ПОВОД БЫЛ, ДУЭЛЬ НЕ СОСТОЯЛАСЬ!



Илья Репин Портрет Льва Толстого 1887 г.

Современные беллетристы с радостью ухватились бы за такой сюжетный ход: жена изменяет мужу, да еще сама и признается ему в этом. Что за этим должно следовать? В современном варианте любовника или вызвали на "разборки", или просто бы "заказали". Но поскольку речь идет о любовном треугольнике Анна Каренина- Вронский-Каренин, здесь стопроцентно должна была состояться дуэль! Но ее не было!
Роман «Анна Каренина» писался 4 года с 1873 по 1877. С течением времени замысел претерпевал большие изменения. Менялся план романа, расширялись и усложнялись его сюжет и композиции, менялись герои и имена их.
Анна Каренина, какой ее знают миллионы читателей, мало похожа на ее предшественницу из первоначальных редакций. От редакции к редакции Толстой духовно обогащал свою героиню и нравственно возвышал ее, делал ее все более привлекательной.
Образы же ее мужа и Вронского (в первых вариантах он носил вообще другую фамилию) изменялись в обратном направлении, т. е. духовный и нравственный уровень их снижался.
И хотелось бы верить, что в одной из предыдущих редакций муж и любовник выходили к барьеру! А может, сцена дуэли заменена скачками, где Вронский падает с коня, а Анна открыто переживает за него и бросается на помощь? Можно продолжать фантазировать до бесконечности.
Тем не менее, с Вронским у Анны связано представление о себе как о любящей женщине, с Карениным — как о безупречной матери их сына, как о некогда верной жене. Анна хочет одновременно быть и той и другой.
Так каковы же ее муж и любовник, которых, кстати, зовут одинаково!




Знакомимся!

КАРЕНИН АЛЕКСЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ



Николай Хмелев в роли Каренина

Центральный персонаж романа, муж героини произведения, высокопоставленный петербургский чиновник. Прототипами для создания образа Каренина Толстому служили его хороший знакомый «рассудительный» С.М.Сухотин, переживший подобную семейную драму, и свояк писателя А.М.Кузминский.
Принято считать, что фамилия персонажа «говорящая» и происходит от греческого слова «каренон» (голова), что подчеркивает одну из основных черт характера – рассудочность, преобладание воли и упорядоченности поведения над чувством.
В начале романа Каренин - преуспевающий чиновник, постоянно поднимающийся по службе и укрепляющий свое придворное и светское положение. Он весьма влиятелен и уважаем в обществе за честность, порядочность, трудолюбие, бесстрастие и справедливость. Он не отличается подчеркнутой светскостью и любезностью, но в то же время отчасти гордится своей безукоризненностью и моральным превосходством. Будучи уверенным в себе и своей семье, он все силы направляет на осуществление служебных интересов, где подлинное радение о пользе дела часто переплетается с честолюбием и тщеславием. Каренин оказался неспособным почувствовать изменения в отношении к нему жены до тех пор, пока не заметил реакции света. Узнав об измене жены, он хочет по привычке прибегнуть к разумному решению всех вопросов, все продумать, упорядочить и подчинить этому порядку поведение всех. Но за внешней линией поведения скрываются глубокие переживания.
Кажущийся сухим и бесстрастным, Каренин оказывается способным на подлинно христианское человеколюбие и прощение жены и ее любовника.
Чувствуя себя несчастным, обманутым мужем, Каренин постепенно становится смешным в глазах света, теряя одновременно и свой служебный престиж.

ВРОНСКИЙ АЛЕКСЕЙ КИРИЛЛОВИЧ



Василий Лановой в роли Вронского

Центральный персонаж романа, граф, флигель-адъютант, богач и красавец. До романа Толстого фамилия Вронского встречается в наброске А.С.Пушкина «На углу маленькой площади», послужившем автору одним из источников замысла произведения.
Интересная деталь, что некоторые черты внешнего облика старшей дочери Пушкина - Марии Александровны, Толстой, знавший ее, отразил в Анне Карениной.
Алексей Вронский был воспитан в Пажеском корпусе, не знал семейной жизни, рано лишился отца, был подчеркнуто почтителен к матери, но не любил и не уважал ее за бесконечные связи и легкомысленно светский образ жизни. Среди товарищей по службе в блестящем гвардейском полку он слыл безукоризненно честным человеком, добрым малым и имел отчасти даже романтическую репутацию. Еще в детстве он спас из воды женщину, затем хотел отдать свое состояние брату и до совместной жизни с Анной действительно отказывался в его пользу от большей части своих доходов.
Его отличают типичные для светской молодежи шаблонные представления о жизни.
Сблизившись с Анной, Вронский долго был внутренне удовлетворен сложившейся ситуацией, не требовавшей от него каких-либо решений и изменений в жизни, тем более что любовь отвлекла его на время от честолюбивых служебных планов. Рождение дочери, болезнь Анны и, главное, прощение ее мужа заставили его увидеть в поступке Каренина нечто недоступное и непонятное ему. Отчаяние от потери возлюбленной, подсознательное моральное унижение побуждают Вронского к попытке самоубийства, после которой любовники вновь сближаются и уезжают после отставки Алексея в Италию, а затем в его имение
Совместная жизнь с Анной не поглощает всех интересов Вронского: он с жаром и успешно занимается преобразованиями по европейскому образцу в своем хозяйстве, участвует в дворянских выборах, всячески отстаивает свою мужскую независимость и свободу. Несмотря на сильное чувство, жалость и внимание к Анне, Вронский не понимает полностью ни ее мучений, ни сложности ее двусмысленного положения, что приводит к частым ссорам, взаимному раздражению, отчуждению и, наконец, гибели главной героини. Вронский тяжело переживает ее смерть, морально сломлен и уезжает добровольцем в Сербию с явным желанием погибнуть.

В результате всех перипетий «любовного треугольника» в романе остались размышления Каренина о дуэлях и отношение Вронского к ним.
Цитирую Льва Николаевича.

XVIII
Когда, возвращаясь со скачек, Анна объявила ему о своих отношениях к Вронскому и тотчас же вслед за этим, закрыв лицо руками, заплакала, Алексей Александрович, несмотря на вызванную в нем злобу к ней, почувствовал в то же время прилив того душевного расстройства, которое на него всегда производили слезы. Зная это и зная, что выражение в эту минуту его чувств было бы несоответственно положению, он старался удержать в себе всякое проявление жизни и потому не шевелился и не смотрел на нее. От этого-то и происходило то странное выражение мертвенности на его лице, которое так поразило Анну.
Когда они подъехали к дому, он высадил ее из кареты и, сделав усилие над собой, с привычною учтивостью простился с ней и произнес те слова, которые ни к чему не обязывали его; он сказал, что завтра сообщит ей свое решение.
Слова жены, подтвердившие его худшие сомнения, произвели жестокую боль в сердце Алексея Александровича. Боль эта была усилена еще тем странным чувством физической жалости к ней, которую произвели на него ее слезы.
Но, оставшись один в карете, Алексей Александрович, к удивлению своему и радости, почувствовал совершенное освобождение и от этой жалости и от мучавших его в последнее время сомнений и страданий ревности.
......
"Я не могу быть несчастлив оттого, что презренная женщина сделала
преступление; я только должен найти наилучший выход из того тяжелого положения, в которое она ставит меня. И я найду его, - говорил он себе, хмурясь больше и больше. - Не я первый, не я последний". И, не говоря об исторических примерах, начиная с освеженного в памяти всех Прекрасною Еленою Менелая, целый ряд случаев современных неверностей жен мужьям высшего света возник в воображении Алексея Александровича. "Дарьялов, Полтавский, князь Карибанов, граф Паскудин, Драм... Да, и Драм... такой честный, дельный человек... Семенов, Чагин, Сигонин, - вспоминал Алексей
Александрович. - Положим, какой-то неразумный ridicule падает на этих людей, но я никогда не видел в этом ничего, кроме несчастия, и всегда сочувствовал ему", - сказал себе Алексей Александрович, хотя это и было неправда, и он никогда не сочувствовал несчастиям этого рода, а тем выше ценил себя, чем чаще были примеры жен, изменяющих своим мужьям. "Это несчастие, которое может постигнуть всякого. И это несчастие постигло меня. Дело только в том, как наилучшим образом перенести это положение". И он стал перебирать подробности образа действий людей, находившихся в таком же, как и он, положении.
"Дарьялов дрался на дуэли..."
Дуэль в юности особенно привлекала мысли Алексея Александровича именно потому, что он был физически робкий человек и хорошо знал это. Алексей Александрович без ужаса не мог подумать о пистолете, на него направленном, и никогда в жизни не употреблял никакого оружия. Этот ужас смолоду часто заставлял его думать о дуэли и примеривать себя к положению, в котором нужно было подвергать жизнь свою опасности. Достигнув успеха и твердого положения в жизни, он давно забыл об этом чувстве; но привычка
чувства взяла свое, и страх за свою трусость и теперь оказался так силен, что Алексей Александрович долго и со всех сторон обдумывал и ласкал мыслью вопрос о дуэли, хотя и вперед знал, что он ни в каком случае не будет драться.
"Без сомнения, наше общество еще так дико (не то, что в Англии), что очень многие, - и в числе этих многих были те, мнением которых Алексей Александрович особенно дорожил, - посмотрят на дуэль с хорошей стороны; но какой результат будет достигнут? Положим, я вызову на дуэль, - продолжал про себя Алексей Александрович, и, живо представив себе ночь, которую он проведет после вызова, и пистолет, на него направленный, он содрогнулся и понял, что никогда он этого не сделает, - положим, я вызову его на дуэль. Положим, меня научат, - продолжал он думать, - поставят, я пожму гашетку, - говорил он себе, закрывая глаза, - и окажется, что я убил его, - сказал себе Алексей Александрович и потряс головой, чтоб отогнать эти глупые мысли. - Какой смысл имеет убийство человека для того, чтоб определить свое отношение к преступной жене и сыну? Точно так же я должен буду решать, что должен делать с ней. Но, что еще вероятнее и что несомненно будет, - я буду убит или ранен. Я, невиноватый человек, жертва, - убит или ранен. Еще бессмысленнее. Но мало этого; вызов на дуэль с моей стороны будет поступок нечестный. Разве я не знаю вперед, что мои друзья никогда не допустят меня до дуэли - не допустят того, чтобы жизнь государственного человека, нужного России, подверглась опасности? Что же будет? Будет то, что я, зная вперед то, что никогда дело не дойдет до опасности, захотел только придать себе этим вызовом
некоторый ложный блеск. Это нечестно, это фальшиво, это обман других и самого себя. Дуэль немыслима, и никто не ждет ее от меня. Цель моя состоит в том, чтоб обеспечить свою репутацию, нужную мне для беспрепятственного продолжения своей деятельности". Служебная деятельность, и прежде в глазах Алексея Александровича имевшая большое значение, теперь представлялась ему особенно значительна.
Обсудив и отвергнув дуэль, Алексей Александрович обратился к разводу -
другому выходу, избранному некоторыми из тех мужей, которых он вспомнил.
........
Обдумывая дальнейшие подробности, Алексей Александрович не видел даже, почему его отношения к жене не могли оставаться такие же почти, как и прежде. Без сомнения, он никогда не будет в состоянии возвратить ей своего уважения; но не было и не могло быть никаких причин ему расстраивать свою жизнь и страдать вследствие того, что она была дурная и неверная жена. "Да, пройдет время, все устрояющее время, и отношения восстановятся прежние, - сказал себе Алексей Александрович, - то есть восстановятся в такой степени, что я не буду чувствовать расстройства в течении своей жизни.
Она должна быть несчастлива, но я не виноват и потому не могу быть несчастлив".
......
XX

Жизнь Вронского тем была особенно счастлива, что у него был свод правил, несомненно определяющих все, что должно и не должно делать. Свод этих правил обнимал очень малый круг условий, но зато правила были несомненны, и Вронский, никогда не выходя из этого круга, никогда ни на минуту не колебался в исполнении того, что должно. Правила эти несомненно определяли, - что нужно заплатить шулеру, а портному не нужно, - что лгать не надо мужчинам, но женщинам можно, - что обманывать нельзя никого, но мужа можно, - что нельзя прощать оскорблений и можно оскорблять и
т. д. Все эти правила могли быть неразумны, нехороши, но они были несомненны, и, исполняя их, Вронский чувствовал, что он спокоен и может высоко носить голову. Только в самое последнее время, по поводу своих отношений к Анне, Вронский начинал чувствовать, что свод его правил не вполне определял все условия, и в будущем представлялись трудности и сомнения, в которых Вронский уже не находил руководящей нити.
Теперешнее отношение его к Анне и к ее мужу было для него просто и ясно. Оно было ясно и точно определено в своде правил, которыми он руководствовался.
Она была порядочная женщина, подарившая ему свою любовь, и он любил
ее, и потому она была для него женщина, достойная такого же и еще большего уважения, чем законная жена. Он дал бы отрубить себе руку прежде, чем позволить себе словом, намеком не только оскорбить ее, но не выказать ей того уважения, на какое только может рассчитывать женщина.
Отношения к обществу тоже были ясны. Все могли знать, подозревать это, но никто не должен был сметь говорить. В противном случае он готов был заставить говоривших молчать и уважать несуществующую честь женщины, которую он любил.
Отношения к мужу были яснее всего. С той минуты, как Анна полюбила Вронского, он считал одно свое право на нее неотъемлемым. Муж был только излишнее и мешающее лицо. Без сомнения, он был в жалком положении, но что было делать? Одно, на что имел право муж, это было на то, чтобы потребовать удовлетворения с оружием в руках, и на это Вронский был готов с первой минуты.
"Если я сказал оставить мужа, то это значит соединиться со мной. Готов ли я на это? Как я увезу ее теперь, когда у меня нет денег? Положим, это я мог бы устроить... Но как я увезу ее, когда я на службе? Если я сказал это, то надо быть готовым на это, то есть иметь деньги и выйти в отставку". И он задумался.
.......
XXII

- Ты не сердишься, что я вызвала тебя? Мне необходимо было тебя видеть, - сказала она; и тот серьезный и строгий склад губ, который он видел из-под вуаля, сразу изменил его душевное настроение.
- Я, сердиться! Но как ты приехала, куда?
- Все равно, - сказала она, кладя свою руку на его, - пойдем, мне нужно переговорить.
Он понял, что что-то случилось, и что свидание это не будет радостное.
В присутствии ее он не имел своей воли: не зная причины ее тревоги, он чувствовал уже, что та же тревога невольно сообщалась и ему.
- Что же? что? - спрашивал он, сжимая локтем ее руку и стараясь прочесть в ее лице ее мысли.
Она прошла молча несколько шагов, собираясь с духом, и вдруг остановилась.
- Я не сказала тебе вчера, - начала она, быстро тяжело дыша, - что, возвращаясь домой с Алексеем Александровичем, я объявила ему все... сказала, что не могу быть его женой, что... и все сказала.
Он слушал ее, невольно склоняясь всем станом, как бы желая этим смягчить для нее тяжесть ее положения. Но как только она сказала это, он вдруг выпрямился, лицо его приняло гордое и строгое выражение.
- Да, да, это лучше, тысячу раз лучше! Я понимаю, как тяжело это было, - сказал он.
Но она не слушала его слов, она читала его мысли по выражению лица.
Она не могла знать, что выражение его лица относилось к первой пришедшей Вронскому мысли - о неизбежности теперь дуэли. Ей никогда и в голову не приходила мысль о дуэли, и поэтому это мимолетное выражение строгости она объяснила иначе.
......
- Мне нисколько не тяжело было. Это сделалось само собой, - сказала она раздражительно, - и вот... - она достала письмо мужа из перчатки.
- Прочти. - Она опять остановилась.
Опять, как и в первую минуту, при известии об ее разрыве с мужем, Вронский, читая письмо, невольно отдался тому естественному впечатлению, которое вызывало в нем отношение к оскорбленному мужу. Теперь, когда он держал в руках его письмо, он невольно представлял себе тот вызов, который, вероятно, нынче же или завтра он найдет у себя, и самую дуэль, во время которой он с тем самым холодным и гордым выражением, которое и теперь было на его лице, выстрелив в воздух, будет стоять под выстрелом
оскорбленного мужа. И тут же в его голове мелькнула мысль о том, что ему только что говорил Серпуховской и что он сам утром думал - что лучше не связывать себя, - и он знал, что эту мысль он не может передать ей.
Прочтя письмо, он поднял на нее глаза, и во взгляде его не было твердости. Она поняла тотчас же, что он уже сам с собой прежде думал об этом. Она знала, что, что бы он ни сказал ей, он скажет не все, что он думает. И она поняла, что последняя надежда ее была обманута. Это было не то, чего она ждала.
- Ты видишь, что это за человек, - сказала она дрожащим голосом, - он...
- Прости меня, но я радуюсь этому, - перебил Вронский. - Ради бога, дай мне договорить, - прибавил он умоляя ее взглядом дать ему время объяснить свои слова. - Я радуюсь, потому что это не может, никак не может оставаться так, как он предполагает.
- Почему же не может? - сдерживая слезы, проговорила Анна, очевидно уже не приписывая никакого значения тому, что он скажет. Она чувствовала, что судьба ее была решена.
Вронский хотел сказать, что после неизбежной, по его мнению, дуэли это не могло продолжаться, но сказал другое.
- Не может продолжаться. Я надеюсь, что теперь ты оставишь его. Я надеюсь, - он смутился и покраснел, - что ты позволишь мне устроить и обдумать нашу жизнь.

Использованы материалы с сайтов
http://www.levtolstoy.ru/
http://sova-kr.narod.ru/topic/lib/19/t_anna.html
http://slovo.ws/geroi/index.html
текст романа Л.Н.Толстого «Анна Каренина»

И последнее, был очень удивлен, найдя в огромной сети интернета только одну (!) картину - иллюстрацию к "Анне Карениной". Это картина Михаила Врубеля "Свидание Анны Карениной с сыном" 1887 г.



Может, вы знаете что-нибудь еще?

Серия сообщений "Дуэль в литературе":
Часть 1 - ДУЭЛЬ В ЛИТЕРАТУРЕ (ЧАСТЬ 1 - ДУЭЛЬ ПЬЕРА БЕЗУХОВА И ДОЛОХОВА. РОМАН "ВОЙНА И МИР")
Часть 2 - ДУЭЛЬ В ЛИТЕРАТУРЕ (ЧАСТЬ 2 - ДУЭЛЬ СИЛЬВИО И ГРАФА. ПОВЕСТЬ "ВЫСТРЕЛ")
Часть 3 - ДУЭЛЬ В ЛИТЕРАТУРЕ (ЧАСТЬ 3 - ДУЭЛЬ ПЕЧОРИНА С ГРУШНИЦКИМ. "ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ")
Часть 4 - ДУЭЛЬ В ЛИТЕРАТУРЕ (ЧАСТЬ 4 - ДУЭЛЬ ОНЕГИНА С ЛЕНСКИМ. РОМАН "ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН")
Часть 5 - ДУЭЛЬ В ЛИТЕРАТУРЕ (ЧАСТЬ 5 - МЫСЛИ О ДУЭЛИ КАРЕНИНА И ВРОНСКОГО. "АННА КАРЕНИНА")
Часть 6 - ДУЭЛЬ В ЛИТЕРАТУРЕ (ЧАСТЬ 6 - ДУЭЛЬ ГРИНЕВА И ШВАБРИНА . ПОВЕСТЬ "КАПИТАНСКАЯ ДОЧКА")
Часть 7 - ДУЭЛЬ В ЛИТЕРАТУРЕ (ЧАСТЬ 7 - ДУЭЛЬ РОМАШОВА И НИКОЛАЕВА. ПОВЕСТЬ "ПОЕДИНОК")
Часть 8 - ДУЭЛЬ В ЛИТЕРАТУРЕ (ЧАСТЬ 8 - ДУЭЛЯНТ СИРАНО ДЕ БЕРЖЕРАК)
Часть 9 - ДУЭЛЬ В ЛИТЕРАТУРЕ (ЧАСТЬ 9 - ДУЭЛЬ ВОЛОШИНА И ГУМИЛЕВА)