Литературная традиция предшествующего поколения обычно подвергается критике со стороны поколения, эту традицию наследующего. При этом происходит если не возврат, то во всяком случае обращение к идеям и приёмам, во временном измерении занимающим позицию перед критикуемыми. Чехарда.

Предсказательная функция литературоведения одаривает нас пророчеством о возрождении традиционного романа.* Романа, подобного тому, в котором описание обеда по праву занимает несколько глав, романа с сюжетом, структурой, и, чем чёрт не шутит, с вернувшимся из дальних странствий по волнам психоанализа автором. Читатели устали от любви к изделиям в стилях, содержащим в названии приставку "пост".
На днях обратила внимание, что ситуация в моём книжном шкафу такова: 90% опусов написано в ХХ-ХХI в.в., оставшиеся проценты приходятся на все предыдущие века. А у вас?


--------------------------------------
*Кто сказал? Я сказал.

О театре Эрмитаж. Их всё-таки выселили. Каждый день слежу за новостями. Вот от 16 мая:
Уважаемые зрители!
Приносим вам свои извинения за то, что все последующие спектакли в мае отменены. По решению судебных приставов, играть не только в Большом зале, но и в Малом отныне мы не имеем права. Билеты могут быть возвращены в кассу.
Мы любим вас. Приходите к нам осенью. Мы будем играть на разных площадках Москвы (предположительно в Мастерской П. Фоменко, Театральном Центре на Страстном, Центре им. Вс. Мейерхольда). Следите за рекламой и новостями на нашем сайте.

Михаил Левитин и труппа театра «Эрмитаж»

подробнее о ситуации

производственная драма

действующие лица

г и п, главный инженер проекта, белый.
г а п, главный архитектор проекта, рыжий.
з а к а з ч и к, упитанный крепыш, в костюме, цилиндре, с сигарой и барсеткой.
н а ч а л ь н и к, взмыленный, в съехавшем набок галстухе, всё время говорит в мобильный телефон.
п р ор а б. ну... прораб как прораб.
х о с е, рабочий, в грязном комбинезоне, с огромным бутафорским перфоратором.
ж е н а з а к а з ч и к а, блондинка в розовом.
PS. Сорри, но мата много...

Читать далее...

Ещё немного игры в слова. В английском схожи по написанию забвение и прощение. В русском "забыть" это где-то за околицей бытия, а отпущение вины рука об руку (в иных формах даже сливается) с расставанием. Прощай.
Быстрее всего моя память теряет звуки. Сегодня утром в форточку дождь зашелестел по свежим листьям черёмухи - такой забытый шорох. И голоса. Интонации, если постараться, можно вспомнить. А голос ушёл, не всплывает в памяти, утонул, пропал, похоронен.
Это как у Набокова - "Память, говори!". И она заговорит: воскресит забытые места, полустёртые видения, выведет на свет персонажей, ушедших в царство теней. Но голос её уже изменён и никогда не станет прежним.

Двадцатый век всем разболтал, что мы родом из детства. Явно - устами чудака-Фройда, неявно - многими ещё другими. Почему я не поясняю? Потому что не явно, разглядеть фамилии мешает близорукость.
Взрослость это щиты, маски, броня. Этот мир, он детский. Он нипочему, низачем, и оттого страшен и прекрасен, жесток.
Страшен, жесток, прекрасен. Эти ярлыки - первые маски, тренировочные. Оттого полупрозрачные.
Дальше идут укрепления высшего порядка: теории, парадигмы, религии. Бастионы, цитадели, крепости...
Мы ищем объяснений, требуем понятности, словно укромных уголков, где безопасно.
Мы счастливы, когда жизнь зажмурилась и считает - раз, два, три, четыре, пять, - прежде чем произнести положенное "иду искать".

Заболевшие в сезон новых листьев и первых цветущих тюльпанов ищут утешения, задёрнув шторы. Усталость мешает читать, с экрана гнусавит дубляж, мелькают черно-белые кадры. Старые фильмы. Сколько им должно быть лет, чтобы получить право так называться? Расскажите мне о вашей любимой киноклассике.
А пока я жду ваших историй, пусть нас утешает Борис Виан. Я хочу, чтоб его не забывали.






песенка называется Дезертир, на стихи Виана, поёт Марсель Мулуджи

— Отчего у мамочки
На щеках две ямочки?
— Отчего у кошки
Вместо ручек ножки?
— Отчего шоколадки
Не растут на кроватке?
— Отчего у няни
Волоса в сметане?
— Отчего у птичек
Нет рукавичек?
— Отчего лягушки
Спят без подушки?..

«Оттого, что у моего сыночка
Рот без замочка».


Сегодня с сыном ходили в Эрмитаж на детский спектакль "Рот без замочка", по стихотворениям Саши Чёрного.

Читать далее...

" Жюльен Сорель - марксист. Он бунтует против буржуазного общества".
(из разряда всё новое - хорошо забытое старое) - "Реакционный писатель Гюго правдоподобно рисует облик священника Фроло - отвратительного чудовища".



Скорее бы каникулы.

Нет-нет, не спорьте со мной. Лучшие в мире кондитеры обитают в Германии.
Лена, заботливо снаряжённая Танюшей, привезла из Дюссельдорфа конфеты. Вкусные такие. В красивой коробке. Трюфели(ля?) с шампанским в начинке.
Четырёхлетний ценитель кондитерского искусства проснулся сегодня утром, приоткрыл глаза и сонным голосом заявил: "Хочу упряжки".
После двадцатиминутного родительского смятения, ребёнок, уже начиная гневаться, смог объяснить, что упряжки шоколадные и содержатся в той коробке, которую принесла мама.
На робкое возражение, категорично заявил: "это не конфеты!"
В общем, спасибо Тане и Лене. Упряжки вкусные. Пошла прятать. А то шампанское, всё таки. Ограничимся утренней упряжкой.

В сторону Льюиса Кэррола

1. Любой котёнок, которому нравится рыба, любит учиться
2. Ни один котёнок без хвоста не готов играть с гориллой
3. Усатые котята всегда любят рыбу
4. Ни у одного котёнка, любящего обучение, нет зелёных глаз
5. Ни у одного усатого котёнка нет хвоста


ещё?

В Москве наступление весны можно констатировать по снятым входным дверям в метроподземелье.
Здравствуйте, здравствуйте! Как вам зимовалось? Тяжело. Многократно переболевшие, с трудом оттаивающие, озябшие, постаревшие ещё на одну зиму. Ничего, ничего. Летом будем молодеть. К тому же, семена уже куплены. Земля прогреется - будем сеять. Разумное, доброе, вечное.
Если бы у меня была открытка с такой картиной, на её обороте я написала бы для вас что-то подобное.

Макс Эрнст. "Немного больная лошадь". Совсем чуть-чуть.

... в среднем ящике его стола зрел черновик постэкзистенциального романа "Зевота".
Там один - герой? - всё время думал, думал и от этого начинал зевать. Во время особенно мощного зевка его озарило, что мыслительный процесс и зевота имеют неизбежную взаимосвязь. В кульминации романа герой засыпал. В царстве сновидений его настигает зевота.

Февральские чернила уже вымерзли и поблёкли, а я всё рыдаю. При вынашивании диссертаций на начальных сроках характерным симптомом является тошнота. Верное средство от этого -- созерцание рыдающих сугробов.
Голова пуста, но дышать приятно -- не больно, от тепла утрачиваешь чувство реальности, экое марево. Впрочем, где-то это уже слышали, знаем.
Рождаются новые жанры, жанры без законов. Не стреляет ружьё, не тонет герой. Не теряет актуальности лишь сплин и геморрой.
Надо спешить, пока не заняли моё любимое место в читальном зале иностранки. Место, с которого так удобно переглядываться с Джойсом, отдыхающим во внутреннем дворике.

Какой дневник без фиксации исторических вех? Всего лишь набор погоды и баловства разного.
Запомним эту дату, друзья: 28 февраля 2011 года мой ребёнок самостоятельно пропылесосил квартиру. Теперь мама может вкушать коктейль из радости, спокойствия и гордости, благодушно дремать и читать монографии в своё удовольствие.
Светлое завтра начинается сегодня.



В колонках играет - мы к коммунизму на пути

Из записных книжек Твена:

Немецкая печка.
— Кто здесь погребен?
— Никто.
— Почему же стоит памятник?
— Это не памятник. Это печка.
Мы стояли, обнажив головы. Теперь мы надели шляпы. Печка вышиной в восемь футов. Посреди утолщение в три с половиной на два с четвертью фута, вроде женского бюста. Наверху — украшения

Читать далее...

Холодно как.
Больно смотреть -- солнце и снег, белое безумие, ледяное безмолвие. Больно дышать -- мороз, мороз. Больно говорить -- зимой отлично болеется. Тошно слушать -- все разговоры о погоде, а погода у нас морозная.
Хочется гулять, хочется в Эрмитаж и в Александровский сад. Но через двадцать минут на морозе становится больно.
Знаете ли вы, что тело Фанни Каплан сожгли в железной бочке в Александровском саду?

Детская песенка.

Был когда-то я знаком
С рыжим Мистером Жуком.
Познакомились мы так:
Мистер Жук, большой чудак.
Прямо, честно и открыто
Вечером упал в корыто,
Мистер Жук, большой чудак.

Я спросил его: «Куда Вы?
Вот так детские забавы!
Вы, наверное, хотите
Пароходом стать в корыте?»
Жук сказал, идя ко дну;
«Отвяжитесь, я тону!»

Тут при помощи сука
Мне пришлось достать Жука.
Выполз он, ворча сердито:
«Кто просил вас лезть в корыто?
Плыл я курсом вест-вест-норд,
Обожаю водный спорт.

Я сказал бы вам спасибо,
Но простите, слишком горд.
С детских лет, признаюсь вам,
Всё привык я делать Сам,
Ползать Сам и Сам кусаться,
Сам тонуть и Сам спасаться,
Всё привык я делать Сам! »

/Джон Чиарди -- перевод Романа Сэфа/