Рыжая сказка


Рыжая кошка была такой
маленькой, что еще не успела узнать о том, что рыжих кошек на свете не
так уж много. Гораздо меньше, чем, например, серых. И о том, что рыжий
цвет — не простой, как, скажем, цвет серый. Зато маленькая кошка знала,
что такое друг. Ее друга звали Солнце.
Они познакомились недавно на крылечке дома. Солнце проплывало
по небу и увидело внизу что-то очень рыжее. Солнце прищурилось и
спросило:
— Это кто там? Не мой солнечный зайчик?
Рыжка (в золотых лучах она правда казалась чем-то солнечным)
подняла мордочку и ответила обиженно:
— Какой же я зайчик? Я — кошка. Меховая, а вовсе не солнечная.
— Точно, рыжая кошка. Да ты не обижайся. Разглядеть трудно:
маленькая очень.
— Вырасту!
— Конечно,— прозвенело Солнце.— А мне показалось, зайчик мой
сбежал без разрешения. Непорядок ведь?
Так они и подружились. Доброе взрослое Солнце проплывало над
крылечком в полдень. Медленно, чтобы Рыжка погрелась в его лучах. А еще
Солнце рассказывало ей, что происходит в небе, какая туча с какой
молнией поссорились и какое облако за какую горную вершину зацепилось.
А маленькая рыжая кошка рассказывала Солнцу, как живут люди в своем
красивом летнем доме.
Но однажды Солнце не пришло. Рыжка удивилась, посмотрела в небо
и увидала серые тучи.
— Наверное, тучи зедерживают Солнце. Пойду навстречу,— решила
она и осторожно спустилась с крылечка на садовую дорожку.
Раньше Рыжка не гуляла по дорожке: боялась уходить от крыльца.
Но она знала, что дорожка идет в ту сторону, откуда приходило Солнце.
Маленькая рыжая кошка шла медленно, осторожно ставя лапки на
дорожку. Вдруг тихий смех. Слева — роскошные ярко-красные маки.
— Вы мне смеетесь?— спросила Рыжка.
— Не тебе, а над тобой,— прошелестели маки.
— Почему?..
— Ну-у-у... Ты же смешная...
— Почему?
— Ну-у-у... Ты рыжая...
— Да,— согласилась кошка,— рыжая. А почему смешная?
— Так ведь рыжая!
Маленькая кошка не понимала, почему смеялись маки, но ей
казалось, что смеялись не весело, а насмешливо.
— Ну и ладно,— просто так, сама не зная о чем, сказала
маленькая кошка и пошла дальше. Слышит — кто-то тихо фыркнул и сказал:
— Совсем, совсем рыжая!
Маленькая кошка оглянулась и обрадовалась. Справа от дорожки
расположилась стайка невысоких цветов. Цветом своим очень похожих на
нее. Люди называют их ноготками.
— Привет,— весело сказала Рыжка,— и вы, и я — рыжие. Хорошо! А
вот некоторые считают рыжий цвет...— И она замолчала. Потому что
цветки-ноготки резко подняли лепестки и захлопнулись. Только один,
наверное главный, цветок не закрылся и очень рассерженно посмотрел на
маленькую кошку:
— Как ты смеешь называть нас рыжими? Это ты — рыжая.
— Да я-то, конечно, я знаю. Но разве вы не рыжие тоже?
— Нет!— совсем рассердился цветок-ноготок.— Мы оранжевые.— И он
тоже закрылся.
Маленькая рыжая кошка пошла дальше. Ей было грустно: и Солнце
не нашлось, и стало совершенно ясно, что рыжий цвет нравится не всем.
Наконец дорожка уткнулась в маленькую клумбу, на которой рос
большущий куст прекрасных белых лилий.
— Ой!— только и могла сказать восхищенная Рыжка.
Одна чудесная белая головка склонилась, и лилия сказала томно:
— Ах, не надо восхищений. Они однообразны и утомительны.
— Хорошо, я восхищаться не буду, хотя вы очень красивы,—
маленькая кошка, не раздумывая, подчинилась прекрасным цветам,— не буду,
а спросить вас можно? Посоветоваться.
Гордые цветы были удивлены или, представь, польщены. Совета у
них никто никогда не спрашивал. Ими только любовались.
— Скажите,— немного замялась Рыжка,— вот некоторым кажется, что
рыжий цвет то ли плохой, то ли... ну... в общем, смеются... Вы не стали
бы смеяться? Не стали бы? Правда?
— Конечно, мы не станем смеяться над тобой. Это недостойно нас.
— Что значит недостойно вас?— чуть насторожилась маленькая
кошка.
— Это значит, что сами мы так прекрасны, что должны
притвориться, будто не видим, что ты рыжая,— ответила самая красивая
лилия.
— Будто не видите?
— Да.
— А если все-таки...
— Нет. Мы хорошо воспитаны.
— А другие цветы?
— Многие цветы,— прекрасная лилия смутилась,— попроще нас,
могут вспомнить,— она заговорила шепотом,— детскую песенку-дразнилку: «Рыжий-рыжий,
конопатый...» Дальше там тоже насмешливые слова.
— «Конопатый»...— задумчиво повторила маленькая рыжая кошка.—
Еще и конопатый!— И она прикрыла лапкой нос, на котором ухитрились
поместиться полторы веснушки.
А потом кошка, хоть и маленькая, выпустила коготки.
— Вы не видите? Так я сама говорю всем! Всем на свете! Я —
рыжая, рыжая-прерыжая! Ясно? Ясно вам?— и заплакала маленькая кошка.
Горько и громко.
Не плачь, кошка, все хорошо. Солнце вернулось!
— Солнце, Солнце,— стала рассказывать маленькая кошка,— я
совсем рыжая, очень рыжая. Что же мне делать?
— Радоваться, сестричка,— спокойно ответило Солнце.
— Чему?— удивились цветы.— И почему она — Ваша сестра? Вы
шутите, Золотой Цветок неба!— Цветы иногда любили пустые красивые слова.
— Я не цветок, я просто обыкновенное небесное светило,— скромно
сказало Солнце,— и я не золотое, я — рыжее.
— Рыжее???
— Да. Я — желтое? Нет, одуванчик желтый. Я — золотое? Нет,
золотые шары — золотые. Я — красное или оранжевое? Нет, маки — красные,
ноготки — оранжевые. И конечно, никто не скажет, что я — белое, как
лилия. Выходит, я — рыжее.
— И я рыжая! Как Солнце, как Солнце!— запрыгала маленькая
кошка.
— Мы, знаете ли, родственники,— улыбнулось Солнце.
Молчали маки, ноготки, лилии. Зато раздался препротивный голос
старой вороны. Она и прекрасные лилии, как это ни странно, дружили.
— Что кошка рыжая, как вы, Солнце, не спор-рю,— каркнула
ворона,— а как с веснушками? У нее целых полторы. А у Вас — нет! Как же
Вы без веснушек?
— Как?— испугалась маленькая кошка.
— Плохо,— вздохнуло Солнце,— мне веснушек очень не хватает. Вы,
уважаемая старая ворона, конечно, знаете, веснушки — это подарок самой
красавицы Весны. На всех подарков не хватило. Маленькой кошке хватило, а
мне и Вам — нет. Не повезло нам с веснушками, дорогая старая ворона.—
Так сказало Солнце и добавило:— Пошли, Рыжка, а то мы с тобой до
крылечка никак не доберемся.
— Пошли,— согласилась маленькая кошка, а обернувшись, все-таки
сказала:— Не повезло вам всем с веснушками!
Сначала Солнце и кошка молчали. Потом Рыжка спросила:
— Они всегда будут злыми?
— Они не злые,— спокойно ответило Солнце,— они глупые и не
понимают, что рыжая кошка — это так же красиво, как белые лилии.
— Да?!
— Да.
— Я тоже не понимаю,— сказала маленькая кошка.
— Я же говорило: маленькая ты очень. Вот и не понимаешь.
— Вырасту.
— Конечно,— согласилось Солнце.

Автор Наталья Абрамцева

КВАРТЕТ И. "Шесть пьес"

Об этой книге невозможно рассказывать. Потому что есть реальный Квартет И, его блестящие спектакли. Есть перенесенный на бумагу: нежно, старательно и корректно - мир этих спектаклей. А кроме этого: это цитаты, сплошные цитаты.

КАМИ Л Ь . Вот в этом и заключается феномен подкустовного выползня. Они появляются на свет сразу взрослыми и только мужского пола.
НОННА (в шоке). Откуда же они появляются?
КАМИЛ Ь (озадачен). Ну, как мы понимаем из их названия, они выползают из-под куста. (Задумался). А как они оказываются под кустом?
Вопросительно смотрит на Нонну и Максима, те разводят руками.
КАМИЛ Ь (догадался). А вот это науке еще не известно.
«День Радио»

МАКСИМ. У нас блестящие стартовые позиции! Кандидат – массажист, сейчас занят, ищет розетку. Предвыборной программы нет, с прессой не договорились, и семь дней на все.
Л ЕША . Уходим!
МАКСИМ. Немедленно!
СЛАВА . Э, а деньги?
ЛЕША . Остаемся!
«День Выборов»


ГАРИК Отче наш… вот же! … отче наш, спаси меня и прости меня, что все так хреново получилось… Господи, дай Бог тебе здоровья, и всем твоим близким, и отцу и сыну и святому духу твоему, аминь, я больше не буду. (Внимательно прислушивается).
ГОЛОС. Последний раз предлагаю открыть!
ТРАНС. Ну, вот, он последний раз предлагает. А потом что?
ЛЕША (с надеждой). Может, перестанет предлагать и уйдет?
«Быстрее, чем кролики»

ЛЕША. А в автобусе кто?
МЕНТ. Люди.
СЛАВА. Какие?
МЕНТ. Не знаю. Написано было «Люди». Я еще подумал – наверняка люди, раз написано.
«Быстрее, чем кролики»

МЕНТ. Что? Не надо. … к Александре Иванне, соседке, день рождения у нее… поздравил ее два раза… хорошая женщина. Выпили, мужа ее помянули, он два года назад люстру вешал и с лестницы упал.
ЛЕША. Убился?
МЕНТ. Да нет, плюнул, сказал: «Задолбало все» – и ушел к другой бабе жить.
СЛАВА. Чего ж поминали?
МЕНТ. Так она каждый день в церковь ходит, свечку ставит за упокой, ну, чтоб он сдох. Любовь!…
«Быстрее, чем кролики»

Г А Р И К (Менту). Вот ты меня сейчас судить будешь, да? Решать – в ад, в рай. А почему? Ты же сам сказал «Не судите, да не судимы будете». То есть нам нельзя, а тебе можно? Это что за двойные стандарты?
Э Д И К (вскочил). Прошу не заносить эти слова в протокол! Мой подзащитный находится в неадекватном состоянии, вызванном тем, что он мертв.
«Быстрее, чем кролики»

ЛЕША (задумчиво). Интересно, какая фотография будет у меня на памятнике?
СЛАВА. Ну, какие там фотографии! Такое серьезное, вдумчивое лицо.
ЛЕША. То есть на кладбище все умные, достойные люди.
ГАРИК. Жалко, что в жизни их так мало.
ЛЕША. А потому, что они все на кладбище.
«Быстрее, чем кролики»

ГАРИК. Ты лежишь, а кто-то говорит: «Давайте проводим его с улыбкой, ведь он был таким веселым человеком». И ты думаешь: «Да иди ты на фиг, я умер, пусть все плачут. Вот когда ты помрешь, пусть смеются. Пусть обхохочутся».
ЛЕША. Или кто-то выпил на морозе, огурчиком закусил, и ему грустно, но хорошо: час дня, а он уже чуть-чуть пьяненький; вроде на работе должен быть, но тут повод железный: товарищ умер. И он кому-то рассказывает: «Полгода назад он приходил ко мне, долго сидел молча… Я думал, зачем он приходил? А это он прощался». И тебя от этой пошлости тошнит прямо в гробу.
СЛАВА. И обязательно кто-то говорит: «А я его последним видел». А другой: «А после того, как ты его видел, он мне еще звонил». Ты думаешь: и что? А они оба такие гордые… ощущают причастность… И еще тот, который видел, немножко обиделся на того, которому ты звонил, потому что тот более последний.
«Быстрее, чем кролики»

С Л А В А . В общем, вопрос, конечно, задавать нельзя… ну, «кто это был?». Только как себя заставить его не задавать?
К АМИ Л Ь . А никак. Если ты любишь – ты задаешь.
Л ЕША . То есть, нет варианта «сдержался и не спросил»?
С АША . Есть. Сдержался, 15 минут ни о чем не спрашивал, зауважал себя за это время безумно, – ну, а дальше не выдержал, спросил, конечно.
«Разговоры мужчин…»

ЛЕША. И это, кстати, все так – хотят, чтобы их любили. Даже те, которые не хотят, они на самом деле хотят, просто им когда-то этой любви недодали, и теперь им легче не хотеть, чем хотеть… понятно же, по-моему, сказал, да?
«Разговоры мужчин…»

КАМИЛЬ. Мне кажется, в детстве было так здорово потому, что понятно было, что хорошо, а что плохо. Сделал уроки – молодец. Перевел бабушку через дорогу – умничка! Разбил стекло мячиком – плохой.
А сейчас стало неясно, что хорошо, что плохо. Нет, бабушку перевести через дорогу – по-прежнему хорошо. Но вот – сделал одной женщине хорошо, а другой от этого плохо. Или, даже так – одной сделал хорошо, другой стало плохо, а ты вообще всё делал для третьей, а ей все равно.
«Разговоры мужчин…»

ЛЕША. А иногда же вообще – взял у девушки телефон… и уже можно не звонить. Потому что самое главное-то произошло – ты предложил, а она согласилась.
«Разговоры мужчин…»

КАМИЛЬ. А тебе бы как хотелось – чтобы переспать с женщиной было… ну, я не знаю… как стрельнуть сигарету – «девушка, простите, у вас не найдется потрахаться?». А она – «извините, я бросила». Или, допустим: «у меня последняя, хотела для мужа… нет, если вам очень надо…». И ты так: «нет-нет, последнюю… что вы!». Но у кого-то обязательно находится.
САША. А представляете, приходишь в ресторан, а мэтр говорит: «Извините, у нас места остались только в зале для нетрахающихся. – Ну, здравствуйте! А если нам захочется потрахаться? – Ну, подойдете к барной стойке, там можно».
«Разговоры мужчин…»

СЛАВА. А я, знаете, о чем подумал? Что не нужно пытаться осуществить мечту. Пусть остается мечтой… Ведь заветные мечты бывают только в детстве. Потому что еще ничего не знаешь, и все кажется возможным. А сейчас ты уже понимаешь, что либо просто ничего этого не будет, и тогда какой смысл мечтать, либо будет сопровождаться всякими неприятными подробностями.
Ну, вот в детстве ты мечтаешь о белом «Мерседесе», и это как – он раз! и есть. А сейчас ты можешь его купить, но понимаешь, что это очень дорого, а еще страховка, обслуживание, у дома не поставишь – поцарапают, ударят… и белым он будет редко, в Москве восемь месяцев грязь… А в детской мечте ты приезжаешь в школу на белом Мерседесе, а из школы как раз выходит та, ради которой ты и приехал на Мерседесе.
ЛЕША. Какой «Мерседес» в 88 году? Ты забыл. «Жигули» девятка цвета «мокрый асфальт».
СЛАВА. Так в 88-м году это и был «Мерседес». И еще из него вместе с тобой выходит Михаил Боярский и говорит: «Ну, Слав, давай, показывай мне свою школу».
«Разговоры мужчин…»

САША. Знаете, а я подумал, вот Энди Уорхолл. Наверняка же его вот этот шедевр – консервная банка с томатным супом – как-то так появился: ему надо что-то нарисовать – он же художник – а ничего не рисуется. Мучился, мучился, а на столе – банка с супом. Ну, он ее нарисовал, отправил на выставку, и сидит, ждет, что придут и сильно побьют. Слышит – точно, идут. Зажмурился, они такие входят – «кто тут Уорхолл?». Ну, он, конечно, под стол. А они его за ногу из под стола, говорят: да вы гений! «Да-а?» – говорит Уорхолл, и раз им – картину с двумя банками. Думает, ну, сейчас-то точно побьют. А они такие – «класс! В два раза лучше!» А у него с математикой все в порядке, он им фигак – двадцать банок. Ну, они вообще попадали. И понеслось…
Так вот, виноват не Уорхолл. Виноваты люди, которые вместо того, чтобы его побить… больно, как он, собственно, и рассчитывал, сказали, что это гениально. Человеку всю жизнь испортили. До смерти штамповал этот свой суп и портреты Мерлин Монро и получал за это гигантские деньги; а так, может, чего-нибудь стоящее бы нарисовал и умер нищим под забором – как и положено настоящему художнику.
«Разговоры мужчин…»

А вот бывает, что у мужчины есть женщина, которая любит его всегда. Она даже может быть замужем, но все равно «ждет его всю жизнь». И вот тебе не хватает любви, или внимания… или просто скучно – и ты ей звонишь. Или даже заезжаешь… ну, так, импульс получить, почувствовать, что тебя любят. Подлость же, в общем, но так приятно. А она потом думает об этом, на картах гадает, гороскоп твой купила… звонит подругам, советуется, «как думаешь, что он имел в виду?». А ты ничего не имел в виду… вышел и забыл.
«Разговоры мужчин…»

А вот почему «одна заблудшая овца, вернувшаяся в стадо», дороже богу, чем целое стадо порядочных овец? Потому, что интереснее? Пошла по рукам, воровала, сквернословила… всякие там связи – с быком, с конем… с хряком хотела, не получилось, пьяные были оба, убила кого-то в пьяной драке копытом, валялась в грязи… – и вдруг раскаялась. Пришла к богу и говорит: «не могу больше, каюсь». Вот это сюжет. Есть за что деньги платить. Зрителям – за билеты. Овце – за съемочный день.
«Разговоры мужчин…»

Б А Р Н Е Б И . Корнелий, я тоже хочу в Нью-Йорк.
К О Р Н Е Л И Й . А как же магазин?
Б А Р Н Е Б И . Устроим короткое замыкание.
К О Р Н Е Л И Й . Если короткое, то мы не успеем съездить.
«Хелло, Долли»
 

Персональный гороскоп ...

 

Персональный гороскоп   Близнецы Дева Козерог Лев Овен Рак Скорпион Стрелец Рыбы Телец Весы Водолей   КЛИКАЙ НА КАРТИНКУ СВОЕГО ЗНАКА

Послушаем шум дождя!

Мне понравилось! Понравилось! Понравилось! Я этого раньше не видел и надеюсь, что вы тоже. Ну, чтобы интереснее было!
Смотрим на картинку, включаем ролик и слушаем шум дождя!
Ну просто обалдеть! Сейчас еще раз послушаю и пойду пить кофе. Данный напиток под шум дождя очень хорошо пьется!
Смотрим и главное слушаем!







Источник: http://cetki.com/

Сорта сыра.


Аббе дю мон де ка - нежный, деликатесный сыр с мягким, неострым вкусом, который производят во французской части Фландрии.
Аббе де Беллок – соленый сыр из овечьего молока, который производят на склонах Пиренейских гор.
Абонданс - мягкий сыр. Этот сыр имеет ровную корочку оранжево-коричневого цвета с голубыми казеиновыми пятнами и отпечатавшимся рисунком ткани, в которую он был завернут. Сырная масса мягкая, эластичная, нежная, слегка сливочная цвета слоновой кости или желтоватого с дырочками. Вкус насыщенный, тонкий, мягкий, чистый, свежий с фруктовым оттенком и ореховым привкусом и мягкий, приятный, тонкий аромат с фруктово-ореховыми нотками.
Аварти - полутвердый сыр. Этот сыр имеет корочку желтого цвета светло-желтый, нежную, однородную сырную массу с дырочками, нежный, пикантный, приятный, слегка кисловатый вкус с сильным ароматом. Аварти бывает со сливками или с тмином.
продолжение

Без заголовка

... помню, лет 10-12 назад меня занимал вопрос о существовании объективной истины. Мне даже хватило глупости обсуждать этот вопрос с юристами, уверенными, не только, что это вопрос их компетенции, но и даже в таком абсурдном утверждении, будто бы объективная истина может быть установлена посредством судебных процедур(sic!).

Оставляя за скобками всю строгую критику судебной системы, как метода установления истины, и критику всей системы законодательства, как идеи напрочь лишенной какого бы то ни было рационального зерна, каковую общество вынуждено применять в силу узколобости его членов, и за не имением лучшего, отмечаю, что утверждение о существовании объективной истины является тавтологией...
Это, конечно, очень забавно... но так часто бывает, что кажущиеся очевидными вещи все же следует попробовать доказать, т.к. само по себе доказательство позволяет посмотреть на предметную область шире, лучше и глубже понять... Любопытно еще, что в некотором смысле, этот вопрос был решен Пушкиным. Вот в чем отличие "гуманитария" от гения... первый - скучный, недалекий человек, груз отрывочных знаний, переполняет его память, но предостережение Конфуция для такого разума - пустой звук... гений же не делает подобных ограничений, и в ходе своего неизбежного восхождения к идеалу так или иначе находит ответы на основные вопросы бытия, и судя по всему этот путь если и не один-единственный, то коридор довольно узок...
... хотя, возможно, узость этого коридора - лишь характеристика отправной точки для нашего вида..?

Третий Фронт: маленький домик на полигоне для мыслей.

Долгожданный альбом проекта "Третий Фронт" наконец-то вышел.
В последнее время музыкальные разочарования постигали меня буквально на каждом шагу. Это и "Die Liebe ist fuer alle da" от "Rammstein", в котором произошла своего рода деволюция коллектива, это и смена состава и окончание жизни "Агаты Кристи", это и новый сольник Глеба с труднопроизносимым и неудобоваримым названием "Глеб Самойлоff & The Matrixx" и его песнями с налетом какой-то легенькой фальши... Поэтому альбом "Третьего Фронта" я ждал с особенной страстью - не могу себе представить, чтобы Владимир Пронин изменил себе.
Первое прослушивание настолько меня выбило и захватило, что я вот уже битых три недели собирался с мыслями, чтобы как-то оформить ощущения. Поехали по порядку.
1. Полигон. От этой музыки почему-то кружится голова, там такие странные переходы, а особенно в припевах их сочетание с завлекающим, заманивающим в какую-то черную дыру голосом просто берут мозг и начинают его медленно, но настойчиво вкручивать в новый, свежий какой-то мир... Владимир легко и шутя создал из звуков целый мир (понятно, что это для слушателя "легко и шутя" - сколько тяжелой работы, метаний за этим спрятано - знает только он).
А уж что касается текста - ну не бывает, чтобы вот так написанная другим человеком история на сто процентов подходила к тебе самому, от этого даже страшновато слегка... "Испытания мыслей идут каждый день... Моя голова - сирота, если в ней не найдется хоть пары идей... Под вечер она наполняется болью... Но это обычная плата..." Да можно всю песню перецитировать, она мне невероятно понятна и близка... Спасибо Насте за стихотворение!...

2. Маленький домик.
Мои эмоции в подавляющем большинстве случаев мало отражаются на моем лице - многолетняя привычка носить маску делает свое дело. А уж на слезу меня пробить - это сильно довести надо...
...С первой минуты этой песни у меня просто таки покатились слезы. На припеве вообще прорвало и убило. И и сейчас вижу этот нарисованный на асфальте домик, в котором от злых подошв, упрямо шагающих в прерывистом ритме музыки, пытается спрятаться некто очень одинокий, некто очень беззащитный, и ведь только ветер знает, "как трудно порой дожить до утра"... А шипастые подошвы все идут, все ненароком пытаются растоптать этот домик и того, кто в нем, а темному небу наплевать - оно уснуло и не видит... Каждый раз, когда звучит эта песня, меня как будто парализует, я сам в этом домике, и спешить некуда, и этот невыносимый, раздирающий всю душу уют и покой миллионом иголок втыкается в меня и я не могу шелохнуться, вокруг темное небо, уснвшая луна, неприветливые облака и отчаянное желание забиться под одеяло, только бы не видеть шипастых подошв, только бы не терпеть невыносимую пытку их шагов, только бы выдержать, только бы не сдаться, только бы снова найти силы проснуться утром, только бы найти силы снова увидеть свет, только бы не поддаться вновь дикому и отвратительному желанию, только бы найти хоть еще капельку сил, чтобы просто дожить до утра...

Эти две песни я просто обязан был описать отдельно, слишком сильно они на меня действуют.

3. Эти указанные две песни в моем понимании несколько оторваны от общей концепции альбома, высказанной остальными композициями. В них я снова увидел свою любимую крайне тонкую, но очень едкую иронию "Третьего Фронта", с которой я впервые познакомился в песне "Партизан" с альбома "Бомба".

4. "Ночные бомбовозы осыплют ваши темечки".
Эта, бОльшая, часть альбома очень метко описывают так поднадоевшую, мягко говоря, политику одной небезызвестной "звездополосой дамы с факелом в длинной руке". Не знаю точно, намеренно ли (но почему-то догадываюсь, что все-таки намеренно) слово "dream" очень уж похоже в исполнении Владимира на "дрянь". Порадовало) В "Реальном ковбое" мы видим четкий портрет "фильмового" героя, который помчится спасать этот мир (помнится мне - "а я бы не стал").

5. "Вернись в Сорренто". Тоже хочу отметить отдельно - такая романтика оказалсь даже несколько неожиданной. И сразу видно, что душа "Третьего Фронта" ничуть не злая (ну, может быть, немножко упрямая, по собственному признанию), а очень даже теплая... Сама песня очень теплая, все в ней теплое)...

6. "Соус к вчерашней газете".
Завершающая альбом песня обжигает болью. Эта бабулька, тянущая бутылку из урны - вот он, окружающий нас сегодня мир. И даже в маленьком домике не скроешься от него. Комментировать эту песню хочется очень много, но не получается, тут просто уже добавить нечего. Сама музыка здесь отражает динамичный равнодушный бег города, мира, электромагнитых сигналов, несущий "позитив"... Несколько трансовое звучание здесь невероятно органично - не успел опомниться от сказанного, а сразу - на тебе еще, думай...
Думаю. Я всегда думаю. И никто, наверно, меня не купит - кому нужен такой гордый?..

Невероятно сильный альбом. Я, быть может, путано тут наговорил, но меня это очень лично и очень глубоко задело.
Владимир, огромное спасибо, что ты все-таки нашел силы закончить эту вещь... Спасибо.
Музыка "Третьего Фронта" пройдет со мной всю мою жизнь - это очевидно.
И еще раз спасибо.

PS. Найти альбом можно здесь http://3front.ru/index.php?mod=pages&page=album02