Если бы я был горностаем
Если бы я был горностаем, я расхаживал бы, как король, и все
удивлялись бы, откуда у меня моя шуба, и все спрашивали бы: <Скажите, где
Вы купили эту шубу, кто Вам ее подарил, кто Вам ее прислал, у Вас. Наверно,
богатые родственники?> А я бы ходил в горностаевой шубе, шубе из чистого
горностая, потому что я сам был бы горностаем, и я отвечал бы: <Нет, я нигде
не купил эту шубу, и никто мне ее не подарил, и никто не прислал, я хожу в
горностаевой шубе, потому что, вы же видите, я сам горностай>, Но они бы мне,
конечно, не верили, ведь горностая встретишь не каждый день, и они бы
просили: <Ах, пожалуйста, дайте нам поносить эту шубу!> А я бы отказывал, я
бы всем категорически отказывал: и зайцу и суслику, и волку: И волку? Нет,
пожалуй, волку я бы не смог отказать, волку очень трудно отказать, он
наверняка снял бы с меня мою шубу:
Если бы я был волком, я бы снимал шубу с каждого горностая, и с
куницы, и даже с зайца, хотя у зайца шуба очень плохого качества, она все
время линяет и ее едва хватает на один сезон. Но я бы все равно снимал бы с
него шубу, потому что ведь я был бы волком, а волк может себе это позволить,
волк может себе позволить абсолютно все, кроме удовольствия залезть на
дерево. Волки не лазят по деревьям, хотя, конечно, они бы не отказались, но где
им, куда! По деревьям лазят обезьяны, а волки бегают по земле и им ни за что
не залезть на дерево!
Если бы я был обезьяной, я бы никогда не спускался на землю, я бы
прыгал по веткам и кричал, и визжал, и швырял бы сверху бананы, стараясь
попасть кому-нибудь в голову, и другие обезьяны тоже визжали бы, и
швырялись, и мы бы соревновались, кто громче завизжит и кто скорей попадет,
и радовались бы, что никто не может достать нас на дереве. Разве что жирафа,
потому что она сама, как дерево, потому что у нее шея такая длинная, что по
ней можно лезть и лезть и все равно до конца не долезешь.
Если бы я был жирафой, я бы ни перед кем не склонял голову. Я бы
смотрел на всех сверху вниз, такая б у меня была длинная шея, И мне ничего не
стоило бы заглянуть через забор, и я видел бы, что там внутри, а там
обязательно должно что-то быть внутри, потому что заборы существуют не зря
- но, конечно, не для тех, у кого такая длинная шея. И никто до меня не мог бы
дотянуться, потому что для этого нужно было бы прыгнуть очень высоко, а это
не каждый сумеет.
Если бы я был леопардом, я бы, конечно, сумел. Я бы прыгнул этой
жирафе на шею и в одну секунду откусил бы ей голову. А потом прыгнул бы на
дерево и откусил бы головы всем обезьянам, а заодно и волку, чтобы не
отнимал чужих шуб, а заодно и горностаю, что не кичился своей шубой. Если
бы я был леопардом, мне не был бы страшен никто - разумеется, кроме льва,
потому что лев каждому страшен. Когда встречаешь льва, хочется стать
маленьким и незаметным, хочется зарыться в землю, как крот.
Если бы я был кротом, я бы каждый день зарывался в землю. Я бы рылся
там, под землей, и меня совсем бы не интересовало, что происходит здесь, на
белом свете. И кто у кого отнял шубу, и кто кому откусил голову, все это было
бы мне ни к чему, я бы рылся в земле, рылся да рылся - и только иногда
высовывал голову, чтобы посмотреть, как там растет трава и как ее щиплют
бараны. Бараны ходят по полю и щиплют траву, и греют спину на солнышке, и
они могут ни о чем не думать, хотя, конечно, и они думают, иногда они так
задумаются!..
Если б я был бараном!.. Но я ведь и есть баран...
