Хлеб тошнило еще пока мы не сели в поезд. Ему уже успело побывать плохо около четырех раз. Наверное, если хлеб стошнит, это будет говядина. [пакет, в котором была еда, постоянно кренился на бок, и хлеб, который был в самом его верху, будто вылезал за борт облегчить желудок.]

Нагнууулооо!! [поля у шляпы. Необъяснимо.]

Стой меня! [лингво]

Приперлись, сели куда угодно, и все хорошо. [о чем это?]

О.п. 5 км! [видимо, «остановка Платформа пятый км»]

Собирались убегать от дождя. На метро. [ведь метро ездит быстро! Увезет!]

Скелет Мадонны. [она недавно выступала на площади, где Атланты, и от сцены остался каркас — скелет]

Немой попрошайка. [просто забавно было встретить такое]

Окрошка — Ходжеподже! [Hodgepodge. Лингво]

Под люком брызжет. [канализация шалит]

Крутого фотоальбома «Ленинград» не будет! [приписано] Будет! [название его оказалось “New person is alarm alarm”]

Я тяжелый день Джека

ДОЛОЙ ОРГАНИЗМ! [нет-нет, не оргазм. Много пили и курили]

I was drinking... [песня]

Улица жизни: Регистрация рождений и смертей, продукты, загс, милиция, юридическая консультация [отделаться от милиции], аптека, снова рег. смертей и рожд. [написать песню или лучше продумать список мест, которые мы посещаем в течение жизни]

Нам всегда красный [светофоры долго нас не признавали]

МакБондаря тебе в жопу! [лингво]

Не кусать Сашу, когда он зевает. [а то он ругается]

Стулья в цепях [готика какая-то]

Лолик — морская тёла. [любит море очень]

“Where is the way?” [Саша, сам вспоминай, что это]

Мало ли, сколько испанцев живут на окраинах Питера?! [и буквально через полчаса идет иностранец, говорящий на чем-то близком к испанскому]

Запридумали две песни [см. выше]

И вот эти два человека создали все впечатление о питерцах! [ехали на одном из последних автобусиков до места, откуда сможем добраться домой, и водитель, во-первых, разрешил курить в салоне, во вторых много рассказал. Потом подсела женщина, и она тоже много и душевно говорила, подтвердив наши грезы о духе города]

Hallo! We're Russians! Let's fuck! [мысленно прикалываемся над туристами]

А теперь Я его должен полапать! [об Атланте]

Пыщщ! Ускорители! [все переходы оснащены стрелочками, показывающими, куда идти. Каждый раз, наступая на них, мы получали ускорение, как в старых добротных восьмибитовых]

Заходите к нам, обретите красоту и здоровье!
А мы и так красивые и здоровые!
СОХРАНИТЕ красоту и здоровье!
[чувак зазывал нас в какой-то центр]

Амфетамишки [лингво]

Купили гавайки, гармошку, еще что-то... Дохера сувениров — и все себе.

Если мы ляжем в 5 утра, то в 4 мы уже вряд ли встанем. [размышления о пространственно-временном]

И в тот же вечер он ее бросил [с моста]

Гавайцам не нужны деньги!
Да, нам нужны макароны!
[наверно, Саша очень хотел есть]

Попугаи, сука. [в московском метро часто встречаются картинки с цветами. В питерском — с попугаями]

Облили вагон пивом [одна бутылка открылась сама, сволочь]

Влюбились в мордаху. [француженки сидели чуть впереди нас, одна из них была очень похожа на Рыжко. Это нас расплавило]

Пока ехали в поезде, я задрёмывал, и сон был о том, что мы ОПЯТЬ ржали о чем-то! Просыпался — а он-то спит. Обидно как-то.

Почему человек дает просящему сигарету с большей охотой, если тот опрятен и хорошо одет? Неужто лишь из-за хорошего вкуса и внушительности и потенциального капитала, имеющегося у просящего? Да. Взгляните на нищего выступающего в той же роли. Для него обычное дело — стрелять сигареты. У него, пожалуй, никогда денег на сигареты и нет. Он живет попрошайничеством, для него нет сложившейся ситуации «блин, как не вовремя кончились!». А у человека в достатке именно такая ситуация. И мы, зная, что он охотней купил бы себе сигареты сам, а не просил у нас, даем ему, зная, что она попадает «в хорошие руки», полностью осознающие печальность своего положения. И именно к человеку с потенциальным капиталом, а не к бомжу мы испытываем жалость, как ни странно.
Хотя о том же писал Экзюпери в Цитадели.

Мой взгляд выпрямляется, словно струна натянутая струна. Он смотрит в определенные точки, на определенные объекты. Такая взглядность позволяет сосредоточиться, однако она же мешает осмотреть явление в целом. Этот взгляд позволяет изучать детали, детали этих деталей и так далее. В зависимости от личных умений проникать. Однако он не может узреть сути. Более того, его, как и натянутую струну можно заставить вибрировать, и тогда вся уникальность взгляда пропадает. Всё смазывается, одна деталь наезжает на другую, и становится непонятным всё. А задеть такой струнный взгляд способно многое. Поэтому мой взгляд легко теряет любую, даже частичную суть. Такой взгляд — совершенно ненужное приобретение.

Для тех, кто любит погружаться в сон под музыку.
Динамик расположен в пузе, на спине — карман для подключения плеера. Качество звука (особенно басы) будет тем лучше, чем ближе прислонять к уху динамик, т.к. большим его, естесственно, не сделать.
Удобен тем, что в отличие от наушников не сдавливает голову, как большие, и не раздражает осязание ушей, как маленькие. Позволяет отдохнуть тем частям головы, которые обычно задействованы в ношении наушников. Доставляя музыку не непосредственно слушателю (ее можно слышать и по всей комнате, но очень слабо), тем не менее не мешает остальным жителям квартиры.

Много ли мест, где, если увидят на земле какой-то мусор, не пройдут мимо, а подберут и бросят его в урну? Много ли таких людей? Много ли эпох, когда такие люди были или будут?

Почему можно спросить о чем-то, много ли этого, если оно уже было, но нельзя спросить, много ли чего-то, если оно только будет?

Предстают ли картины художников в жизни такими, какими они их видят? Улучшали бы они их бесконечно (будь они бессмертны) или остановились бы? Если останавливались, то по глупости или разумно и осознанно?

Почему почти всегда мы любим не тех, кто любит нас?

"Я не жалел ни об одном дне, проведенном с тобой!". У вас много таких? А ведь если и есть, то это либо новые знакомые, проведенные дни с которыми можно буквально пересчитать по пальцам, либо люди, с которыми мало общаешься. Находишься с ними в хороших отношениях, но ярко выраженной, страстной дружбы нет.

Друг, несмотря на то, в каком он настроении, будет к вам всегда максимально нежен, внимателен, щедр.

У Больного был эпистемологический разрыв. Это не было его болезнью. Просто он не знал, что болен. В том-то разрыв и состоял. Неизвестно даже, что было лучше — когда Больной жил с эпистемологическим разрывом или когда знал о болезни.
Организму было выгодно второе — хотя бы появлялась возможность излечить болезнь. Но Больной получил свое имя, когда узнал о недуге. Больной стал ходит опечаленный, его медленно убивали мысли о предстоящем пребывании в больнице. Туда он не хотел: парализованность тела (всегда, лежа в больнице, мы ограничены в движениях, а ему это предстояло в большей, нежели просто постельный режим, степени) приводила к параличу мыслей; недостаток общения (а в клиниках он ломает любого мизантропа и шизоида) съеживал душу и прятал до лучших времен. Общий наркоз достигал и зоны душевных переживаний.
Больной и общество взаимовыпали друг из друга, потеряли.. что можно потерять за два месяца, то и потеряли. В сущности, потеряли два месяца.
За время лечения атрофировались не только мысли. Атрофировалось само мышление. Если бы Больной должен был остаться в таком состоянии (физическом, я имею в виду) на всю жизнь, он бы стал выкарабкиваться воображением; но зная, что все это преходяще, он решил поставить жизнь на паузу, предложив себе отдых, хоть и чреватый отлёживанием всего, что он мог в себе сознательно перечислить.

С человеком, у кого болезнь, тяжело.
Он может над ней смеяться, а ты нет.
Он хочет от тебя что-то услышать,
но никогда не скажет, что.
Узнаешь - случайно.
Зато потом будешь знать.
Когда скажешь, сможешь с ним вместе смеяться о болезни.
До этого - возникшая после его улыбки твоя - стушуется,
чтобы он не увидел. почему-то за нее стыдно.

Кидает жизнь беспечно нас
На растерзания любви,
Не понимая,
Что, приручив нас парой фраз,
Любовь смиренно передаст
Нас волчьей стае.

Той стаи волки нас убьют,
Оставят труп ходячий быть,
Не человека.
Такие трупы существуют - не живут;
Умеют есть и пить, ходить
Полвека.

Но без Души уж трупы те,
Душа их мирно в темноте
Покойна.
Но будь жива, себя б развила
И в трупах тех давно б чинила
Войны.

Война была б меж двух сторон:
Между горячей и холодной правдой
Сердца и ума.
Кричало б сердце "Он мой! Он..."
А мой той девушки перебивал бы:
"Не любит он, балда!"

В колонках играет - X&Y; Fix you
/
наруби себе мыслей бутерброд.
готово? пихай в мозг.
скоро сон с визитом придет
вина глотнуть. подготовь тост.
музыку поспокойней.
а можно и тишину,
но только часы чтобы
ее не рубили на колбасу.
это тебе не рассуждения.
из них-то еда отменная.
а часы - только биение
пустоты тленной.
на глазах шторы
закрыть не забудь.
сон ведь романтик... (умора).
побойся его спугнуть.
тяжелую еду не готовь -
подавится.
чтобы не хмурилась бровь.
тогда - красавицу
еще предоставит для бесед.
или красавца.
как Дориана осемнадцати лет.
удастся?
надеюсь.

6.10.09

+a lil бреда

А если солнце начнет таять,
ищи истину в запахе корицы.
Доползая до очередного края,
лети с него как будто ты птица.

Закрыл глаза, расплыл улыбку,
вчерашний вечер был хорош.
сегодня осчастливил друга.
что будет завтра? хочу дождь.
Я стал считать, кого люблю,
и жизнь мне радугой сверкнула.
вас может семь, а может тридцать.
спасибо вам. я не забуду.


хх.10.09

23.09.09
Суши 2 порции по цене одной
стихи

Пришла ко мне старость,
И наступила прямо ярость,
Как яркий шар
И как удар.
Хотелось петь,
И вот те плеть!
Сделай стежок,
Умри, дружок!

Я возвожу страданье в степень.
И тут меня кусает слепень.
Он как удав -
Напал стремглав.
Раздался треск,
Я вижу блеск:
То был Парис,
Послал мне кисс
Потом лишь прытко
---- скидку. Вот так.

Джим.


Завила локон
Рябая курица.
Шелковый кокон
Плела вся улица.
В помаде губы,
В руках молочко,
Почистила зубы.
Бухая в очко,
Идет к барану
Целоваться перед экраном.

Сухоцветов фестиваль
Создал красочный аваль.
Получает в дом стартёр
Каждый пятый волонтёр.
Каждый пухленький малыш
Покупает мне гашиш.
Так как --- старлетки
Курят гашик из пипетки.

Лями.


Развратные кузнецы
С утра напрягли свои сосцы,
Потому что смелый Каррузо
запел про золотую кукурузу.
Соседский повар Ваня выдал такую искру!
--- Вытащил на стол красную икру
И узбекский плов
Что на штанах у кузнецов
Лопнул главный шов.
И --- урывки
Легли на землю как взбитые сливки.

Водка
Струится жадно в глотку
Сашину. Капля упала н колготку.
Брешь
В узких штанах - проела.
Плешь
на светлых головах.
И еврейский урон
Породил такой уклон,
Что диван
Сразу переселился в Ливан.
И окровавленное лицо
Выкатилось на деревянное крыльцо.

Рыж.


Завернув себе рулет,
Двинул к нам один кадет.
Долго не носил он кепку,
Держит папку. Папка - срепкой
держится прямой доской.
Спину выпрямив, с тоской
Хранит за папкой порох,
Жует печально горох.
И прячась за попонами
Глядит на небо, распыленное
Деревьев мрачными кронами.

"Получи инъекцию!
Придерживайся контрацепции!"
Буржуи...
Кушают ананасы,
Покупают золотые (иногда бронзовые) Пегасы,
Водку пьют лишь анисовую.
Гуляют по роще кипарисовой.
Прячутся за косметикой,
Держатся на энергетиках.
Вечно с какой-нибудь шмарой..
Один я верен своей гитаре.

Жорик.

если ты общался с кем-то с детства в течение многих лет, он будет тебе куда более близким другом, даже если ваши помыслы о мире совершенно различны. он тебя уже понимает на интуитивном уровне, ему не нужно слышать тебя, чтобы слушать. а с возрастом приходится просто находить тех, кто близок по голове, ибо иначе ломать преграды придется столько же, сколько ты дружишь с кем-то из далекого детства. а может и больше. и кстати именно поэтому с новыми друзьями легче расходиться, потому что держит вас всего лишь чуткое взаимопонимание. а между многолетними друзьями уже братская любовь.

Аорта толкает марш жидкости в горло.
Виски раздавило. Глаза накалены.
Несчастная, влюбленная красная морда
Напилась, Убита весом тишины
Взгляд мимо. попал?
Снова мимо. Печально.
Вернись, ты и так пропадал.
Живая вода. Мертвая глина.
Слепи себе жизнь, о которой мечтал.
Чтобы принять верное решенье,
Руки свяжи, уши закрой,
Беги, окунись в бездну сомнений
Ради истины одной.
Ты утонешь, умрешь, задохнешься, сгниешь -
И тогда осознаешь, тогда поймешь.
Не ищи же судьбу, не придумывай решений.
Надо богу довериться, плыть по течению...

старые поблескивавшие ржавчиной карнизы отзвуками фортепианных трелей зазывали в узкие проулки выпить кофе, который старая, очень старая (лет под семдесят) знакомая актриса будет разливать с первого этажа в фарфоровые чашки с изображениями японских танцовщиц. солнце выгорало в окнах, стекая по крышам и уступая сцену звездопаду. сигареты заменяли светлячков, шорохи машин заменяли ветер. разговоры о вечном растягивали ночь в вечность. где-то волками завывали бездомные, где-то трели телевизора вторили свету телевизора. мир копировал себя ежесекундно, подпевал себе и циклировал происходящее ежедневно. ночь приходила. воскресенье приходило. сессия приходила и гоняла буйных студентов по тем же улочкам, когда закрывала за собой месяц, словно дверь.
"пойди и дочитай эту книжку!" говорит друг. а ты сомневаешься, стоит ли дочитывать то, что приносит такое удовольствие. остановиться у реки и жить у реки всю жизнь. познать всю мудрость жизни через эту реку. через одну книгу. перечитывать и видеть в каждом слове озёра смыслов. почему нельзя читать с таким же упоением, с таким же обостренным восприятием все остальное?.. может, потому что тогда будет слишком много.. идолов. и истина в каждой книге своя. и если найдешь книгу, раскрывающую для тебя жизнь, в ней же будут совсем иные принципы этой самой жизни, чем в какой-то другой книге. и если создать себе две библии, они начнуть воевать.. в тебе

09.09

Сидишь. Помнишь. Трепещешь.
Забудешь - спокоен опять.
Чувствуешь две вещи:
1) Голос. 2) Прекрасная стать.
А он обернется - счастлииивыый!..
Еще бы его не понять.
Я рад за тебя, мой милый.
И может быть счастлив даже.
Со мной приключилась беда.
Же-
стоко со мною играет судьба.
Волю мою проверяет, силу.
А восторг заставляет дрожать.

09.09

Один фильм не будет гениальным для двух людей. Книга может. фильм - нет.

Блять, что ж я так влюбленностью заинтересован?!

Сегодня я не умею думать.

Жизнь болит, а зараза не сбоку,а внутри. Надо лечить.

Когда ты выбиваешь из человека дурь, не забывай, что ты бьешь дурь, а не человека.

Подумаешь только, как все просто, и понимаешь, что нифига это не так.

Стою, понимаешь, писаю, а жизнь-то идет!

- Где грань между влюбленностью и любовью? - Наверно между эгоизмом и самопожертвованием.

- Спасибо. - за что?! - За то, что ты есть.

- Смотри, людей на улице нет... - Вымерли. - Да нет, просто 4 часа утра...

- Пойду спасать мир. - Как? - Выпью кофе.

- Я не верю в любовь. - Почему? - Не доказано и непонятно. (С)

- Тонкие белые кристаллики снега сгорали на согретом домашним теплом окне; некоторые выживали на холодных трупах своих собратьев, на замле, образуя серебристое холодное одеяло, затуманивали небо и скрывали дом. А уже в нескольких десятках метров от взора... - Хорош разглагольствовать! - Ну ладно, ладно... Какая красивая снежная пурга блин!

Говорят, перед смертью в глазах пролетает вся жизнь. Неправда. Пролетает мысль "блин, я же щас сдохну!"

Сколько мудрости в человеке и как мало ее в человечестве!..

Пока любишь человека, нужно принести ему столько счастья, сколько можешь. Особенно когда возможность действительно имеется. И совсем особенно - если знаешь, что' принесет ему кусочек счастья. И уж совсем особенно - если знаешь, что скоро его потеряешь.

Спишина. Спящая тишина. Если она спит - это она есть и она сильнее обычного, или наоборот - она прикорнула и шум этим воспользовался и давай бузить? мм?

Сплюнь негодование.
Стреляй себе в спину.

Музыка раньше была только нотная. и ее можно было записывать. и читать. Нынче же появилась электроника. ее можно узнать лишь послушав, у нее какой-то свой, не переносимый на бумагу язык. игра идет не на мелодике, а на звучании. это новое поколение. но оно пока страдает цикличностью. + (чисто бытовое) ее нельзя слушать на плохой аппаратуре. а классику (и гитару) запросто.

Образованье не позволит
Мне не писать стихов.
И вот, по воле личной иль чужой,
Опять я сел творить то нечто,
Что дремлет там, внутри меня,
И ждет возможности освободиться.
Ведь боли это мне не стоит
Той, что могла быть у отцов
У наших, боли нету никакой.
Хотя, ее СЕЙЧАС быть может нету.
Возможно, творческих мучений семена
Нуждаются в годах, чтобы раскрыться.




*кстати мучаться стал, оооо дааа*

я медом намазав
твои красны очи
читал карамазов)
наверно, полночи.
спасибо сказав,
ты легла мирно сапать
а время не шло,
оно смело лишь капать
ты тихо лежала,
с улыбкой в руках.
я было уж стал восторгаться в стихах
как вдруг отрубился
с тобою в коленях
прекрасный был сон,
там комета галлея
летела навстречу,
цветя ярко-синим.
увидел тебя там.
"планету покинем?"
спросила легко ты,
как будто нормально
вот так вот случалось
чтоб мерно, формально
уплыть в небеса,
глядя в желтое солнце.
вот так чудеса
превращаются в быль.
плевать мне на рифму
представим, забыл.
очнулся, гляжу,
ты меня оседлала
кричишь, бьешь по роже
уже запыхалась
а мы, оказалось..
проспали свой поезд...
неважно. ведь выспались? - да!
значит можно
пешочком пройти. не беда!

Ты недостоин слов моих, Калинин!
Хоть ты единственный, кого признал я,
Как человека, отпечаток чей остался у меня
(Нет, не ботинком, а в мозгу, в мозгу!),
Ну не о том ведь пишутся стихи!
Стихи - они ведь о любви, о жизни...
А ты! Ты не любовь, не жизнь!
Конечно, жизнь-то есть и у тебя...
Но ё-моё! Она ведь не моя!
Итак, надеясь на твою испорченность,
Хе-хе, кончаю.