Я ведь терпеть не могу параноить. Это так по-одиннадцатикласснически. А чувство ведь совсем идентичное, один в один, а два в два. И точно так же, когда у меня даже дышать не остается сил, они рядом со мной. Они обнимают и волосы ерошат, они любят меня. И блин, стыдно становится ныть, а ведь еще полчаса назад очень хотелось: мне кажется порою, что солдаты, с кровавых не пришедшие полей, и Алена вся в белом и так умеющая двигатся. А дети, когда дети поют военные песни, и понимается, что никто не забыт и ничто не забыто... Да нет, песни и память будут двигать землю. Но я не о том. Так вот, они есть у меня и мне действительно легче, всегда легче от них.
А еще я начинаю бояться - и если я себя срочно не стукну по голове, будет хуже. Ой как.