От прошлой жизни осталось лишь пару вещей. Маленькая фиолетовая ленточка. И улыбка скользнула на лице. Помнишь, ты ввязал мне её в волосы. А потом еще ты долго смеялся и говорил, что я похожа на Белоснежку. Тебе нравилось сочетание этой наивной нежной ленточки и моих темно-русых волос. Смотрю на неё. Стало грустно. Грустно сидеть и смотреть. Хочется чувствовать, ощущать. Но время прошло. И ты уже никогда не вернешься....
А еще, остался букетик ромашек. Правда, они уже высохли. Они уже не такие, какими ты мне их дарил. Засохли. Померкли яркие желтые серединки. И зелёные стебельки стали немного сероватыми. Была еще свечка. Была. Она сгорела. Лишь капли воска остались на белом листе бумаги.
Мне надоело жить прошлым. Каждый вечер сидеть, теребя в руках ленту, чувствовать аромат давно засохших цветочков.
Я начинаю новую жизнь, говорю себе уже не первый раз, но все еще продолжаю любить тебя. Незнаю...это как навождение... Все время ты...рядом ты и только ты! Я незнаю как поставить точку.....как?? Взять и захлопнуть дверь прошлого... и снова плачу...плачу...снова не могу ничего поделать...ведь ты со мной....Я ведь чувствую твое присутствие...всегда... Я ведь знаю как ты меня любил...Все знаю и помню..как будто это было вчера.... прекрасно помню тот день...6 марта..когда весь день не могла найти тебя..А на следующий день узнала что тебя не стала, но тогда....я ведь чувствовала что тебе очень плохо...... Помню...этот злощастный день...8 марта...ненавижу тебя.... этот день...стоит перед глазами. Ведь тогда было сложно видеть тебя... Ты как всегда был красив...Безумно красив...лежал будто погрузился в глубокий сон. Но я все помню...Ненаю что делать...как бежать...как избавляться от этого... Уже много времени прошло, а я все еще помню.... все еще не понимаю как дальше жить! просто ненаю................ Сейчас очень плохо....мне нужно было выговориться...хоть здесь..........Хотя иногда прихожу к выводу....что выход только один..... Вчера смотрела фильм "Бессмертные души".... Там только девушка выжила со своим парнем...А я..все время чувствую что мне здесь не место..... что я должна быть там...с тобой... Как обрести нужный мне смысл....уже никак... как хотя бы существовать без этой боли...Никак... Слезы...они не высыхают по вечерам.... Я уже незнаю....может то мое решение было тогда верным.... и если бы мне тогда не помешали было бы легче не только мне.... может просто ненужно никого слушать.... Может делать только то что считаю правильным...и именно это будет верно...Ведь дорогие мне люди не могут думать правильно....возможно они меня любят и не хотят терять........... это нормально.......просто делать то что считаю нужным...наверное лучший выход.......

1.Сатана олицетворяет потворство, а не воздержание!
Сатан аффет обсеqуиум про абстинентиа!

2.Сатана олицетворяет жизненную суть вместо несбыточных духовных мечтаний.
Сатан аффет ессентиа витае про сомниорум суперфлуорум спириталиум.

3.Сатана олицетворяет неоскверненную мудрость вместо лицемерного самообмана!
Сатан аффет сапиентиам пурам про фраудис фалси!

4.Сатана олицетворяет милость к тем, кто ее заслужил, вместо любви, потраченной на льстецов!
Сатан аффет вениа ад илле, qуи вениа мерат, про аморис, супер палпаторум импенденси!

5.Сатана олицетворяет месть, а не подставляет после удара другую щеку!
Сатан аффет ултио, ет нон праебет пост ицтус генам алиам!

6.Сатана олицетворяет ответственность для ответственных вместо участия к духовным вампирам.
Сатан аффет перицулум ад респонсабилиум про партиес ад вампырис спириталис.

7.Сатана представляет человека всего лишь еще одним животным, иногда лучшим, чаще же худшим, чем те, кто ходит на четырех лапах; животным, которое вследствие своего "божественного, духовного и интеллектуального развития" стало самым опасным из всех животных!
Сатан праесентат хоминис унае анимал, интердум мелиор, саепиус пеёр, qуам алии, qуис амбулет ин qуатуибус вестигиис; анимал, qуум об суи “еволутионис цаелестис, спириталис ет интеллецти” ест перицулосиссимус ех омниарум анималум!

8.Сатана олицетворяет все так называемые грехи, поскольку они ведут к физическому, умственному и эмоциональному удовлетворению!
Сатан аффет омниа qуид пеццаторум сунт, еним дуцент ин сатисфацтиони пхисицум, ментали ет аффецтионали!

9.Сатана был лучшим другом Церкви во все времена, поддерживая ее бизнес все эти годы!
Сатан ест амицус мелиор еццлесае омниа темпус, цонтинат опус еццлесае омнес анни!

Тест: Какая сила скрыта внутри тебя?

Вы сама тьма!

когда вы злитесь враги падают на ровном месте­­­­­

Пройти тест

Улица. Такая печальная и ранимая.  Кажется, она плачет и как скользкая змея, пытается вырваться из жестоких рук людей и их холодных бессердечных взглядов.
Холод, повсюду холод. Улица терпит. Снова нервно закуривает сигарету, но вдруг бросает её и с безразличным взглядом наблюдает за ней, согревается от пылающего дома, от пожара, который устроила сама.
Улица кажется сильной, но в глубинах сознанья она хрупкая и ранимая. Старые обветшалые дома, мокрые от дождя неустойчивые лесенки...
По ночам улица плачет, у неё нет никого в этом мире. Холодные взгляды людей доставляют боль. Люди... они так жестоки и бессердечны, они не интересуются улицей, её здоровьем... А ведь она заболела из-за сквозняка и холода. Ледяной ветер прорывается сквозь не заколоченные щели, сквозь не отремонтированные разрушенные крыши, сквозь потрескавшиеся тусклые окна...
Холодно. Улица выпустила из рук дома, обхватила себя дрожащими от холода руками и задремала.
Никто теперь не держит ветхие домики, от ветра они падают. Люди обеспокоены. «Что же стало с улицей?» - кричат они, выбегая из своих домов, но, не успев отбиться от летящих досок, падают и умирают. Они лежат с остекленевшими глазами и смотрят в серое небо, затянутое темно-синими тучами. Маленькая девочка издаёт предсмертный крик  и исчезает за упавшим потолком прямо на её кровать...
Все умерли. Улица улыбается сама себе во сне. Теперь она одна, теперь она счастлива.

Словно призрак кружусь во тьме,
Обнимаю твоё мертвое тело.
Я лицо всех грешных утех.
Моя душа в недрах земли осела.

Сжимаю тело крепче, косточки хрустят,
Алой струйкой жизнь вытекает из запястья.
Ты мертва, но я ведь только рад,
Что разделила ты мои несчастья.

Я мёртв душой, а сердцем мертва ты.
Любил тебя когда-то, но напрасно.
Ведь ты меня отвергла, растоптав цветы,
Нанесла на меня своё проклятье.

Кровавый поцелуй, запястья холодны...
Взаимная любовь останется мечтою.
Когда-то был я ангелом среди святых,
Теперь я демон в твоей ярко-красной крови!

...С неба шел дождь. Серые осенние тучи плакали холодными каплями, превращая глину дороги в скользкое месиво. Конь Мишеля устало перебирал ногами, и только жалость к верному животному не давала всаднику заставить его пуститься в галоп.
На душе у Мишеля все пело, вопреки плохой погоде, вопреки закрывшим солнце тучам. Он ехал к любимой невесте, которую не видел почти год, и которая - он точно знал это - соскучилась по нему так же, как и он по ней. Мишель откинул капюшон, подставил лицо холодной измороси, повел головой, расправляя длинные светлые волосы. Он улыбался своим мыслям, снова и снова представляя, как он увидит свою Изабеллу. Вот еще на шаг она ближе, еще на полшага... Он приедет, он вернулся, как и обещал, и она обнимет его, и, вся дрожа, прижмется к груди...
Только сейчас воин понял, как он устал за время похода. Весь их отряд, усталые и измученные всадники, возвращались домой. Последний поворот дороги - и вдали уже должен был показаться родной замок сэра Иоанна. Мишелю не терпелось обнять свою невесту, чтобы скорее забыть долгие нудные дни похода, несколько бестолковых пограничных боев и вечный запах пожарищ и крови. Объятья Изабеллы помогут забыть тяжести и лишения, утешат скорбь по павшим товарищам. Когда наконец-то вдали показались знакомые стены, Мишель уже не знал, чего в нем больше, усталости или радости, что ему делать, плакать или смеяться при виде родных мест.
Дорога плавно спускалась под гору, огибая рощицу. Именно здесь, у этих деревьев, почти год назад они прощались. Тогда небо было чистым, и полыхало лучами заката. К ночи Мишелю нужно было вернуться в замок, а девушка все никак не хотела разорвать объятий, все никак не могла отпустить его руку... "Я вернусь", - шептал он ей, - "Я вернусь, и ничто не разлучит нас, клянусь тебе". И ее слезы блестели красным, как капли крови на щеках. Ветер развевал ее длинные волосы. "Я буду ждать тебя"
Мишель улыбался. Он вернулся, как и обещал.

* * *


Вести о возвращении отряда сэра Иоанна облетели округу быстрее пущенной стрелы. В замке накрывали столы и доставали праздничные наряды, готовясь встречать героев. То, что почти все спутники рыцаря вернулись живыми, лишний раз доказывало, сколь угодным Богу был этот поход, и сколь праведными христианами были все воины. Вот только не все в этой жизни так просто, как видно.
Отец Жак, настоятель церкви замка, устало прислонился к стене ворот. Ему выпала нелегкая доля встречать хозяина и рассказать ему все плохие новости. Жак вздохнул, машинально перебирая четки в руках. Хотя это как посмотреть, новости могли быть и намного хуже.
...Черная смерть пришла в эти края летом, через месяц после отъезда отряда. Чума собирала свой урожай, даже самые здоровые и крепкие превращались в обезображенные трупы не более чем за три дня. К югу от замка вымерла целая деревня, никто не решался приехать туда и хотя бы похоронить трупы. К счастью, об умерших вполне неплохо заботились крысы.
Все, кто хотел выжить, собрались за стенами замка и подняли мост. Отец Жак лично плеснул в ров святой воды, чтобы оградить людей от проклятья, и молился вместе с остальными монахами, днями и ночами молился о спасении. Замок был в такой осаде почти три месяца. Часто снаружи появлялись оборванные и измученные беженцы, которые надрывали глотки, умоляя впустить их и спасти от чумы. Один из стражников, помнится, от этих постоянных криков лишился рассудка.
Зато благодаря молитвам и непреклонности отца Жака замок выстоял. Черная смерть прокатилась и ушла, а в замке не умер ни один человек. Оголодавшие, но здоровые жители уже все вернулись по домам. Гнев Божий миновал людей.
Вот жаль только, что не все успели в замке укрыться. И именно поэтому священнику предстояло сейчас рассказать сэру Иоанну о смерти многих и многих людей. Например, о целом вымершем поселке, где никто так теперь и не селится. Или, например, о смерти мадмуазель Изабеллы, младшей дочери соседского барона. Изабелла часто гостила у сэра Иоанна, всегда была желанным его гостем, и отец Жак готовился уже венчать ее с доблестным оруженосцем рыцаря... Вот только когда закрывали ворота и поднимали мост, Изабелла была в нескольких днях пути от замка. Через несколько месяцев, когда крестьяне робко и опасливо возвращались в свои дома, ее тело нашли в простой халупе, и нашедшие утверждали, что лежала она совсем как живая, без малейших признаков чумных язв... Тем не менее, ее, как и остальных умерших, стащили в общую яму и засыпали известью. Отец Жак прочел потом заупокойную молитву сразу обо всех усопших. Не покидая стен замка, разумеется.
Скорбь и сочувствие, однако, не лишали священника справедливой гордости за свои дела. Его усилиями сэр Иоанн возвращается в полный жизни замок, а не в остывающий склеп.
- ...Смиритесь, Мишель, сын мой. На все воля Господа.

* * *


...На все воля Его.
Мишель сидел на каменной ступеньке во внутреннем дворе и тупо смотрел перед собой. Дождь шел все сильнее, куртка и брюки промокли насквозь, холодная струйка воды затекала за пазуху, но он ничего этого не чувствовал. И душой и мыслями он был сейчас там, в залитом закатом лесу, когда Изабелла была еще жива и дрожала в его руках. Там, где он обещал вернуться.
Он пытался вспомнить ее лицо, воскресить ее хотя бы в памяти, но в мыслях вставала только черная беспросветная пустота. Жак сказал, что она умерла от чумы, но Мишель никак не мог представить себе Изабеллу с черными язвами на лице, бледную, умирающую в одиночестве. Нет, для него она всегда останется такой, какой он видел ее в последний раз, обернувшись через плечо. Тонкая фигурка в белом платье, с летящими по ветру волосами... Тонущая в закатном солнце. И неумолимо перед внутренним взором вставала засыпанная мелом яма. Сгоревший, покинутый и проклятый дом. Изабелла...
Несколько раз из башни выходили слуги и воины и пытались уговорить Мишеля зайти в дом. Но он их просто не слышал. Оруженосцем овладела какая-то странная тоска, когда боль и отчаяние достигли крайнего предела, и болеть сильнее душа уже просто не может. Становилось все холоднее, первые снежинки сыпались с неба и каплями слез таяли в лужах. Небо плакало о том, чего никогда не вернуть, и хотелось только одного - заснуть и никогда не просыпаться, раствориться в этом дожде без остатка, так чтобы проснуться утром - увидеть улыбку Изабеллы, чтобы не было никакой чумы. Никакого расставания.
Мишелю случалось скорбеть о смерти соратников, доводилось нести смерть самому. Но это была честная смерть в бою, к которой готов каждый воин, и особенно каждый рыцарь. Но никогда не было так больно оттого, что человек ушел навсегда. Вновь и вновь он вспоминал каждую встречу с невестой, каждое ее слово, каждую улыбку. И все чаще вместо ее лица видел в мыслях изъеденный язвами череп. Мужчине не достойно плакать, и только эта мысль не давала упасть на колени и завыть во весь голос.
...Откуда-то сбоку раздались шаги. Меньше всего хотелось сейчас с кем-то разговаривать и кому-то отвечать, поэтому Мишель просто закрыл глаза и уткнулся лицом в колени.
-- Плохо?
Голос был незнакомый, полный сочувствия и предупредительности.

Мишель не стал отвечать на глупый вопрос. Плохо? Да нет слов в мире, чтобы передать эту боль!
-- Ты любил ее, и она любила тебя. Так ведь?
Мишель открыл глаза и сфокусировал взгляд на говорившем. В нескольких шагах от него прямо на каменных плитах двора сидел мужчина средних лет, с короткими темными волосами, в промокших насквозь темно-синих штанах и черной рубахе странного покроя. Его темные глаза пристально смотрели на Мишеля, и было во взгляде что-то, что не давало сразу бросить в драку за оскорбительные вопросы. И было что-то смутно знакомое в этом простом, гладко выбритом лице, в этих глазах, тонких губах и впалых щеках.
-- Кто ты? - Мишель сам удивился, как хрипло прозвучал его голос.
-- Я хочу помочь тебе, рыцарь, - Губы собеседника чуть дрогнули, словно репетирую одобряющую улыбку, которая в любой момент может исчезнуть, если окажется неуместной.
Мишель мельком подумал, что его именуют не принадлежащим ему титулом. И тут же горько застонал. Все титулы, все почести и все сокровища мира готов он был сейчас променять на одно - на живую Изабеллу рядом.
- Уйди, кто бы ты ни был. Помочь мне сейчас может только сам Господь. - Мишель снова закрыл лицо руками. Ну почему его никак не могут оставить в покое?
- Твоя Изабелла сейчас там, наверху. В вечном свете, где нет ни боли, ли страданий. Она смеется и совсем уже не помнит о своей мучительной смерти... Поверь мне, ей сейчас хорошо. Там. А ты - здесь, на земле. Ты ведь молод и силен, ты герой. Тебе будет рада любая - зачем ты терзаешь память ушедшей?
- Замолчи!! - Мишель вскочил на ноги, готовый то ли броситься на богохульника, то ли завыть в отчаянье. Главное - не слышать, не слышать проклятого вкрадчивого голоса.
Его собеседник склонил голову к плечу и удивленно вскинул брови:
- Не хочешь? Ты действительно так любил ее, что будешь хранить ей верность даже после ее смерти?
Если бы в этом голосе была хоть тень насмешки, Мишель разорвал бы бродягу голыми руками. Но насмешки не было, было искреннее недоумение. И потому оруженосец гордо выпрямил спину, шагнул вперед и громко, словно принося присягу королю, произнес:
- Я и сейчас люблю ее! Клянусь всеми силами небесными, что никогда не забуду любви к Изабелле, моей единственной и вечной возлюбленной, что всегда буду верен ей, и пусть Небеса соединят нас!
Глаза Мишеля пылали, он приносил самую святую для себя клятву, и ничто в целом мире не могло поколебать его решимости. На миг он подумал, как же величественно должен выглядеть сейчас со стороны - гордый воин, стиснув кулаки и непокорно вскинув голову, противостоит натиску бури и ливня, и клянется вечной клятвой...
Его собеседник долго молчал. И заговорил, только когда Мишель вернулся к действительности и переступил с ноги на ногу, чтобы не намокнуть в глубокой луже.
- Красивые слова, - тонкие губы едва дернулись, и вся тяжесть вселенной вновь обрушилась на плечи. Слова ничего не изменят... Мишель бессильно опустился на ступени.
Слова. Только слова. Сколько бы клятв не было принесено, какие бы силы не призывались в свидетели... Пока смерть не разлучит нас...
- Пока смерть не соединит вас, - раздался вкрадчивый голос, - Ты сам сказал это, рыцарь.
Пропустив титул мимо ушей, оруженосец пристально посмотрел на бродягу.
- Ты сейчас здесь, она - там... Оттуда ей не вернуться, ей там очень и очень хорошо. Но что мешает тебе придти к ней? Если за тобой так же придет чума... Вы будете снова вместе...
В глазах Мишеля на самом дне за пеплом отчаяния разгорался безумный огонек надежды. Он медленно поднялся, покачнулся, сделал неуверенный шаг к говорившему, не видя ничего, кроме его улыбки.
-- Ты поможешь мне? Ты можешь сделать так, что бы я был с ней? С ней?
Мишель протянул дрожащую руку к своему спасителю, боясь, что вот прямо сейчас он растворится в воздухе, и не останется в мире ничего, что могло бы вернуть Изабеллу...
- Держи, рыцарь. Пей. Здесь - напиток чумы. Именно так черная смерть и передается - через воду.
Эта вода была горькой и тягучей, как сливки, но Мишель выпил все до последней капли.
- Ну вот... Молодец. Теперь осталось только ждать... Совсем скоро ты увидишь все, что только пожелаешь.
Голос удалялся все дальше и дальше, теряясь в шелесте ветра и стуке капель дождя, мир становился совсем серым, и Мишель даже не почувствовал, как подломились колени, он уже ничего не чувствовал, и сознание его погружалось глубже и глубже в темноту...
Ему показалось, или последним, что он слышал в жизни, был издевательский смех?

* * *

...Холодный мокрый снег падает на лицо. Тучи стали еще чернее и плотнее. Солнца не видно, и сложно понять, день сейчас или вечер. Ветер яростно рвет листья с деревьев, режет кожу, ослепляя глаза...
Вот только почему не удается закрыть веки? И почему небо сверху, словно он лежит на спине? Мишель попробовал встать, но понял, что совершенно не ощущает своего тела. И прежде чем слепая паника заполнила его сознание, он услышал знакомый голос:
"Очнулся, рыцарь? С возвращением. Поздравляю тебя с удачным исходом эксперимента. Думаешь, легко было подобрать состав, который парализовал бы всю соматическую нервную систему, затормаживал вегетативную систему до летаргического состояния, и при этом оставлял бы частично действующими органы чувств и кровообращение мозга? Это почти шедевр, поверь мне".
В поле зрения появилась пара высоких кожаных сапог на шнуровке. Очень похожих на походные сапоги сэра Иоанна. С другой стороны качнулось что-то черное. Край рясы. Мишель решил, что он и вправду лежит на земле, и над ним стоят его сюзерен и священник. Но зачем? И почему никто не поможет ему?
"А все очень просто, рыцарь. Они стоят не над тобой, а над твоим телом. Способен уловить различие? Тебя нашли во дворе, бездыханного и остывшего, с пустым флаконом в руках. Самоубийство - тяжкий грех, поверь мне. И вот поэтому этот святоша пришел сюда - проследить, чтобы тебя зарыли подальше от кладбища и не вздумали читать над тобой молитвы. Смешно, не правда ли?"
Отец Жак и сэр Иоанн о чем-то разговаривали, рыцарь несколько раз зло топнул сапогом. Потом священник развернулся и ушел, ряса колыхнулась, на секунду закрыв для Мишеля небо.
"Кстати, тебя хотели прямо так в мешке и закопать. Это я постарался, чтобы лицо открыли. Можешь смотреть в небо на прощанье. Твой сюзерен сейчас закончит свою блистательную прощальную речь, и я, пожалуй, оставлю тебя. Есть моменты, когда человеку необходимо остаться одному".
Голос пропал. Откуда-то сверху раздавалось бормотание сэра Иоанна, который говорил что-то грустное и чуть осуждающее, но Мишель видел только носок его сапога, который нервно раскапывал глину. Неужели его действительно сейчас похоронят? Впрочем, он ведь этого и хотел, что бы быть с Изабеллой... Но ведь он не умер! Он ведь думает, значит, он жив! И что там было сказано про самоубийство?..
Над Мишелем склонилось лицо сэра Иоанна. Прямо перед глазами появилась его рука, такая знакомая, Мишель ведь сам не раз вкладывал в нее меч! И вот эта ладонь проводит по лицу оруженосца, чтобы закрыть глаза покойного. Проводит раз, другой - глаза не закрывались, Мишель все еще видел серый клок неба за плечом рыцаря.
Мишель попытался хотя бы застонать. Ведь можно как-нибудь дать понять, что он жив! Наверняка действие дьявольской настойки скоро пройдет, и он еще послужит своему господину!
Сэр Иоанн поднялся, так и не закрыв окостеневшие веки своего оруженосца. Несколько капель дождя упали прямо на застывшие зрачки. Потом к телу подошли могильщики. Мишель увидел две пары грязных башмаков. Потом небо над ним качнулось и резко сузилось до маленького серого прямоугольника. Мишель понял, что его опустили - точнее, спихнули - в вырытую могилу.
...Сверху сыпались слипшиеся комья глины. Прихваченная морозом земля расплывалась под потоками дождя. Мишель не чувствовал этого, но представлял, что руки и ноги уже засыпаны. Почему-то вот только на лицо землю еще не кидали. А еще сверху падали ослепительно белые снежинки. Они ласково, нежно кружились в воздухе и таяли на коже.
Земля была очень, очень холодной, и дождь резал лицо, и вот, наконец, глиной засыпало и глаза, и мир пропал, осталась только тьма перед глазами. Тяжесть давила на грудь, а мешок, в котором его закопали, почему-то пах снегом и чистотой...

* * *


Могильщики, отец и сын, устало кинули по последней горсти земли на могильный холм и побрели в замок. Они шли молча, и только сын, еще совсем молодой парень, изредка оборачивался через плечо. Какое-то нехорошее чувство оставалось после этих похорон. Почему-то ему казалось, что в глазах закопанного ими оруженосца было еще слишком много живого... Но земля над свежей могилой оставалась в покое, закопанный самоубийца не спешил вылезать обратно.
Спокойно и умиротворенно падали редкие снежинки. Только потоки грязной воды все размывали и размывали свежевскопанную глину.

* * *


Мишель лежал в полной темноте. Под землей не было времени, быть может, он лежит здесь уже столетья, и все никак не может умереть? Наверняка Изабелла уходила в другой мир легче. Мишель почему-то начал завидовать возлюбленной, которая просто сгорела за один день, уснула, чтобы проснуться уже на небесах. И она уж точно не видела комьев смерзшейся глины, летящих в лицо, и не мучилась в могиле. Где же то, что называют справедливостью?
Когда в голове снова зазвучал голос незваного помощника, Мишель был даже рад, что хоть кто-то разделяет его одиночество.
"Ну, как тебе смерть? Кое-кто умирал и похуже, поверь мне".
Хуже? Что может быть хуже погребения заживо? В конце концов, уговор был совсем о другом!
"Нет, почему же... Я обещал тебе смерть? Чума, кстати, передается не через воду, а вирусами... Я думаю, тебе будет интересно".
Мишель не мог ответить. Голос гудел в его голове, превращаясь то в рев, то в оглушительно громкий шепот. И все отчетливее слышались другие звуки - странные шуршания, стоны, вздохи, и перекрывал всю эту какофонию отчетливый глухой стук.
Сначала оруженосец решил, что сходит с ума. Но потом внезапно понял, что именно так из-под земли слышен ливень. Капли стучат по могильному холму.
"К тебе полностью вернулись слух и зрение. Обоняние вернулось еще раньше. Ты знаешь, сколько чувств у человека?"
Земля была горькой и шершавой на вкус. Запах тления и гнили смешивался с вонью мешка, в который Мишель был завернут. Пальцы рук и ног начало покалывать, и одновременно в тело проник холод. На грудь давила тяжесть земли, несколько ребер было наверняка сломано, нельзя было даже пошевелиться. Сырая земля сковывала все тело, сжимала со всех сторон, и с каждой секундой становилась все тяжелее...
Мишель попробовал вздохнуть, ноздри втянули крошки глины, и ничего больше. Напрягая все мышцы, попытался вырваться на поверхность, но понял свое бессилие. Все тело дергалось в судорогах, пытаясь освободиться из могильного плена, стремясь найти хоть каплю воздуха...
Но земля надежно держала то, что было ей возвращено.
Голос незнакомца был уже совсем веселым, и одновременно - крайне сочувственным.
"А зачем ты борешься-то? Дышать тебе не нужно, твой мозг обойдется без кислорода еще несколько суток... Нет бы радовался, что все чувства вернулись... Когда воздух в твоей крови станет совсем непригоден для дыхания, ты уйдешь, поверь мне".
Несколько суток?.. Каждую секунду терпеть адскую тяжесть, давящую на грудь, вдыхать вместо воздуха землю пополам со смрадным запахом? Мишель пробовал кричать, но рот только наполнился мерзкой скользкой землей, мелкие камни сыпались в горло, глина залепляла небо и язык.
"Ты умрешь, и попадешь туда, наверх. Вы. Будете. Вместе. Ты и Изабелла. Помнишь?"
Она умирала легче! Ее руки и ноги не пронизывал холод, по ее коже не ползали черви! Она не заставляла себя перестать дышать, чтобы прекратить эти муки!
Мишель резко дернул правой рукой, и ему удалось чуть освободить ее. Теперь нужно только согнуть эту руку, и начать проталкивать ее вверх, раскапывать землю над собой...
"Ты что, уже передумал?"
Наверх, к свету, к небу, пусть к дождю и снегу, но лучше мокнуть под дождем, чем слышать его шум из-под земли! Жить, пусть с переломанными руками и ногами, с искореженными ребрами, но выкопаться из проклятой могилы, и никогда больше не звать смерть... Жить, только бы жить!
"Да не выкопаешься ты сам... Над тобой два метра глины. Впрочем, я могу помочь. Итак, ты хочешь, чтобы это все прекратилось?"
Да!!!
"Ты разве не хочешь быть с Изабеллой? Не хочешь соединиться с ней? Во имя любви?"
Странно - больно было всему телу, но вот почему-то боль в сорванных ногтях ощущалась совершенно отчетливо. Это что, плата за пропуск в Рай? Да никакая любовь не стоит таких мук!!!
"И ты согласен отдать мне свою душу, если я сейчас раскопаю могилу и верну тебя в мир живых?"
Да, дьявол, ну да же!!! Сколько еще можно терпеть эти муки?
"Ты сказал".

* * *


Самое ужасное, что ничего не изменилось. Все так же глаза были засыпаны землей, руки и ноги были спутаны мешковиной, и сверху давила земля. Наверное, давила, потому что Мишель перестал что-либо чувствовать. После дикой, ввергающей в панику боли, этот покой был даже приятен. Но...
"Я отключил твои органы чувств, чтобы мы могли спокойно поговорить".
А где же обещанное воскрешение?
"Видишь ли, в этом вопросе все сложнее, чем кажется. Всего несколько часов назад ты клялся, что не забудешь любви к этой своей Изабелле... Тем не менее, оказалось, что свою жизнь ты любишь куда больше. Ты клятвопреступник, а мне совсем незачем держать свое слово перед тем, кто нарушил клятву, данную именем этого... кто наверху..."
"Мне было просто интересно, воин. Вы все кричите о своей любви и сотрясаете воздух клятвами, верите, что любовь сильнее смерти... Ты очень наглядно доказал, что смерть сильнее любви. Стоит только смерти подойти и легонько коснуться человека, как тот забывает о своей вечной любви, нарушает все клятвы и предает всех и вся, чтобы только вырваться из объятий смерти..."
"Любви нет, она слабее жизни и намного слабее смерти. Так просто ее убить... Даже более изящно и более гуманно, чем я убил твою любовь, воин. Что и требовалось доказать, кстати".
Сейчас, когда боль и паника отступили, Мишель снова вспомнил лицо Изабеллы.
"Вы так мало готовы сделать во имя этой самой своей любви. И так многого хотите получить. Вы надеетесь на вечное счастье, ничего не отдавая взамен... Никто тебе ничего не должен".
Сквозь толщу земли, сквозь завесу дождя, сквозь пелену облаков Мишель видел Небеса. И видел там свою Изабеллу. Почему-то казалось, что, невероятно красивая и озаренная неземным светом, она смотрит на него с высоты, и чуть печально качает головой. Как же он мог забыть о ней? Ведь ее образ всегда был с ним, не было у него ни единой мысли, которая не была бы с ней связана!
"Ну хватит уже... Мне надоело. Ты отдал свою душу мне. Помнишь? Я, конечно, могу вернуть тебя обратно к людям, но, к счастью, совершенно не обязан этого делать. Как я уже говорил, через пару дней ты умрешь. И твоя бессмертная душа придет ко мне. Поверь, место для таких, как ты, там, внизу, есть. До скорой встречи... Воин света..."
Мишель лежал в тишине и безвременье, и пытался считать секунды, отделяющие его от смерти и адских костров. Боли не было, он мог бы представить себе лицо любимой - но уже не смел сделать этого. Только бы все это скорее кончилось...
"Скучно? Что ж, пожалуй, я полностью верну тебе чувства. Счастливой смерти".
Тяжесть земли, холод, мерзкий привкус глины, боль в раздавленных костях - все навалилось одновременно и в полную силу. В груди натужно билось сердце, перегоняя последние капли воздуха в крови. А вот душа уже не болела. В душе была только пустота.
Там, высоко, плакали ангелы. Но их слезы, не успев долететь до земли, застывали в воздухе. С неба шел снег.

Иногда люди ищут всю жизнь, а иногда находят за день. Иногда мы ждём, а иногда заставляем кого-то ждать нас. Иногда мы плачем от смеха, но в последнее время всё чаще СМЕЕМСЯ, ЧТОБЫ НЕ ЗАПЛАКАТЬ.

Иногда мы стоим, раскинув руки, навстречу ветру, впитывая в себя всю энергию его необузданной свободы, а иногда запахиваем пальто и завязываем шарф потуже.

Иногда мы улыбаемся солнцу, подставив лицо его тёплым лучам, а иногда надеваем громадные солнечные очки, пытаясь скрыть или скрыться.

Иногда мы встречаем кого-то, и нам кажется - это навсегда, а иногда провожаем и понимаем, что так и должно было быть.

Иногда мы стремимся к общению, расширяем круг знакомых, куда-то спешим, к кому-то торопимся, а порой ХОЧЕТСЯ ПРОСТО ЗАКРЫТЬ ГЛАЗА, И НИЧЕГО НЕ НАДО - только ты и тишина, вселяющая спокойствие в твою душу и разум.

Да, и прав тот, кто говорит, что все люди по сути своей рождены одинокими. Действительно, все мы одни. И даже в миллионном окружении вспышек, камер, блеска и шика ты можешь быть самым одиноким на свете человеком и, придя домой, повалиться на идеально заправленную кровать с шёлковыми подушками, даже не помыв ноги, и заснуть или, может быть, заплакать от перенапряжения и чувства полнейшего морального опустошения.

Иногда мы требуем шикарных цветов, а иногда букет ромашек для нас - роскошь.

Иногда мы прячемся под крыши, навесы и зонтики, скрываясь от надоедливого дождя, а иногда молим Бога, чтобы этот дождь никогда не заканчивался, и идём, запрокинув голову к небу, и шлёпаем босиком по лужам, и чувствуем абсолютную независимость от людей и бесконечную связь с природой.

Иногда нам проще простого сказать «отстань», а после так нелепо начинаешь скучать по человеку, который «приставал», и хочется попросить «пристань ко мне назад, пожалуйста», но, произнеся эту фразу про себя, ты решаешь, что вслух она звучит ещё глупее, и замолкаешь в ожидании. Люди боятся выглядеть глупыми, люди вообще много чего боятся.

И все мы всегда чего-то ждём… Автобуса на остановке, зарплаты, выхода нового фильма, или ждём результатов экзамена, или мы можем ждать даже ребёнка, или возвращения мамы с работы, или чего-то более глобального, например творческого озарения…

Ждём, когда выпадет снег, а потом, когда наконец потеплеет, ждём гостей, ждём дня рождения, или Нового года, или ещё какого-нибудь праздника… или… или…

Или, допустим, что он всё-таки вернётся - поднимется на твой этаж, нажмёт на твой звонок, вытрет ноги о коврик возле твоей двери, аккуратно поставит в коридоре свои необъятные «тапки», зайдёт в твою комнату и мгновенно наполнит её ароматом своей туалетной воды, и обнимет тебя как прежде, будто ничего и не случилось…

Иногда так хочется высказать всё, что накипело, а иногда, ЧТОБЫ ПОНЯТЬ ДРУГ ДРУГА, НУЖНО ПРОСТО ПОМОЛЧАТЬ ВМЕСТЕ ТАК О МНОГОМ...

Иногда мы отключаем все телефоны, лишь бы нас никто не побеспокоил, а иногда сидим, обложившись телефонными трубками, и НЕ В СИЛАХ ВЗДОХНУТЬ, дрожим от нетерпения В ОЖИДАНИИ ОДНОГО ЕДИНСТВЕННОГО ЗВОНКА.

Иногда мы ждём бурных страстей, как в любовном романе, а ИНОГДА ОДНОГО ПОЦЕЛУЯ ДОСТАТОЧНО, ЧТОБЫ ПОЧУВСТВОВАТЬ ВСЮ НЕЖНОСТЬ И ДАЖЕ СТРАСТЬ...

Иногда мы убеждаем всех, что вовсе не мы были инициатором, и что мы абсолютно честны и правы во всем. И обвиняем всё и вся во всех смертных грехах, лишь себя не зачисляя в этот список, а потом вдруг понимаем, что именно мы виноваты в том, что произошло.

И потом, когда нет времени и сил что-то менять, мы мгновенно опускаем руки и, поникнув головой, делаем затяжку-другую, и ноем о том, какие мы бедные и несчастные, и как всё ужасно, плохо и вообще скверно вместо того, чтобы бороться за своё счастье, ведь нет слова «никогда», и всё в этой жизни возможно, даже полёты в космос, не то что это… И ведь мы сами творцы своей судьбы… И если не мы, то кто сделает первый шаг за нас…

И уходя, мы никогда не уходим до конца, и оставляем частичку себя тому, с кем прощаемся, и он, даже очень захотев, никогда не сможет выкинуть эту частичку «в спам», потому что слияние и поглощение - основная суть этой игры с гордым названием «жизнь».

И, прощая кого-то, мы пытаемся этим самым заранее оправдать свой проступок и в душе всё равно никогда не забудем той обиды, что засела, как пиявка на сердце.

Иногда мы наряжаемся в самые шикарные одежды, а иногда несколько дней ходим в той же майке, в которой спим.

Иногда мы кутаемся в одеяло и всё равно не можем согреться, потому что на самом деле нам холодно не снаружи, а там, внутри, в сердце.

Иногда…

Иногда…

Иногда…

ИНОГДА НАМ ТАК НУЖНО ПРОСТО ОБНЯТЬ КОГО-ТО И УСЛЫШАТЬ ВСЕГО ТРИ СЛОВА "ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО", И ЗАСНУТЬ НА ЧЬЕМ-ТО ПЛЕЧЕ, И ВЫПЛАКАТЬСЯ КОМУ-ТО, И ПОПРОСИТЬ КОГО-ТО ОСТАТЬСЯ, И НЕ ОСТАВЛЯТЬ ТЕБЯ В ОДИНОЧЕСТВЕ...

И иногда, уходя, так хочется, чтобы тебя попросили остаться… Остаться навсегда…

16 ноября...с классом ездили на экскурсию в Государственную думу...  Рассказывали как и в каких условиях работают депутаты.... только устали очень...а так...все хорошо....


  Это мы с Катюхой там фотографировались)))

Круто мы сходили на концерт.... Все было зашибительно..... если не считать что мы почти опоздали.....точнее пришли на 15 минут позже начала...но оказалась что только стали впускать.... =)))) Все было супер.... мы прошли.... потом вместо того чтобы концерт начать в 19.00 как обещали.... начали в 21.00 ...Но зато было очень здорово.... За время концерта...мне раз 300 треснули по голове.... оптоптали все ноги)))) потом я подумала что чем я хуже других... залезла на сцену.... станцевала...поцеловала солиста....и меня передали в зале..... было супер...столько эмоций....адреналина и позитива получила на концерте...класс!!!!)))

Поздравьте меня.... я еду на Джен Эйр!!! Седня купила билетики))) круто!!правда еле дорогу нашли... с подругой... но нашли....нам помогли)))  купили билеты...и я купила себе готический крестик)))короче прикольно...познакомились там с парнем интересным.... подруга думала я не смогу подойти и познакомиться...стала на слабо разводить...я взяла и подошла..))потом она присоединилась через некоторое врем я...гуляли...потом домой приехали...и я так рада что иду на концерт)))))))))все очень хорошо...теперь с нетерпением жду четверга)))))))))))

Этот рассказ мне очень близок по духу и я его очень люблю...И плачу когда читаю(((
Смерть- не избавление от тягот мирских, смерть по собственной инициативе - грех и страдания.
Помогите людям, передайте всем знакомым, пусть прочитают. Мы теряем людей, причем теряем из-за любви, любви, которая просто не должна приносить вред...
"Сколько прошло времени с того дня, я уже не помню. Время для меня больше не существует. Здесь его нет…
Я считала причины, по которым сделала это, вескими. Мне казалось, что это единственный выход. Но теперь я понимаю, что просто не пыталась найти другие пути.

Я сделала так, как было проще всего… проще для меня…

Теперь что-то изменить невозможно. Одним легким движением я лишила шансов на счастье не только себя, но и тех, чью любовь я не сумела оценить вовремя.

И сейчас у меня нет оправданий…
Последнее, что я слышала, - пронзительный крик. Чей? Не знаю. Еще было ощущение полета. Но такое короткое, что его практически невозможно уловить…
Больше ничего…
­

­ Вспышка света… Вдали промелькнули огни ночных домов. От них режет глаза. Прихожу в себя. Попыталась встать – нестерпимая боль во всем теле. Еле сдерживая крик, все же встаю. Осмотрелась вокруг. Не понимаю! Где я?! Пройдя пару шагов, до меня доходит: «Это парк. Но как я тут оказалась???» Я не могла что-либо понять. Весь день как будто выпал из памяти. Не помню абсолютно ничего. Идя по аллее, замечаю, что вокруг нет ни одного прохожего. Интересно, сколько сейчас времени? Не припомню, чтоб парк был пуст. Вдруг за спиной я услышала шорох. Обернувшись, вижу на скамейке маленького кудрявого мальчика, лет пяти. Странно. Готова поспорить, что его только что тут не было. С минуту я ждала, не появятся ли вслед за ним хоть кто-нибудь из взрослых. Не может же ребенок быть один в столь позднее время. Но ничего такого не произошло. Тогда я осторожно подошла и села рядом. - Привет, малыш. Ты потерялся? – тихо спрашиваю я. - Нет, – ответил мальчуган, даже не посмотрев на меня. - Где же твои родители? Почему ты один? - Я ждал тебя, – сказал он и поднял на меня большие карие глаза. Ответ меня слегка удивил, но я не придала этому никакого значения. Мало ли чего могут сказать дети? - Как тебя зовут? - Не знаю. - Но мама же тебя как-то называет? – рассеяно спросила я. - Никак. У меня ее нет, – грустно ответил малыш. Наступила пауза. Я не знала, что же мне делать дальше. Оставить ребенка в такой поздний час одного я не могла. - Я хочу тебе что-то показать – внезапно сказал мальчик и вскочил со скамейки. Я взяла его за руку, и мы пошли по парку. Спустя некоторое время мы оказались возле моего дома. - Ты здесь живешь? – снова спрашиваю я малыша. - Нет. - А где? – я присела перед ним на корточки. – Куда нам идти? - Уже никуда, – ответил он, вертя в руках игрушечную машинку. Я хотела спросить еще что-то, но в этот момент раздался пронзительный крик. Я посмотрела в ту сторону, откуда он донесся. Кричала девушка. Она стояла в компании молодежи. На лице у нее застыл ужас. Она указывала куда-то наверх, пытаясь сказать что-то. Проследив за ее жестом, я оцепенела: в освещенном пролете окна на восьмом этаже стояла девушка. Спустя мгновение она сделала шаг. ­ ­ Мое сердце похолодело. Вокруг тут же поднялась суета: кто кричал, чтоб вызвали скорую, кто кинулся оказывать первую помощь. А я не могла оторвать взгляд от окна. В эту секунду мне казалась, что я не слышу ничего, кроме бешеного биения собственного сердца… и не видела ничего… кроме света из окна квартиры на восьмом этаже… моей квартиры… Каждая минута, каждая секунда того вечера стала для меня нескончаемым кошмаром, память о котором не стереть никаким способом. Окровавленное тело у отца на руках… мама и сестра в слезах… оглушительный вой сирены скорой помощи… Бегу по улице прочь от своего дома. По щекам катятся слезы. Бешеный ветер безжалостно бьет по лицу. Выбившись из сил, падаю на холодную землю. Задыхаясь, стираю слезы ладонью. Вдруг рядом замечаю мальчика… того же мальчика… - Что происходит?– хриплым голосом спрашиваю я - А ты разве не понимаешь? – наивно говорит малыш. Отрицательно качаю головой: не хочу понимать! - Ты умерла. - Что?! – становится еще тяжелее дышать – Это не правда!!! Ты все врешь!!! Так не бывает… Слышишь?! Не бывает!!! Срываюсь на крик, хочу убежать. Но вопрос за спиной заставляет остановиться. - Разве ты не этого хотела? Разве ты не для этого покончила с собой? В голову ударяет резкая боль и перед глазами проносятся картинки прошедшего дня: школа, вопящая классуха, насмешливые взгляды одноклассников, скандал с мамой, слезы… карниз и ослепляющие огни ночного города… - Почему… - Почему ты здесь? А чего ты ждала? – рассмеялся мальчишка. - Я не знаю… я думала, что больше не будет боли… я хотела прекратить это кошмар… - Ты ошиблась. - Но почему?! Разве я мало страдала?! За что мне это?! - За что? – удивляется он – Хорошо. Я покажу тебе. Мы молча идем по какой-то улице. Вскоре перед нами возникает серое здание. Это больница. - Зачем мы здесь? - Так надо. Идем. Входим и поднимаемся на второй этаж. Над входом весит табличка «Реанимационное отделение». Дальше ярко освещенный коридор. Белые двери с номерами палат. Возле одной из таких дверей сидит отец, обхватив голову руками. Он плачет. Я только однажды видела, как плачет мой отец. Тогда погиб его лучший друг. Мне было больно видеть его таким. А теперь? Теперь причиной его слез была я. В следующую секунду из палаты вышел человек в белом халате. Папа поднялся ему на встречу и что-то тихо спросил. В ответ тот покачал головой: - Мы не в силах что-либо сделать. Ее мозг мертв. Вам остается решать: отключить систему или нет. Отец опустился обратно на стул. Его лицо стало бледным, как мел. - Господи!!! За что?! – коридор наполнился рыданиями. - Пойдемте, – тихо сказал врач. – Вам надо успокоиться. Он куда-то увел его. По моим щекам покатились слезы. В груди стало невыносимо больно. Я хотела пойти за ними, но малыш меня остановил: - Нам сюда. Он ввел меня в палату. На кровати лежала я. Рядом сидела мама и сестра. Я просидела с ними до утра… ­ ­ В 10:15 все было кончено… мое сердце остановилось… навсегда… Похороны были на новом кладбище. Мы стояли в стороне от всей процессии. Холодный осенний ветер бил в лицо. По телу пробежали мурашки. Я посмотрела на пустырь вокруг. Не одного, даже самого маленького, деревца. Здесь все было мертвым. Подойдя ближе к месту, я рассмотрела среди толпы Алешку. - Что он тут делает? – в недоумении спросила я. - Он пришел попрощаться с тобой, – ответил он. - Но почему? Почему он здесь?? - Потому что ты ему была дорога… -Что?! Нет! Ты ошибаешься. - Почему? - наивно спросил малыш. - Потому что он ко мне ни разу не подошел! Потому что я ему не нравлюсь… - Это не так. Человек не всегда способен понять другого человека. Здесь ошиблась ты. Ты боялась с ним заговорить. А почему ты думаешь, что он не боялся? Ты делала вид, что не замечаешь его. Так как он мог узнать, что нравится тебе? Его пугало то, что ты посмеешься над его чувствами. - Это не честно! Я не знала… - я опустилась на холодную землю. Ветер еще беспощадней хлестал по лицу. Я смотрела на Алешку, который тихо стоял в окружении людей. Все они пришли проститься со мной. Всем им сейчас было плохо. Я читала на лице Алешки печаль, безграничную боль. ­ ­ - Лешка, миленький… - тихо прошептала я. – Ну почему все так… Очередной порыв ветра, в этот момент Он повернулся в мою сторону. На секунду мне показалось, что он смотрит прямо на меня, мне в глаза… Полный отчаяния взгляд… Он упал на колени рядом с могилой и по его щекам побежали слезы. - Я отомщу. Шёпот молитвы в каменных стенах, лезвие бритвы на тонких венах... Омертвевшие листья плавно ложились под ноги. Странно, сейчас только начало осени, а листья почему-то были какими-то черными и уже совершенно безжизненными. Они мертво лежали под ногами. Вдруг чей-то голос где-то неподалеку привлек мое внимание. На скамейках детской площадке сидела компания молодежи. Я отошла в тень высокого дерева, хотя понимала, что меня и без этого никто не увидит. Он сидит в компании изрядно подвыпивших приятелей. Хотя сам мало от них отстал: в руке полупустая бутылка водки. Ярко раскрашенная малолетка вешается ему на шею, что-то пискляво сюсюкая. - Отвали, – грубо бросает он ей в лицо. - У! Малыш сердится! – девушка, видимо, не из понятливых – Малыш не хочет развлекаться??? - Отъе**сь, сказал! – рыкнул парень и с силой толкнул от себя малолетку. Та с визгом вскочила со скамейки: - Ты ох**л!!! Компания закатилась пьяным смехом. Лишь на его лице оставалось хмурое выражение. Прямые черты красивого лица… карий затуманенный взгляд в одну точку… И бутылка водки, крепко сжатая в руке. - Эй, Малый! – так его звали все вокруг. Лишь для меня он был просто Алешкой. Самым любимым и родным. – Ты чего? Обкурился что ль? Приятель хлопнул его по плечу. Малый сделал большой глоток и ничего не ответил. - Да оставь ты его! – сказал Олег. – Не видишь, наш Малый в унынии! - Это он из-за той серой мыши страдает, – ехидно прошипела девка и прижалась к Олегу. - Какой? – не понял парень, сидевший рядом с Малым. - Той, что с окна сиганула. - Гонишь! – заржал тот. – Мал, ты че? Правда? - Заткнись, – прохрипел Малый. - Чего? Ты на меня из-за этой сучки так?! Малый, не гони! - Это все из-за вас! Вы ее довели! Он ударил первым, завязалась драка… Кто-то достал нож… Но он не отступился… Спустя несколько минут он медленно упал на холодную землю, покрытую мертвой листвой. Подбежав к нему, я рухнула на колени. - Нет… Господи… что же ты наделал… Я тщетно пыталась закрыть рукой рану возле сердца. Что может сделать призрак? Ничего. - Боже!!! – дикие крики отразились от темного неба. – Оставь ему жизнь… Я посмотрела в его глаза. Таких ясных глаз я не видела ни у кого. И как тогда на кладбище, сейчас он смотрела на меня. И сейчас он меня видел. - Алешка… - прошептала я. – Держись, умоляю тебя! Ты должен жить… С его ресниц сорвалась кристальная слеза. - Прости - еле слышно прошептал он. Больше не было ни слова. Никто так и не пришел, не спас его. Бог меня больше не слышал. Когда ночь начала становиться серой и появились первые лучи бесцветного рассвета, ко мне подошел тот же малыш. - Пойдем. Нам пора. - Нет. Я не оставлю его. - Ты не можешь остаться. Пойдем. Через какое-то время мы услышали, как где-то за спиной раздались крики. Видимо первые прохожие нашли его. Безжизненное тело на холодной земле. Того, кого я так любила. Кого я больше никогда не увижу. Чья смерть – моя вина… Прошел наверно уже ни один месяц, может даже ни один год. Часто бываю дома. У мамы. Подолгу сижу в углу на кухне и смотрю, как она плачет в темноте. Пока никто не видит. Она очень состарилась. А глаза стали такими грустными, в них читалась усталость. От слез, горя… Но она все еще держится. Ради сестры. Она целыми днями бывает у Кати, помогая с детьми. А потом приходит домой и плачет… каждый вечер. А папы больше нет… Он не справился с болью. Он стал много пить, очень много. Он винил маму в том, что она была со мной очень строга. Они стали постоянно ругаться, потом он напивался, садился в машину и ехал, куда глаза глядят. Однажды он не вернулся. Был гололед. Машину занесло, и он не справился с управлением. Вылетев на встречную полосу, он врезался в грузовик. Смерть наступила мгновенно. После этого маму положили в больницу с сердечным приступом. Малыш больше не приходит. Его забрали… Однажды он пришел и сказал, что нам пора прощаться. Скоро ему дадут жизнь. И он больше не может быть со мной. Теперь я знаю его имя… Владик… Когда-то давно я мечтала, что у меня будет ребенок… сын… и его обязательно будут звать Влад. Маленький кудрявый мальчонка, с огромными карими глазенками… Бесшумно иду по серому городу. Вокруг никого. Иногда всплывают картинки моей жизни. Они как черно-белое кино. Тогда я и не знала, что все это было со мной, не замечала тех счастливых минут. Я тоскую по краскам. По чистому голубому небу… по стаям весенних птиц… по пушистому новогоднему снегу… по всему, что я потеряла… Скучаю по улыбке мамы… По ее материнской любви… Скучаю по сестре… Я иногда вижу ее… вижу, как растут ее дочки, маленькие, непоседливые… Как бы я хотела быть с ними рядом. Как бы хотела вернуть отца и Алешку… Но я не могу этого… Никто не может… Я виновата в этих смертях и ничего не могу с этим сделать… Я считала себя несчастной, я думала, что могу распоряжаться своей никчемной жизнью как хочу, ведь она МОЯ. А она оказалась не только моей… Каждая жизнь прочно связана с другими жизнями. Жизнями всех тех, кто нас любит. Как бы мы не были убеждены в том, что безнадежно одиноки на всем белом свете, что всем плевать, что с тобой будет – это не так. И их жизни мы ломать не в праве..............­.."

Я вот все думаю.... Зачем столько боли и страданий из-за любви..... ну зачем....может она этого не достоина....... может не стоит любить?(((((((( млин..и почему так невыносимо больно..и печально((((((

Настроение сейчас - грустно((

Он конечно немного ужасен,но настроение такое было....
Девочка с грустными глазами...
Её жизнь была сурова! Дарила много горя ей. Она не показывала свою слабость, она показывала всем только сильный характер и хорошую выдержку, но никто незнал чего ей это стоило! Её глаза кричали от боли, а улыбка светилась всегда. Она веселилась, но в это время душе было буря...Но у неё были друзья и она хотела быть
с ними . Но произошла ссора, они разладились и она осталась одна.Всё, что было вокруг неё стало казаться ей серым и мрачным. Родители ничего не замечали, так как на её лице как всегда красовалась улыбка. Так летело время... Были парни помогавшие ей. Появились новые знакомства, но в глазах как всегда поселились боль и страдания! И вот обычный день, всё было хорошо в глазах других, но не тут - то было... Она плакала, закрывшись в своей комнате и прося Бога избавить её от этой боли и мучений. Но всё так и оставалось, но выдержка не пропадала. Так длились многие вечера...И в один ужаснейший день она не выдержала... выдержка иссякла... и её нашли со вскрытыми венами. Она не выдержала этой боли... И в кармане у неё нашли письмо(предсмертную записку), такого содержания:
"Я потеряла смысл своей жизни...
Всё, во что я верила, на что надеялась, всё, о чём я мечтала, всё, чем я жила вдруг умерло, испарилось, исчезло...
У меня была мечта, детская наивная мечта... Всю жизнь я мечтала достичь её, это, наверно и было целью всего моего существования. И вот, когда мечта, казалось, была уже рядом, она оказалась миражом, ошибкой. Ошибкой всей моей жизни. Всю жизнь я верила в то, чего не существует, надеялась на то, что быть не могло, искала то, что найти невозможно. В одно мгновение мир рухнул... Ещё вчера я жила, радовалась, смеялась, была счастлива, потому что мечтала. Сегодня для меня уже ничего этого нет! Жестоко. Больно терять цель, смысл жизни. Зато я была счастлива, я была действительно счастлива, когда верила в свою мечту, была счастлива, когда слепо поверила, что она уже близко...
Простите меня за то, что причиняю вам боль. Я сделала это для того, чтобы убить надежду. Нет ничего глупее, нет ничего страшнее и больнее надежды. Надежда - это самое жестокое, что есть в нашей жизни. Когда я потеряла мечту, а вместе с ней и саму себя, свою душу, когда разум пытался затереть воспоминания о счастливых днях, приносящих боль, тогда появилась надежда. Глупая, никчемная, жестокая, несносная надежда. Против своей воли я всё ещё надеялась на то, что можно вернуть былое, что я всё - таки не ошиблась, что мечта вернется, осуществится... Всё можно изменить в жизни, нельзя только убить напрасную надежду. Я не смогла справиться с ней при жизни, надеюсь, она умрёт вместе со мной."
Все не могли поверить в написанное... в её самоубийство... Почему спросите вы? Ну наверно лицо всегда светилось улыбкой, а в глаза никто не смотрел, или просто не замечали, или думали, что столь молодая девушка не может так страдать. И только она знала какой хаос творился в сердце, в душе, в мыслях, в представлениях, да и порой в самой жизни. Для всех она была милая, добрая, скромная, тихая, наивная, вспыльчивая, Счастливая девушка. И никто даже представить себе не мог, что её сердце и душа обливалось кровью...
P.S: После этого рассказа хочу дать совет...Глядя на человека смотрите не только на улыбку, но и на глаза. Ведь глаза - это отражение души. В них-то и можно прочесть всё состояние души.
Знаю что грустно...знаю что возможно глупо..Но мне интересно... кому нить понравиться или нет...и что вы думаете)))

Да = Hет
Hет = Да
Может быть = Hет
Я виновата = Ты еще пожалеешь!
Hам нyжно = Я хочy!
Решай сам = Веpное pешение тепеpь очевидно
Делай что хочешь = Позже ты за это поплатишься
Hам нyжно поговоpить = Мне нyжно пожаловаться
Конечно, пpодолжай = Я не хочy, чтобы ты это делал
Я не pасстpоена = Конечно, я pасстpоена, идиот!
Ты такой мyжественный = Тебе надо побpиться и ты очень потный
Конечно, ты очень заботлив = Ты можешь дyмать о чем-нибyдь сегодня вечером, кроме секса?
Бyдь pомантичнее, потyши свет = У меня дpяблые бедpа
Эта кyхня такая неyдобная = Я хочy новый дом
Я хочy новые занавески = и ковpы, и мебель, и обои...
Повесь каpтинy здесь = HЕТ, я имела в видy вот здесь!
Я слышала какой-то шyм = Я заметила, что ты почти yснyл
Ты меня любишь? = Я собиpаюсь попpосить что-то доpогое
Как сильно ты меня любишь? = Я сегодня сделала что-то, что тебе совсем не понравится
Я буду готова через минyтy = Снимай ботинки и поищи интеpеснyю передачу по телевизору
У меня толстый зад? = Скажи мне, что я кpасавица
Тебе надо наyчиться общаться = Пpосто согласись со мной
Ты меня слyшаешь?! = [Слишком поздно, вы yмеpли]
Я не кричу! = Да, я кричу, потому что я дyмаю, что это важно!

Королевство кривых зеркал...
Надо свыкнуться с новой ролью,
Позабыть-кто бил, кто ласкал-
Королева за ВСЁ платит болью.

Я совсем ничего не боюсь-
Посыпай мои раны солью
Я все выдержу, я клянусь,
Королева ведь платит БОЛЬЮ.

Открывай свое сердце шире,
Я поток обиды в него лью.
В нашем замкнутом сером мире
КОРОЛЕВА за всё платит болью.

...Знаешь,я ночами не сплю-
Ты взломал все мои пароли,
Только вычеркнуть слово "люблю"
Королеве - не хватит боли.


Мне кажеться..очередной бред...а вы как думаете???

Вы хотите знать кто я? Я расскажу..
Неважно сколько мнелет 16 или 616 ,неважно какой у меня цвет волос,глаз..Важно то что я "образ" что я люблю ,за что переживаю ,чему учусь,какие чувства испытываю к тому или иному человеку ,и что вообще неприемлемо для меня...
Люблю гулять тёплыми вечерами,когда лёгкий ветерок стремиться на встречу к тебе ,легко касаеться лица оставляя на нём приятную прохладу и уноситься дальше в одном ведомом только ему направлении...Люблю самый первый снег, смотришь на эту лёгкую пелену покрывающую землю и думаешь что уже буквально через час от неё ничего не останеться..всё недолговечно...Ещё люблю смотреть на пламя разгорающегося костра и на рябь водной глади, может это и странно ,но в такие моменты кажеться что всё ещё в переди и всё получиться...
Переживаю в основном за своих родных, друзьях, близких мне людей....Переживаю ,даже боюсь, того что в один ,совсем непрекрасный, день я проснусь и пойму , что осталась совсем одна , что больше ни кто не поймёт, не выслушает ,что просто нет тех людей с которыми можно просидеть весь день молча ,но в тоже время эта тишина будет так говорлива ,потому что мы понимаем друг друга без слов по одному лишь взгляду..
Учусь любить не за что то а просто так, учусь тому чтобы улыбка была только всегда искренней, учусь прощать себя и близких мне людей ,даже если ошибки непоправимые , ведь каждый имеет право как на ошибку так и на прощение...Иногда не выходит , я бы даже сказала очень часто не получаеться , но я стараюсь, хоть и трудно бывает...Но повторюсь я всего лишь учусь этому..
Что бы описать свои чувства к конкретным людям мне здесь увы не хватит места и времени...Скажу только лишь то , что кого я люблю все об этом знают.потомучто мне трудно скрывать свои эмоции , так же когда человек мне не приятен он тоже знает об этом ну или по крайней мере догадываеться...
Неприемлемо для меня , когда проходить мимо нуждающихся в помоще людей , обижать старых и больных , унижать и добивать и без дого слабых людей..Наша реальность жестокая была есть и будет..и я не смогу изменить её потому что и сама делаю много ошибок..но это скорее к вопросу о прощении)))
На этом на сегодня заканчивую..а в прочем к этой теме я наверное уже не вернусь за исключением того случая если кто то захочет узнать обо мне побольше))))