Как мы снимали домашнее порно и моя голова расстроила режиссёра.
У Сани в Москве дочка, у дочки огромная кухня, на кухне трёхспальный диван, на диване жил я, вокруг меня была еда, в той еде моя погибель.
О, это изощрённое гостеприимство, селить гостей в пищеблоке. Не сходя с дивана я ел, спал и читал дневники Булгакова. Очень удобно. После завтрака можно было терять сознание сразу до обеда. Потому что этот ваш лёгкий перекус по-русски, он для латыша обморок.
Вообще, питание у русских как проверка, друг ты или нет. Отказаться нельзя, хозяйка обидится, отберёт диван.
И потом, мужик ты или кто. Где твоя сила воли.
Например, ужин наступал в полночь. Сначала пирожки, которые суть средство от скуки, не еда пока. Потом суп, потом второе. Овощи, мясо. Вино.
В два часа ночи казалось уже всё, победа. Но Олесечка, дочка, доставала из воздуха мясной рулет. И тортик. И ещё под столом в прятался арбузик.
Я взглядом объяснял, моя миссия на земле совсем другая, внутри меня нет места рулетику. Во мне, как в теремочке, тесно сидели котлетки, супчик, пирожки и яблочки. Рулетик – говорил я глазами - пусть возвращается откуда пришёл, в нуль-пространство. Иначе я взорвусь и запачкаю обои.
Олеся говорила, моё кокетство неуместно. Хотя бы кусочек, крошечку. И роняла в тарелку такое, оторванную от Парфенона колонну.
После ужина устраивали музыкальный вечер. Папа и дочь, как в детстве.
Олесин муж, продюсер фильмов, придумал всё запечатлеть. У него работа снимать про любовь и семейное счастье. Он отлично знает, как это делается. Он ставил свет как осветитель, двигал мебель как декоратор, плевал в камеру как оператор, ругался матом как режиссёр и бегал туда-сюда как девушка с хлопушкой. Я не подозревал, что в кино так интересно.
Посмотрели первый дубль. Оказалось, у Олеси слишком голые ноги. Рома, как муж и продюсер, потребовал надеть более траурный костюм. Или сложить всё каким-нибудь приличным узлом, хотя бы. Олеся - жена вредная и в то же время ногастая. Сказала, - что за глупые предрассудки. И с ней было трудно спорить.
А Рома очень темпераментный режиссёр. Он вспылил, сказал что порнографию снимать не станет.
Эта мысль понравилась Олесе. Женщины с хорошей фигурой, я заметил, очень лояльны к порнографии.
Поскольку других прекрасных актрис под рукой не было, Роман срочно рассердился на занавески. Их пришлось оторвать и выбросить. Потом три дубля по-дурацки мигала свеча. Потом другая свеча стояла на окне совсем как у одного режиссёра из Таиланда, это же кошмар, вы понимаете.
Было много дублей. Выбрали самый прекрасный, пошли спать. Утром Рома стал смотреть и закричал - О боже!
По возгласу было ясно, кто-то нервный ночью выпал с балкона, пролетал мимо окна и своим идиотским туловищем испортил нам фильм. Мы побежали к Роме, стали спрашивать - где, где, где всё пропало.
И Рома показал на экран - вот тут, Слава головой мотает!
И правда, на 46-й секунде за Сашиным ухом качается тень, это я танцую.
Так я попал в мировой кинематограф.
И ещё там слышно, вторая гитара топчет пентатонику, это тоже я.
"Насладиться моим искусством танца и игры вы можете здесь. На певицу и ноги не обращайте внимания. Следите за Сашиным ухом"
