель, ибо знал этот хлюпкий отец гиен, генетическая память подсказывала ему, что он
Властелин Красной Шапки и яе Бапки!

Но, чу!

Железный носок ботинка уже описал дугу в воздухе и врезался в височную долю
Серого. Он упал со стула и мир исчез из глаз его. И нетронутая шаурма его упала
рядом, источая неземной аромат.

В чувство его привел легчайший рыбий запах, давно не мывшейся женщины. Красная шапочка, а это была опять она, решила кардинально решить эту проблему.
Пусть Волк вылижет ей!
И умоюсь и получу наслаждение. А то на Готическую вечеринку пора! Что мне грязной приходить! И за шкирку Красная Шапочка притянула скулящего волка к истосковавшейся по ванне и ласке вагине.
-Лижи, собака! -Грозно сказала она и подняв у стула так и не начатую волком шаурму, вонзила в нее свои молодые и крепкие зубы.
Она откинулась на спинку стула, но не забывая точить шаверму, погрузилась в ощущения.

От ужоса в зобу дыханье сперло и волк трясясь и суча задними лапами принялся за дело.
Чавканье кончилось (Всякой шаурме, как ведь и шаверме, рано или поздно приходил конец) и лес огласили стоны. Звуки плыли над предрассветными Момырями и разносились по всему лесу. Уже потянулись на чудные трели еноты, мыши и дрозды.
Ласточки в пределах видимости уже вили гнезда, делая вид что они заняты работой.
То и дело поляна озарялась вспышками фото. То работали бобры- папараццы газеты «Жизнь» в лесу»

У Волка темнело в глазах он терял сознание и вновь приходил, перед ним пестрой лентой пронеслась его нелегкая волчья жизнь: Волк и Лиса, Волк и Семеро Козлят, Волк и Три Поросенка, Ну, Погоди.

Лизать иль больше не лизать вот в чем вопрос
Что благородней для души: сносить ли
Вонь сих пряных тел или восстать, сожрать
Старушку-бабку сей пигалицы верткой
Иль кончить тихо в унисон с разбойницой
Младою

И Волк лизал, лизал и шкура,
Что одет был он, покрылась слизью подростковой
И только крик оргазма Готичной Принцессы возвестил что оковы
Рухнули Его.

В подтверждение сих слов он получил каблуком по лбу.

-Свободен! Сообщила Красная шапочка и потянувшись, натянула трусы
и поправила юпку…

Он бежал на всех четырех лапах, не разбирая дороги, а вслед летела хорошая песня:

Ich durfte keine Nippel lecken
und keine Falte zum Verstecken
niemand gab mir einen Namen
gezeugt in Hast und ohne Samen
der Mutter die mich nie geboren
hab ich heute Nacht geschworen
ich werd ihr eine Krankheit schenken
und sie danach im Fluss versenken

Mutter

И вот он оказался у порога той почтенной матроны…

Древний готический замок пронизывал шпилями небо.
Звуки органа доносились из приоткрытой двери
Волк вошел:
У стенок приплясывали люди и звери разодетые и разукрашенные в черное.

Заяц из «Ну, погоди!» на алтаре играл на органе и пел голосом Румянцевой:

In ihren Lungen wohnt ein Aal
auf meiner Stirn ein Muttermal
entferne es mit Messers Kuss
auch wenn ich daran sterben muss

Mutter

Посреди залы под алтарем, усыпанная лепестками черных роз,
стояла кровать, на которой возлежала старушка в чепце, в ажурных чулках
с поясом. Картину дополнял узкие черные стринги из-за которых пробивались курчавые волосы и высокая грудь в кожанном лифчике 6 размера. Перед ней дымился жостовский поднос с чебуреками.

Войди же серый путник! Угостись нашей пищи и пожертвуй крови на обряд.

Волк подошел, покачиваясь и насладился неземным вкусом чебурека,
после утром проделанной утром работы это было самое то.

Увидев это, Заяц заверещал:

-Сегодня мы поклонимся нашему богу и принесем ему жертву.
Кто засмеется тот и падет жертвою сией:

Итак повторяем за мной : Если б…

Хор людей и зверей вторил Зайцу:
-Если б я имел коня был, бы, это номер
-Если б конь имел меня, я б наверно помер!

…По полу от смеха катался Волк

-Сие свершилось! и Заяц взмахнул волшебной палкой:

Пид Мисквою в Момырях після анального сексу з конем помер один з місцевих жителів. Смертельний акт стався на фермі, яка, як підозрюють у поліції, користується популярністю у навколишніх зоофілів.
Як це зазвичай буває, тварина не постраждала, а розтин померлого показав, що той помер "унаслідок розриву прямої кишки".
- Відомо, що любителі зоосексу знаходять цю ферму через чати в Інтернеті, - сказав сержант Зайо Погодайкин.
Хоча в штаті Момыри секс з худобою не є злочином, Погодайкин сказав, що детективи на даний момент намагаються з'ясувати, чи були на фермі випадки сексу з дрібнішими тваринами, що вже можна віднести до жорстокого поводження з тваринами. Це вже є кримінальним злочином.
- Якщо мова зайде про овець або кіз, то власники ферми можуть бути покарані, - додав Погодайкин, повідомляє РОЛ.

Хоронили Волка всем замком, были люди, звери, Красная Шапочка
вытирала слезы и другие части тела, рядом с ней, в прозрачном
пеньюаре, стояла Бабушка и задумчиво роняла розы на потревоженный песок…

Заяц, стоя с молитвенно сложенными лапами на груди пел:

In ihren Lungen wohnt ein Aal
auf meiner Stirn ein Muttermal
entferne es mit Messers Kuss
auch wenn ich verbluten muss

Mutter
oh gib mir Kraft