УСПОКОЕНИЕ

Вечернее тихое море
Сливалось воздушною дымкой
С грядою слегка-лиловатых
Охваченных сном облаков,
И в этом безмерном просторе
Дышали почти невидимкой,
Как дышат мечты в ароматах,
Бесплотные образы снов.
Они возникали как краски,
Как чувства, зажженные взором,
Как сладкий восторг аромата,
Как блеск и прозрачность воды,
Как светлые вымыслы сказки,
Как тучи, что встали дозором,
Чтоб вспыхнуть на миг без возврата,
Пред ликом вечерней звезды.

Константин БАЛЬМОНТ

В этом году, как и в прошлом, я не был на море: сначала болезнь, а потом запреты врачей. Не был и бурным годом раньше, полностью погрузившись в дела колхозные. Но в следующем году выберусь туда обязательно - сразу после уборочной. А пока читаю морские зарисовки "серебряных". У Бальмонта обычно ширь, океаны, которые он покорил все четыре, по части южных морей наиболее хорош и знающ Волошин, у Брюсова кругом - моря северные, хоть Волошин и тут отметился, а вот у Иванова - Космос, даже в морях и океанах только его отражение. Для Ахматовой только одно море есть море - Чёрное в Крыму, а вот Балтийская лужа для неё и есть лужа, в которую только плакать тихонько сподручно. А она ведь побывала в Италии с Гумилёвым, притом дважды, но я что-то не припомню особых восторгов по этому поводу. Грин - фантазёр: кроме Чёрного и Азовского морей не видал он ничего, но такое ощущение от его вещей, что самый достойный моринист - именно он! И всё-таки для меня море во всех его страстях лучше всего пропето Бальмонтом. Вот тут о море только вскользь, как о предмете второстепенном, притягающем внимание к первопричинам, но как любовно он дарит морю и нам несколько нежных строк. Есть у него могучие, провидческие вещи о море, я ими тут целые страницы сотрясал, но эта тихая ода сейчас мне, моря лишённому - сказка детских грёз, хоть моря я не видел всего три года. Ах, как же хорошо сейчас...