Признаться, об этой публикации своего "Всадника" я всё время самым наглым образом забываю. И периодически мне об этом напоминают то случайное обнаружение своей же книги в анналах поисковиков, то уведомления о комментариях, которые туда ещё постят. Можно было бы ответить и туда, но логин с паролем я самым бессовестным образом забыл. Пытался восстанавливать, но там постоянно что-то глючило, а до поддержки - не допишешься. Поэтому забил. Тем более, что пока я свои данные там восстанавливал - содержимое книги несколько раз успело измениться, а потом я и вовсе это дело прекратил (не исследования темы, конечно - а именно попытки писать что-то на широкую публику). Но автору комментария всё-таки считаю нужным ответить - хотя таким вот нестандартным образом, исходя из того, что в его посте нет ничего личного или криминального, и сама эта тема была бы интересна не только для нас. 

Собственно, в чём заключается этот ответ. Ниже я приведу выдержку из самой книги, где всё-таки показывается, почему "Понтий" не может означать "понтийца" - обитателя или уроженца государства Понт или ПРОВИНЦИИ Понт, которая на географических картах всё-таки была и в более поздние времена. А ещё вернее, Понтом во времена Пилата была полузависимая от Рима иллюзия государства - провинция там была основана через 30 лет после евангельских событий) Почётного звания "Понтийский" это имя тоже не могло обозначать: в то время побеждать там было уже, собственно, некого настолько, чтобы обеспечить себе такое почётное прозвище. 

Да и чистая логика подсказывает, что перевешивает. Раннесредневековая легенда о связи Понтия Пилата с провинцией (государством?) Понт, возникшая из-за элементарного незнания системы, по которой присваивались имена у древних римлян? Или всё-таки недвусмысленные упоминания о лицах с родовым именем Понтий в самых разных источниках? 

Собственно, вот сама выдержка:

В раннехристианских источниках иногда встречается упоминание о Пилате не с действительным именем, а с прибавкой "Понтийский". Так, в "Евангелии от Никодима" - более позднем варианте рассказа о иерусалимских событиях, говорится, что было это всё во времена при "наместнике Понтийском Пилате". То, что должность прокуратора и должность наместника - это далеко не одно и то же, мы ещё увидим. А вот о прибавке "Понтийский" сказать самое время. Что под ней подразумевали - не совсем ясно. Скорее всего, это истолкование имя "Понтий" как "понтиец, житель Понта (провинции на территории современной Турции, на черноморском её побережье)". Может ещё быть вариант истолкования "Понтийский" - прозвище, данное Пилату за какие-либо победы или особые заслуги, имевшие место в этом самом Понте. Но какой бы мы из этих вариантов ни взяли - любой оказывается неверным. Пилат не мог быть родом из Понта: иначе даже в римских источниках не появилось бы прозвище "Пилат" - он был бы "Понтийцем". Pontium Pilatum - так обозначается он в оригинале (то есть, в изложении на латинском языке, а не на исходном экземпляре, который уже никто и никогда не увидит) тацитовых "Анналов". Если бы подразумевался "понтиец", должно было бы писаться "Pontum". Почётное прозвище также отпадает, поскольку человек, его получивший, должен был бы хоть где-то упоминаться в связи с этой провинцией. Пилата мы видим в источниках только как иудейского прокуратора - и всё. Так что, подобная прибавка к "Пилату" - не более, чем неправильное истолкование старого италийского родового имени "Понтий" (от слова "pons" - "мост").