Нет, ну правда. Город стал снежным и пушистым, а уже весна, и должно все таять, правда все равно очень красиво, так что грех жаловаться. Пушистый город кажется немного добрее что ли, чем ледяной, им нельзя порезаться или подскользнуться на нем, он будто сделан из ваты каким-то чудо мастером. Я всегда сужу о городе по тому, что видно из окна моей комнаты, и хоть сколько я буду бродить по другим его улицам, это нисколько не изменит его атмосферного образа. И это только вы думаете, что из окна я вижу одно и то же, совсем нет. Здесь начинается лог, а на возвышении стоят как игрушечные деревяные домики, они то жмутся друг к другу, как сейчас, то наоборот раздвигаются куда подальше и ложатся спать, укутанные. Они всегда казались мне пугливее людей. Не знаю, кто придумал, что заборы строят люди, я уверена, что об этом заботятся сами дома - точно, они строят заборы, а другое пространство засаживают колючим кустарником. А еще дома выбирают человека. Это даже чем-то распространяется на квартиру, хотя квартира куда несчастнее, ведь она подневольная и не может сама себя защитить. Так вот, когда приходишь в \свою\ квартиру, не ту, где живешь, а ту, где должен, она начинает с тобой разговаривать, смотрит на тебя своими большими глазами, и даже хватает за руки, чтобы ты только остался, и тогда ты ее покупаешь. У дома покупаешь, потому она и подневольная. Когда я стану уходить из нынешней квартиры в новую, я уверена, что она не будет сердится, просто она предназначена кому-то кроме меня, а новая нуждается во мне и ей сейчас очень одиноко. Нужно будет дарить ей побольше подарков. А что насчет тех многострадальных домов на пригорке, мне кажется, что они уже ничего не ждут, а просто реагируют на происходящее, и когда придет лето и кустарники расцветут, дома станут куда приветливей прежнего, тогда можно будет сходить к ним в гости. Вот бы еще знать тех людей, которых они выбрали, а то немногие могут одобрить, что к их дому ходит кто-то другой: чувство собственничества, знаете ли. Мне всегда хотелось напоить эти дома какао принести что-нибудь пуховое и теплое, а то им так холодно, что они даже кутаются в снег, тот, который как вата. Если вы сейчас слышите, как я о вас думаю, то потерпите еще немного, и скоро будет апрель. А первого числа обязательно подшутите над вашими хозяевами. Вы ведь даже не как люди, вы как собаки, такие естественно настоящие, не подделанные, как те из кирпича - даже смотреть гадко. Вы словно выросли из под земли когда-то сами по себе и живете себе, хотя уже постарели. Держитесь, мои хорошие дома, и я буду верить в вас, как во что-то абсолютное.

Вот они, кстати: