ЗАГАДОЧНАЯ "ЦИВИЛИЗАЦИЯ КАРАЛЯ": ПЕРВЫЙ ГОРОД НОВОГО СВЕТА

Александр ГОЛЯНДИН
 

 

Около пяти тысяч лет назад жители перуанского побережья создали древнейшую городскую культуру Америки. Цивилизация Караля возникла почти в одно время с первыми городами Месопотамии, Египта, Китая и Индии.

Это пустынное место на севере Перу вот уже столетие привлекало археологов. Полоса земли, уходящая в прошлое. Полоса суровой земли, горькой, как память о давно позабытом времени. Об эпохе воюющих царств, торжестве жрецов. Полоса длиной 70 и шириной 50 километров — словно овальная печать, скрепляющая еще
одну тайну археологии.

Серовато-темный песок, редкие поселения-оазисы, лента легендарной дороги Панамерикана — такой неуютной выглядит эта местность сейчас. Именно здесь, в суровом краю, как показали раскопки последнего десятилетия, возник первый город Америки — Караль.

Еще недавно считалось, что города в Древней Америке появились лишь к концу второго тысячелетия до новой эры, с расцветом цивилизации ольмеков. В Мексике. Никто бы не поверил, что «мать всех городов Америки» увидела свет в одном из самых пустынных районов Перу.

Вообще-то он давно интересовал ученых, но лишь пятнадцать лет назад — в 1994 году — перуанский археолог Рут Шади приступила к раскопкам в той самой долине реки Супе, среди песка, в окружении мертвенных скал. Там, где пепел давно угасшей жизни вдруг разгорелся в наши дни ярким, цветущим пламенем.

За годы кропотливой работы здесь, среди громадных отвалов породы, возник из-под земли «Город священного огня», Караль. Он лежал на плато, на высоте 350 метров над уровнем моря, в 26 километрах от побережья Тихого океана и в 182 километрах к северу от современной столицы Перу, Лимы. Этот город занимал площадь около 60 гектаров.

Вплоть до начала этого века историки не сомневались, где находилась колыбель человеческой цивилизации: в Месопотамии, Египте, Индии и Китае. Казалось, Америка осталась далеко на периферии исторического развития. Первые культурные центры появились здесь чуть ли не на две тысячи лет позже.

Однако исследование руин, обнаруженных на севере Перу, привело к неожиданному результату. Их датировка основывалась на радиоуглеродном анализе тростниковых связок, замурованных в стены одного из зданий. Возраст растительных волокон и позволил проследить хронологию Караля. Оказалось, что здание возведено в 2627 году до новой эры, то есть за тысячу с лишним лет до становления культуры ольмеков. В Египте в это время еще не воздвигли пирамиду Хеопса, а в Шумере, по определению И.М. Дьяконова, только начался Раннединастический период. Так что первая цивилизация Нового Света сформировалась почти в одно время с древнейшими культурами Азии и Африки, хотя по своему значению заметно уступает им.

Еще Карл Ясперс писал: «С названными культурами можно сопоставить американские культуры Мексики и Перу», добавляя, «расцвет которых, правда, относится к более поздним тысячелетиям». Интуитивное ощущение не обмануло Ясперса. Новейшие раскопки археологов свидетельствуют, что между культурами Древнего Перу и, например, Месопотамии больше общего, чем подозревали историки десятилетия назад.

По дну моря, в пустыне

Из всех континентов, исключая Антарктиду, Южная Америка была заселена человеком позже всего. По современным представлениям историков, первые группы людей пересекли Панамский перешеек 16 тысяч лет назад, и лишь восемь тысяч лет спустя индейские племена достигли Огненной Земли. На территории Перу люди появились около 15 тысяч лет назад. По прошествии нескольких тысячелетий племена охотников и собирателей, населившие побережье страны, наладили оживленный обмен между собой. Со временем связи между отдельными племенами укреплялись. Кочевавшие прежде индейцы сооружали теперь деревни, в которых селились. Наряду с охотой и собирательством, обитатели этих деревень занимались также земледелием.

Но что произошло около 5000 лет назад? Почему древние жители Перу покинули побережье, где без труда могли найти пищу, благо море изобиловало рыбой, и перебрались в унылый, нищий район, лежавший в горах и поросший разве только лишайником! Климат в районе Караля засушливый, а единственный источник воды — протекающая поблизости река Супе. Ее русло наполняется лишь в ту недолгую пору, когда в верховьях — в горах — идут обильные дожди. В остальные же месяцы она буквально пересыхает. Чем же она приманила рыбаков и крестьян?

Рут Шади, автор исследования на тему «Эль-Ниньо и его влияние на жизнь доиспанских обществ», не могла не предположить, что древние индейцы бежали от регулярно повторявшихся бедствий, приносимых феноменом «Эль-Ниньо» — проникновением к берегам Перу теплого морского течения, которое оттесняет от побережья холодные воды Перуанского течения. Обильные дожди в это время вызывают катастрофические наводнения и оползни на побережье. Потоки воды смывают все, что оказывается на их пути, все, что построено не на века.

«У людей не было выбора», — пишет журнал Geo. Альтернатива казалась так же страшна. «Их пугал террор океана, вершившийся прямо на их глазах, и хоррор (ужас. — Прим. ред.) пустыни, нелюдимо простиравшейся у них за спиной». Приход «Эль-Ниньо» рано или поздно был неотвратим. Единственным выходом из этой западни, в которой они оказались, для части жителей побережья стало бегство в глубь страны, навстречу пустыне. Покорить ее простор, ее сушь и жуть — это было единственное, что оставалось людям, не желавшим больше быть бессмысленными, бессловесными жертвами природы.

На первых порах земля здесь не поддавалась обработке. Лишь разветвленная система каналов, а затем и орошаемые террасы — вот что решительно изменило пустынный покой, вдохнуло жизнь в этот nature morte, сотворенный из камня и песка. Искусственная система орошения стала основой хозяйства Древнего Перу. Без этого гениального изобретения, впоследствии доведенного до совершенства инками, первый город Америки, сооруженный в пустынном районе, вдали от побережья, неминуемо бы погиб.

Удивительно, как удалось жителям Караля, помогая себе лишь каменными ножами, молотками из гранита и кирками из оленьих рогов, отвести от реки многочисленные каналы, превратив эту неприметную долину в настоящую Долину пирамид! «Создание системы искусственного орошения было, пожалуй, столь же важно для экономики Анд, как и изобретение колеса для других цивилизаций», — отмечает Рут Шади. Эта система позволила наладить снабжение горожан продуктами питания. Благодаря ей удавалось возделывать культурные растения даже на этом пустынном плато.

На полях и огородах, обильно поливаемых водой, древние перуанцы выращивали авокадо и гуайяву, сладкий картофель и цукини, бобы и паприку, разные сорта тыкв и маранту, из корневища которой приготавливали муку. Все это позволяло жителям Караля создавать запасы пищи на случай засухи или других непредвиденных событий. Развитие оросительной системы дало им возможность даже отказаться от гончарного ремесла. Керамику заменили… тыквы. Их собирали, высушивали, а затем изготавливали из них сосуды любых размеров и форм. В шутку говоря, это было хозяйство людей, привыкших растить на грядках будущие чашки и миски.

Главным же сельскохозяйственным продуктом Караля был хлопок — поистине «белое золото» древних перуанцев. Волокно хлопчатника и ткани, изготовленные из него, являлись основным меновым товаром, который жители Караля предлагали рыбакам из приморских поселков. Из этого волокна плели сети, вили веревки, шили одежду. Рыбаки покупали у горожан также сосуды из тыкв и сами тыквы; последние служили поплавками, их крепили к сетям.

Переселившись в Караль, бывшие жители побережья окончательно превратились в земледельцев, но огромное место в их рационе по-прежнему занимали морепродукты, богатые белком: сардины, анчоусы, мидии. Еще сегодня, прогуливаясь по древнему городу, люди слышат постоянный хруст под ногами, словно идут по высохшему дну моря — так много раковин разбросано здесь, почти в 30 километрах от берега. При просеивании песка археологи обнаружили кости более двух десятков видов рыб. Очевидно, жители «Города священного огня» выменивали морепродукты на хлопок и другие товары.

«Благодаря оживленной внутренней и внешней торговле в этом обществе возникло определенное изобилие. Жителям Караля уже не нужно было думать лишь о повседневном выживании, — подчеркивает Рут Шади. — Если сегодня крестьяне, поселившиеся в долине Супе, набивают свои желудки импортным рисом и куриными окорочками, то основу рациона их далеких предков, по-видимому, составляли сладкий картофель и анчоусы».

Продолжить «дело богов»

В ту пору, когда Караль процветал, здесь, в долине Супе, насчитывалось еще около двух десятков населенных пунктов. Все вместе они образуют загадочную «цивилизацию Караля» — древнейшую культурную область Америки. Она охватывала четыре долины на тихоокеанском побережье Перу. С этой полоской земли, затерянной среди горных круч Анд, мог сравниться в то время лишь один-единственный район нашей планеты — южная часть Месопотамии, Шумер. Правда, в этой стране строили тогда города крупнее и красивее, чем в Перу.

«Интенсивный и регулярный обмен товарами между отдельными поселениями, между рыбаками и крестьянами, сплачивал все эти территории в единое целое, что не могло не отразиться и на отношениях с жителями горных районов и влажных тропических лесов», — полагает Рут Шади. Караль превратился в своего рода столицу всех поселений, расположенных в долине Супе и ее окрестности — в их политический и религиозный центр.

«Изделия из Караля, — отмечает перуанский археолог Карлос Лейва, — прежде всего рыбачьи сети, сплетенные из волокон хлопчатника, встречаются по всему побережью, между реками Чиллон и Санта, а это добрых четыре сотни километров. Кроме того, доказано, что жители Караля поддерживали торговые отношения с племенами, населявшими бассейн реки Амазонка, а также территорию современного Эквадора. Для меня это служит свидетельством того, что здесь возникло своего рода государственное образование». Как полагают археологи, Караль был важнейшим перевалочным пунктом в торговле между жителями перуанского побережья и дождевых тропических лесов.

В Карале возникла своя элита, освобожденная от повседневного труда, от необходимости производить продукты питания, элита, которую содержало все остальное общество. Наличие запасов позволяло людям уделять много времени строительству святилищ и жилых домов. Так каким же был этот город, о котором мы пока говорим лишь мимоходом, прогуливаясь по окружившим его полям и берегам каналов? Он был «первым». Важное слово!

Жители долины Супе и других районов в северной части Перу сами создавали архитектурные традиции и религиозные ритуалы. Они были творцами цивилизации, достижения которой угадываются даже в культуре инков, живших несколько тысяч лет спустя. Эта цивилизация любопытна еще и тем, что рождалась в полной изоляции от других культур. Между Индией, Египтом и Месопотамией с глубокой древности существовали торговые связи, шел постоянный обмен товарами, изобретениями, идеями. На этом фоне особенно чувствуется самобытность Караля — и шире! —древнейшей цивилизации Перу. Вот как описывает «Город священного огня» Рут Шади: «В центре поселения над горожанами простиралось лишь голубое небо, обитель их богов, и виднелись каменные хребты гор, окружавших город. Люди, пришедшие сюда, оказывались вдали от будничного шума, сопровождавшего повседневные хлопоты и работы и доносившегося откуда-то из долины, что лежала у подножия Верхнего города. Построенное здесь здание в форме пирамиды, напоминающее своими очертаниями гору, похоже, отражает стремление ее строителей продолжить дело богов».

Продолжить «дело богов» и возвести город, несомненно, эта мысль увлекала и «строителей» первых цивилизаций Старого Света, их «культурных героев». Когда это было? И что в это время было в Европе? Эпоха процветания Караля приходится на поздний неолит и ранний бронзовый век. В Европе, например, племенные общества, находившиеся примерно на том же уровне развития, возводят грандиозный памятник: Стоунхендж. Сооружают мегалитические гробницы. Однако это каменное зодчество не сопровождается здесь строительством городов. Первые поселения городского типа — кельтские — стали появляться в Центральной Европе лишь около 800 года до новой эры.

Шесть первых пирамид Перу


Караль с высоты птичьего полета

И вот мы в Карале. Вся жизнь горожан протекала в узкой долине, зажатой между горными хребтами, отретушированными до фиолетового блеска, и прерывистыми наметками дюн. Город отчетливо делился на две части, что, вероятно, отражало структуру самого общества: «город знатных и доблестных», высившийся над остальными кварталами, и «город простолюдинов».

В этом последнем — Нижнем городе — проживали торговцы, ремесленники и крестьяне, возделывавшие окрестные поля. Здесь неизменно шумела людская толпа. В одном месте плели рыбачьи сети, в другом — ткали одежду из хлопка, в третьем — готовили украшения из драгоценных камней.

В Верхнем городе, где располагались храмовые постройки, селились жрецы, вожди и их ближайшее окружение. Их дома были окружены громадами пирамид, возносившими их слова и жертвы прямо к богам. Самая большая пирамида высотой 19 метров была построена около 2600 года до новой эры — на полвека раньше пирамиды Хеопса в Египте. Она протянулась на 160 метров в длину и 150 метров в ширину.

Всего здесь высилось шесть храмов-пирамид. Они обступали центральную площадь Караля, где, вероятно, проводились религиозные церемонии. Высота самой маленькой пирамиды составляла 10 метров, ее длина — 60 метров, а ширина — 45 метров.

До сих пор считалось, что древнейшая пирамида в Америке была возведена около 1500 года до новой эры, во времена Нового царства в Египте. «Памятники архитектуры, напоминающие те, что были найдены в Карале, получили впоследствии широкое распространение в Андах, но теперь нам известно, что эта архитектурная традиция, а именно традиция городского строительства, зародилась в Карале, — подчеркивает американский археолог Джонатан Хаас. — Это все равно, как если бы нашли первую в мире христианскую церковь».

Впрочем, Рут Шади избегает самого термина «пирамида», ведь по своему назначению эти здания и впрямь разительно отличались от египетских памятников. «Это были монументальные публичные здания, где совершались ритуальные церемонии жертвоприношения, где продавали или обменивали определенные продукты и где растирали в порошок комья вожделенной соли». За свою историю эти пирамиды, — а они служили жителям Караля почти тысячу лет, — перестраивали пять раз: изменяли их геометрию, сооружали новые пристройки, возводили лестницы в другом месте. «Для каждой стадии строительства характерны свой архитектурный стиль, особая окраска и конфигурация зданий».

Сооружение пирамид началось одновременно со строительством обширной оросительной системы. Создать последнюю, как свидетельствует история Древнего Востока, могло лишь общество, в котором установилось централизованное управление и существовала строгая иерархия. По мнению Джонатана Хааса, социальная и политическая система Караля в чем-то является прообразом будущей империи инков — подобно тому, как афинская демократия может считаться прототипом современных демократий Вены или Парижа. Строительство пирамид лишь подчеркивало могущество власти. Эти постройки символизировали неколебимую связь правителей города с богами.

Помимо шести пирамид, археологи обнаружили при раскопках Караля обширные жилые кварталы, а также небольшие храмы и административные здания. Когда-то в этом городе проживали около трех тысяч человек, принадлежавших к самым разным слоям общества. Об этом можно судить хотя бы по внешнему виду обнаруженных здесь построек. Археологи встречают и роскошные особняки, и жалкие домишки, в которых теснилась беднота.

Для сооружения зданий, в которых жили знатные горожане, строители тщательно разравнивали площадку. В завершение дома покрывали штукатуркой. В тех же кварталах, где жили люди победнее, подобные архитектурные изыски не предусматривались.

«Караль — это город, построенный по плану», — отмечает Рут Шади. Строгая планировка города позволяет судить о том, что горожане хорошо разбирались в арифметике, геометрии и астрономии. Древние зодчие тщательно планировали расположение Караля. Все городские святилища расположены строго вдоль единой оси. По-видимому, выбирая их местоположение, строители руководствовались еще и какими-то астрономическими идеями, пока неясными нам.

Караль, по предположению Рут Шади, был теократическим обществом. Именно жрецам принадлежала «монополия на власть». Религия сплачивала общество, принуждала — во имя служения богам! — совершать немыслимое, например, возводить монументальные храмы — «дома богов». «Религия придавала жизненную силу правителям города, — пишет Шади. — Люди жили в стране богов и посвящали им свою жизнь».

Один из храмов Караля был сооружен в форме амфитеатра. Здесь находилась главная реликвия города — священный огонь. Алтарь, в котором пылал этот огонь — вечное пламя Караля, был окружен двойной стеной, защищавшей его от любой случайности. Само название подсказывает, что пламя горело в этой храмовой постройке непрестанно. Ничего не оставалось, кроме пепла, от любых жертвенных даров, принесенных сюда, например, раковин моллюсков. Богам посвящали также сосуды, текстильные ткани и… музыкальные инструменты.

При раскопках амфитеатра обнаружены десятки музыкальных инструментов, в том числе 38 рогов, изготовленных из костей ламы и дичи, и 32 семитональные поперечные флейты, вырезанные из костей кондора и пеликана и украшенные изображениями орлов, змей, кошек и человеческих лиц. Эти находки свидетельствуют о том, что культура Караля заметно опережала свое время. Ведь в соседних долинах археологи не обнаружили никаких признаков занятий искусством.

Однако у религии Караля были и свои темные стороны. По всей вероятности, жители города приносили своим богам человеческие жертвы. Так, при раскопках главной пирамиды обнаружен скелет 25-летнего человека. Его тело лежало на груде камней; руки скрещены за спиной. Череп несчастного пробит в двух местах; вероятно, эти удары и стали причиной его смерти. Судя по всему, этого человека принесли в жертву, когда перестраивали святилище. Так горожане надеялись задобрить богов, которым посвящали храм.

Эта находка заставляет задуматься и о неравенстве, существовавшем тогда в обществе. Осмотр скелета показал, что еще с юности несчастный отличался плохим здоровьем. У него были больны кости и разрушены зубы, что обуславливалось, очевидно, плохим, однообразным питанием. Поясничный отдел позвоночника и суставы ног оказались сильно изношены. По оценке исследователей, он страдал от хронической анемии. По всей видимости, погибший был носильщиком грузов, бедняком, зарабатывавшим на жизнь тяжелым, поденным трудом.

И еще: для нас цивилизации Древней Америки неизменно ассоциируются с завоевательными походами, жестокими расправами над пленниками, междоусобными войнами городов-государств майя. Тем поразительнее открытие, сделанное археологами в Карале. Здесь не было крепостных стен, не было никаких оборонительных сооружений! Не найдено и оружие. Похоже, жители «первого города Америки» не боялись врагов и не думали ни от кого защищаться.

Открытие Караля опровергает привычные представления о зарождении государства. В этом городе сложилось иерархическое общество, произошло расслоение людей на бедных и богатых, но это как будто не привело к взаимному ожесточению, не пробудило в соседних племенах зависти к горожанам. И все же было бы опрометчиво заявлять, что древние жители побережья Перу сумели на благо себе решить, казалось бы, нерешаемую задачу: «Как построить государство, избежав войны всех против всех?» Раскопки Караля, однако, позволяют предположить, что зарождение государства не всегда должно было сопровождаться вооруженными распрями. Иными словами, власть не всегда зиждется на убийствах, на крови ее противников; она может быть основана и на добровольном согласии. Главным стимулом развития здешней культуры была не война, а, очевидно, торговля. Можно вспомнить и еще одно миролюбивое общество древности — Крит. На этом острове в III тысячелетии до новой эры тоже отсутствовали какие-либо значительные оборонительные сооружения.

Кипу Караля?

Возможно, жители Караля могли бы поведать нам больше, чем мы в силах узнать. Ведь, похоже, они изобрели собственную систему хранения информации, то есть письменность. В апреле 2005 года при раскопках третьей по высоте пирамиды Караля — Галерейной пирамиды — были обнаружены коричневые шнурки с узелками, намотанные на тонкие палочки. Эти неприметные шнурки, сплетенные из шерсти ламы, являлись одной из древнейших систем сбережения информации, придуманных человеком. Их окраска, количество завязанных на них узелков, форма и расположение последних — все это помогало запомнить нужные сведения. Этот род письменности, как становится ясно теперь, появился почти одновременно с иероглифами египтян и шумеров. Но будущее принадлежало символам в виде иероглифов, а затем и букв. Абсолютно другой (!) способ письма — узелковое — окончательно утрачен несколько столетий назад.

До сих пор историкам была известна лишь одна страна, где применялось подобное письмо — держава инков. Оказалось, что оно возникло на несколько тысяч лет раньше, чем предполагалось, и, очевидно, на протяжении тысячелетий бытовало у народов, населявших Перу, и, в конце концов, было усвоено инками. Им пользовались в XV — XVI веках на территории Перу, Чили и Эквадора. С помощью узелковых записей — кипу — отмечались сведения об уплаченных налогах и собранном урожае, велся учет рождений и смертей. Испанские завоеватели беспощадно уничтожали захваченные ими шнурки. До наших дней сохранились лишь семь с половиной сотен кипу.

Ученые и теперь спорят об их точном назначении. Помогали ли эти узелки только запомнить нужную информацию (так, в наши дни мы порой ставим точки и галочки в записной книжке, а то и завязываем носовой платок узелком, чтобы вспомнить, что надо вернуться домой с цветами, лекарствами и т.д.) или же являлись своеобразной формой письма. По наиболее спорной концепции, отмечал историк Ю.А. Зубрицкий, «кипу содержат тексты хроник, законов и поэтических произведений». В любом случае, узелковое письмо явилось важным рубежом в истории интеллектуальных достижений человечества. Исследование кипу позволит понять логику людей архаической эпохи и увидеть, как на рубеже неолита и бронзового века зарождалось абстрактное мышление.

Древний город похоронили дюны

Караль скрывает еще немало тайн. Как отмечает перуанский археолог Альваро Руис: «Пока еще исследования, проводимые в Карале и долине Супе, находятся на самой ранней стадии. Девяносто процентов городских и храмовых поселений в этом регионе вообще не изучены археологами, а лишь отмечены ими. Будущие раскопки могут совершенно изменить наши представления об истории Караля».

Ученым, например, детально неизвестна хронология Караля и его окрестностей. Не ясна и прежде всего причина, по которой около 1600 (по другим данным, 1800) года до новой эры все население города, — а здесь проживало к тому времени около 20 тысяч человек, — покинуло родные места? Не на что и грешить! Никаких примет «смутного времени» не обнаружено в этой благословенной долине. Ни война, ни вторжение соседних племен, ни восстание черни не повинны в исчезновении этой древней культуры. Просто город был покинут по неизвестной причине. Нет никаких следов разрушений, обугленных стен, сломанных копий и стрел.

Отход совершался организованно. Вместо останков убитых хоронили жилища: засыпали галькой и песком здания и пирамиды, делая археологам удивительный подарок — настоящий древ ний город в целости и сохранности. Песчаные дюны довершили эту работу.

«Мы не знаем, почему древние американцы покинули долину Супе, — признает американский археолог Бетти Меггерс, — возможно, изменился климат или численность населения резко сократилась. Ясно только, что здания и предметы, оставленные жителями Караля, были со временем занесены песком; тростник схоронил последние следы древнего города».

Словно спрятанный в музейном запаснике, первый город Америки благополучно дожил до наших дней, будто дожидаясь, когда сюда пожалуют археологи. В очень сухом климате, характерном для горных районов Перу, его облик сохранился столь же хорошо, как и под стеклом выставочного стенда.

Америка открывается заново

Долгое время Древняя Америка была в представлении величайших культурных деятелей Европы воплощением дикости, а ее население… оно, например, проявляло в мимике и танце «огромное сходство с обезьянами» (И.В. Гете). Леса Бразилии удручали Гегеля «почти нечленораздельными возгласами выродившихся людей». Они «не заботятся ни о чем и ленивы» (И. Кант).

Теперь же, если сложить вместе все, что мы знаем об истории Древней Америки, — знаем благодаря методу радиоуглеродного анализа, достижениям молекулярной биологии и генетики, археологии и антропологии, — то мы можем уверенно сказать: Америка открывается заново.

Как отмечает Хеннинг Бишоф, бывший директор Этнографической коллекции Мангейма: «Открытия, сделанные в Карале и долине Супе, показывают в невиданных прежде масштабах для той эпохи, как различные общественные силы и устремления порождают нечто, стоящее над ними. Именно здесь возникают зачатки хорошо организованного общества, занятого, например, созданием чего-то монументального, что предназначалось поначалу для того, чтобы завоевать милость и расположение высших сил. Ведь люди того времени чувствовали, насколько сильно зависят от власти богов именно они, жители Анд — области, которой постоянно угрожали природные катастрофы. Эти совместные усилия способствовали сплочению общества, что оказало решающее влияние на развитие культуры Древнего Перу. Поэтому работу Рут Шади нельзя не переоценить. Она привлекла внимание археологов к самой ранней эпохе становления цивилизованного общества».

P.S. Осенью 2008 года Рут Шади обратилась к руководителям ЮНЕСКО с просьбой включить Караль в число памятников Всемирного культурного наследия.

Аймара не страшны духи предков!

В 1994 году Рут Шади, археолог из Главного национального университета Лимы Сан-Маркос, приступила к раскопкам в долине Супе, не надеясь на чью-либо помощь и поддержку. Ее, дочь пражского еврея, бежавшего от нацистов в Перу, и индианки из народа аймара, вело вперед любопытство. По правде говоря, не она открыла Караль. Впервые в научной литературе эта долина упоминается в 1905 году; первым, кто описал ее, был немецкий археолог Макс Уле. Он приступил к раскопкам в Асперо — рыбачьем поселке, основанном во времена Караля в месте впадения реки Супе в Тихий океан.

В 1940 году американский исследователь Пауль Козок облетел на самолете окрестности Караля, сделав снимки с воздуха. Археологи были поражены многочисленными древними платформами, явственно проступавшими на этих фотографиях на фоне пейзажа. Однако они посчитали, что находка относится к культуре Чавин, существовавшей в конце II тысячелетия до нашей эры. Эта культура считалась родоначальницей перуанской цивилизации. Ее представители умели обрабатывать металлы — медь, золото и серебро, изготавливали каменные скульптуры и великолепную керамику. Никто и не представлял, что на территории Перу могла существовать куда более древняя цивилизация. Никто не подозревал, что эти холмы, напоминавшие «кротовые выбросы», скрывали пирамиды.

Почему же многочисленные памятники материальной культуры долины Супе оставались так долго не открыты никем? «Жители окрестных деревень испытывали глубокий страх перед Каралем и боялись приходить сюда. Они считали, что здесь обитают духи их предков, которые покарают любого, кто ступит на эту землю. Для кладоискателей же, занятых поисками древних гробниц, эта местность тоже была неинтересна, поскольку здесь нет ни украшений, ни керамики, ни кладбищ», — поясняет Рут Шади. Лишь в последние годы «Город священного огня» появился на страницах некоторых путеводителей и географических картах, хотя число приезжающих сюда туристов остается по-прежнему невелико.

Археологи на поле научной брани

Сообщения об открытии Караля стали появляться в зарубежной и российской прессе после публикации в 2001 году статьи в журнале Science. Текст статьи был написан Рут Шади, после чего она познакомила со своей работой американских коллег, авторитетных археологов Джонатана Хааса и Винфрид Кремер, которые ранее по ее же просьбе определили возраст пирамиды Караля радиоуглеродным методом. Хаас и Кремер и опубликовали — под своими фамилиями! — статью Рут Шади в Science. Поначалу в публикациях о «первом городе Америки», появившихся во многих странах мира, в том числе в России, первооткрывателями Караля назывались именно эти американские ученые. В научном же сообществе разразился скандал. Последовали справедливые обвинения Хааса и Кремер в плагиате. Заслуги Рут Шади были восстановлены.

В декабре 2004 года Хаас и Кремер опубликовали уже на страницах журнала Nature отчет о собственных археологических раскопках в Перу, которые они ведут всего в нескольких километрах к северу от Караля, в соседних долинах Пативилка и Форталеса. В этой статье они дали общее название всем этим долинам — «Норте$Чико», «Маленький Север», и объявили, что «Караль и Асперо — всего лишь два из большого числа поселений, возникших в Норте-Чико в позднеархаическую эпоху». Имя Рут Шади дважды упоминалось лишь в сносках (в двух из 17). «Это был верх наглости, откровенная провокация», — пишет обозреватель немецкой газеты Die Zeit. Ведь за семь лет до этого именно Рут Шади отмечала: «Если мы примем во внимание производственные мощности, которыми располагала эта небольшая долина, то подобные достижения были бы совершенно немыслимы без участия общин, населявших соседние долины».

Источник: "Знание - Сила"