Постановка Нотр-Дам де Пари в Погорелом Театре

Автор: Naertu
Фандом: творчество О.Панкеевой и мюзикл Notre Dame de Paris
Рейтинг: R
Жанр: humour, а вернее стеб чистейшей воды)
Отказ от прав: персонажи - Ксю, музыка - создатели мюзикла, полет фантазии - мой.

В ролях:

КВАЗИМОДО – советник Блай
ФРОЛЛО - Харган под мороком
ГОРГУЛЬЯ - Харган без морока
ФЕБ – Орландо
ФЛЕР-ДЕ-ЛИС – Эльвира
ГРЕНГУАР - Хоулиан
КЛОПЕН – Амарго
ДВОР ЧУДЕС – Зеленогорские партизаны
ЭСМЕРАЛЬДА – Кантор



РЕПЕТИЦИЯ или подбор Главной Героини
(за кулисами. соло Орландо)
- Кантор, пожалуйста.
- (волна неудержимого мата).
- Кантор, ты должен сыграть главную роль…
- Женскую?!
- Ну… ты же великий актер. Никто, кроме тебя, не сыграет…
- Азиль!
- Она не поет! Ну Кааантор!
- Хоулиан!
- Он уже играет Гренгуара.
- И не надо на мне применять эмпатию!
- Кантор, у нас действительно некому играть главную роль! А ты сможешь изобразить все необходимое. Даже без козы.
- Нет.
- Ну почему?!
- Я сказал - нет!
…
(час спустя. соло Амарго)
- Представь, что это задание партии. Когда надо было кого-то убить, тебя не смущали женские костюмы.
- Кого надо убить?
- Я привел это для примера.
- Нет, ты мне скажи, кого надо убить – и я это сейчас сделаю без всяких костюмов. Голыми руками.
- Кантор!
- Нет!!!
…
(в отдалении. Карлос и Ольга)
- Может, ему сказать, у нас только мужчины играют?
- Флер-де-Лис.
- …!
(три часа спустя. соло Шеллара)
- Ты не мог бы обосновать свой отказ подробнее?
- (малосвязная матерная тирада).
- Хорошо. Другими словами, если я правильно понимаю твою мотивацию, она заключается в том, что играть женские роли в театре – занятие для женщин, ты считаешь это унизительным и недопустимым для мужчины, кроме того, сама затея постановки кажется тебе бессмысленной и не стоящей того, чтобы тратить на нее время и силы. Правильно?
- …
- В таком случае, могу я поинтересоваться, в чем ты видишь радикальное различие между прежними твоими перевоплощениями на сцене в различные образы и нынешней ролью, на которую режиссер и помощница режиссера единогласно выдвинули твою кандидатуру как единственную?
- ?...
- Допустим, ты мог бы представить ситуацию, как распоряжение твоего непосредственного начальства. Вообще, Кантор, однажды я уже говорил тебе, что, привлекая повышенное внимание к этой теме, ты слишком очевидно даешь окружающим понять ее болезненность для тебя лично и наталкиваешь их на выводы, которые могут нежелательным образом сказаться в будущем их восприятии твоих проблем… Как ты полагаешь, что первое придет в голову Ольге, когда она узнает о твоем отказе?...
- !!!
(четыре часа спустя. соло Харгана)
- Кантор.
- НАХЕР!!!
- Одна фраза.
- Ну?
- Я прикажу доставить настоящую дыбу для Блая на сцену.
- ?...
- И отдам его после премьеры в твое распоряжение.
- …(минутная пауза) Идет.
(хор из-за кулис)
- ДА!!!



ЗАКУЛИСЫ. Диалог Карлоса и Ольги
-Квазимодо все равно нет! И взять его неоткуда!
-А Харган?
-Харган уже во-первых горгулья Нотр-Дама, во-вторых – Фролло. А ТРИ роли он не споет!
-Мда… горбатых у нас больше и нет. Трагедия. У нас «Горбун из Нотр-Дама», а Главный Герой отсутствует…
-Зато как матерится Главная Героиня…
-Знаю я как он матерится. Козу ему нашли?
-Какую козу?!!!
-Обычную, с рогами.
-Харган уже горгулья. И Фролло. А с рогами больше никого нет. Нет, есть Акрилла, ничего так козочка, но рожки у нее ветвистые и больше на оленьи похожи.
-Я имел ввиду обычную козочку. У Эсмеральды была козочка, беленькая…
-От Эсмеральды мы много слышали про козлов, это правда. И если предложим ей еще и козочку…
-Ладно, без козочки переживем. Квазимодо… Надо кого-то скрючить и заставить хрипло петь.
-Без проблем! Берем кого угодно, посылаем к Эсмеральде, просим ущипнуть за задницу. После этого товарищ будет скрючен….
-Но петь фальцетом. Не подойдет. Значит Квазимодо у нас не будет. Хорошо, поднимаем занавес, с самой верхотуры декорации наворачивается кто-нибудь из кордебалета, трагическая пауза, уносят тело Квазимодо и начинаем без него. Публика решит, что пьеса называется «Горбун из Нотр-Дама» потому что в самом ее начала этот самый горбун убился об сцену.
-Может его Эсмеральда пристрелит и он поэтому сверзится с верхотуры? Залог успеха в Мистралии.
-Если Эсмеральде оставить винтовку, то актеры к концу пьесы закончатся. Нет, без Квазимодо нельзя…
Входит Харган, внимательно слушает. Выходит. Возвращается через пятнадцать минут, неся подмышкой Блая. Ставит на ноги. Критично смотрит. Пинает под коленку. Блая скрючивает. Указывает на него собравшимся.
-Вот. Принес. Квазимодо. Горб ща сделаем. Убьется с верхотуры – не жалко. В конце его может пристрелить Эсмеральда, - подумав, гордо. – Для искусства ничего не жалко.



СЦЕНА. АКТ ПЕРВЫЙ
Медленно ползет вверх занавес, демонстрируя красивую декорацию башни с колоколами. На декорации сидит ГОРГУЛЬЯ.
На сцену легкой, воздушной походкой выпархивает ГРЕНГУАР. В зале аплодисменты и одобрительный свист. ГРЕНГУАР долгое время просто красиво ходит по сцене, демонстрируя походку и фигуру. Из-за сцены слышится приглушенный и осуждающий мат режиссера. ГРЕНГУАР поспешно возводит очи к небесам и начинает петь. Откуда-то сверху на него начинают сыпаться цветочки. Слышен недоумевающий мат режиссера. Цветочки в большом количестве оседают на ГОРГУЛЬЕ.
ГОРГУЛЬЯ стоически делает вид, что она каменная. ГРЕНГУАР поет и ходит по сцене, окруженный лепестками и цветочной пыльцой. ГОРГУЛЬЯ все-таки чихает. ГРЕНГУАРА, стоящего строго под ней, уносит за кулисы.
Небольшая заминка, после чего на сцену поспешно выбегает разношерстная толпа оборванцев и неспешно выходит КЛОПЕН.
Оборванцы привычно равняются в строй, разворачивают флаг Мистралии и замирают, преданно глядя на КЛОПЕНА. Слышен вопросительный мат режиссера. КЛОПЕН поводит бровями. ДВОР ЧУДЕС стремительно сворачивает флаг и выкидывает его за кулисы. КЛОПЕН вздыхает и начинает петь. Оборванцы рассыпаются по сцене, переглядываются и начинают изображать что-то, отдаленно напоминающее танец. Из-за кулис наконец-то выбегает опоздавший кордебалет. В воздухе висит цветочная пыльца, толпа народа танцует нечто среднее между фламмо и классическим балетом, КЛОПЕН поет, ГОРГУЛЬЯ сидит и периодически чихает в такт. Дотанцевав, ДВОР ЧУДЕС и кордебалет убегают со сцены, КЛОПЕН неспешно уходит, ГОРГУЛЬЯ расправляет крылья и улетает, тем самым внося сомнения в зрительный зал насчет того, что она каменная.
Минутная пауза. В ней слышен отчаянный мат режиссера, краткие звуки борьбы и через секунду на сцену выходит ЭСМЕРАЛЬДА. Мрачно обводит взглядом зал. Зал ловит себя на желании пристрелить режиссера. Из-за кулис поспешно высовывается ФЕБ и улыбается залу. Залу ощутимо легчает. ЭСМЕРАЛЬДА поет про свою несчастную судьбу, красиво ходит по сцене и в конце арии печально садится на уголок суфлерской будки. Зал проникается ее горькой судьбой, звучат всхлипы. Появляется КЛОПЕН, укоризненно смотрит на ЭСМЕРАЛЬДУ, поет короткую арию и под ручку уводит цыганку со сцены. Слышен облегченный выдох суфлера, благодарный мат режиссера и затихающие рыдания в зале.
Свет гаснет. Вопросительный мат режиссера. На сцену ложится круг света, в который выходят ФЕБ, ФЛЕР-ДЕ-ЛИС и прима кордебалета с флагом Мистралии. На приму шикают из оркестровой ямы и флаг уносят обратно. Оркестр играет, сверху на них снова падают лепестки, ФЕБ и ФЛЕР –ДЕ -ЛИС поют о своей неземной любви, взявшись за руки в круге света. В зале начинаются повальные объятия и признания в любви.
Выбегает кордебалет и ДВОР ЧУДЕС, выходит КЛОПЕН. Толпа загораживает собой круг света и пару влюбленных. КЛОПЕН ожесточенно поет про то, что у них тут выборы короля, кордебалет пытается увести ФЕБА со сцены. В зале волна нездорового патриотизма. ФЛЕР-ДЕ-ЛИС все-таки уводит ФЕБА за кулисы, попутно ему что-то объясняя.
Выкатывают тележку с КВАЗИМОДО на середину сцены. С тележки он не слезает, потому что горб перевешивает, поет непосредственно с нее. Судя по хриплому голосу, страшной роже и общей помятости, в гостях у ДВОРА ЧУДЕС, бодро танцующего вокруг тележки, КВАЗИМОДО уже давно. Некоторые из ДВОРА ЧУДЕС танцуют почему-то с ножами, пистолетами и нехорошо глядят на КВАЗИМОДО, медленно сжимая кольцо.
Ария КВАЗИМОДО получается очень короткой, ему дают спеть пару куплетов, после чего одевают на голову корону и быстро укатывают со сцены. Недовольный ДВОР ЧУДЕС удаляется за кулисы следом.
Слышен недовольный мат режиссера и почему –то еще КЛОПЕНА. В оркестровой яме судя по звуку, кто-то получает тарелкой по морде, после чего вступают барабаны и труба, и закулисный мат перестает быть слышен.
На сцену выходит ФРОЛЛО, везя за собой тележку с КВАЗИМОДО. В оркестровой яме кто-то повторно получает тарелкой по морде, барабаны и труба стихают, ФРОЛЛО пинает тележку и КВАЗИМОДО начинает петь о том, какой он преданный, и как он верен хозяину, ну просто как собака, порываясь облобызать сапоги. ФРОЛЛО слушает, крайне неприятно усмехаясь. В зале сомнения насчет того, что Фролло – мистик. Тем не менее, КВАЗИМОДО допевает свою партию и ФРОЛЛО красиво уходит со сцены, увозя за собой тележку.
На сцену снова ложится круг света, в него вступает ЭСМЕРАЛЬДА. Появляется ФЕБ, который поет о том, что он не хрен собачий, а король, то есть капитан стражи и каждая девушка просто мечтает о свидании с ним. ЭСМЕРАЛЬДА смотрит на него влюбленными глазами, но не забывает напомнить залу о том, что она приличная девушка и на улицах не знакомится. ФЕБ зовет ее в кабак, ЭСМЕРАЛЬДА соглашается и убегает со сцены, тем самым внося в зал нездоровое оживление и всплеск интереса.
Появляется ГРЕНГУАР, который начинает вальяжно прогуливаться по сцене и петь о каких –то колоколах, принимать интересные позы и вызывать в зале еще большее нездоровое оживление. Зал не понимает о каких колоколах идет речь и ГРЕНГУАР, соблазнительно изгибающийся на сцене, ему нравится значительно больше.
Внезапно на сцену вываливается ДВОР ЧУДЕС, хватает ГРЕНГУАРА, КЛОПЕН старательно поет от том, что его сейчас будут вешать, но зал почему-то не верит, а оживленно свистит, топает ногами и дает ДВОРУ ЧУДЕС советы. ГРЕНГУАР красиво лежит в сильных руках населения ДВОРА ЧУДЕС, которое, кажется, стремительно передумывает его вешать.
Слышен жалобный мат режиссера. Появляется ЭСМЕРАЛЬДА. Мрачно смотрит на ДВОР ЧУДЕС и заводит руку за спину, что-то нащупывая за ремнем, которым стянута ее талия. ДВОР ЧУДЕС поспешно отпускает ГРЕНГУАРА. КЛОПЕН еще раз старательно напоминает всем, что поэта все-таки повесят, если его кто-нибудь не возьмет в мужья. ЭСМЕРАЛЬДА подходит к ГРЕНГУАРУ, по-хозяйски обнимает того за талию и поет о том, что на нем женится. КЛОПЕН спрашивает ее – уверена ли она, почему-то спазматически дергая бровями. ЭСМЕРАЛЬДА исправляется на то, что выйдет за него замуж, КЛОПЕН облегченно связывает им руки шарфом, кордебалет пляшет, ГРЕНГУАР соблазнительно обвивается вокруг ЭСМЕРАЛЬДЫ, ЭСМЕРАЛЬДА одобрительно похлопывает того ниже спины. Зал, поглощенный зрелищем, отчего то начинает безумно ревновать.
ДВОР ЧУДЕС и КЛОПЕН покидает сцену, почему-то оглядываясь на остающихся там ЭСМЕРАЛЬДУ И ГРЕНГУАРА.
Снова гаснет свет. Включается. В круге света сидит ЭСМЕРАЛЬДА и у нее на коленях ГРЕНГУАР. Мат режиссера. Свет гаснет. В зале свист, топанье ногами, вопли и требования включить обратно. Оркестр наигрывает что-то романтическое. Свет включают. На расстоянии двух метров друг от друга ЭСМЕРАЛЬДА, которая спрашивает у очень расстроенного ГРЕНГУАРА кто такой ФЕБ и всячески поет про то, как он ей нравится. Зал слегка отпускает необъяснимая ревность, очень печальный ГРЕНГУАР крайне грустно объясняет ЭСМЕРАЛЬДЕ все, что ее интересовало и, трагично проронив слезу, удаляется со сцены.
ЭСМЕРАЛЬДА остается петь про то – как прекрасен ФЕБ. Ревность отпускает зал окончательно, но почему-то на ее месте возникает тревожность и стремление выкрутиться. На сцену выходит ФЛЕР-ДЕ-ЛИС и тоже начинает петь про то, что прекрасен ФЕБ как солнце. Стоят они по разным концам сцены и в два голоса распинаются о том, как его любят. В зале удивительно приподнятое настроение. Допев, ФЛЕР-ДЕ-ЛИС и ЭСМЕРАЛЬДА удаляются за кулисы.
На сцену выбегает ФЕБ. Он крайне одухотворен и радостен, следом за ним выбегает кордебалет и начинает на бешеной скорости крутить фуэтэ. ФЕБ поет о том, как он разрывается между двумя прекрасными женщинами. Оркестр за вздрюченным кордебалетом не успевает, пытается догнать и лажает. Зал эту лажу воспринимает как зубную боль и от такой необъяснимой смены эмоций начинает волноваться. На сцену в красивом прыжке вылетает КЛОПЕН, вешает амулет на шею ФЕБУ и в таком же красивом прыжке улетает обратно. Кордебалет начинает танцевать, его догоняет оркестр и финал арии вполне пристоен. Зал аплодирует и делится впечатлениями.
По сцене проходит ДВОР ЧУДЕС и тащит за собой на тележке КВАЗИМОДО. ФРОЛЛО, выступив из-за кулис интересуется – какого под стенами Нотр-Дама шляются всякие?
ДВОР ЧУДЕС останавливается и начинает отвязывать КВАЗИМОДО от тележки. КВАЗИМОДО очень жалобно поет про то, что ему, кажется, все хуже и хуже. ФРОЛЛО как-то очень радостно сожалеет о том, что КВАЗИМОДО сейчас казнят.
На сцену выносят дыбу. ДВОР ЧУДЕС подвешивает на нее КВАЗИМОДО, который начинает хрипеть крайне натуралистично свою арию. На сцене появляется ЭСМЕРАЛЬДА со стаканом воды в руке, которая, раздвигая плечами толпу, идет к КВАЗИМОДО. Последний, завидев ее, начинает с ужасом косить глазом и петь про то, что ему все хуже и хуже, и даже стакан воды никто не подаст еще жалобнее. ДВОР ЧУДЕС пританцовывает, хватаясь за ножи и пистолеты, в оркестровой яме стихает печальная мелодия, слышатся аплодисменты, удар тарелкой по морде, снова печальная мелодия. ЭСМЕРАЛЬДА подходит к КВАЗИМОДО, оттягивает его челюсть и вливает воду. КВАЗИМОДО замолкает. Резко падает занавес. Слышны звуки ударов и радостные восклицания. Оркестр бодро наигрывает веселую польку, заглушая возмущенный мат режиссера.
Занавес поднимается. На сцене – КВАЗИМОДО неподвижно лежащий в тележке, ФРОЛЛО, совершающий странные пассы руками над ним и ФЕБ, спокойно покуривающий косяк со слимисом трехлепестковым. Мат режиссера. Занавес поспешно опускают. Оркестр играет вступление к «Бэлль» в седьмой раз. На восьмом все-таки поднимают занавес. КВАЗИМОДО приподнимается в тележке, ФРОЛЛО опускает руки, ФЕБ выкидывает окурок в суфлерскую будку. Под кашель суфлера, задыхающегося в будке от дыма слимиса трехлепесткового, трио поет арию. В финале арии сцена уже в тумане. ФРОЛЛО и ФЕБ покидают сцену, появляется ЭСМЕРАЛЬДА.
КВАЗИМОДО со странными нотками в голосе поет про то, что его дом – теперь ее дом. ЭСМЕРАЛЬДА держится от КВАЗИМОДО на расстоянии и как-то не очень радуется сему факту. В середине арии на декорацию с колоколами прилетает и садится ГОРГУЛЬЯ, тем самым окончательно развеивая сомнения зала в том, что она не каменная. КВАЗИМОДО с алчными нотками в голосе поет про то, как рад, что цыганку теперь у него, ЭСМЕРАЛЬДА отступает от него. КВАЗИМОДО поет про то, что горгульи защитят цыганку от кого угодно, ГОРГУЛЬЯ расправляет крыло и опускает его на шею КВАЗИМОДО, зажавшего ЭСМЕРАЛЬДУ в угол сцены. ЭСМЕРАЛЬДА переступает через упавшее тело, садится, подобрав юбки, на авансцену и поет проникновенную и очень печальную арию, умоляя богов защитить ее. Она выглядит настолько печальной и беззащитной, что из зала некоторые начинают вставать и переть к сцене с намерениями набить морду обидчикам, неясно каким, и защитить цыганку от неясно же кого. ГОРГУЛЬЯ воинственно топорщит крылья. Скорбный мат режиссера. В красивом прыжке на сцену вылетает КЛОПЕН, вешает на шею ЭСМЕРАЛЬДЕ амулет, грозно пучит глаз на ретивых защитников и улетает обратно за кулисы. Зал отпускает, защитники садятся по местам, ЭСМЕРАЛЬДА, допев арию, уходит со сцены. Гаснет свет. Аплодисменты зала, из-за кулис кто-то интересуется нужно ли снова поднимать Квазимодо или в первом акте он больше не понадобится? Мат режиссера, соло на трубе.
Свет включен. На сцене стол, задрапированный под алтарь, на столе неподвижно лежит ЭСМЕРАЛЬДА. Над ней стоит ФРОЛЛО. Зал начинает волноваться. ФРОЛЛО мрачно смотрит в зал и запевает арию о том, как любовь к этой женщине его погубит. За сценой удивительно тихо, не слышно даже мата режиссера, в оркестровой яме очень печально позвякивают тарелки во время партии ударных. На пиковом моменте арии, ФРОЛЛО поющий о убивающей его любви, в порыве чувств раскрывает крылья. В свете софитов самих крыльев не видно, но тень от них делает мистика абсолютно инфернальным. Зал ахает и подается назад. ФРОЛЛО поспешно поет про то, что любовь к этой женщине у него от дьявола, сворачивает крылья и допевает арию уже не столь мощно.
На сцене появляется ФЕБ, оповещающий зал о том, что идет мол в бордель на встречу с цыганкой. Инфернальный мистик ФРОЛЛО сообщает ФЕБУ, что не ходил бы он к ЭСМЕРАЛЬДЕ если хочет остаться жив, и в качестве аргумента снова разворачивает крылья. Свет от софитов, крылатая тень во всю стену, партия ударных, соло на тарелках, удар трубой обо что-то мягкое, занавес. Зал, режиссер и оркестр пьют валерьянку. Из зала кого-то выносят в обмороке, в оркестр стремительно спускается КЛОПЕН и что-то выговаривает, в красивом прыжке улетая обратно за кулисы. Занавес поднимают.
На сцене, подсвеченной красным, соблазнительно выгнувшийся ГРЕНГУАР и мужской кордебалет в кружевных подвязках. Залу ясно, что перед ним бордель еще до того, как ГРЕНГУАР об этом залу сообщает. Кордебалет и ГРЕНГУАР танцуют, а ГРЕНГУАР еще и поет о том, что здесь займутся с вами любовью всего за несколько грошей. По залу звон монет в кошельках и оживление. Температура стремительно нарастает, детей из зала отправляют погулять, на сцене начинает твориться что-то вроде оргии ГРЕНГУАРА с мужским кордебалетом, в зал летят цветы, подвязки и пустые пузырьки из под валерьянки. Слышен мат режиссера и на сцену входит ФРОЛЛО. Следует блестящий экспромт, в котором инфернальный мистик убеждает ГРЕНГУАРА не грешить, путем закидывания того на плечо и унесения со сцены. Кордебалет, посылая в зал воздушные поцелуи, убегает следом. В зале разочарованный свист и требования вернуть все обратно.
На сцену выносят кровать. Зал затихает.
Выходит ЭСМЕРАЛЬДА и ложится на нее в соблазнительную позу. Зал перестает дышать.
Выходит ФЕБ. Зал, припоминая предупреждение инфернального мистика, сразу чует, что ничего хорошего из того, что до цыганки бравый капитан таки дошел, не выйдет.
ФЕБ садится рядом с красиво лежащей ЭСМЕРАЛЬДОЙ и начинает петь о том, что какое наслаждение касаться ее тела и прочую порнографию. ЭСМЕРАЛЬДА отвечает в том же стиле, зал на ее фразе «возьми меня» подается вперед и замирает в ожидании. Но тут за спиной ФЕБА тянущегося поцеловать ЭСМЕРАЛЬДУ, возникает крылатая тень. В красивом размахе вонзает в спину ФЕБУ нож и победно машет крыльями. ФЕБ красиво падает на руки ЭСМЕРАЛЬДЫ, соло на барабанах, трубе и тарелках, заглушившее то, что спела ЭСМЕРАЛЬДА. Появляется ГРЕНГУАР радостно скорбящий о том, что над всем довлеет рок и поет об этом с удивительно довольным лицом, пока опускают занавес.



ЗАКУЛИСЫ, 15минутный антракт
По коридору в облаке табачного дыма проносится Карлос, восклицающий:
-Гримера срочно к Эсмеральде! И костюмера! И Ольгу! И Орландо, только пусть амулет снимет!
Мужской кордебалет на момент пробега режиссера синхронно прячет бутылки и сигареты за спины, после чего так же синхронно их оттуда достает.
Перед зеркалом стоит Хоулиан и правит грим самостоятельно. Прима кордебалета делает растяжку рядом, задумчиво и ненавязчиво. Мимо пробегает Амарго, прима переводит взгляд со своей растяжки в спину убегающему Амарго и долго завистливо смотрит. Хоулиан солнечно улыбается в зеркало.
Из гримерки Фролло доносится истерика суфлера:
-Блай! Где Блай?! Умер он там что ли?
-Вообще-то да… - меланхолично.
-И как?!
-Как, как… как на сцену надо будет - подниму, не переживай, - Харган задумчиво поправляет воротник рясы, отмахиваясь крылом от табачного дыма. Другим крылом приоткрывает дверь кладовой, являя взгляду суфлера труп в тележке.
В коридоре оркестр режется в карты, тарелки спешно перематывают ушибленное лицо, духовая секция помогает разогнуть трубу, первая скрипка с наслаждением тянет упертый откуда-то коньяк.
Гримерка Эсмеральды.
Главная Героиня держит в зубах сигарету, в руке бутылку, а на коленях - ученицу режиссера, которая одной рукой ласково гладит пышные черные кудри, а другой шнурует на возлюбленном корсет.
- Ты прекрасно выглядишь, публика в восторге, все под впечатлением… - убежденно вещает вождь-идеолог, одновременно эманируя уверенностью, позитивом, некоторой ревностью и легкой паникой. Кантор скептически приподнимает бровь и накладная ресница отваливается. Ольга, охнув, принимается ее поправлять. В двери заглядывает прима кордебалета.
- Да ладно тебе, ты шикарно в этом выглядишь, - простодушно делится окрыленный успехом товарищ, замечает стекленеющий взгляд маэстро и спешно ретируется.
- Диего, не надо. Диего, ему танцевать. Диего, давай после пьесы! - поспешно воркует Ольга.
- Диего, у тебя грудь отвалилась… - не в тему вставляет Орландо.
От волны мата вздрагивают даже стены театра.
Гримерка массовки.
- Последний раз спрашиваю. Кто. Спер. Знамя, - дымя сигаретой, вопрошает Клопен, измеряя шагами пол перед строем зеленогорско-парижских оборванцев. - И куда его сейчас дели?
- Э… Амарго… Его, кажется, осветитель унес. Куда-то…
В рядах шепот:
-Амарго курит?
-Закуришь тут – знамя то сперли…
-ТИХО! – от командирского рева с потолка осыпается штукатурка, прима кордебалета вместо полуприседа садится на шпагат, а в гримерке Эсмеральды снова отваливаются накладные ресницы. – Где осветитель?
Строй синхронно делает мах рукой в сторону гримерки Фролло. Амарго обводит всех строгим взглядом и по привычке в балетном прыжке вылетает за дверь.
По коридору тайфуном проносится Карлос, почти сорванным голосом оповещая, что первый звонок уже дали и почему такое ощущение, что его слышал только режиссер? В гримерку Эсмеральды, из которой несет слимисом трехлепестковым, величественно вступает Эльвира. Кордебалет гасит сигареты, прячет бутылки и поднимает приму из шпагата. Почему-то из гримерки Фролло выпархивает Хоулиан и начинает повторно править смазанный грим перед зеркалом. Из гримерки Эсмеральды появляются Эльвира, влекущая за собой довольного Феба, распространяющего вокруг себя аромат того самого слимиса, и Ольга, на ходу перешнуровывающая корсет на Эсмеральде, которая лихорадочно учит текст, забытый на нервной почве.



СЦЕНА. АКТ ВТОРОЙ
В зале нездоровое оживление, зрители рассаживаются обратно и выясняют кто где сидел. В оркестровую яму рыбкой ныряет опоздавшая первая скрипка, легкая паника, звон тарелок, приглушенный мат дирижера, свист дирижерской палочки в воздухе, удар дирижерской палочкой по голове первой скрипки, приглушенный мат первой скрипки. Зал заинтересованно слушает. Из-за кулис высовывается злая морда мага по спецэффектам и пристально смотрит в оркестровую яму. Слышен ожесточенный мат режиссера, свист пюпитра в воздухе, удар пюпитром по спине мага по спецэффектам, злая морда становится удивленной и в этом состоянии втягивается за кулисы.
Занавес поднимается.
На сцене стоят ФРОЛЛО и ГРЕНГУАР. Осветительное пятно беспорядочно блуждает от одного к другому. Нервный мат режиссера с колосников, свист партитуры в воздухе, шлепок партитуры о лысину осветителя, световое пятно замирает точно посередине сцены. ФРОЛЛО и ГРЕНГУАР переглядываются и бочком сползаются в это пятно. Зал, изрядно обрадованный всем происходящим, содержание их долгой и проникновенной арии пропускает мимо ушей. В конце арии ГРЕНГУАР интересуется почему это третий день Квазимодо не звонит в колокола? Зал смутно припоминает, что да, о колоколах уже что-то сегодня говорилось. ФРОЛЛО осуждающе сообщает, что звонарь влюбился в цыганку, и на этом фоне сложил на работу. ГРЕНГУАР понимающе, а ФРОЛЛО мрачно поют о том, что от любви спасенья нет и уходят за кулисы.
Выкатывают тележку с КВАЗИМОДО, легкое замешательство, выкатывают декорацию с колоколами. КВАЗИМОДО приподнимается в тележке и начинает распинаться об этих самых колоколах и о том, как любит свою работу. Долго, хрипло и проникновенно. Зал скучает. Работа звонаря и имена колоколов его не трогают абсолютно. Выбегает прима кордебалета и увозит поющего КВАЗИМОДО за кулисы.
Выпархивает ГРЕНГУАР и проходится по авансцене. В зале небольшое оживление.
Ему навстречу выходит ФРОЛЛО, похлопывающий свернутым кнутом по голенищу сапога. В зале большое оживление.
Выпрыгивает КЛОПЕН – в зале буря аплодисментов - со злой мордой отбирает у ФРОЛЛО кнут и выкидывает за кулисы. Свист кнута в воздухе, удар кнута о голову режиссера, мат режиссера, торжествующий гогот в оркестровой яме, удар тарелкой по морде, тишина.
Трио интересуется друг у друга кто последний раз видел Эсмеральду и куда вообще цыганка делась? Маг по спецэффектам подвешивает над сценой светящийся мертвенным светом шарик, призванный изображать луну. Трио проникновенно скучает, ГРЕНГУАР невзначай припоминает, что цыганка то уже в тюрьме, осуждена за убийство по политическим мотивам. Негодование на лицах КЛОПЕНА и ФРОЛЛО, первый начинает стремительными прыжками приближаться к ГРЕНГУАРУ, ГРЕНГУАР поспешно убегает за кулисы, КЛОПЕН упрыгивает следом. ФРОЛЛО мрачно допевает арию и величественно уходит.
Свет гасят. Ехидный мат режиссера, похлопывание партитурой по лысине осветителя. Свет включают. Через сцену проносится ГРЕНГУАР, следом за ним бежит ДВОР ЧУДЕС потрясая ножами и пистолетами. Появляется злой КЛОПЕН, внушительно пучит глаз на оборванцев, те притормаживают на середине сцены. КЛОПЕН выходит на авансцену. Ария отверженных, очень убедительная. Выбежавший на середине арии кордебалет ДВОР ЧУДЕС пинками загоняет обратно за кулисы и продолжает вдохновленно петь о том, что их жизнь вечный бой, пританцовывая вокруг КЛОПЕНА. Зал топает и всячески сопереживает оборванцам. Выстрелы в воздух, негодующий мат режиссера, свист тела в воздухе, падение КВАЗИМОДО с декораций в оркестровую яму, треск балок и перекрытий, визг флейтистки на си четвертой октавы, скомканный финал арии, треск ломающейся виолончели, в наступившей тишине удивленное «опаньки» дирижера. Буря аплодисментов в зале, под который воинственный ДВОР ЧУДЕС и КЛОПЕН удаляются за кулисы.
Свет гасят. Из оркестровой ямы вынимают тело Квазимодо и обломки виолончели. Извиняющийся мат режиссера. Из зала дают советы и предлагают помочь. Из-за занавеса высовывается злая морда и руки ФРОЛЛО, морда устало матерится, руки делают пару пассов. Застреленный и разбившийся КВАЗИМОДО самостоятельно выбирается из ямы и уползает за кулисы. Зал в восторге перед силой искусства.
Поднимают занавес и дают свет. На сцене стоит здоровенная клетка, к прутьям которой прикована ЭСМЕРАЛЬДА.
Выходит ФРОЛЛО и начинает обвинять цыганку в убиении Феба. Цыганка, красиво изогнувшаяся в оковах, уверяет всех в своей невиновности. ФРОЛЛО подходит ближе и продолжает убедительно обвинять. ЭСМЕРАЛЬДА не менее убедительно отпирается, дергается в оковах, цепляется шнурком амулета за решетку, амулет падает.
Зал ловит себя на желании набить морду ФРОЛЛО и вытащить девушку из тюрьмы. ФРОЛЛО мужественно поет о пытках и требует доставить пыточные инструменты. В зале волна возмущения. В клетку приносят инструменты, срочно отцепляют ЭСМЕРАЛЬДУ от решетки и перевешивают на дыбу, один из палачей лихорадочно ползает по полу и что-то там ищет. ФРОЛЛО стоически продолжает обвинять и осуждать, краем глаза следя за нарастающими в зале волнениями. Палач что –то находит на полу и с радостным восклицанием вешает ЭСМЕРАЛЬДЕ на шею. Облегченный хоровой выдох из-за кулис, зал отпускает. Цыганку пытают, она сознается исключительно в том, что любит Феба, отрицая все остальное, но средневековому юристу ФРОЛЛО этого хватает. Пафосно выйдя на авансцену он сообщает, что невиновную ЭСМЕРАЛЬДУ все равно казнят. ЭСМЕРАЛЬДУ снимают с дыбы, она обреченно заламывает руки и сползает на пол по прутьям клетки. Из-за кулис всхлипывания. ФРОЛЛО отходит в угол сцены и поет о том, что ЭСМЕРАЛЬДУ любит, как его сжигает вулкан страстей но, подчиняясь чувству долга, он все равно цыганку повесит. Сочувственное внимание зала. ФРОЛЛО допевает арию и удаляется за кулисы. Осветитель роняет круг света на ЭСМЕРАЛЬДУ, бедная обреченная девушка очень нехорошо смотрит на колосники, круг света отползает чуть в сторону. ЭСМЕРАЛЬДА, обнимая прутья клетки, поет о том, как рада что Феб жив, верит в то, что ее любимый ФЕБ придет и ее спасет. Из-за кулис усиливающиеся всхлипывания, успокаивающий мат режиссера. Круг света переползает на середину сцены, в него вступает ФЛЕР-ДЕ-ЛИС. Девушка поет о том, что они с ФЕБОМ будут счастливы вместе, и добиться этого очень просто – достаточно пообещать, что цыганку вздернут. ФЛЕР-ДЕ-ЛИС кружит по сцене, зал переводит взгляды с нее на клетку с ЭСМЕРАЛЬДОЙ и понимает, что ФЕБ конкретно попал. Из-за кулис слышны истерические всхлипывания, реплика «я не могу!», звук удара партитурой по спине и на сцену вылетает заплаканный ФЕБ. Дрожащим голосом он сообщает залу и ФЛЕР-ДЕ-ЛИС о том, что чудовищно ошибался, цыганка его околдовала, а на самом деле ФЕБ любит ФЛЕР-ДЕ –ЛИС. Зал скептичен и откровенно не верит. Горестный мат режиссера. ЭСМЕРАЛЬДА протягивает руку сквозь прутья клетки и что-то срывает с шеи проходящего мимо ФЕБА. ФЕБ срывающимся голосом обещает ФЛЕР-ДЕ-ЛИС повесить цыганку и умоляет его простить. Залу очень-очень грустно, слышны всхлипывания, в оркестровой яме истерика флейтистки, рыдания в тромбон. ФЛЕР-ДЕ-ЛИС за руку уводит грустного ФЕБА со сцены, ФЕБ идет медленно и постоянно оглядываясь на ЭСМЕРАЛЬДУ.
Явление инфернального ФРОЛЛО. Крылатая тень на стене, удар пюпитром по лысине осветителя, переведение света на середину сцены, от испуга прекращение рыданий в зале.
ФРОЛЛО во всю мощь легких поет о том, что любит ЭСМЕРАЛЬДУ и предлагает ей выбрать – либо умереть, либо быть с ним. ЭСМЕРАЛЬДА трагично пошатываясь и обнимая прутья клетки, поет о том, что верит в то, что ФЕБ все-таки придет и ее спасет. Из-за кулис всхлипывания, реплика «пустите!!!», удар партитурой по спине, тишина. ФРОЛЛО ставит цыганку перед фактом того, что выбор придется делать сейчас – либо постель инфернального мистика, либо могила. Из зала единодушные рекомендации выбирать первое, ФРОЛЛО врывается в клетку к ЭСМЕРАЛЬДЕ, цыганка с неженской силой его отталкивает, инфернальный мистик едва не вылетает из клетки, но успевает вцепиться крыльями в прутья и сохраняет вертикальное положение. Радостное «гы-гы» из оркестровой ямы, свист виолончели в воздухе, треск виолончели от удара о голову, укоризненный взгляд ФРОЛЛО, извиняющееся хмыканье ЭСМЕРАЛЬДЫ. Мистик предпринимает вторую попытку, обнимает ЭСМЕРАЛЬДУ и зажимает ее в угол клетки. Свет гаснет. Свист в зале, требования немедленно включить, рассерженное шипение режиссера, топот большого количества ног по сцене, свет включают. К клетке, потрясая ножами, пистолетами и флагом Мистралии бежит ДВОР ЧУДЕС во главе с КЛОПЕНОМ.
Оборванцы шустро открывают клетку, дают по голове ФРОЛЛО и красиво мажут того лицом по прутьям клетки, КЛОПЕН выводит ЭСМЕРАЛЬДУ, маг по спецэффектам имитирует взрыв клетки, ДВОР ЧУДЕС машет флагом и производит выстрелы в воздух.
Негодующий мат режиссера, свист пюпитра в воздухе, перехват пюпитра ЭСМЕРАЛЬДОЙ, тычок пюпитром в бок машущему флагом, улыбка на зал. КЛОПЕН, обнимая цыганку за талию, запевает о том, что все свободны, стены тюрьмы пали, ЭСМЕРАЛЬДА старательно прячет за спину режиссерский пюпитр и подпевает КЛОПЕНУ. ДВОР ЧУДЕС буянит вокруг, маг по спецэффектам телекинезом утаскивает клетку с мрачным ФРОЛЛО за кулисы.
Снова гаснет свет. Усталый мат режиссера. Нервный мат осветителя. Света нет. Озадаченное «опаньки» режиссера, отчаянный мат помощницы режиссера, успокаивающие реплики ЭСМЕРАЛЬДЫ, ехидные реплики ФРОЛЛО, веселое «гы-гы» мага по спецеффектам, свист пюпитра в воздухе, над сценой повисает осветительный шарик, изображающий луну.
В лунный свет вступает ГРЕНГУАР и, красиво ходя по сцене, поет про эту самую луну. На фоне его арии слышны звуки разборок с осветителем. ГРЕНГУАР старается петь как можно громче, но его голоса все равно не хватает. Зал с интересом слушает арию «Избиение осветителя» с колосников, чем обижает ГРЕНГУАРА, который, наскоро допев арию, гордо удаляется со сцены. Луна гаснет. Света по прежнему нет.
На сцену выходит ЭСМЕРАЛЬДА с факелом и везет за собой тележку с КВАЗИМОДО. Вылетает ГОРГУЛЬЯ еще с двумя факелами в руках и садится на декорацию с колоколами. КВАЗИМОДО обреченно поет о том, что в Нотр-Даме безопасно, он пойдет смотреть на звезды и если что ЭСМЕРАЛЬДА пусть его позовет. ЭСМЕРАЛЬДА лениво помахивая факелом, напоминает КВАЗИМОДО чтобы тот, коли увидит ФЕБА непременно ему передал что цыганка его ждет. На этой фразе ЭСМЕРАЛЬДА втыкает факел в борт тележки, выкатывает КВАЗИМОДО на авансцену и уходит вглубь сцены куда –то под ГОРГУЛЬЮ с факелами.
КВАЗИМОДО вопрошает зал почему цыганка любит не его и страдает по этому поводу, заодно жалуясь на свою горькую судьбу. В середине его арии внезапно включается свет и становится видно спокойно курящую в глубине сцены ЭСМЕРАЛЬДУ. Мат режиссера, цыганка поспешно выкидывает окурок в будку суфлера, выдыхает дым в сторону и улыбается залу ослепительной улыбкой. Зал радостно хлопает. Увозят тележку с КВАЗИМОДО, на авансцену выходит ЭСМЕРАЛЬДА сообщает залу о том, как хорошо жить, любить и быть свободной. ГОРГУЛЬЯ улетает вместе с факелами.
Выбегает ДВОР ЧУДЕС из одних кулис и мужской кордебалет из других. Выходят ФЕБ и ФРОЛЛО. Мужской кордебалет пытается грозно танцевать, изображая солдат, ДВОР ЧУДЕС скептически на это дело смотрит. ФРОЛЛО командует «на штурм!», реплика из-за зала «а я тебе говорил, что он не мистик!», ФЕБ поспешно поддерживает команду ФРОЛЛО, посылая солдат выгнать оборванцев из Нотр-Дама. Происходит столкновение ДВОРА ЧУДЕС и мужского кордебалета. Звуки ударов, выстрелы в воздух, стремительно вылетающий из-за кулис КЛОПЕН, грозно сверкающий глазами. ДВОР ЧУДЕС прекращает избивать мужской кордебалет. Мужской кордебалет стоически поднимается с пола и начинает танцевать избиение ДВОРА ЧУДЕС. КЛОПЕН поет арию на фоне этого безобразия, допев арию, оглядывается, понимает, что весь кордебалет занят и самостоятельно падает лицом вниз на сцену. К нему подбегает ЭСМЕРАЛЬДА, кратко поясняет залу, что КЛОПЕНА убили солдаты, так же кратко убивается по этому поводу, поднимается, отвешивает пинка «солдату» и продолжает петь арию КЛОПЕНА.
ФРОЛЛО и ФЕБ переглядываются. ФРОЛЛО начинает теснить ДВОР ЧУДЕС вглубь сцены, ФЕБ сосредоточенно на них смотрит. Залу отчего-то становится не по себе, опытный чабан ФРОЛЛО таки сгоняет оборванцев в кучу и ФЕБ посылает их за сцену. ДВОР ЧУДЕС уходит, подгоняемый ФРОЛЛО и ФЕБОМ, ЭСМЕРАЛЬДА мрачно смотрит на тело КЛОПЕНА, горестно склоняется над ним. Мужской кордебалет, вместо того, чтобы увести ЭСМЕРАЛЬДУ и убрать тело, разбегается со сцены. Скорбный мат режиссера, задумчивое хмыканье дирижера. Из оркестровой ямы выбирается духовая секция и, угрожая ЭСМЕРАЛЬДЕ тромбоном и гобоем, ведет в угол сцены. Прима кордебалета стыдливо утаскивает за кулисы тело КЛОПЕНА.
Свет дают на верхотуру декорации с колоколами, где стоит печальный ФРОЛЛО и окончательно скрюченный КВАЗИМОДО. В глубине сцены дают алую подсветку на виселицу, у подножия ее замерла в почетном карауле духовая секция. На виселицу втаскивают ЭСМЕРАЛЬДУ.
КВАЗИМОДО вяло интересуется у ФРОЛЛО доводилось ли тому любить и ревновать, ФРОЛЛО мрачно сообщает КВАЗИМОДО что доводилось, и именно поэтому ЭСМЕРАЛЬДУ сейчас вешают. КВАЗИМОДО подбирается поближе к ФРОЛЛО и робко толкает того вниз с декорации. ФРОЛЛО, не отрывающий взгляда от процедуры накидывания петли на шею цыганки, небрежно отмахивается крылом. Свист тела в воздухе, падение КВАЗИМОДО на сцену, треск досок, падение КВАЗИМОДО под сцену, радостное «гы-гы» духовой секции, смущенный взгляд ФРОЛЛО, невероятно проникновенный мат режиссера и ученицы режиссера, аплодисменты в зале, общая задумчивость на сцене.
Экспромт ЭСМЕРАЛЬДЫ из петли насчет того, что лучше смерть, чем любовь насильно, духовая секция приходит в чувство и все –таки вешает ЭСМЕРАЛЬДУ. С вершины декорации сигает ФРОЛЛО, мягко планирует на сцену, вынимает тело ЭСМЕРАЛЬДЫ из петли и поет проникновенную арию о том, что много лет спустя найдут два переплетенных скелета под стенами Нотр-Дама, их обвенчала смерть и о любви, которая сильнее смерти. Всхлипывания вперемешку с аплодисментами из зала, удивленно стихающий мат режиссера, свет софитов на вдохновенного ФРОЛЛО, в этот момент с актера падает морок. ГОРГУЛЬЯ не теряется и укрывает тело ЭСМЕРАЛЬДЫ крыльями, ввернув фразу о том, что даже химеры Нотр-Дама убиваются по прекрасной цыганке. Свет гаснет, опускается занавес.
Сначала робкие, но стремительно перерастающие в овацию аплодисменты поднимающегося с мест зала, одобрительный свист под завершающий пассаж оркестра, выстрелы в воздух, топот ногами. Свет включают, на фоне закрытого занавеса начинается выход, выполз и выпрыг на поклон, режиссер докуривает запасы трехлепесткового, на сцену несут многолепестковое и кидают цветочки просто так.

(с) Naertu