Настроение сейчас - доброе

Николай Иванович Козлов

Если любить не детей, то кого же?

Дети – продолжение лучшего в нас, дети достойны нашего внимания и любви, вопрос только в деталях: достойны какой любви? В чем конкретно эта любовь должна выражаться?

Ребенку хочется утром поспать подольше. Он спит так сладко, так мило посапывает, а когда вы хотите его разбудить, делает недовольную мордашку, дрыгает ногами и закрывается одеялом с головой. В чем будет проявляться наша любовь: «Ну пусть еще поспит!» или «Милый, доброе утро! Пора вставать!»?

У любви два крыла – Теплота и Требовательность. В любви две модели – материнская и отцовская

Материнская – это безусловное принятие ребенка, то есть радость от самого его существования. По замыслу материнской любви, мать любит ребенка всегда и любого: чистого и грязного, бодрого и усталого, довольного и раздраженного, доброго и злого… Порядочного и бандита…
Для вас он бандит, а для нее – родная кровинушка!

Замысел отцовской любви в другом, и это определенно не безусловное принятие… Отцовская модель любви – это требование соответствовать.
«Ты мой сын и не можешь быть трусом». – А если трусишь – ты мой сын?
«Иди вставай и чисти зубы, грязнули за стол не садятся!» – И действительно без завтрака может оставить…
«В нашей семье лентяев нет!» – С подтекстом: «Если ты лентяй, ты – не наш!»
Отцовская модель любви – жесткая.

Отцовская модель не обязательно у мужчин, женская модель – не всегда у женщин

Отцовская модель – не обязательно мужская. Лучше, по крайней мере привычнее, если она будет у отца, у мужчины, но она звучит и у женщин, особенно когда рядом мужчины нет.
Брюки – вроде бы мужская одежда, но они удобны и женщинам, и теплее в них, и смотрятся они иногда неплохо…
Также и материнская модель – чаще женская, но она близка и многим мужчинам. И просто, если она ребенку нужна, то какая разница, кто ее даст – мама или папа?
И то, и другое – любовь.

Мужское и женское должно дополнять друг друга

Главное, чтобы любовь была, но ведь когда-то, мы знаем, любви на детей не хватает. Любовь – скудеет. Когда скудеет материнское начало любви, у нас исчезает готовность радоваться самому факту, что у нас есть дети – посмотри, какие!, мы начинаем на детей сердиться, они нас раздражают: «Эти постоянные крики, кривляние, драки, все разбросано, грязь, господи, сил никаких нет…»
Когда скудеет отцовское начало нашей любви, мы становимся равнодушными. Ребенок начинает расти в атмосфере вседозволенности, теряет ориентиры что можно, а что нет, может не обращать внимание на «это хорошо, а это – плохо», становится слабаком и бабой.

Любовь – нужна. Нужна и та, и другая. Отцовская и материнская модели любви – это как две руки у человека: как же одной руке без другой?
Если в семье только требовательность и жесткость, только дисциплина и обязанности, нет теплоты и нельзя прижаться – маленький человечек может и сломаться. Если в семье только расслабляющая теплота, только мягкое заинтересовывание, отсутствует «надо» и напряжение преодоления – то как подготовить ребенка к тому, что жизнь – это еще работа, это много дел, которые делать надо обязательно, и без дисциплины, в том числе самодисциплины, в жизни ничего не добьешься?